– Прости, доченька, – всхлипнула она, вытирая слёзы рукавом халата и пытаясь спешно успокоиться. – Я не хотела, чтобы ты увидела меня в таком состоянии. Он всё тебе рассказал, да?
– Мам, это какой-то треш, – сочувственно посмотрела я на неё. – Мне кажется, у него просто крыша поехала, не иначе!
– Это жизнь, Марьяна, – возразила мама, успокаивающе поглаживая меня по спине. – Не переживай. К сожалению, иногда так случается. Я немного расклеилась, но обещаю взять себя в руки в самое ближайшее время. Всё будет хорошо.
– Мам, я не понимаю, какую швабру он там себе нашёл? Вы прожили столько лет. Ты всегда заботилась о нём, как, блин, о маленьком ребёнке! Рубашки ему гладила, готовила первое, второе и компот, и это при том, что сама тоже работала! Терпела его ужасный характер, никогда не пилила за отсутствие денег, а теперь, когда у него всё наладилось, бизнес пошёл в гору, папочка решил найти себе другую?! Наверное, ещё и покрасивее и помоложе?!
У мамы от моих слов задрожал подбородок, и я поняла, что несу лишнее. Ей и так сейчас приходилось несладко. Видеть её в таком состоянии было просто невыносимо.
Но отец… Я готова была прибить его за такую выходку.
И когда он без стука вошёл в спальню, где мы с мамой сидели на кровати и обнимались, я окончательно пришла в бешенство.
– Уходи отсюда, – зарычала я на него. – Ты предатель!
– Не надо так на отца, Марьян, – испуганно зашептала мама. – То, что произошло, это только между нами. На ваши отношения это не должно повлиять.
Но я лишь отмахнулась от неё, высвободившись из объятий и воинственно поднимаясь на ноги.
– Ты что, предлагаешь мне общаться с ним как ни в чём не бывало? – возмутилась я.
– Успокойся, доченька, – встала вслед за мной мама и вцепилась двумя руками мне в локоть, будто боялась, что я могу броситься на отца с кулаками. – В жизни всякое бывает, – назидательно повторила она. – Не надо ссориться с папой.
Отец же, судя по лицу, тоже закипал. Хотя в данный момент уж точно не имел на это никакого права.
– Марьяна, спустись вниз, давай закончим наш разговор, – стальным тоном потребовал он.
– О чём? Я, кажется, уже услышала достаточно! – вскинулась я, вырвав у мамы свою руку.
– Я хочу тебе всё объяснить.
– Не надо, избавь меня от грязных подробностей!
– Марьяна, прекрати сейчас же, ты уже взрослая девушка, а ведёшь себя, как капризный ребёнок! – повысил голос отец.
– А ты себя как ведёшь? Что, седина в бороду, бес в ребро? Кого ты там себе нашёл? Какую-нибудь тупую малолетнюю соску с накачанными губами и сиськами, вроде той, с которой я видела тебя в городе?
Я действительно видела его один раз в ресторане с какой-то тёлкой. Он тогда мне сказал, что она менеджер по рекламе из агентства, и я, дура, поверила.
Отец побагровел.
– Не забывай, с кем разговариваешь, – сквозь зубы процедил он. – Я тебя вырастил, соплячку. За обучение твоё плачу. Квартиру тебе купил, машину…
– Да забери обратно! – выкрикнула я.
– Марьяночка, успокойся, пожалуйста, перестань, – снова схватила меня за руку мама, оттягивая назад. – Мы с папой вместе приняли это решение, не нужно на него злиться. Никто от этого не застрахован, люди расходятся…
– Да что с тобой, мам? – с неверием посмотрела я на неё. – Он тебя на какую-то шлюху променял, а ты его ещё защищаешь?
– Игорь, оставь нас, пожалуйста, я сама с ней поговорю, – нервно посмотрела мама на отца.
Помедлив совсем немного и поиграв желваками, он всё-таки вышел, шибанув дверью об косяк так, что стены затряслись.
– Марьяша, не ссорься с ним, я тебя прошу, – снова зашептала мама, посмотрев мне в глаза едва ли не с мольбой. – Ты ведь знаешь, какой у него характер. Он запросто может перестать платить за твоё обучение, отобрать квартиру, в которой ты живёшь…
– Мама, да плевать мне на это! – негодовала я. Казалось, она несёт какой-то бред.
– Доченька, ты должна думать о своём будущем. Я не знаю, что у меня останется после развода. Вряд ли я смогу тебе так же финансово помогать, если отец сейчас обозлится на тебя!
– Мама, неужели ты думаешь, я стану притворяться, будто нисколько не осуждаю его поступок, ради выгоды? Кажется, ты плохо меня знаешь. Нет уж, мне ничего от него не надо!
– Марьяна, ну что за юношеский максимализм! – всплеснула руками она. – Я прошу тебя, успокойся и иди сейчас же помирись с отцом.
– Извини, мам, но я, наверное, лучше поеду.
Я развернулась и сама не своя вышла из родительской спальни.
Но стоило спуститься в гостиную, как тут же нос к носу столкнулась с отцом.
