Страница 2 из 7
– Рад, что вы согласились, – офицер поднялся. – Пока отдыхайте, код корабельной зоны портации уже введен в ваш перспорт, отход завтра в 7-30 по-местному, вас поднимут. Желаю удачи.
Алексей автоматически пожал протянутую руку и, проводив гостя, вернулся на кухню, чтобы сделать очередную порцию кофе. Выйдя на улицу, он некоторое время сидел на веранде, с задумчивым видом наблюдая за раскинувшимся над садом звездным небом, затем повел пальцами в воздухе, разворачивая экран информера. Быстро пробежавшись по записной книжке, он выдернул одну из пиктограмм, пальцев бросив её в зону вызова. По экрану побежали разноцветные капли вызова и почти сразу же брызнули в разные стороны, словно очищая, делая резче и объемнее появившееся на нем изображение заспанной женщины.
– Леш? – в голосе Таяны слышалась некоторая растерянность.
– Привет, милая, – улыбнулся Крамов. – Прости, что разбудил.
– Да ничего, – улыбнулась в ответ та. – Ты что у ма… в доме родителей.
– Ага.
– Блин, ты хоть бы идентификатор поменял, а то я спросонья подумала, что у меня галлюцинации. И почему-ты вообще на Земле, у тебя же экспедиция, студенты…
Алексей молча поднял руку, высветив на запястье пылающую огнем восьмиконечную звезду со щитом и буквой «V» в середине. Глаза Таи полыхнули беспокойством и какой-то застарелой обреченностью.
– Почему?
– Потому что таков мой долг, -тихим голосом ответил Алексей и, помолчав, добавил: – А еще это возможность хоть что-то узнать о судьбе нашего сына.
Женщина вздрогнула, внимательно и с надеждой всмотрелась в лицо мужа, затем коротко кивнула:
– Лети, все равно ведь удержать не смогу. Видимо такова судьба всех жен Градовых, ждать пока их мужчины набродятся среди звезд.
– Я вернусь, ты же знаешь.
– Нет, муж, – качнула головой Тая, – не знаю, но надеюсь. Каждый раз надеюсь и жду…
Она коротко всхлипнула.
– Я вернусь, – буркнул Алексей, хмурясь. – И вот еще. Хочу, чтобы ты перебралась сюда. Земля спокойное место, да и дом моих родителей тебе всегда нравился. Думаю, вам с малышом тут хорошо будет. Ну если ты, конечно, не против.
– Не против, – ответила Таяна не раздумывая, вытирая рукой слезы. – Тоже хотела тебе это предложить, тем более мы разговаривали об этом с твоим отцом.
– Не знал.
– Ты вообще многого не знаешь, муж мой, – сдавленно улыбнулась женщина, – вечно весь в делах и работе. Вечно куда-то бежишь, что-то ищешь, пытаешься спасти мир и вновь пропускаешь рождение сына.
– Я исправлюсь, – он отвел глаза. – Обещаю, что это в последний раз.
– Не обещай, – отмахнулась Тая. – Лети к своим звездам, а мы с Кимом будем тебя ждать дома. Лети.
Экран, свернувшись в тонкую струну, погас. Алексей закрыл глаза и несколько раз приложился затылком о стену дома, затем посмотрел на правую руку, пальцы которой вдруг резок удлинились, меняя свою форму, превращаясь в тускло поблескивающие металлом когти.
– Очень надеюсь, тхала, что на этот раз вы действительно пришли с миром.
***
Сплошная болтология. Крамов плюхнулся на кровать и, закинув руки за голову, принялся изучать потолок, покрытый светло-серой плиткой, почему-то стыкующихся друг с другом полигональным методом. Несколько плиток в углу комнаты отсутствовало и оттуда свисали пучки разноцветных проводов, залитых в местах соединения темно-синей изоляцией. Вообще везде было заметно, что станция знавала лучшие времена и оставалось только догадываться почему тхала выбрали её в качестве места для переговоров. Хотя какие переговоры…пока только короткие встречи, полные туманных недомолвок, да уверений в дружбе. Уже было ясно, что делегация тхала чего-то выжидала, только вот чего…Алексей поднялся с кровати и, подойдя к большому в половину стены овальному иллюминатору, оперся рукой об его край, провожая взглядом проплывающую мимо, приплюснутую с боков, рыбообразную тушу аграского крейсера, что вместе с кораблями людей и тхала осуществлял охрану «Арнасии» на время переговоров. Времени до следующей встречи оставалось еще порядочно, да и его присутствие там требовалось не особо, а ощущать себя бесполезным балластом он не любил. Все шло как-то не так и одновременно все в пределах вероятностной модели, а значит…. Крамов закусил губу и, решительно оттолкнувшись рукой от стены, направился к двери, захватив висевшую на спинке кресла короткую серо-белую куртку.
