Я взяла письмо и, пробежав глазами по написанному, почувствовала, как во мне поднимается волна негодования.
«Сударыня! Поскольку Сьюзан Частер желает получить место горничной в моем доме, я прошу Вас, ее бывшую хозяйку, сообщить, подходит ли она для выполнения столь серьезных обязательств. В прошлом я много раз сталкивалась с дерзостью и подлостью слуг и впредь хочу обезопасить себя от козней этих людишек. Мое мнение таково, что низшие существа как прислуга, созданы Богом исключительно для того, чтобы испытывать нервы нормальных людей. Что сразу мне понравилось, так это внешность Сьюзан. У нее совершенно безобразный, плебейский нос, похожий на картофелину, редкие, коровьи ресницы и глупый взгляд. Я считаю, что чем невзрачнее прислуга, тем лучше. Серая, незапоминающаяся внешность это что-то вроде дешевой униформы для горничных, предназначенной им самой природой: указывает им их место и отвращает от желания создавать пару с мужчинами. Мне в моем доме романы не нужны, ибо смотреть на чувства низшего сословия равносильно тому, как наблюдать за брачными игрищами собак. Я хочу спросить вас, вежлива ли Сьюзан? Потому что служанка должна с покорностью сносить мои справедливые выговоры и побои».
На этом сие мерзкое послание заканчивалось, и я с омерзением скомкала его. Какая гадость!
Подняв глаза, я увидела обалдевший взгляд дворецкого и сказала:
– Женщину перевести в дом в качестве горничной. Немедленно.
– Да, леди! – Джошуа Клатчер весь засиял, будто начищенный пятак. – Благодарю вас!
– Сегодня я составлю новый свод правил. Вы должны будете раздать их всем слугам, – я хотела сделать для них выходные, отпуска, премии и все то, что было в цивилизованном мире. Свободный человек не должен жить как раб!
– Увы, леди… Кроме меня никто не может читать. Поэтому я объявлю всем устно, – ответил дворецкий. – Вы можете передать все мне, а я зачитаю остальным.
– Как это не умеют читать? – я изумленно приподняла брови. – Взрослые люди не умеют читать?
– Вы задаете странные вопросы, леди Мерифорд… – мужчина недоуменно взглянул на меня. – Слуг учат только элементарному счету и правилам поведения с хозяевами.
Моя душа взбунтовалась против такого уничижительного отношения к людям, стоящим ниже на социальной лестнице. Разве так можно?!
– Сообщите всем, что со следующего месяца каждый четверг все будут обязаны приходить на уроки чтения и письма, – сказала я. – Мне не нужны неграмотные люди рядом. Это ведь целый пласт жизни! Сколько книг они не прочли! Сколько писем не написали! Так дело не пойдет.
Дворецкий находился в полном шоке и смотрел на меня как на гуманоида в кокошнике.
– Но это не практикуется в высшем обществе… вы навлечете на себя осуждение…
– И что? Я стану как-то хуже жить после этого? – я действительно не понимала, как на меня может подействовать чье-то осуждение. – Меня не станут приглашать в дома знати? Как-нибудь переживу, мой дорогой мистер Клатчер. Я не вижу в этом особого удовольствия и с радостью ограничусь общением со своей семьей и приятными мне людьми вне зависимости от их социального положения.
Нет, я, конечно, понимала, что в таком обществе быть нерукопожатным для кого-то это сродни удару. Но меня это совершенно не заботило. Деньги у меня были, дом и земли тоже. А плыть по течению глупых правил и условностей, чтобы периодически светиться на приемах лживых, кривляющихся аристократов было еще противнее, чем читать письма леди Абигейл. Моя буйная, деятельная и чересчур справедливая натура отчаянно сопротивлялась тому месту, куда я попала. Разве я смогу спокойно жить, принимая все те глупости, которые придумали люди возомнившие о себе невесть что? Нет, милые мои… Лидка Гренадерша никогда не прогибалась под изменчивый мир и этот точно не дождется от меня гибкости. Если я перла как танк, то могла и раздавить.
– Леди, чувствую, тяжело вам придется с такими-то мыслями… – дворецкий с трудом подбирал слова. – Вы мне напоминаете тех своевольных дам из общества «Плющ и клевер».
– Это еще кто? – я мгновенно заинтересовалась. Неужели есть восставшие против приличий?
– Вы не знаете о «Плюще и клевере»? – снова удивился Джошуа Клатчер. – Эти дамы выступают против всего на свете! Им не нравится, что мужчины имеют доминирующую позицию, что к слугам относятся как к домашним животным, они продвигают революционные идеи и от них шарахаются как от чумы!
– Неужели в Корндбери есть такие леди? – у меня даже заломило между лопаток от такой информации.
