Читать «Королевская академия. Элитная семерка» — Ольга Дмитриевна Иванова онлайн
Страница 6 из 7
– Как есть тролль, – пискнула мне на ухо Аннети.
– Значит так, первокурсники, – громогласно произнес профессор Лотт. – Сейчас вы отправляетесь в раздевалки, находите там форму под своими именами. Форма эта временная, для занятий в испытательном месяце. Те из вас, кто пройдет на мой факультет, получат другую форму, уже постоянную. На переодевание у вас семь минут. Время пошло.
– Семь минут! Всего семь минут! – причитала Аннети, когда мы бегом неслись в раздевалку, а потом искали холщовые мешочки со своими именами. – Изверг какой‑то!
– Нашла! – Я бросила подруге ее форму и открыла свой мешок.
Но что это? Облегающее серое трико, мужские ботинки и лиловая тканевая куртка, которая, судя по всему, надевалась прямо на белье. И вот в этом нам надо выйти на люди?
Остальные девушки были растеряны не меньше моего, а Анни и вовсе готова была начать истерить, повторяя, что она не наденет «этот срам».
– Три минуты! – огласил кто‑то из одногруппниц, и мы в страхе принялись стаскивать с себя блузки и юбки, а потом пытаться влезть в непривычно облегающие трико. Счастье, что они были из плотной ткани и кружевные края белья не выделялись на самых пикантных местах. Да и куртка, как оказалось, прикрыла многое.
– Тридцать секунд! – И мы припустили обратно на стадион.
Последними не были, но все равно, кажется, опоздали. Профессор смотрел на всех девушек с долей жалости. Притом жалел он не нас, а себя, что ему придется какое‑то время возиться с этими нерасторопными и совершенно не приспособленными ни к чему девицами.
– Сегодня я буду проверять вашу выносливость, – сказал декан, когда мы наконец все встали перед ним. – Беговые дорожки видите? Вот и бежим по ним. Бежим до тех пор, пока можем. Когда сил уже нет, останавливаемся и поднимаем руки. Потом подходим ко мне, и я определяю ваши результаты. – Он перебросил из ладони в ладонь некий серебристый шарик, который сразу стал излучать белесый свет.
Похоже, боевой артефакт. Или оружие какое.
– Мисс Гамильтон присутствует здесь? – внезапно спросил Лотт, пробежавшись взглядом по лицам девушек и моем в том числе.
– Присутствует. – Я в испуге подняла руку. Что ему от меня надо?
– Вы пока останьтесь, – приказал мне декан. И прикрикнул на остальных: – Начали забег!
Ребята нерешительно потянулись к беговой дорожке. Многие с любопытством оглядывались на меня, а Аннети и вовсе была испугана не меньше моего.
– Быстрее, быстрее! – поторопил их Лотт и повернулся ко мне.
Окинул придирчивым взглядом, поморщился, вздохнул. И еще раз спросил, словно сомневаясь:
– Значит, Лорейн Гамильтон?
– Да, профессор. – Я поглядывала на него с опаской и недоумением.
– Мне рекомендовали к вам присмотреться как к потенциально сильному боевому магу. – Лотт задумчиво потер подбородок.
– Как… к кому? – в изумлении охнула я. Боевой маг? Он издевается, что ли? – Наверное, это ошибка.
– У вас же стихия воды? – осведомился профессор.
– Да, но… Потенциал слабый, на время я даже теряла контроль над магией из‑за стресса, только недавно все вернулось… – Я, разволновавшись, торопливо стала оправдываться и рассказывать такие вещи, которых еще недавно стыдилась. – И вообще, у меня не было планов поступить на боевой факультет. Впрочем, как и денег, – добавила уже упавшим голосом.
– То есть вы не хотите заниматься боевой магией? – спросил Джошуа Лотт.
– Нет, – я мотнула головой. – Простите… Я не чувствую в себе способности к этому. Я даже никогда в жизни не дралась. И с физподготовкой все плохо…
– Ну, последние два утверждения мы быстро исправили бы на тренировках, – хмыкнул Лотт. – И физическую форму подтянули, и драться научили. Но если нет желания…
– Боюсь, нет, профессор… – Мне было так неловко, что хотелось провалиться сквозь землю.
– Что ж… – Лицо преподавателя приобрело бесстрастное выражение, и невозможно было понять, недоволен ли он моим отказом или нет. – Я все же еще понаблюдаю за вами. А пока догоняйте своих одногруппников. И поторапливайтесь, иначе всех задержите.
Я было двинулась к беговой дорожке, но потом остановилась и, набравшись храбрости, поинтересовалась:
– Профессор, а можно узнать, кто вам про меня сказал?
– Джулиана Хоун, – прозвучал ответ.
– Джулиана Хоун? – удивленно проговорила я.
