Папенька дал своё слово, своё благословение, и теперь она свободна. Свободна любить. Свободна быть с Вельма́ром. Больше не нужно прятать чувства за маской холодности. Больше не будет украдкой переданных записок и ночных встреч в укромных залах.
Арес — её брат, её свет, её опора — сделал невозможное. Он подарил ей самое ценное: право на счастье.
Вспышка.
— Ты точно должен там быть? — шепчет она, прижимая к груди шнуровку на его кафтане, словно в этом прикосновении — гарантия, что он не уйдёт.
— Отец не может, а я как представитель Долины и правящей семьи должен присутствовать. Да и… — он хитро улыбается. — Вдруг Ардаэ́н не только мой друг, но и будущий зять.
— Только не начинай, — она морщится, но губы всё равно предательски растягиваются в улыбке.
Политика. Их проклятье и их обязанность.
Союз с драконами... Да, идея витает в воздухе уже не первый год. Но только не с ней.
Не с той, чьё сердце принадлежит другому. И Арес единственный, кто её в этом поддержал. Кто встал между ней и волей повелителя.
— Арс, он когда-нибудь похоронит эту идею? У нас уже столько межрасовых семей, что давно можно объединиться на этой почве.
— Дорогая сестрёнка, в политике не так всё просто, — отвечает ей демон, забирая из её рук кафтан изумрудного цвета. — Сама подумай: если бы свадьбы обычных жителей влияли на объединение народов, у нас бы уже давно была единая империя.
— Поняла-поняла, — демонесса подняла руки вверх, соглашаясь. — Все бы смешались. Но я очень рада, что ты родился первым, и мне никогда не придётся вникать во все эти политические игры.
Она подошла к брату сзади, обняла его и тихо спросила.
— Когда ты вернёшься?
— С приходом южного ветра, — он поворачивается, обнимая её в ответ, и в ту же секунду её охватывает странное беспокойство.
Но она его прогоняет. Как всегда.
Вспышка.
Она проснулась с криком, застрявшим в горле. Резкий вдох, рваный, болезненный, будто воздух в спальне внезапно стал стеклянным. Грудь сдавило, виски взрывались гулом, а простыни неприятно липли к телу.
Она села. Пальцы дрожат. Кожа будто в огне, несмотря на прохладу. Всё тело в мурашках. С трудом откинув одеяло, она босыми ступнями коснулась холодного каменного пола, реальность ещё не вернулась. Принцесса словно застряла между сном и чем-то… ужасным.
Медленно встав с кровати, девушка подошла к распахнутому окну, чтобы прийти в себя. Тёплый ветер ласково коснулся её кожи, даря успокоение.
Южный ветер. Он вернулся!
Накинув халат поверх сорочки, она бросилась в коридор. Воздух, казалось, расступался, подчиняясь её шагам. От нетерпения сердце стучало, как колокол.
Он здесь. Он вернулся. Он должен быть здесь.
Комната брата за углом. Стук.
Один. Второй.
Тишина.
Снова стук.
И снова — ничего.
Он, наверное, у отца. Доклад. Конечно, доклад! Он всегда сначала идёт к нему.
Она несётся вниз, мимо слуг, которые едва успевают отшатнуться. Ступени под ногами будто исчезают. Останавливается. Поднимает руку — вот-вот постучит в кабинет отца.
И в этот момент до неё доносятся слова. Голоса.
— Как это могло произойти?! Где ты был?! Где мой сын?!
Голос отца. Сломанный. Раздавленный.
— Я… не успел, ваше величество, — раздается незнакомый, какой-то замогильный голос. — Мне жаль. Но… наследник мёртв.
— Убирайся! — еле слышно отвечает повелитель.
Мёртв.
Воздух вылетел из её лёгких. Колени подогнулись, но она удержалась. Рука всё ещё в воздухе. Как чужая.
Словно в замедленной сцене, дверь распахивается — и стук сердца в этот момент становится барабанной дробью на её похоронах.
Наследник мёртв.
Боль. Удушающая, разрывающая грудную клетку изнутри боль, которая хочет вырваться наружу.
Наследник мёртв.
Зелёные глаза с вечными смешинками стоят перед её взором, и она, как наяву, видит уходящий из них свет.
Наследник мёртв.
Тёплые руки самого дорогого демона в мире, которые держали в надёжных объятиях, становятся ледяными.
Мёртв.
Слово повторяется внутри, как заклинание, как проклятие. С каждой секундой смысл проникает всё глубже.
Мёртв.
Губы беззвучно шевелятся. Нет.
Наследник мёртв.
Нет, нет, нет, нет!..
Крик оглашает всё крыло дворца. Это не просто крик.
Это вой.
Это агония.
Это зверь, лишившийся стаи.
Уши заложило, глаза не видят. Единственное, что ощущает принцесса, — боль. Невыносимая, мучительная боль, как будто очень медленно сердце вырывают из груди. Её руки в крови из-за сломанных ногтей, которыми она царапала каменный пол в приступе безумной боли. Но боль нужна, она — хоть что-то настоящее.
Чьи-то руки подхватывают её с пола и несут… она замечает, что плачет. Нет, не плачет — захлёбывается. Тонет в собственной боли, в собственном горе.