Десять минут и спустившись на лифте, затем миновав небольшой узкий коридор, он оказался на самой настоящей улице со множеством лавок, магазинов и немногочисленным праздношатающимся народом. Запустение было видно и здесь: многие магазины не работали, зияя пустыми провалами витрин, остальные не могли похвастаться каким-либо разнообразием ассортимента и зачастую больше походили на лавки старьевщиков. Он довольно долго бродил средь торговых рядов, разглядывая разложенный товар и даже прикупил пару безделушек, пока дорога не привела его к заведению со светящейся неоном аляповатой вывеской. Стоящий у двери охранник, похожий на гориллу с собачей головой, длинные уши которого были абсолютно седыми, окинул его угрюмым взглядом и, кивнув видимо каким-то своим мыслям, приветливо распахнул дверь. Алексей помедлил, а затем, пожав плечами и подумав: «а почему бы и нет», вошел внутрь. Полутемное помещение, наполненное мерцающим светом, в котором то и дело мелькают причудливые силуэты различных разумников. Бьющая по ушам непривычным ритмом музыка, приторные запахи сгоревших благовоний и курительных смесей.
– Господин Крамов, – вынувшая из темноты миловидная официантка-аграска, приветливо поклонилась, – прошу пройти за мной, вас уже ожидают.
Не дожидаясь ответа, она заскользила меж дергающихся в ритме танца тел, указывая путь своими белоснежными волосами, светящимися синим в ультрафиолетовых вспышках светомузыки. Они вышли из заполненного народом центрального зала, прошли вдоль длинной барной стойки, провожаемые равнодушным взглядом стоящего за ней бармена и остановились возле украшенной причудливым вензелем двери. Официантка молча распахнула дверь и, вновь поклонившись шагнула в сторону.
Небольшое помещение без окон, отделанное пластиковыми панелями под натуральное дерево, приглушенный свет, круглый стол, мягкие полукруглые диваны вокруг него. Сидевший на одном из них человек вздрогнул, словно очнувшись от раздумий и, поставив на стол недопитый бокал с темным как смоль напитком, поднялся навстречу, раздвигая руки в стороны для притворных объятий.
– Алексей Анатольевич, рад, что мы смогли встретиться, как там у вас говориться, – он прищелкнул пальцами. – Ах да – «без галстуков».
– Взаимно, – скривил губы Крамов, пристально разглядывая стоящего перед ним разумника, которого от обычного человека отличал лишь торчащий из центра лба небольшой рог. – Кстати, сразу хочу сделать вам небольшой комплимент: ваше умение строить цепочки нужных событий для достижения результата просто поражает.
– Ничего такого, – улыбнулся в ответ тхала, показав ряд мелких белоснежных «акульих» зубов. – Там интересная безделушка в витрине, там толчок локтем, вывеска, пара брошенных фраз и вот вы здесь. Однако, вы ведь это и сами всё заметили, господин охотник.
– Легко просчитать, хотя, признаю, сделано виртуозно.
– Спасибо, – театрально поклонился тхала и, резко выпрямившись, протянул руку. – Наил Райжер – узловой созидающий седьмого класса Великого Плетения Эйхтхала и полномочный посол Центрального Ядра Каллата.
– Алексей Крамов – спейцконт СВИ и полномочный представитель Верховного Совета Консалидариума, – ответил Алексей, пожимая руку.
– Что ж, с официозом закончили, может теперь поговорим.
Райжер указал взглядом на диван и первым опустился на свое место. Крамов, помедлив, последовал его примеру, усевшись напротив. Дверь в комнату тут же отворилась и на пороге появилась знакомая уже официантка.
