Я выпрямляюсь в кресле, когда телефон начинает звонить. На экране незнакомый номер, и, с учетом разговора в машине, у меня пропадает аппетит. Считая гудки, я прожигаю глазами дисплей.
Они настойчивые.
Гудки идут до тех пор, пока вызов не прекращается сам. Автоматически.
На следующей неделе наша семья приглашена на свадебный банкет, и Абрамов тоже будет там. Я готова притвориться умирающей, лишь бы на этот банкет не идти, но Марина не даст мне такой возможности.
Это слишком важное мероприятие, чтобы она позволила мне отсидеться в стороне.
Я проваливаюсь в свою телефонную книжку и в списке контактов нахожу номер своей матери.
Кружу вокруг него пальцем, кусая губы.
Я так и не решаюсь нажать вызов, и от этого в горле у меня собирается противная горечь.
Последний раз мы общались больше месяца назад.
Моя мать живет в Москве. Она модель. Снимается для каталогов, даже в сорок на нее отличный спрос.
Родители в разводе уже десять лет. Первое время я жила с матерью в Москве. Я изо всех сил старалась никаких проблем ей не создавать, но ей было трудно совмещать работу, личную жизнь и заботу обо мне, поэтому… Когда мне было тринадцать, она отдала меня отцу.
За мной присматривала бабушка, а потом отец женился во второй раз. У них с Мариной двое общих детей. Они близнецы, и они мертвого способны вывести из себя.
Мать тоже вышла замуж. Пять лет назад. У них… тоже общий ребенок. Мальчик. Даниил. Мы с ним похожи…
Сама я о замужестве не мечтаю. Единственное, о чем я мечтаю, – поскорее съехать из отцовского дома. Когда у меня появится свой, только я буду решать, где и как в нем будет стоять мебель, какого цвета она будет и во сколько мне, черт возьми, ужинать.
Потребность иметь что-то свое, что-то, принадлежащее только мне, в последнее время навязчивая!
Примерно такой же была потребность избавиться от своей девственности.
Через два месяца мне будет двадцать один. В восемнадцать я думала, что мой первый раз будет по грандиозной любви, а сейчас…
Я с силой закусываю губу, чувствуя, как тянет между ног, ведь у моего первого мужчины совершенно точно размеры были выше среднего!
Глава 8
Полина
Мои щеки краснеют, но не от смущения, а от того, что по телу кипятком прокатилась горячая волна.
Возбужденное тело того дагестанца преследует меня и днем, и ночью. Я перекручиваю в голове ощущения от того вечера, как мясорубка. Каждое касание и каждый впечатление. Вкус и запах. Его глаза, когда он на меня смотрел.
А его тело… Когда оно всплывает в голове, я думаю о сексе. Но, что важнее, в обратную сторону это тоже работает. Когда я думаю о сексе, представляю… Представляю его. Этого дагестанца.
Это магия первого раза?! Очень странно, ведь это было кошмарно больно, и романтики в этом ноль. А он, этот дагестанец, наверняка, даже слова такого не знает.
И тем не менее, след от нашего поцелуя будто до сих пор на губах остался. Я касаюсь их пальцами, пытаясь порушить эту прямую зависимость между своей головой и своим телом. По крайней мере на то время, пока разгуливаю по городу в окружении толп людей. Осталось только дождаться, когда этого дагестанец из моей головы вымоет насовсем, и тот вечер я забуду навсегда.
Покончив с обедом, я вызываю себе такси до торгового центра, но, как назло, первое, за что цепляются глаза, когда отрываю их от телефона и смотрю в окно – это гостиница, в которой чуть больше суток назад я лишилась девственности.
Метнув взгляд, я возвращаю его к экрану. Там свежая серия фоток. На них сверкает своей белозубой улыбкой парень, с которым я уже больше года общаюсь в сети.
Мы познакомились на дне рождения моей подруги. Это было четыре года назад. Он там был со своей девушкой, а я на него запала.
Мы пересекались то тут, то там, но я была кошмарно стеснительной в свои семнадцать. Я не решилась ни на что более менее смелое, даже когда он со своей девушкой расстался. Я боялась быть навязчивой до такой степени, что предпочитала вообще подальше от него держаться. Кроме этого в семнадцать я начала набирать вес, чувствовала себя настоящей коровой. Я была полной противоположностью своей матери, и это действовало на меня убийственно. В семнадцать она выиграла свой первый конкурс красоты, а я перестала влезать во все свои джинсы!