– Вы разве не знакомы?
– Если только немного, – растерянно пробормотала я.
– Все, мисс Гамильтон, вперед и бегом, – отмахнулся Лотт, теряя ко мне всякий интерес.
Значит, Джулиана…
Я пристроилась к пробегавшим мимо ребятам, нашла Аннети и побежала рядом с ней.
– Что этот тролль от тебя хотел? – сбивчиво дыша, спросила она.
– Взять к себе на факультет.
– Что‑о‑о? – Анни от удивления споткнулась, и на нее едва не налетела девушка, бегущая сзади. Обе возмущенно переглянулись, но ругаться не стали. Кузина позволила ей обогнать себя и побежала уже медленнее. – С чего это он?
– Ему рассказала обо мне Джулиана Хоун и посоветовала приглядеться, – с досадой отозвалась я. – По‑моему, она все же не умеет держать язык за зубами, хотя и обещала.
– Не понимаю, зачем ей это? Зачем рассказывать о тебе своему декану, зачем протежировать?
– Ах если бы я знала, Анни… Если бы знала, что им вообще всем от меня надо, – добавила уже с горечью.
– Все! – Кузина резко остановилась. – Больше не могу! – И подняла руки.
Лотт заметил ее и махнул, подзывая к себе. Я на следующем круге тоже сдалась и поплелась к декану. На беговой дорожке теперь оставалось человек пятнадцать, и среди черных курток парней мелькало всего три лиловых курток девушек.
Когда подошла моя очередь, Джошуа Лотт приложил свой серебристый шарик к моему плечу, точнее, вышитой там эмблеме академии. Шар снова засиял, и по нему побежали какие‑то числа.
– Пробег… – стал помечать в своем блокноте профессор. – Время… Скорость… Результат не самый худший, мисс Гамильтон, – заключил он и бросил на меня взгляд исподлобья. – Так что зря вы себя недооцениваете.
Я не нашлась, что на это ответить, только глупо улыбнулась.
– Идите пока тренируйтесь в прыжках, – отправил он меня на новые мучения.
После прыжков была проверка меткости, затем равновесия, следом гибкости… В общем, в раздевалку мы доползли едва живые. И только душ, который, к всеобщей радости, здесь тоже был, вернул нам немного бодрости. Я освободилась раньше Анни и решила подождать ее снаружи, у верхних трибун. Профессор Лотт уже ушел, однако вскоре на пустом стадионе появился Вейтон Тайлер – в черных штанах, похожих на те, что носил его декан, грубых ботинках и… с полностью оголенным торсом. Смущение, охватившее было меня при виде полуобнаженного парня, быстро сменилось любопытством. К тому же сам Тайлер, по всей видимости, нисколько не стеснялся своего вида. Он нашел место в тени и принялся разминаться.
Признаться, я, как благовоспитанная леди, в своей жизни не так уж много повидала голых мужских торсов и те как‑то мельком. Один из них принадлежал совсем несимпатичному и до жути худощавому садовнику соседей, который как‑то раз в сильную жару на заднем дворе обливался холодной водой, а мы с Анни видели это из своего окна. Второй я совершенно случайно подглядела у дяди Чарльза, когда он болел лихорадкой, и служанка Клэр обтирала его мокрым полотенцем. Но тот раз можно вообще не считать, как и то, что прячется за внушительным животом дяди Чарльза, нельзя назвать торсом. А еще был Роб… Вот у него с фигурой, конечно, все в порядке, разве что видела я его раздетым года три назад, когда он купался в озере недалеко от нашего дома. И лицезрела я его в таком виде всего мгновение, потому что потом сразу зажмурилась и чуть не сгорела со стыда. А он после этого еще долго потешался надо мной на пару с Аннети. Может, я повзрослела или же стала какой‑то распущенной, но сейчас от Тайлера я никак не могла оторвать глаз. Пялилась на его мышцы, которые бугрились и перекатывались от каждого движения, и понимала, что это красиво.
И как же хорошо, что здесь, наверху, он вряд ли меня увидит!
Не знаю, сколько бы продолжалось это наваждение, если бы внезапно из воздуха не материализовался меч и острием не вонзился в землю прямо перед Тайлером. Даже я вздрогнула, а он и бровью не повел. Только ухмыльнулся, сделал выпад, и клинок сбила огромная сосулька. А в следующую секунду меч в прыжке перехватила Джулиана. Я не заметила, откуда она взялась, но выглядело это эффектно. Да и одета она была не в привычное платье, а облегающие черные брюки, заправленные в сапоги, и такую же обтягивающую ее внушительную грудь кофточку. Темные волосы Джулианы, лишенные заколок и лент, развевались на ветру, глаза блестели азартом, а полные губы улыбались. Высокая, стройная, гибкая. Девушка‑воин.