– Господам что-нибудь подать? – спросила она, кланяясь.
Наил вопросительно посмотрел на Алексея.
– Ну если только кофе.
Вопросительный взгляд тхала переместился на официантку.
– Увы данного напитка нет в нашем меню, но ласкенский взвар очень на него похож и нравится представителям вашей расы. Позвольте предложить?
– И мне того же! – крикнул Райжер уже вслед почти закрывшей дверь девушке.
Некоторое время они молчали, буравя друг друга равнодушными взглядами, пока вернувшаяся официантка не разогнала гнетущую тишину, принявшись быстро сервировать стол.
– Для начала, можно один вопрос личного характера? – спросил Алексей, наливая из высокого кувшина в широкую темно-зеленую пиалу теплый пузырящийся напиток.
«Естественная биосоставляющая растительного происхождения, легкий тонизирующий эффект, горько-сладкий вкус, не содержит сторонних примесей, безвреден» – выскочила сгенерированная симбионтом надпись над пиалой.
– Мы для того и встретились, чтобы лучше понять друг друга, – ответил тхала, с подозрением смотря в свою пиалу, взвар в которой то и дело выпускал из своих глубин лопающиеся на темно-коричневой поверхности пузыри.
– Почему я?
– Почему вы, что? – не понял Райжер.
– Почему для этих переговоров вам потребовался потомок того самого Градова?
– Интересный вопрос, – Наил все же рискнул отхлебнуть принесенного напитка, после чего демонстративно скривился, но все же сделал еще один глоток, после чего отставил пиалу в сторону. – Напоминает карлымский курыс, а я его терпеть не могу. А насчет вашего вопроса…что ж, возможно мой ответ вас удивит. Знаете, в этом мире, что пронизан нитями хаоса существуют определенные точки влияния, места, события, а порой и личности, воздействия на которые, или совместно с которыми можно добиться нужного тебе результата, заставить вектор развития вероятностных линий сплестись в нужный тебе узор. Вы ведь меня понимаете, господин Крамов?
– Как ни странно, но да, – ответил Алексей, в свою очередь отхлебывая взвар и прислушиваясь к ощущениям, на вкус оказалось не все так плохо и напиток действительно напоминал обычный кофе с ярко выраженным миндальным привкусом. – Столкнув на горе один маленький камешек можно вызвать лавину.
– А направив её в нужную сторону можно спасти поселение у подножья, или уничтожить…. Всё верно, господин Крамов. Так вот, если выражаться по-простому, то вы и есть этот самый камешек, точнее любой из членов вашей семьи подобен такому камушку.
– Поясните.
– Да все просто, – Райжер пододвинул к себе было отставленный в сторону бокал с вином, что он пил до прихода Алексея. – Наши взирающ…как это по-вашему…аналитики просчитали тысячи вероятностей развития дальнейших событий и в любой из них присутствовали некие узлы нестабильности, что разрушали дальнейшее плетение, делали его иллюзорным, непросчитываемым. Догадываетесь кто был причиной?
– И поэтому вы решили, что пусть возможная проблема будет у вас под присмотром? – усмехнулся Алексей и, прищурив глаза, спросил: – Мне кажется, вы преувеличиваете мое влияние на происходящее. Я ведь даже не в составе делегации.
– Это не имеет значения, – покачал головой Наил. – Просто вы не осознаете величину вашего влияния. Вы Градовы, потомки того самого Градова, что для многих стал легендой. Даже сейчас к вашим словам прислушаются многие и одно такое слово, сказанное в нужное время и нужном месте может изменить будущее этого мира.
– Пытаетесь меня вербовать?
– Скорее просить о помощи.
– И о какой же?
Тхала некоторое время мочал гоняя вино по стенкам своего бокала, затем коротко бросил:
– Война.
– С кем?
– Со старым врагом, который враг не только нам, но и вообще всем разумником в нашей галактике. Насколько нам известно, ваши корабли уже столкнулись с ним в межгалактическом и даже смогли дать отпор. Вот только не спрашивайте откуда это мне известно…
– И не собирался, – налившиеся металлом кончики пальцев Алексея начали вновь приобретать телесный цвет. – Зато спрошу про этого врага. Получается, вы уже встречались с подобными.
