Как закончились банные процедуры, Фома стал совсем мелким, прям как домашний хомяк, и обиженно забился на верхнюю полку шкафа, где соорудил себе гнездо из женских тряпок. Я же завалился на кровать. «Спасательная операция» меня так умотала, что уснул практически сразу. И спал сном беспробудным.
Проснулся от автоматического будильника техночасов. М-м-м… Ещё часик был бы не лишним, но всё! Время, что себе отвёл на отдых, закончилось. Нечего лениться.
Потянулся, чутка размялся и, подойдя к двери, замер. Вернулись!
– Здесь бы базу сделать… – копошась, судя по всему, в сумке с консервами, вещал Потешкин. – Слушай, Сокол… Здание паршивое, ремонта требует, но места – дохера! Выкупить бы этаж, обновить, покрасить всё…
– Ага, ещё родных привезти, семьи завести, детишек… Ты в городе засиделся, я смотрю. Надо тебя в Сибирь, Потешкин! А то какой-то ты домашний становишься…
– Босс, – раздался хриплый голос Щавеля, – так я не понял… Что это за излом такой был? Вроде твари молодые, да только лезло их столько, будто они там десятилетия мариновались…
Бедолага… Возлежание на целебных салатах после попойки ему не особо-то помогло.
– Не знаю, ребят… Не знаю. Он и не старый, и не новый, но вот так, как язва, взял и открылся. Одно в нём странно – это даже командование отметило: тварей более сильных и опытных не было видать. Говорят, в каких-то отнорках на глубине нашли место побоища. Твари сгоревшие, кислотой разваренные валялись. Говорят, мол, друг с другом передрались, оттого нам и оказалось легко зачистить его. Из серьёзных соперников лишь Химера, считайте. Никого из свиты не было, – высказался глава отряда.
Моё место битвы нашли… Что ж. Хорошо, что именно так его все восприняли.
Я открыл дверь и вышел в коридор, где за притащенным бог знает откуда верстаком сейчас крутили, разбирали, чистили и смазывали многочисленное оружие. Наше оружие. С ним ушли, с ним и пришли.
– Утро доброе! Или что там сейчас?..
– Уже вечер скоро, Ярл. Всю жизнь так проспишь! – улыбнулся Хрустальный от уха до уха, и я заметил, что одного зуба ему не хватает.
Ещё и посвистывает теперь… Получается, не только Дуб раны получил.
– Где так умудрился сменить имидж? – ухмыльнулся в ответ, на что парень фыркнул и взмахнул рукой в сторону нашего мага воды.
– Да Филин, гад, воды налил, когда корни вымывали. Я и поскользнулся…
– И что? Руки не смог выставить?
– Дык в них ящик с корнями был! Урони, поцарапай – столько денег потеряли бы! Ты чего?! А зуб… Хрен с ним, – и стукнулся он кулаком с Филином. – Новый вставлю.
– Вам хоть из этого дали что-нибудь?
– Ага, целой «Тридцаткой» наградили! – вздёрнул голову Хрустальный.
– Чем наградили?..
– Тридцатка! Что, не слышал никогда? – удивился Потешкин, и все посмотрели на меня как на дурачка.
– Впервые слышу.
– Десятка, двадцатка, тридцатка – награды для групп ликвидаторов, которые выделились при зачистке, – начал пояснять Карбат. – Грубо говоря, дают десять, двадцать или тридцать минут ковыряться в изломе наравне с владельцем или, как в нашем случае, военными города и местными боярскими родами, что прислали людей для закрытия. Что нашли, то наше. Что вынесли, то можно продавать.
– О, урвали высшую награду, получается! И что, на сколько улов оцениваете?
– Хех! Трепещи, малой! Мы сорвали куш! Двенадцать корней Азалиуса чернокоренного! На аукционах от десяти до двенадцати тысяч рублей за один такой выходит! Мы одной битвой двухмесячную норму выполнили! А ведь ещё заплатят за участие из Центра! Там тоже, может, тыща рублей, может, больше обломится! Лепота! – радостно хлопая в ладоши, сообщил мне Бобёр.