Он стоял прямо перед лестницей, сложив руки крест-накрест на груди и загораживая проход своей широкоплечей фигурой.
– Уйди с дороги, – потребовала я.
– Если ты сейчас же не сбросишь спесь, пожалеешь, Марьяна, – угрожающе произнёс он.
– Что, неужели и правда все подарки свои у меня отберёшь? – оскалилась я.
– Если надо будет, отберу!
– Что ж, отбирай! – развела я руками. – Мне ничего от тебя не надо, папочка! Только имей в виду, машина оформлена на меня, и её я тебе не отдам! Оставлю себе в качестве моральной компенсации за то, что у меня такой отец!
Он пришёл в бешенство от моих слов. Мне показалось, его глаза буквально налились кровью. Воспользовавшись произведённым эффектом, я юркнула в щель между отцом и стеной и со всех ног побежала на улицу к своему миникуперу, боясь, что разъярённый родитель догонит меня и отнимет ключи. С него сталось бы.
С пробуксовкой отъехала от дома, так, что комья земли вместе с газонной травой разлетелись в разные стороны.
Гнала по трассе, как сумасшедшая, на этот раз забив на все правила. Терять всё равно уже было нечего.
Сердце билось в горле от злости и адреналина.
Я не могла поверить, что это происходило с моей семьёй на самом деле… Каким бы ни был папа, я любила его ничуть не меньше, чем маму. Да что там, они всегда воспринимались мною как что-то неделимое, такие разные, но самые близкие и родные… Я гордилась своей семьёй, гордилась отцом, который смог добиться в жизни многого. Сам. Не без поддержки мамы, конечно… Оттого было ещё больнее осознавать, что теперь у меня не останется никакой семьи. Но обиднее всего было за маму. Не понимала, как она может ещё защищать отца, когда сама раздавлена его предательством?
Я не убирала ногу с педали газа, выжимая из своего миникупера всё. Будто за мной кто-то гнался.
Объезжая фургон, я выскочила на встречную полосу, слишком поздно заметив на ней две тусклых фары, несущиеся прямо на меня со скоростью света. Назад возвращаться было поздно, съезжать с трассы – слишком опасно, меня могло занести и закрутить, машина легко перевернулась бы. Окончательно утопить педаль газа в пол и завершить обгон – показалось моему инстинкту самосохранения самым верным решением.
Так я и поступила. Стиснув руль, надавила на газ что было сил, движок под капотом моей малышки заревел, и она рванула вперёд, за считанные секунды до столкновения успев вернуться на свою полосу.
От страха меня бросило в холодный пот. Кажется, вся жизнь пронеслась перед глазами.
«На трассе нужно быть очень внимательной! Слышишь меня? Очень внимательной, Марьяна!» – прозвучали в голове назидательные слова отца, сказанные в день, когда я впервые сама за рулём отправилась в город.
Я максимально сбросила скорость, с тревогой глянула в боковое зеркало, и от увиденного в нём мои глаза снова расширились от ужаса. Низкая чёрная тачка, с которой я едва не столкнулась, крутнулась прямо посреди трассы полицейским разворотом и поехала в обратную сторону. Сто процентов – по мою душу.
3 глава
На мгновение стало не по себе – по всей видимости, мне хотят набить морду за мой опасный манёвр… Что ж, я это заслужила.
Мне стоило притормозить и извиниться перед водителем той машины, должно быть, он здорово испугался.
Но… оказалось, я законченная трусиха.
Первобытный инстинкт самосохранения не позволил мне этого сделать. Вместо того чтобы нажать на тормоз, я, наоборот, вдавила педаль газа в пол, и мой маленький верный миникупер начал быстро набирать скорость. Я надеялась, что обиженный мною водитель отстанет, хотя с моей стороны это было довольно наивно и даже глупо. Меня угораздило нарваться на чёрный спортивный автомобиль в обвесе, у которого, к тому же, скорее всего, был тюнингован не только кузов.
Этот монстр догнал меня за считанные секунды, перестроился на встречку и пронёсся мимо, как молния, после чего жёстко подрезал и остановился, перегородив дорогу. Мне ничего не оставалось, как тоже ударить по тормозам, а иначе авария была бы неизбежна.
Ремень больно впился в грудь, в то время как моя машина оставила большую часть покрышек на асфальте.
В ушах пульсировало от страха, который очень быстро перерос в острое негодование.
Я действительно была виновата в том, что создала опасную ситуацию на дороге, но ведь сделала это не специально! Да, допустила ошибку. Да, поддалась эмоциям, забыв об ответственности. Но я никого не подрезала намеренно! Как это сделал водитель чёрной… Вообще непонятно, что это была за машина! Ни одного опознавательного знака, даже номер отсутствовал.
Я ведь могла и не среагировать так быстро, и тогда чёртовой аварии было бы не избежать!
Вздрогнула, когда хлопнула дверь этой неопознанной тачки, и наружу выбрался мужчина. Быстрым шагом он направился прямиком ко мне.
Я пригляделась к нему и в первый момент залипла. Даже сердце в груди ёкнуло – этот молодой мужчина выглядел, как сам грех! Он был чертовски сексуален, даже несмотря на взбешённое выражение лица.