А потом я узнала, что Матвей уехал на учебу в Штаты. Он живет там уже четыре года, но год назад он отреагировал на мое фото в соцсети и мы начали общаться.
Он умный. У него отличное чувство юмора. И он приедет домой этой весной. Я хочу его увидеть. И я меньше всего на свете хочу предстать перед ним двадцатиоднолетней девственницей!
Он решит, что я больная.
Я стала стесняться своей чертовой девственности, как будто она мой изъян. Будто со мной что-то не так. Я стесняюсь говорить об этом хоть с кем-то, предпочитаю держать эту информацию при себе, чтобы мне не крутили у виска.
И я не хочу проходить через всю эту боль и неловкость с Матвеем, даже если он и не покрутит мне у виска.
Такси высаживает меня перед торговым центром, и я решаю не тратить время на бесцельные шатания, а сразу отправляюсь в шоу-рум своей знакомой. У них отличный стилист и отличная коллекции платьев, а мне оно через неделю понадобится.
Глава 9
Расул
В доме гости. Точнее, гостья.
Зовут Самира, моя ровесница. Насколько я успел въехать, ее сватают за Дениса, а тот, по-моему, не заинтересован. Это мое умозаключение, и я держу его при себе на протяжении всего обеда.
Денис периодически ныряет в телефон. Я вижу, что у него там рабочая переписка, и это с учетом того, что сегодня суббота.
Самира помогает его матери накрыть на стол для чая. Мы с дядькой им под руки не лезем, молча доедаем то, что в тарелках осталось.
Самира брюнетка. Длинные волосы ниже плеч, цвет шоколадный. Глаза тоже шоколадные, карие.
Прямо как у… Динары.
И как у алиби моего. Я потому ее на сайте и выбрал. Потому что она, вроде как, в моем вкусе…
Стандартный набор ощущений лупит по яйцам. Я ерзаю на стуле, пытаясь тормознуть процесс в зародыше. Будет не очень круто, если потенциальная невеста Дениса подумает, что стоит у меня на нее.
Ковыряюсь вилкой в тарелке, шире разводя колени под столом.
Настроение у меня дерьмовое. Я три дня в полной неопределенности. И хоть мои передвижения никаким образом не ограничены, я уже получил приглашение в ментовку для дачи показаний. И мне нужно мое алиби.
От злости меня крутит еще сильнее, чем в первый день. Неимоверно бесит тот факт, что меня пинают, как щенка бездомного.
От этого пальцы складываются в кулаки, а изнутри хлещет еще и тем, что у меня, кажется, отходняки начались. Если до этого я ситуацию с Динарой чувствовал как-то в аффекте, то теперь реальность со всей дури навалилась, и припекает меня изнутри о-о-чень мощно.
Я за столом вообще не к месту гость. Разговаривать меня не тянет, поэтому молчу.
– Садись, – распоряжается хозяйка. – Давай-давай, садись. Я дальше сама…
Самира опускается на стул напротив. Смотрит на Дениса. Глаза у нее красиво подведены стрелками, да и вообще она красивая. Приехала из Дагестана месяц назад примерно. У нее здесь родственники, и она хочет здесь, в городе, остаться, хотя ежу понятно, что целью поездки изначально было с моим дядькой познакомиться.
У Дениса в планах женитьбы, судя по всему, нет, иначе давно бы ситуацию вперед толкнул, но что-то подсказывает, долго сопротивляться тоже не получится. Мать его для себя уже все решила.
– Это вот Самира делала, – она выставляет на стол тарелку с каким-то пирогом.
Та опускает вниз глаза, через секунду к Денису обращается:
– Тебе положить?
У дядьки моего яйца крепкие, ведь, несмотря на то, что весь этот обед вокруг него крутится, и девушка реально старается и ну очень сильно заинтересована, Денис объявляет:
– Мне с собой.
– Ты что, уже уходишь? – удивляется его мать.
– Да, – Денис встает. – Мне нужно за ноутбук. Срочный запрос.
– Такой срочный? – возмущается она. – Полчаса не подождет?
– Не подождет, – сворачивает он.
Тормозить его она не пытается. Все же, работа у него ненормированная. Я бы даже сказал, он на ней слегка женат.