– Оу, ну да. Действительно неплохо. По вашим меркам, – пожал я плечами, заставляя всех нахмуриться, а Сокола – вопросительно поднять бровь.
Ну, ещё бы. С учётом их политики разделения трофеев, ребята подняли солидный куш. Десять процентов от добычи отрядов подлежат возвращению государству в виде налога. Из оставшейся части половина уходит на обеспечение будущих походов: на покупку провианта и расходки, на ремонт машин и снаряжения и прочие нужды. А вот уже всё остальное делится между парнями – и мной. Соколу, само собой, чуть больше остальных достаётся. Всё-таки лидер.
– Ярл, а что значит «по нашим меркам»? – уточнил Сокол.
– Ну, сколько вы заработали на одного? По пять тысяч примерно каждый, да? Я уже говорил и повторю ещё раз. Я знаю, как увеличить эту сумму в разы. У каждого из вас своя история. Каждый из вас здесь по своей причине: кому-то нужны деньги долг вернуть, кто-то на помощь родным зарабатывает, кто-то просто плывёт по течению… Я же хочу, чтобы мой род процветал. Для этого надо закрепиться и заработать много денег. Очень много. И я знаю, как это сделать. Не просто так в Сибирь приехал. Вопрос лишь в людях. Готовы ли вы помочь мне? Готовы ли сотрудничать вдолгую? Или как только я дам вам в ваши руки условный миллион рублей или даже больше, вы уйдёте, а я останусь один на один со своими проблемами?
Все чуть ли не синхронно повернулись к Соколу в тишине, а затем громко рассмеялись.
– Гля, босс! Прям как ты и предсказывал! Совсем сопляк. Ни черта не понимает ещё! – заявил Бобёр.
Я удивлённо глянул на него:
– И чего же я не понял?
– Ты уже в нашей команде, парень, – встал Филин и хлопнул меня по плечу. – И ты доказал своё право зваться ликвидатором. Отныне твои проблемы – наши проблемы. И наоборот. Так что давай выкладывай. Не томи. Сокол по дороге предупредил о твоём предложении, и мы единогласно согласились идти бок о бок с тобой.
– Юный и глупый, – констатировал Кощей.
– Ничего, мы научим, – добавил Сохатый, и они оба дружно заржали как кони.
– Вы не до конца понимаете, во что ввязываетесь… – покачал я головой.
– Да мы так уже давно живём… – заговорил Карбат. – Кто пять лет, а кто все двадцать. Идём куда глаза глядят. Убиваем тварей неописуемых… В любой момент сдохнуть можем. Думаешь, твои слова хоть что-то изменят в нашей жизни? Нет, – покачал головой, – не изменят. А когда решишь отправляться в академию, мы с ребятами отпуск возьмём, проводим тебя. Да и сами перерыв возьмём на пару месяцев свои дела порешать.
– ДА! Мне вот ещё двадцать тысяч, и я дом выкуплю отцовский из залога банка! – улыбнулся Щавель и начал, предвкушая, хрустеть пальцами на руке.
– Эх, а мне ещё почти миллион на усадьбу копить… – высказался Филин.
– А у меня вообще дома нет. Казарма была, да и оттуда попёрли… – сокрушённо вздохнул Потешкин.
Ну, с таким подходом, думаю, всё у нас получится!
Остаток дня мы провели спокойно и весело. Весь вечер общались, прикалывались друг над другом, мечтали о собственной базе и тренировочном полигоне. Слово за слово, а там турнир по метанию ножей прошёл, в котором всех нас уделал Сохатый. Он так свободно ими владел, что даже казалось, будто они – продолжение его руки.
И всё было бы прекрасно, не сработай предупреждение на моих часах… Предупреждение о том, что где-то рядом с нами появился мутант. Не Жужжа, и не Фома. Кто-то другой. Повезло, что артефакт завибрировал, когда я отошёл за перекусом.
Убедившись, что никого рядом нет, голосовой командой открыл сканер. Хм, судя по всему, он прямо за гостиницей… Надо бы устранить по-быстрому, пока ничего не случилось.