Ей безразлично, куда её несут. Она умерла в тот момент, когда услышала: «Наследник мёртв».
У неё больше нет опоры, нет друга, нет брата. Нет того, за чьей спиной она всегда могла спрятаться, кому по ночам могла плакать, уткнувшись в плечо. С кем они вместе мечтали сделать этот мир чуточку лучше, когда она станет достаточно взрослой и окончит обучение. Нет того, кто, вопреки своей принадлежности, был настоящим светом. Её света больше нет.
Исчез.
— Ваше высочество, простите… Я не успел…
Последняя капля.
Вся боль, пытавшаяся вырваться наружу, буквально сорвалась с поводка вместе с силой. Огонь, который пару секунд назад заставлял закипать кровь в венах, вырвался наружу, поглощая всё пространство вокруг. Как голодный зверь, он бросался на всё, что встречал на своём пути, сжигая и превращая в пепел.
Он не просто горит — пожирает. Он не пылает — мстит. Он — воплощение утраты.
Руки продолжали крепко удерживать обмякшее тело, а тьма вступила в борьбу с огнём, постепенно поглощая последний.
В её голове, среди бушующих бурь, звучит последнее, что он сказал ей:
«С приходом южного ветра»
Вспышка.
— Тебе стоит быть аккуратней, Астарта, — жестко напоминает наставник и выразительно посмотрел на кольцо, туго охватившее её безымянный палец. — Ты — наследница демонов. И должна понимать: подпускать кого-то так близко слишком опасно.
— Идите к Хаосу, наставник! — в её голосе рванула буря, сломавшая остатки самообладания. — Я не просилась на это место, не хотела быть наследницей! Я сама решу, кому мне доверять!
Дверь, хлопнув, едва не слетела с петель.
Она вылетела в коридор, спустившись по лестнице почти бегом. Сердце колотилось так, будто собиралось выбить рёбра.
Руки снова дрожали. Эти судороги приходили каждый раз, как звучало это ненавистное слово: наследница. Она ненавидела то, что отныне это её титул.
Чтобы успокоиться, ей нужно увидеть единственного, кто был её якорем. Вельмар её нежно обнимет, и тьма рассеется, снова даруя возможность дышать.
Он одобрил его.
Тот, чья смерть вырвала её сердце и оставила пылающую пустоту. Тот, чьё имя она отныне не могла называть, иначе вспышка боли прорывалась вместе с огнём, который не желал покоряться и хотел мстить.
Война уже была на пороге их дома, но пока не выходила на открытую арену. Ещё был шанс обойтись без многочисленных жертв, нужно просто найти убийцу. Сегодня отец получит донесение. Сегодня всё изменится.
Вспышка.
Резкая боль. Глубокая. Пронзающая. Как будто грудь раскололась надвое. Распахнув глаза, первое, что увидела девушка, — торчащий из груди кинжал, рукоять которого держала мужская рука.
Она медленно подняла взгляд… и всё внутри оборвалось.
Её накрыла вторая волна боли, которая была в разы сильнее физической. Вельмар. Её Вельмар.
Демон, чьи руки держали её, когда она падала. Демон, чьи губы шептали ей про вечность.
Теперь он держал рукоять кинжала, а в глазах, когда-то таких тёплых и любящих, плескалась ненависть.
— За… что? — с трудом прошептала она.
Горло будто сдавила удавка. Воздуха не хватало. Она осознавала, что уже не сможет ничего изменить, но, прежде чем умереть, она хотела узнать ответ.
Он склонил голову. Жёстко усмехнулся.
— Ничего личного, ваше высочество, только…
Он не договорил. Его голова с глухим звуком упала и покатилась по кровати, заливая белоснежные простыни алой кровью предательства. Тело рухнуло следом, но пальцы всё ещё сжимали рукоять, будто даже в смерти не хотели отпустить своё дело.
— Надеюсь, ты усвоила урок, наследница, — отчеканил наставник, одновременно вынимая кинжал из груди.
Боль взорвалась в теле новой волной. Воздух стал густым, как смола. Каждое биение сердца отзывалось в ушах глухим ударом, будто барабан смерти звучал только для неё.
— Но слишком поздно, — вымолвила девушка.
Она чувствовала, как уходит. Исчезает. Распадается.
— Не мечтай, девочка, — наставник наклонился к её уху. — Нам ещё на войну идти. Повелитель узнал правду. Это был Ардаэ́н Дра́к’Вельд. Наследник драконов.
И всё.
Мир застыл. Звук исчез. Цвет ушёл. Осталась пустота. Что-то внутри… необратимо сломалось.
Северный ветер завыл в её душе, покрывая все то, что когда-то горело ярким огнём, толстым слоем льда. Все чувства оледенели.
Она услышала, как кольцо, подаренное Вельмаром, упало на пол. Глухой металлический звон разнёсся эхом — последняя нота чего-то утерянного навсегда.
Двух наследников предали.
Дружба. Любовь. Всё оказалось фарсом.
Вспышка.
— Хватит! — отчаянный крик сорвался с губ, и утонул в густой вязкой тьме, окружавшей меня со всех сторон.