– Ты что тут делаешь? – раздался над ухом голос Аннети.
– Жду тебя, – отозвалась я, не отрывая взгляда от парочки на стадионе.
– Тогда идем.
– Давай немного посидим, – предложила я, опускаясь на скамейку для зрителей.
Аннети проследила за моим взглядом и охотно согласилась, усевшись рядом:
– А давай…
Теперь мы вдвоем безотрывно следили за дружеским сражением двух лучших студентов академии. Джулиана двигалась так, словно у нее были крылья. Или же она в совершенстве владела левитацией. Казалось, бегать и прыгать в воздухе ей так же легко, как и по земле. А еще прямо на глазах менять оружие – мечи, кинжалы, копья, одиночные или парные… Они возникали у нее из ниоткуда и так же исчезали. А Тайлер… Пожалуй, я изменю свое скептическое мнение о том, что в магии льда нет ничего особенного. Потому что то, что создавал из него Тайлер, было потрясающим. Ледяное оружие, отбивающее атаку стального оружия Джулианы. Стены для защиты. Ожившие ледяные птицы, отвлекающие соперницу и заманивающие ее в такую же западню изо льда. Звон металла, блеск стали, ледяные брызги, искрящиеся на солнце…
– Вот это они дают! – восхищенно прошептала Аннети, вторя моим мыслям. – Теперь я понимаю, почему Роб так восторгается ими.
В какой‑то момент перевес сил все же оказался на стороне Тайлера, и он загнал Джулиану в свою ледяную ловушку.
– Сдаешься? – крикнул ей, прищуривая один глаз.
– Сдаюсь! – захохотала та и упала прямо на землю, широко раскинув руки.
Тайлер, улыбаясь, свалился рядом с ней. Они переглянулись, что‑то тихо сказали друг другу и расхохотались.
– Как думаешь, Анни, между ними что‑то есть? – Не успела я об этом подумать, а слова уже вырвались сами собой.
– Ты имеешь в виду, пара ли они? Ну… – протянула кузина. – Все может быть. Да и Роб намекал на что‑то подобное.
– Ладно! – Я будто сбросила с себя наваждение и резко поднялась. – Идем.
– Да‑да, пошли. – Аннети тоже торопливо поднялась. – В столовую! А то я сейчас от голода умру, клянусь Алвеем!
Глава 9
…К воротам дома подъезжает закрытый экипаж. Я вижу его из окна столовой. Вечер, безлюдный двор окутан дымкой осенней мороси. По стеклу бегут тонкие струйки воды, из‑за них трудно разглядеть женщину, выходящую из кареты. На ней просторный плащ, голову покрывает капюшон, который она придерживает, чтобы не сдуло ветром. Кто это? Мама не говорила, что у нас сегодня гости.
Я выбегаю в холл и сталкиваюсь с отцом. Он не смотрит на меня, лишь нервно машет рукой.
– Лора, иди в свою комнату!
Но я не ухожу, замираю на месте, поскольку в дверях появляется та женщина. Влажный капюшон спадает с головы незнакомки, и я вижу ее бледное лицо в обрамлении темных, почти черных волос. Они молча обмениваются с отцом взглядами, и женщина направляется к лестнице.
– Милена! – хрипло окликает ее отец, но тут же замолкает. Он взволнован и бледен, пальцы нервно теребят золотой медальон на шее.
– Я все знаю, Тод, – шепчет ему женщина и быстро взбегает по лестнице.
Я спешно прячусь за высокой декоративной вазой, чтобы не попасться отцу на глаза. Он, впрочем, и не смотрит на меня. Отмерив несколько шагов взад‑вперед, срывается с места и устремляется следом за незнакомкой. Я же перебираюсь под лестницу, в темный закуток, где меня точно никто не увидит. Сажусь прямо на пол, обхватываю коленки руками, притянув их к груди. Мне отчего‑то страшно и тревожно, будто должно случиться что‑то плохое. Мама… Почему она не вышла вместе с отцом встречать эту женщину? Почему который день сидит, закрывшись в своей комнате?..
Я не знаю, сколько прошло времени, прежде чем на лестнице снова послышались шаги. Незнакомка спускалась вниз. Из своего убежища я вижу лишь подол ее мокрых юбок. Она устремляется к дверям, на ходу набрасывая капюшон на голову. Ее никто не провожает, даже отец. Хлопает дверь, и через минуту со двора раздается ржание лошади и звук колес удаляющегося экипажа.
Некоторое время в доме стоит оглушительная тишина, которую вскоре разрывает крик служанки:
– Миссис Гамильтон! Она мертва! Мертва!
И мой мир переворачивается с ног на голову…
– Мама… Мамочка… – Я проснулась в слезах, и еще несколько минут лежала, уткнувшись лицом в мокрую подушку, пытаясь унять рыдания.
