Страница 10 из 10
– Лучше в субботу утром или даже в пятницу вечером, – быстро сообразила я, надеясь, что выходных хватит, чтобы прийти в себя.
Брать больничный или отпуск только что назначенному директору очень не рекомендовалось.
Процедура прошла легко и быстро. Только нудная тянущая боль внизу живота напоминала, что это не обычный поход к гинекологу.
Я ехала по вечернему городу в своей новенькой машине и убеждала себя, что ни о чём не жалею. Что поступила правильно. А потом, в будущем, когда настанет другая жизнь, у меня будет много детей.
Ослепивший свет встречных фар даже не испугал. Не успел. Потому что меня сразу же оглушил треск ломающегося пластика и скрежет металла по асфальту, когда выехавший на встречку грузовик сминал и корёжил мою машину. И меня в ней.
А потом всё погасло.
Следующим было осознание себя, когда я очнулась на полу почтовой кареты. Значит, это действительно другой мир и новая жизнь? Не моя, но по какой-то роковой случайности доставшаяся мне.
А может, случайность здесь вовсе ни при чём?
Я вспомнила свои размышления о другой жизни и большом количестве детей. Теперь у меня есть и то, и другое. Я мысленно хмыкнула.
Но разве так бывает? В реальности, а не фантастическом фильме или рассказе.
И тут до меня дошло. Получается, я умерла? Там, в своём мире. Погибла в аварии. Именно в тот момент, когда получила то, ради чего так много работала, к чему шла несколько лет, забывая о сне и отдыхе.
А ещё после того как убила собственного ребёнка, решив, что карьера и материальные блага выше его жизни…
Значит, это не случайно? Я здесь для искупления греха?
– Госпожа директриса, что с вами? – испуганный голос Зимавы выдернул меня из размышлений.
Я смотрела на неё с полминуты, не до конца осознавая, где нахожусь и что происходит.
– У вас такой взгляд сейчас был… – тихо произнесла девочка.
– Какой? – ко мне наконец вернулось осознание себя, а с ним способность мыслить и говорить.
– Потусторонний, – Зимава передёрнула плечами.
– Не говори глупостей! – только дурацких слухов мне в приюте не хватало. – Вот что, иди сейчас к Поляне, она напоит тебя чаем и поможет привести себя в человеческий вид. А то сейчас он у тебя точно потусторонний.
Я улыбнулась, показывая, что поддерживаю её шутку. Зимава не стала зацикливаться на словах и послушно слезла со стула.
– Зимава, – остановила её уже у двери. Девочка обернулась. – Дежурство не отменяется.
Она кивнула, прежде чем выйти за дверь. И недовольной рожицы не скорчила, как мальчишки. Ещё бы, наверняка ожидала наказания за устроенный переполох, а ей всего лишь сказали закончить начатое.
А я вернулась к воспоминаниям о прошлой жизни, которые рухнули на меня все сразу, без предупреждения, заставляя зажмуриться от нахлынувших эмоций.
Я ведь так и не поговорила с матерью. Она сердилась, что я не приехала на похороны бабули. Мы тогда ждали высшее руководство, я буквально жила на работе и не могла вырваться даже на три дня, два из которых ушли бы на дорогу.
Позже, когда начальство уехало, я позвонила матери, сказать, что взяла неделю отпуска и собираюсь к ней. Она ответила, что уже поздно, я ей не нужна. Что, не простившись с бабушкой, я показала, как дорожу родными. Что моя работа и карьера мне важнее жизни тех, кто меня вырастил. Напоследок сообщив, что не желает меня ни видеть, ни разговаривать со мной, она отключилась.
Недельный отпуск я провела, запершись дома. Каждый день забирала у курьеров вёдра с мороженым и смотрела комедии. Однако так ни разу и не засмеялась.
Мама была права. Работа для меня оказалась важнее жизни близкого человека. Я знала, что бабуля меня поняла бы и простила. Но легче от этого не становилось. Мороженое горчило, а от шуток на экране хотелось плакать.
Больше мы с мамой не разговаривали. Сначала я ждала, когда она отойдёт и наберёт меня. Потом и сама начала сердиться на её категоричность.
И вот теперь мы никогда больше не встретимся и не поговорим, потому что меня отправили в другой мир, исправлять совершённые ошибки.
Глава 7
Что было на завтрак, я не заметила. Письмо в Министерство не забыла только потому, что заранее положила его на коробку с шубой.
Воспоминания о прошлой жизни оглушили и выбили из колеи. Сейчас я уже жалела, что мне открылось всё и сразу. Уж лучше бы продолжало всплывать маленькими порциями, по одному эпизоду за раз.
Единственное, что более-менее радовало, я уже успела влиться в новую жизнь. Наверное, если бы сразу помнила своё прошлое, сошла с ума от когнитивного диссонанса и невозможности что-либо изменить. А может, как раз посвятила бы себя поискам способа вернуться обратно.