– Есть, конечно! Они собираются в старом маяке, пьют виски, читают стихи и толкают свои сумасшедшие идеи! – возмущенно воскликнул дворецкий. – Среди них есть и вдовы, и старые девы и поговаривают, что на эти встречи бегают молодые мисс! Это ужасно!
– Но что такого они сделали? – я совершенно не понимала суть претензий к этим женщинам.
– Они отрицают тот строй, при котором мы живем! – мужчина разнервничался не на шутку. – Да разве можно женщине ставить себя на одну ступень с мужчиной?! Отец Келли говорит, что это грех! Их ждет геенна огненная!
Понятно… Кто пошел против правил тот обязательно должен попасть в ту самую пресловутую геенну, а тот кто считает людей быдлом, не имеющим права голоса и не имеющим права читать и писать, унаследует Царствие небесное. Господь уж точно не этого хотел. Глупое, мерзкое право превосходства.
– И кто же руководит «Плющом и клевером»? – мне была интересна личность смелой женщины, рискнувшей пойти против общества.
– Миссис Дейзи Фицпатрик, – ответил дворецкий и скривился. – Поговаривают, у нее есть даже трубка как у мужчины! Она вдова управляющего железнодорожной станцией, который погиб, когда поезд сошел с рельс. Теперь ей выплачивают приличную сумму за его смерть и эта женщина ни в чем себе не отказывает. Леди Абигейл всегда говорила, что она сбивает с толку слуг, заставляя их верить в то, что они тоже люди.
– А разве слуги не люди? – я приподняла брови, слушая такие речи. – Или они созданы не по подобию Господа?
– Слышала бы вас леди Абигейл… – грустно усмехнулся Джошуа Клатчер. – Ее бы точно хватил удар.
М-да… Ну ничего, я не собиралась слушать такие глупости и даже если тетушке герцога придет в голову говорить со мной на эту тему, то она получит достойный ответ.
За основу письма леди Абигейл взята пародия 1844 года, опубликованная в сатирическом журнале «Панч», которая высмеивала запросы нанимательниц.
Въедливые хозяйки обращались к предыдущим хозяевам какой-нибудь Мэри или Нэнси, чтобы выяснить, чистоплотная ли она, действительно ли хорошо выполняет свои обязанности, не водится ли за ней склонность к воровству.
Глава 16
Весь вечер в доме тетушек царила суматоха. Бесси собирала вещи, и во всех комнатах был настоящий бедлам.
– Но что же будет с нашим домиком? – Шерил с грустью посмотрела по сторонам, скользя взглядом по обоям в цветочек. – Здесь прошли замечательные годы… Эти стены помнят радости и печали.
– Нужно предложить его кому-то в аренду, – Присцилла оказалась самой прагматичной из всех. – Например, новому доктору, который ютится в тесной комнатке в доме миссис Донтен.
– Это хорошая идея, Присси! – воскликнула Кэнди. – Он такой приятный молодой человек! Вежливый и обходительный!
– Естественно, она хорошая, – тетушка горделиво повела бровью. – Разве у меня когда-то были глупые идеи? Но давайте спустимся вниз и выпьем, наконец, чаю. Погода портится и в доме становится прохладно, нужно растопить камин в детской и в гостиной.
Бесси кивнула и помчалась выполнять поручение.
В окна заколотил дождь, заскрипели под стенами дома старые деревья, касаясь ветвями стекол. От этого звука у меня все переворачивалось внутри, хотелось закутаться в теплый плед, выпить терпкого вина, а после взяться за книгу.
Вскоре мы устроились у камина, в котором уютно потрескивали дрова, Хлоя принесла Беатрис и теперь она лежала в украшенной кружевами коляске, сонно посасывая палец.
– Какая же она милая… – прошептала Шерил, поглядывая на малышку. – В ней абсолютно нет ничего твоего, Миранда. Девочка копия герцога.
– Только вряд ли это заставит леди Абигейл полюбить ее, – сказала Кэнди на что я моментально отреагировала:
– Беатрис обойдется и без любви этой женщины. Ей вполне хватит моих тетушек.
– Да, дорогая! Я тоже так думаю! – Кэнди довольно заулыбалась. – Наша деточка не останется без внимания!
Раздался громкий стук в дверь, и Присцилла недовольно нахмурилась.
– Кто бы это мог быть в такое время? Хотя, я, похоже, догадываюсь…
Через несколько минут в гостиную заглянула Бесси и сказала:
– К вам пожаловали местные дамы, чтобы познакомиться с леди Мерифорд.
– Пусть проходят, – Присцилла тяжело вздохнула, после чего обратилась к Хлое: – Унеси дитя наверх. Беатрис станет дурно спать, если ее будут разглядывать чужие глаза.
С этим я не могла не согласиться.