Некоторые уже вовсю содрогали стены храпом, потому я решил тревогу не поднимать, а самостоятельно по-тихому разобраться с этой проблемой.
– Ярл, ты куда? – окликнул меня Потешкин, заметив за сборами.
– Пива взять… Только Соколу не говори.
– О-о-о-о-оу-у-у-у! – Резко закрыл себе рот рукой, а затем тихо добавил: – Дерзай, парень. И мне бутылочку прихвати!
И отправился обратно в «штабной» номер, снятый на Сокола, где мы все и обитали большую часть времени.
По дороге глянул на сканер. Почти вышел из поля обнаружения! И я помчался по лестнице. Выскочив на улицу, понёсся со всех ног, не вкладывая при этом эфир в тело.
Расстояние между мной и монстром начало сокращаться, и в какой-то момент мы оказались в пятидесяти метрах друг от друга. И где он?..
Мы были на загруженном в это вечернее время перекрёстке, но я не видел ни следов паники людей, ни самого монстра.
Я поднял голову, пытаясь найти его в воздухе. И тут не видно… Может, под землёй? Но я видел, как он поворачивает и движется по тротуару вдоль зданий… Что-то не сходится.
Отметка вновь двинулась вперёд, и я осторожно последовал за ней, изучая взглядом всех впереди. Одни люди… Не дай бог невидимка! Он же таких бед натворить может…
Глубоко вздохнул и наспех сократил расстояние до десяти метров.
Два квартала спустя отметка исчезла в одном из баров. Только и успел заметить, как закрывается дверь. Бар… Там же сейчас резня начнётся!
Положив руку на рукоять клинка, что покоился в ножнах, подлетел к двери бара и, встав сбоку, прислушался. Ничего необычного…
Дверь передо мной распахнулась, и наружу вышел мужчина в обнимку с женщиной. Оба пьяные, оба весёлые… Хорошо, что они полностью сосредоточились друг на друге и не заметили меня. Иначе явно восприняли бы мою позу как-то не так…
– Ладно, разберёмся… – подбодрил сам себя и юркнул в открытую дверь.
Бар. Место, где много свежего пива и пивных напитков, своя нехитрая кухня, дающая всё, что прекрасно сочетается с пенным. И здесь было совершенно обычно. Никаких дебошей и криков ужаса. Ничего…
Удивлённый, я аж за ближайший свободный столик сел, глянул мельком на часы и понял, что моя цель – вот она! Сидит ко мне спиной в паре метров впереди. Ну, только дёрнись, монстр… Мигом тебя на куски порежу!
– Что будете заказывать? – подойдя ко мне, очаровательно улыбнулась официантка.
Пожалуй, только за счёт улыбки и ясных красивых глаз она может получать щедрые чаевые. Остальным её природа не то чтобы обидела… Глаз ни за что другое не цепляется.
– Пива… И поесть что-нибудь.
– Какое пиво будете? – уточнила она, переворачивая меню на страницу с напитками.
– Красавица, давай просто набор номер один. Самый популярный, – протараторил я, чтобы она поскорее ушла.
Вид загораживает…
– Хорошо, сейчас всё организуем, – кивнула она всё с той же улыбкой и ушла, а я принялся ждать.
Ждать и следить. Смотреть и оценивать. Словно сталкер какой-то, ей-богу…
Какой необычный монстр… Ведёт себя как одинокий грустный мужик, что пришёл выпить пивка и поесть сухариков.
– Пожалуйста! Стандартный набор от нашего бара «Хоругвь».
– Ой, это что такое? – удивился я набору блюд и пива.
– Это наш самый обычный набор. Сет номер один для трёх друзей.
Ух… Надо ж было попасть в один из сетов… В меня ж столько не влезет!
– Спасибо большое, – кивнул я.