И тогда дети так бы и продолжали оставаться брошенными на произвол судьбы. И кто знает, как долго они бы протянули…
По коже прошёл озноб от мысли, что я могла погубить ещё несколько жизней. Вздрогнув, передёрнула плечами. Заслуживаю ли я второго шанса?
– Что с вами, госпожа директриса? Вам холодно? – уже второй раз за утро воспитанница выводила меня из состояния глубокой задумчивости.
На этот раз Невея, сидящая рядом в санях. Она наклонилась вперёд и укутала мои ноги рогожей. А сама притиснулась ещё ближе, взяв меня под руку.
– Так будет теплее, – объяснила свой поступок.
– Спасибо, – с трудом выдавила я, тоже прижимаясь к тёплому боку Невеи. В горле застрял сухой колючий комок.
Если я получила свой второй шанс, чтобы помочь этим детям, значит, обязана это сделать. Пусть я и раньше не собиралась их бросать, но сейчас начала считать это долгом, ниспосланным мне свыше.
Личное желание позаботиться о сиротах сменило масштаб, став вселенским замыслом.
Меня переполняли мысли и эмоции. Я почувствовала, что если сейчас же не отвлекусь, то моя голова просто лопнет. Поэтому буквально заставила себя переключиться на насущные проблемы. Это было намного важнее.
Только теперь я обратила внимание, что сани у нас довольно тесные, явно не рассчитанные на четверых. Если мы с Невеей как-то уместились сзади, ещё и коробку в ноги поставили, то Димару пришлось сесть полубоком, чтобы Вителей мог править лошадью.
Только Рыжуха чувствовала себя вольготно. Мороз спал. Слегка подтаявший снег сбился в плотный колючий наст, позволяя копытам не скользить и при этом глубоко не проваливаться. Одно удовольствие – прогуляться по знакомой дороге.
– Вителей, сначала заедем на почтамт, – попросила я, когда мы свернули к городу.
– Как прикажете, – отозвался возница.
А я повернулась к Невее, которая так и сидела, прижавшись ко мне.
– Я сейчас выйду у почтамта, а вы пока погуляйте где-нибудь.
– Без вас? – удивилась она.
– Думаешь, потеряетесь? – с иронией спросила я.
Невея неуверенно улыбнулась, пожала плечами и призналась:
– Нас раньше никогда одних в городе не отпускали. Даже когда ещё ездили, всегда с учителями или воспитателями.
– В следующем году вы с Димаром покинете приют и начнёте жить самостоятельно, – увидев испуг на её лице, я продолжила: – Если, конечно, захотите. Я не буду вас гнать. Вы оба можете остаться и работать. Из тебя выйдет прекрасная воспитательница или даже учительница, если мы сейчас найдём ресурсы, чтобы нанять преподавателей, и ты всё же закончишь обучение.
– Вы так думаете? – похоже, прежде эта мысль не приходила ей в голову, и теперь Невея обдумывала её, рассматривая со всех сторон.
– Уверена! – это была правда. – Ты прекрасно справляешься с младшими. Ответственна, трудолюбива, на тебя можно рассчитывать. Я буду рада, если ты останешься.
– А Димар? – по лёгкой дрожи в голосе я поняла, что ответ для неё много значит.
– У Димара сложности с дисциплиной. Он привык принимать решения самостоятельно и не умеет играть в команде. Каждый раз, требуя что-то от него, я не уверена, он меня послушает.
– Но как же сегодняшняя поездка? Вы ведь выбрали нас не случайно?
– Не случайно, – согласилась я. – Вы старше всех. Остальные слишком мелкие, чтобы поручить им столь ответственное дело. А мне важно отправить письмо в Министерство. Нам срочно нужны средства.
– Так мы и поехали продать шубу и выручить денег, – возразила Невея, она становилась всё увереннее, вступая в диалог и высказывая мне своё мнение. А ведь всего-то и стоило разговаривать с ней на равных, делиться замыслами и советоваться.
– Не думаю, что нам удастся много за неё выручить, – я вздохнула.
Насчёт выгодной продажи у меня были серьёзные сомнения. Но и десяток золотых, даже полдесятка стали бы нам хорошим подспорьем, пока из Министерства не придёт ответ. Или финансирование. Это даже было бы лучше.
– А если Димар оправдает ваши ожидания? Если сам продаст шубу и удачно? – я понимала её настойчивость. Невея наверняка в него влюблена.
– Не думаю, что Димару стоит одному этим заниматься.
– Не одному, со мной, – настаивала она. – Давайте, пока вы отправляете письмо, мы займёмся шубой? Сэкономим время!