Вскоре в комнату вошло пять женщин, и я почему-то сразу поняла, что дама в зеленом платье была той самой миссис Дейзи Фицпатрик. На ее голове вместо чепца кренилась на бок черная шляпка с пером, а из-под широкого пояса торчала курительная трубка. Вообще у этой женщины была колоритная внешность. Ярко-рыжие волосы, завивающиеся в мелкие кудряшки, курносый нос и россыпь веснушек. Опустив взгляд, я заметила, что она обута в мужские боты с высокой шнуровкой – скорее всего даме, было трудно подобрать обувь по размеру. Ноги ее выглядели просто огромными.
– Добрый вечер, леди Мерифорд… – с придыханием произнесла невысокая женщина в кокетливой шляпке-капоре, надетой на кружевной чепец. – Мы так рады познакомиться с вами… Я – Джулия Пединстон.
Щеки дамы выглядели неестественно розовыми, как и тугой кружочек губ. Ага… а это та самая мадам, которая красит лицо! Это ее упоминали тетушки, когда мы ехали в экипаже в нашу первую встречу.
– Дейзи. Дейзи Фицпатрик, – предводительница революционерок шагнула ко мне и протянула руку. – Добро пожаловать в Корндбери, леди.
Я протянула руку в ответ, и она сжала ее по-мужски сильным рукопожатием.
– Мария Фордсон, – ко мне подошла молодая женщина примерно моего возраста в круглых очочках и присела в книксене. – Я хозяйка чайной лавки «Волшебный домик Мари».
– Барбара Брикс, – четвертая женщина была примерно лет сорока с небольшим. Ее брови сходились на переносице, а само лицо имело практически зверское выражение. Она напомнила мне троллиху из скандинавских сказок. Рост и грузная фигура лишь подчеркивали это сходство. Но как только дама улыбнулась, впечатление моментально поменялось в другую сторону. Красивая улыбка с ровными белоснежными зубами не просто украшала ее, а делала почти симпатичной. – Я супруга мясника. Леди, вы должны знать, что у нас самое свежее мясо в Корндбери!
Последняя дама выглядела будто ангел, сошедший с небес. Молодая девушка лет двадцати пяти была хрупкой, с тонкими запястьями, белокурыми волосами и нежными чертами лица. С таких лиц пишут портреты.
– Добрый вечер, леди, – произнесла она мелодичным голоском. – Меня зовут Карэн Ландертон. Я супруга Майкла Ландертона, у которого адвокатская контора на углу улицы «Розовые сады».
– Мне очень приятно, дамы, – ответила я, с удовольствием разглядывая их. Они казались мне такими необычными, такими интересными! – Прошу вас, присаживайтесь.
Когда все кресла и софа были заняты, Джулия Пединстон спросила:
– Говорят, вы собираетесь переезжать в «Золотую рощу», леди Мерифорд?
– Да. Завтра же мы всей семьей отправляемся в новый дом, – я обратила внимание, как скривилась Присцилла. Похоже, по ее мнению верхом бестактности было напрямую спрашивать о переезде.
– Я прошу прощения… – дама немного замялась, а потом выдохнула: – Вы будете устраивать праздник в парке поместья для жителей Корндбери?
Ага… вот чего они от меня ждали. Ну а почему и нет? В конце концов, в этом нет ничего предосудительного. Насколько я помнила, леди Абигейл тоже устраивала подобные праздники.
– Да, праздник обязательно будет, – пообещала я. – Все получат приглашения.
– Ох, как это здорово! – радостно воскликнула супруга адвоката. – Будут танцы и сладости!
– А в чем должны будут прибыть дамы? – спросила Мария Фордсон, поправляя очки. – Мы ведь должны успеть пошить себе наряды! В прошлом году праздник леди Абигейл назывался «Лавандовая мистерия» и все женщины шили платья подходящего оттенка! А в этом году праздник в парке Мерифорд будет называться «Горный родник», значит, всем придется наряжаться в голубые и синие тона!
– Я делаюсь в них похожей на покойника! – фыркнула Карэн Ландертон. – Терпеть не могу голубой и синий!
– Скажи спасибо, что не желтый! – громко рассмеялась Дейзи Фицпатрик. – Тогда ты станешь похожа на яичницу!
Все захихикали, а рыжая революционерка обратилась ко мне:
– Леди Мерифорд, приглашаю вас посетить собрание «Плюща и клевера» в старом маяке. Оно будет проходить в субботний вечер.
– Ты опять за свое, Дейзи? – Присцилла даже порозовела от возмущения. – Мало того, что ты сбиваешь с толку женщин Корндбери, так тебе захотелось затащить в свой маяк и леди Мерифорд!