Впрочем, а почему нет? Всё равно за весь вечер я так и не перекусил. Побежал за этим… мужиком. Хм, а может, у него кто-то вроде моего Фомы? Сидит себе во внутреннем кармане, сухари жуёт…
И я стал наблюдать ещё внимательнее. Даже в туалет сходил, чтобы мимолётно глянуть на лицо своей цели, проходя мимо. И ничего… Обычное кирпичное лицо побитого жизнью работяги. Вообще никаких странностей, но это точно он! Точка двигается вместе с ним туда-сюда. Не думаю, что радар сбоит. Будь так, тут бы этих точек было…
Единственное, что отличало его от всех прочих посетителей заведения, – он выпивал по кружке каждые три минуты. И к исходу часа, когда я почти наелся, он уже пропустил через себя больше пятнадцати кружек и был, как говорится, в «зюзю».
Он громко позвал официантку пьянющим голосом, после чего потребовал назвать ему время и принести счёт. Причём время он просил назвать раз десять. Попросту не понимал, что говорит ему сотрудница бара. А как он расплачивался!..
Из карманов он достал мятые купюры в огромном количестве и кинул их на стол, спрашивая, хватает ли этого. Официантка, надо отдать ей должное, быстро всё собрала, пересчитала и вернула большую часть денег мужику. Даже на чай не взяла. Ну и зря! Надо было.
Мужик-мутант кое-как всё собрал и походкой моряка во время шторма поплыл подышать свежим воздухом. Я уж хотел было последовать за ним, но притормозил, заметив странные телодвижения мутной группы личностей.
Они синхронно кивнули друг другу, поднялись и двинули за моей целью.
Пожалуй, придержу коней. Если это городские грабители… Даже интересно, как поведёт себя человек-аномалия. Если же нет, то… А чего гадать. Лучше посмотреть.
Оплатив еду и выпивку, вышел на улицу и двинулся за необычной целью и её загадочным хвостом. Никуда не торопился. Спокойно держал дистанцию. И вот мы прошли несколько улиц, обошли большой круглый дом, пересекли миниатюрную площадь и оказались в большом городском парке, где практически никого не было. Ну, оно и понятно: время уже позднее. Район откровенно стрёмный.
Заросли парка – отличное место для грабежа. И меня этим не запугать. А вот аномалию… Сейчас посмотрим.
Всё произошло очень быстро. Сперва четвёрка ускорилась и нагнала пьянчугу. Затем один из них ударил его по затылку, отправляя поваляться. И не успел я даже подумать над выбором: помогать ли мне и кому, как вся четвёрка в ужасе закричала и, развернувшись, бросилась наутёк. Вернее, тройка. Тот, что ударил пьянчугу по затылку, прямо сейчас огребал от аномалии по первое число.
Хоть и с виду обычная драка, но и мне захотелось убежать, потому что я вообще не понимал, что происходит, несмотря на весь багаж знаний. Однако удивление и любопытство взяли верх. Я стоял на плохо освещённой дорожке и смотрел, как здоровенный двухметровый кенгуру скачет и мутузит грабителя, как заправский боксёр с грушей работает… На бедолагу такой град атак сыпался, что парень, может, и хотел бы убежать, да не мог.
– Охренеть… Обратный перевёртыш! Да ещё и – кенгуру?! Как он вообще тут оказался и умудрился скрываться столько времени?!
Желание найти ответы на эти вопросы настолько сильно взыграло во мне, что я побежал вперёд, планируя скрутить этого попрыгунчика-боксёра и доставить его до гостиницы любой ценой. Там дождаться его обратного превращения и поговорить с человеческой половиной. Как монстр докатился до жизни такой?..
– Фома!
– Пи?
Тут же рядом со мной появился хомяк.
– Этого берём живьём!
– Пи!
Как богат Новосибирск и окрестности на тварюшек диковинных… И, что немаловажно, разумных! Почему я раньше не ушёл в ликвидаторы? Это же безумно интересно!
Глава 4
Напитав тело эфиром, подлетел к мутанту и разрядил ему в челюсть двоечку, отчего кенгуру тут же и слёг. А?..
Как только парень понял, что свободен, тут же дал дёру. Я же стоял и хлопал глазами, смотря на то, как кенгуру-переросток медленно превращается обратно в человека, уменьшаясь в размерах. А куда одежда делась?! А, точно… Порвалась из-за трансформации.
Огляделся, быстро утянул голозадого мужика с разбитой губой за кусты, пока нас никто не увидел, и сел рядом с ним на траву.