Этот сон уже давно мне не снился, наверное, с прошлого года, и вот, на вторую ночь пребывания в академии, я увидела его опять. И воспоминания самого ужасного дня в моей жизни вновь поглотили меня, накрыли с головой, сжали сердце в тисках, причиняя острую боль. Тогда мне сказали, что моя мама умерла от болезни, но это была ложь. Я знала, что ее убили. Та женщина, которая так спешно ворвалась в наш дом и так же быстро его покинула. Но о ней все в доме молчали, и меня пытались настойчиво убедить, что никто не приезжал, мне все привиделось. Отца я тоже с того дня не видела; до погребения мамы он не выходил из своего кабинета, а после исчез, уехал куда‑то ночью, пока я спала. А утром приехала тетя Присцилла и забрала меня к себе. Уже повзрослев, я много раз прокручивала в памяти тот день, искала зацепки, пыталась восстановить всю картину, но, увы, детские воспоминания слишком избирательны… Однако я помнила лицо той женщины и ее имя – Милена, и уверена, столкни меня судьба с ней еще раз, узнаю без всяких сомнений. И отомщу, непременно отомщу, кто бы она ни была. А отец… Мне было страшно думать, что они действовали сообща, и что он тоже причастен к смерти мамы. Я все же склонялась к тому, что эта женщина его обманула, предала, именно поэтому он и ушел от меня: не смог вынести бремя своей вины. Отца мне тоже очень хотелось отыскать, хотя бы для того, чтобы он, наконец, честно рассказал о том, кто эта женщина и что именно произошло в тот день. Но пока и это было не в моих возможностях…
До рассвета я уже не спала, просто лежала, уставившись в одну точку, и вновь переживала свою застарелую боль. Когда сумерки отошли и комнату заполнил солнечный свет, я поднялась и, стараясь не будить Аннети, прокралась в ванную. А к моменту пробуждения кузины уже была полностью одета.
– Ты чего в такую рань поднялась? – спросила она, зевая.
– Хотела перед завтраком заскочить в библиотеку, взять какую‑нибудь книгу для реферата по стихиям, – соврала я. На самом деле в библиотеку я собиралась идти после занятий, теперь вот придется это делать с утра пораньше.
– Как же все болит, – прохныкала Аннети. – После этой ужасной физподготовки на мне живого места нет.
– Надо было вчера намазаться кремом из желтоголовки, который дал нам Роб.
– Ага, и ходить в желтых пятнах, – проворчала кузина.
– Ты видишь на мне желтые пятна? – хмыкнула я. – К утру от них и следа не осталось, как и боли в мышцах. А ты мучайся… Ладно, я пошла. Встретимся в столовой.
– Уже? Скажи хоть, какие у нас сегодня лекции? – проныла Аннети вслед.
– Первая – целительство, остальное посмотри в расписании, – ответила я, закрывая за собой дверь.
Итак, библиотека. Вчера вечером Роб все же провел нам с Анни экскурсию по академии, показав все важные для студентов места, и библиотеку в том числе, поэтому сейчас осталось вспомнить, как лучше туда дойти. Сориентировалась быстро: вход в библиотеку был отдельным, прямо с улицы, и находился с обратной стороны главного корпуса. Там же, на заднем дворе, начинались теплицы, за ними – зверинец, поговаривают, один из самых крупных в королевстве.
Я была уверена, что в столь ранний час в библиотеке никого не встречу, но мои чаяния не сбылись, притом дела обстояли еще хуже, чем можно было предположить: с противоположной стороны здания к крыльцу библиотеки направлялся Нэйдж Шин. Он шел быстро и был поглощен своими мыслями, поэтому мне удалось шмыгнуть обратно за угол раньше, чем меня заметили. Вот же невезение! Вчера за весь день я больше с ним не встречалась, даже немного расслабилась, и вот сегодня – пожалуйста… Сюрприз с утра пораньше! Похоже, поход в библиотеку придется все же перенести на обед, как и планировала раньше. Не лезть же самой в пасть к этому злющему дракону! Мне, конечно, не доводилось еще встречаться с летающими ящерами лично, но что‑то подсказывало, Шин куда их опасней.
Значит, все же идем в столовую… Надеюсь, Анни поторопится и не заставит себя долго ждать.
Но утренние сюрпризы на этом не закончились.
Я как раз проходила мимо большого фонтана, когда меня внезапно окликнул женский голос:
– Лорейн!
Я с осторожностью обернулась, с недавних пор особенно не люблю неожиданности. Позади меня стояла Джулиана Хоун со скрещенными на груди руками.
– Здравствуй, – поздоровалась она первой, и я кивнула ей в ответ. – Подойди ближе, пожалуйста.