Невея с таким жаром меня уговаривала. Глаза у неё блестели, на лице отражалась решимость добиться своего.
Я задумалась. Димар приятно выглядит, хорошо одет. Конечно, Невея в поношенном полушубке на его фоне выделяется. Я посмотрела на неё, затем на него и решила, что всё равно они хорошая пара. А верхнюю одежду мы всем воспитанникам обновим, как разберёмся с финансированием.
– Вы отпустите нас?
Я сдалась. Да и как можно спорить, когда на тебя смотрят с такой надеждой?
– Хорошо. Если Димар сдержит своё обещание, не устроит мне проблем. При этом сам выгодно продаст шубу до моего появления, – начала перечислять я, наблюдая, как вытягивается лицо Невеи, видимо, не ожидавшей такого длинного списка требований, – тогда я начну ему доверять и более серьёзные поручения.
– Он вас не подведёт! – с жаром пообещала она. – К тому же у меня есть одна неплохая идея.
– Рассказывай, – свежей идее, ещё и неплохой, я была рада.
– Видите, тут на коробке, – Невея отодвинула ноги, чтобы я могла разглядеть, – эмблема?
Я кивнула. Действительно, эмблема.
– Это фирменный знак модного ателье, в котором купили шубу. Что если мы скажем, что она вам не подошла, и попросим вернуть деньги?
– Отличная идея! – похвалила я.
Даже если хозяйка ателье решит удержать процент за возвращённую шубу, мы сможем получить нечто близкое к полной стоимости. А на рынке нам вряд ли дадут больше четверти.
Сани остановились у невзрачного, хотя и украшенного портиком, двухэтажного здания с большой вывеской «Почтамт».
Я вышла, прихватив письмо, и велела:
– Вителей, отвезите, пожалуйста, этих двоих в модное ателье.
– Ателье? – удивился Димар, приготовившийся ждать моего возвращения.
– В ателье, – подтвердила я, добавив: – А ты пересаживайся к Невее, она сейчас всё объяснит.
Пару минут я стояла у входа в почтамт, глядя вслед удаляющимся саням. На душе было неспокойно. Назвав дурное предчувствие расшалившимися нервами из-за всего, разом на меня навалившегося, я потянулась к ручке двери.
Да и что может случиться? Просто отвезут шубу в магазин, где её купили. И всё. К тому же я отправлю письмо и сразу пойду к ним. Что может случиться за пару минут?
Однако парой минут не обошлось. В почтамте случился коллапс местного значения, и собралась очередь.
Когда я только вошла, успела подумать, что наша современная почта не так уж сильно отличается от этой, хотя и ушла вперёд на пару столетий.
Та же деревянная конторка с застеклённым верхом, за которой стоит женщина в синем форменном платье, довольно молодая, но с недовольным выражением лица, делающим её старше. Перед ней двое мужчин и пожилая дама в манто с высоким воротником. В руках у дамы поводок, на конце которого томится небольшая кудрявая собачка, похожая на пуделя.
Конторка расположена ровно по центру просторного помещения и условно делит его пополам. С правой стороны стоят три стола с наклонными столешницами и перед ними – простые деревянные стулья. Ближе к стене – большой диван с потёртой обивкой. Справа и слева от него – кадки с чахлыми растениями.
По пустоте в этой части почтамта я сделала вывод, что она предназначена для посетителей.
Зато на противоположной стороне кипела жизнь. Столы там, в отличие от посетительских, похожих на старинные школьные парты для одного человека, были большими и длинными. А ещё заваленными письмами и посылками. На одном столе коробки уже сложены в высокие пирамиды и по бокам обложены свёртками, видимо, для устойчивости. На другом – шёл самый разгар этого процесса.
Трое работников, как на подбор высокие, широкоплечие и бородатые, увлечённо сортировали почту. Один выкладывал архитектурные шедевры из посылок. Двое других сортировали письма. Часть уже была собрана в кипы и обмотана бечёвкой, часть ещё покрывала поверхность стола.
Я удивилась, что работы на почтамте так много. Или он обслуживает не только этот город, или жители Соснового бора имеют много друзей по переписке, или сотрудники долго копили корреспонденцию.
Впрочем, судя по черепашьей активности работников, последний вариант очень близок к истине.
Не знаю, сколько времени они сортировали эту почту, но сегодняшний день свёл на нет их усилия.
К сожалению, первой и основной, пусть и косвенной причиной катаклизма явилась я. И уже моё появление запустило цепочку событий, приведших к коллапсу.
Зайдя в здание почтамта, я на короткое время остановилась, чтобы окинуть взглядом помещение. И случайно заметила висящую над головой паутину – большую, старую и покрытую пылью. От движения воздуха паутина тоже колыхнулась. Причём так сильно, что я испугалась. Подумала, сейчас она свалится на меня со всем содержимым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