Пока ему “заворачивают” кусок пирога, Денис прощается с Самирой. Остановившись рядом с ее стулом, кивает:
– Рад был тебя увидеть. Если нужна какая-то помощь, обращайся. Поможем чем сможем…
– Спасибо… – снова опускает она глаза.
Дядька забирает у матери контейнер с пирогом и обращается ко мне:
– Пошли со мной.
Я выгребаю из-за стола. Провожаю его до прихожей, где он вручает мне ключи от своей машины и просит:
– Отвези ее домой. Машину вечером вернешь.
– А ты? – выгибаю брови.
Он надевает куртку, на голову набрасывает капюшон.
– Пешком пройдусь, – говорит Денис.
Его дом находится здесь же, в поселке. Не далеко, но пешком эта прогулка не то, чтобы короткая. Минут пятнадцать примерно. Для человека, который спешит, это, на мой взгляд, не мало.
Наличие под задницей машины существенно экономит мое время.
В последние дни я столько времени провел, болтаясь по городу на своих двоих, что для разнообразия не против сделать это на машине.
Я болтался по городу достаточно, чтобы начать отлично ориентироваться в центре, по крайней мере в той его части, где сконцентрированы основные городские объекты. Самира живет примерно здесь же, так что сильно крутиться по городу мне не приходится.
Всю дорогу моя пассажирка молчит. На вскидку я бы сказал, что у нас примерно один градус настроения.
Самира глазами сверлит лобовое стекло и кусает губы.
Судя по всему, ее максимально не устраивает, что за рулем я, но все равно благодарит. Воспитанная.
– Спасибо, – толкает она пассажирскую дверь.
Жду, пока выберется из машины, отзываясь:
– Не за что.
На знакомом перекрестке я полторы минуты жду зеленого сигнала светофора. Этот перекресток я тоже изучил. Здесь офисы, магазины. Улицы сильно проходимые. На самом пересечение каких-то особо интересных объектов нет, а вот улица, по которой я двигаюсь, утыкается в один из двух университетов, про которые пацан из пиццерии говорил. Второй тоже здесь, только чуть повыше.
Я гуляю глазами по прохожим, как маньяк. У меня азарт дикий. Возможно, охотничий инстинкт проснулся.
Она бывает здесь, уверен просто.
Она и пиццерию ту выбрала для нашей встречи, потому что это место ей знакомо. Знакомо, потому что она здесь бывает. В одном из этих универов. На этой улице. На этом перекрестке, потому что он мелькает у нее перед глазами достаточно часто, чтобы любить его или не любить. Ну, или чтобы вообще выражать к нему какое-то отношение. И гостиницу она выбрала по тому же принципу – потому что это здесь же, в радиусе километра.
Я паркуюсь у кафешки, которая смотрит прямо на универ.
Кафешек здесь, вокруг, как грязи. И везде в обеденный час-пик битком, так что за прошедшие дни меня от людей и их плотных скоплений уже воротит. Поэтому то, что сегодня суббота, – умиротворяет.
В кафешке пусто, и, упав на диван за столиком, я от тишины вокруг в восторге. Я один хочу побыть с тех пор, как проснулся, но выбирать не приходится. Один я теперь могу побыть только если обстоятельства позволят.
Угрюмо смотрю в окно, за которым снег опять валит и машины толкаются в маленькой пробке на светофоре.
Реагирую на сообщение от Дениса мгновенно.
Его компьютерщик наконец-то выдал список профилей из социальных сетей, на фотках которых совпадения с девушкой на видео. И я с глубоким вдохом принимаю тот факт, что этих совпадений гребаное море.
Глава 10
Расул
В ночной клуб «Зажигалка» меня пропускают без проблем.
Я по клубам не спец. Вообще не спец, но ожидал, что меня могут и развернуть, если в кроссовках и спортивках заявлюсь, так что съездил переодеться в джинсы и футболку.
Я у входа в этот клуб два часа в тачке просидел, уже жопа к штанам прилипла. Я наблюдаю за входом. Наблюдать – моя основная функция в эти три дня, и мой азарт лишь сильнее разгорается. У меня по жизни во всем так: если что-то не получается, я только сильнее рогом упираюсь.
Раньше полуночи соваться внутрь смысла мало, но у меня мощнейшее желание прийти в движение.
Меня слегка колошматит, потому что народ в это место слетается пачками.