На вид достаточно молодой, одет очень стильно: в рваные джинсы и кожаную косуху поверх чёрной футболки. В другой момент я бы, наверное, втюрилась в него сходу и безоговорочно – настолько парень оказался хорош собой. Но, во-первых, у меня уже имелся Антон. А во-вторых, текущая ситуация совершенно не располагала к романтике.
Из-за пережитого только что стресса меня буквально колотило от страха напополам со злостью.
Но сидеть и трястись в машине теперь казалось слишком унизительным.
Блеять извинения перед этим взбешённым красавчиком я бы физически не смогла.
Вышла из тачки, хлопнув дверью, и дерзко уставилась ему в глаза, сложив руки на груди. Слабоумие и отвага – моё всё.
Парня, кажется, ещё сильнее разозлила такая смелость с моей стороны.
Самолюбие неприятно кольнуло то презрение, с которым этот бешеный прошёлся взглядом по моей фигуре. Я, вообще-то, тоже считала себя девушкой симпатичной. Но красавчик этого будто даже не заметил.
– Тебе что, права папа на день рождения подарил? – зарычал он сходу, угрожающе надвигаясь на меня своей широкоплечей фигурой исполинского роста.
– А тебе-то что, зависть берёт? – огрызнулась я.
Конечно, папа ничего подобного мне не дарил. Я сама училась в автошколе, сама сдавала экзамены и даже не думала пытаться решить вопрос взяткой. Но все почему-то были иного мнения обо мне, даже друзья. Считая чуть ли не какой-то мажоркой. Это задевало.
– Ездить научись, потом садись за руль, – процедил мой новый знакомый.
– У тебя забыла спросить!
В его глазах мелькнуло что-то тёмное, и на мгновение я даже трухнула. Но быстро собравшись с духом, приказала себе стоять до последнего. В конце концов, что этот напыщенный индюк мог мне сделать?
Оказалось, кое-что мог.
Он как танк попёр на меня, вынуждая пятиться назад до тех пор, пока я не прижалась пятой точкой к двери своего миникупера.
Красавчик тут же упёр ладони в кузов автомобиля по обе стороны от меня, тем самым заключив в ловушку. А после приблизил своё лицо к моему.
– Соплячка оборзевшая, – со злостью прошипел он. – Была бы мужиком, я бы тебе уже втащил.
Так страшно мне, наверное, ещё никогда не было. Сердце билось где-то в горле. Меня никто никогда в жизни не бил.
Вдруг чётко осознала, что если этот псих сейчас ударит меня, то… я не смогу дать ему отпор. Я перед ним абсолютно беззащитна. И такого унижения просто не переживу…
– Отойди от меня, – тем не менее, зашипела я, из какого-то ослиного упрямства не желая сдавать позиции.
– Сначала извинись, – потребовал он, не снижая градуса презрения в голосе и не отдаляясь от моего лица ни на миллиметр.
– Да пошёл ты! – Слова сорвались с губ сами собой ещё до того, как я успела над ними подумать.
Пространство вокруг нас буквально напиталось тестостероном. Я каждой клеточкой кожи чувствовала, как растёт бешенство моего оппонента. Он придвинулся ко мне ещё ближе, так, что теперь наши носы едва не задевали друг друга.
Я машинально упёрлась ладонями в мужскою грудь, которая на ощупь оказалась твёрдой, как камень. Но удивительным образом сквозь этот камень чувствовались частые удары сердца гада. У которого, помимо роскошной внешности, оказался ещё и крышесносный парфюм…
Испытывая целую бурю противоречивых эмоций, я поспешно отвернулась, панически соображая, как выкрутиться из этой скользкой ситуации.
Инстинкты всё сделали за меня.
Я присела, нырнула под руку гаду и выскочила из капкана, случайно зацепившись джинсами за брелок от ключей, торчавший из его кармана. Ключи вылетели и брякнулись на асфальт. А я не растерялась, подобрала их и отскочила от психа на безопасное расстояние.
– Отдай, – потребовал он, протянув руку и направляясь ко мне.
Но я и не подумала. Развернулась и зашвырнула его ключики подальше в траву.
– Ты чё сделала? – опешил он, пытаясь определить взглядом место, куда упала связка.
Только я не собиралась ему отвечать. Воспользовавшись заминкой, быстро юркнула в свою машину и ткнула в кнопку центрального замка, заблокировав все двери.
Псих тут же очутился рядом. Казалось, всё, о чём он мечтал в эту минуту – это придушить меня. Ударив ладонями по боковому стеклу, парень убивал меня уже одним только злобным взглядом.
– Вышла из машины, – процедил он. Наивный, будто я могла его послушать!
Показав придурку средний палец, включила передачу и отпустила педаль тормоза.
Этот псих схватился за дверную ручку и дёрнул так, что показалось, сейчас просто вырвет её, доводя меня, и без того напуганную, до состояния острой паники.
Как назло, по встречной стороне одна за другой пролетали машины, а я не могла больше ждать ни секунды. Потому что этот ненормальный мог запросто выбить стекло, по крайней мере, в тот момент это казалось мне вполне возможным.