– Разве мы делаем что-то дурное? – она совершенно не обиделась. – Подумаешь, иногда выпиваем виски, да обсуждаем мужчин! Точно таким же занимаются дамы в своих клубах по интересам! Только они пьют бренди, оттопырив пальчик, и обсуждают мужчин, не называя их имен: “О, вы слышали, что «мистерусысосульки» вчера поколотил свою супругу? Ах-ах, какое безобразие!”
Дейзи так потешно скопировала жеманную даму, что даже Присцилла не выдержала и рассмеялась.
– Дейзи, ты невыносима!
Целых полтора часа мы разговаривали, пили чай, а после тетушка даже распорядилась принести малинового ликера, чтобы выпить по рюмочке для настроения.
Мне уже давно не было так весело, и я вдруг поняла, что вполне смогу ужиться здесь. Мне нравился этот городок, эти своеобразные дамы, даже все нормы приличия, которые тайно нарушались. Хотелось, чтобы жизнь вертелась не только вокруг забот, но и приносила удовольствие. Возможно, я даже схожу на посиделки «Плюща и клевера». А что? Разве мне был кто-то указом? Я свободна, обеспечена, а главное, люблю жизнь во всех ее проявлениях.
Глава 17
Следующий день был таким же хмурым и дождливым, как и вчерашний вечер, и ночь. Близость осени накладывала свой отпечаток на природу, но от этого она не стала менее красивой. Кое-где уже появились желтые и багряные листья, а в воздухе витали первые нотки прелой горечи.
Тетушкам пришлось нанять дополнительно еще два экипажа – один для вещей, второй для нас. В третьем ехали Бесси, Хлоя и Беатрис. Приличия не позволяли путешествовать с прислугой в одном экипаже, а дети должны были находиться со своими няньками.
Кэнди волновалась, Шерил наоборот выглядела радостной, а Присцилла задумчиво смотрела в окно.
– Что-то не так, тетушка? – спросила я, чувствуя ее озабоченность.
– Я переживаю, что ты не справишься с таким большим поместьем, – честно ответила она. – Ты представляешь, сколько нужно вести счетов и расчетных книг? А еще такое количество слуг тоже требует повышенного внимания…
– Не переживайте, прошу вас, – мягко сказала я, абсолютно не испытывая страха перед намечающимися трудностями. – Можно научиться всему, главное иметь желание.
– Хорошо бы нанять управляющего, – осторожно предложила Присцилла. – Он бы взял большую часть забот на себя.
– Я думала над этим. Мне кажется, с этой ролью хорошо справится Флойд Барчем, – мне эта идея пришла этой ночью, и я сразу же загорелась ею.
– Что? – тетушка резко развернулась ко мне. – Миранда, разве можно брать на такую должность человека с репутацией мошенника?!
Кэнди и Шерил тоже изумленно смотрели на меня, но вмешиваться в наш разговор не спешили.
– У него есть хватка, он образован, здраво и логически рассуждает, – начала я приводить свои доводы. – Этот человек имеет пусть и негативный опыт, но все же, я бы сказала, достаточно нужный. От внимания мистера Барчема ничего не скроется. И самое главное, ему незачем меня обманывать, ведь шансы получить такую должность в его случае равны нулю.
– Но что скажут люди? – не сдавалась Присцилла. – О нас станут судачить, говорить, что мы приняли на работу преступника!
– Люди в любом случае станут судачить о нас, вне зависимости от того, кого я приму на работу. Уж поверьте мне, – парировала я. – А как только появится новый объект для пересудов, о нас тут же позабудут.
– Ты стала совершенно другой, – недовольно произнесла тетушка, видимо, потеряв желание спорить со мной. – Где та милая девочка, с чудесными манерами?
– Милая девочка с чудесными манерами превратилась во вдову герцога, – я постаралась успокоить ее: – Не думайте ни о чем. Все будет хорошо, я это вам обещаю.
В «Золотой роще» уже для всех приготовили комнаты, и как только экипажи подъехали ко входу в особняк, слуги бросились встречать нас. Один из вышколенных лакеев помог нам выбраться из экипажа, остальные заносили багаж в дом, а Бесси и Хлою повели к Клаудии Тарпс, чтобы экономка объяснила им правила дома.
Дворецкий степенно поклонился нам, острым взглядом наблюдая за слугами.
– Добро пожаловать, леди Мерифорд.
– Добрый день, мистер Клатчер, – я обратила внимание на молодую женщину, стоящую у входа, ведущего на кухню. Она опустила голову, сцепив перед собой руки в замок, и весь ее вид говорил о неловкости, которую она испытывает.
Дворецкий проследил за моим взглядом и спохватился:
– Миссис Частер, подойдите сюда, – приказал он женщине, и та послушно приблизилась. – Поприветствуй новую хозяйку «Золотой рощи». Благодаря ей ты теперь будешь работать в доме, а не в поле.