– Да, – кивнул Наил. – Правда это было давно, очень давно даже по нашим меркам, еще на заре зарождения Плетения и скорее не сталкивались, а просто случайно задели зону их интересов, привлекли внимание…. Точно даже не скажу, записей осталось очень мало, так как тогда Плетение выжило только каком-то чудом, всего десяток миров, и судя по тому, что там было написано, не думаю, что нас пощадили. Лично у меня возникло впечатление, что врага просто что-то отвлекло.
– У врага был свой враг?
– Возможно, – совсем по-человечески пожал плечами тхала. – Я тоже об этом подумал, но знаете, судить о происходящим по тем обрывкам информации, что смогли сохраниться до нашего времени, довольно трудно. Это даже не документы, а больше сборник сказаний, легенд и суеверий. И тем не менее многие из нас уверены, что враг вернулся.
– И узнав, что мы тоже с ним столкнулись, вы решили, что «враг нашего врага может быть нашим другом».
– Хотя бы союзником… На сегодняшней встрече все это будет озвучено, представлены все доказательства, и мы надеемся…
– Серьезно? – бросил Алексей, дернув уголком губ. – Думаете, после всего того, что вы нашаровертели за эти годы, мы кинемся вам помогать? Да многие предпочтут сдохнуть, но не иметь с вами никакого дела.
– Поэтому я и хочу, чтобы вы замолвили слово.
– Слово…! – превратившиеся в когти пальцы с звонким хлопком пробили столешницу, а Алексей, вскочив со своего места, резко подался вперед. – Послушай сюда, тхала. Вы последние несколько столетий только и делали, что пытались стравить нас друг с другом и со всеми, с кем только возможно. Ваши агенты плели интриги, совершали диверсии, убивали. Вы засовывали в головы нашим людям своих жуков, превращая их в не имеющих чести и совести послушной вашей воле полузомби. Вы даже пытались натравить на нас орду кергарцев…. А теперь вы приходите просите помочь, хотите заключить союз!
Когти пробороздили по столу развалив тот почти напополам, заставив Райжера нервно сжать губы, а лицо побледнеть. Тем не менее тхала даже не отшатнулся и не отвел взгляда от ставших бездонно-черными глаз Крамова.
– Знаете, я даже не знаю, наглость это с вашей стороны или идиотизм, – процедил Алексей, резко успокаиваясь. – Враг нашего врага наш друг, говорите, а может….
– Харас угара-сас родр4.
– А хавр нарг харанс5? – спросил Алексей, оглянувшись на появившуюся в дверях официантку и, перейдя на единый, добавил: – Может сперва снимите свою маску, а то качество у неё не очень.
Девушка прищурила глаза, фыркнула и демонстративно медленно провела указательным пальцем от середины лба до подбородка, заставив лицо потечь тонкими струйками. Морщинистая темно- коричневая кожа, токая синяя полоска почти невидимых губ, большие совиные глаза в обрамлении по-прежнему густых белоснежных ресниц, короткостриженые волосы. Стала понятна некоторая скованность и даже неловкость в движениях лжеофициантки – сказывался возраст.
Когти Алексея медленно втянулись, а чернота глаз растворилась легкой дымкой.
– Не может быть, – ошарашенно пробормотал он. – Этого просто не может быть.
– Не только люди живут долго, мальчик мой, – грустно улыбнулась нарфалка. – А я смотрю ты меня узнал, или может, – она постучала указательным пальцем себе по виску, – внутренний друг подсказал.
– И то и то. Я видел записи «Геры», вы были в последнем составе её экипажа.
– Это был далеко не последний его состав, – произнесла Кара тихим голосом и, заметив вопросительно-непонимающий взгляд Алексея, добавила: – Давайте присядем, а то я далеко не так молода, как в годы путешествия с твоим предком, да и набегалась за сегодня.
Крамов понимающе кивнул и, дождавшись, пока женщина поудобнее расположиться за столом, уселся на свое прежне место.
– Если не против, то продолжим на торкленском, думаю для вас это не проблема, а мне привычнее.
– Не против.
– Хорошо.
Она вопросительно посмотрела на сидевшего все это время молча Наила и тот, недовольно поморщившись, достал откуда-то из-под стола небольшую украшенную причудливой резьбой коробочку, из которой на стол была выложена длинная тонкая изогнутая на конце трубка и пенал с десятком темно-коричневых горошин. Вложив в изгиб трубки одну из горошин специальными щипчиками, он поджог её быстро раскалившейся на кончике серебряной палочкой и протянул нарфалке.
– Простите уж старуху и её маленькие удовольствия в конце жизни, – сказала та, затягиваясь и выпуская в сторону сизые колечки дыма. – А теперь, господин Крамов, вернемся к нашему разговору и обсуждению предложения этого глупого свилтра6.
В глазах тхала протаяли огоньки едва сдерживаемого гнева, кончик рога потемнел, но он, скрежетнув зубами, тактично промолчал, а Эланд-ан сделала вид, что не увидела брошенного в её сторону злого взгляда, хотя Алексей заметил, как ехидно дернулись вверх уголки её тонких губ.
– Итак, что ты знаешь о последнем полете «Геры»?
– Очень мало, – честно ответил Крамов. – По сути, прадед просто воспользовался своим положением, взял корабль и отправился в свободный поиск. Я как-то пытался узнать по своим каналам, но даже моего уровня допуска на это не хватило. Единственно, мать как-то сказала: «Он просто захотел расставить все точки над «И»». В смысле, узнать ответы на какие-то мучавшие его вопросы.
– Я знаю эту поговорку, мальчик мой, – нарфалка выпустила в потолок тонкую струйку дыма. – Капитан часто её повторял в нашу последнюю встречу, – она прикрыла глаза. – Как сейчас помню, в тот день как раз зацвели талрины….
Глава 2
Эланд-ан подошла к краю стены и, опершись руками о холодные камни, окинула взглядом начавшую уже просыпаться от зимнего сна Лирнейскую долину. Зимы в этих местах практически небывало, скорее просто сезон холодов, однако в этом году погода порадовала даже несколькими обильными снегопадами и поэтому появившиеся на небольших прогалинах ярко-красные цветы талринов напоминали расплескавшиеся по снегу капли крови. На миг перед внутренним взором всплыла картинка идущих на штурм неприступных стен кардов, чьи ряды редели на глазах под очередями пулеметов, но продолжали свое упорное движение вперед… Взгляд невольно скользнул вправо…Пришлось поддержать орудием скрабера с того холма… Нарфалка вздохнула и взмахнула рукой перед лицом, словно отгоняя нахлынувшие воспоминания. Прошло почти два ракуна с тех пор, как пала крепость Вершителей, но иногда кажется, что это было всего лишь пару циклов7 назад. Впрочем, с тех пор многое изменилось, и уцелевшая крепость сперва стала тюрьмой для её бывших обитателей, а затем как-то незаметно для всех превратилась в Хонтайский Технологический Университет, где первыми преподавателями были содержавшиеся там в плену иноры. Сим заведением она является и до сих пор, одновременно сохранив и тайную для многих функцию пространственной станции наблюдения, а еще бывшая крепость стала её новым домом…на долгие годы. Ссылка иль наказание, за то, что пошла своим путем, поддержала того, кого посчитала нужным, помогла разрушить плетение, изменить его структуру… Эланд грустно улыбнулась, подумав, что даже спустя столько времени в её душе нет сожаления, а лишь одна уверенность в правильности выбранного пути. В конце концов, именно благодаря её действиям на Энгмаре наконец воцарился пусть и хрупкий, но мир, а развитие цивилизации стремительно двинулось вперед, позволив за какие-то местные сто лет войти в век пара и массового производства.
– Великознающая…
Эланд-ан Кара обернулась, вопросительно и несколько надменно посмотрев на опустившегося перед ней на колено младшего познающего.
– Великознающая, – повторил тот не поднимая глаз. – Старший из эрадов просил передать, что вы нужны небесному оку.
Глаза нарфалки расширились, а тонкие брови сошлись к переносице.
– Что-то случилось? Хотя… откуда ты можешь знать, – она раздраженно махнула рукой – Поспеши и скажи, что я сейчас буду.
