Он хватает её за затылок и бесцеремонно окунает к своему паху.
Голова девушки начинает энергично двигаться у него между ног, салон наполняют чавкающие звуки и видео обрывается…
Глава 4
Карим
– Вечеринка окончена, все свободны!
Подхватываю бутылку со стола, разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в свой кабинет.
Я в ахере.
Просто не знаю куда себя деть и как смириться со всем происходящим.
Эта девчонка… Грязная потаскуха, обвела меня вокруг пальца только так, наставив рогов как самому настоящему барану!
Друзья и близкие насмехаются надо мной. Я – посмешище!
Разумеется, насмехаются втихаря, по углам, ибо никто не рискнул бы это сделать при мне – знают каким я зверем бываю.
Курьер подгадал, принёс конверт именно в этот день, именно в этот время. Но так даже и лучше, наверно. Пусть лживая предательница сгорит от стыда! Я не чувствую к ней ни капли жалости и пусть только кто-то попробует руку помощи протянуть – пожалеет.
Пусть валит к тому, от кого нагуляла!
Алиса заслужила только такого обращения. Чёрт, как меня штырит, как ломает! Выпусти сейчас на ринг – вы увидите адскую машину смерти.
За мной следом семенит мой друг – Ренат.
– Карим, послушай, – заикается он, боясь подходить ко мне ближе, чем на пять метров. – Может это… поговорить хочешь?
– Нет, – грубо отрезал.
– Ты уверен, точно уверен, что поступил правильно? На улице похолодало, темно уже, она одна шарахается, ребёнок совсем маленький…
– Абсолютно! Шарахается? Ей не привыкать! А ты что? Неужели собрался пожалеть эту шлюху?
– Карим, – в шоке рот приоткрыл, – ну просто по-человечески…
– Я сейчас тебя вышвырну и официально внесу в чёрный список! Решил поиздеваться надо мной? Неужели ты не понимаешь, что Алиса меня использовала и держала за дурака? Все должны видеть, что бывает с теми, кто предаёт. И это я ещё мягко с ней обошёлся.
– Ах, ясно, это была показательная “казнь”…
– Раз уж ты здесь, – к нему лицом поворачиваюсь, – передай всем, если кто надумает помочь лгунье – накажу.
Ренат побледнел, в его глазах я увидел тень страха.
Когда я в таком состоянии, от меня и правда лучше держаться подальше. Малейший раздражитель, без раздумий могу втащить. Несколько недель на больничной койке обеспечены.
– Кстати, спасибо, что напомнил. Надо ещё карты заблокировать. Пусть теперь настоящий папаша её подкидыша обеспечивает!
Какой-нибудь урод, которому она сосала за деньги.
Ренат покачал головой, я хлопнул дверью перед его лицом, когда перед моими глазами ещё и кадры с того блядского видео промелькнули.
Не понимаю, чего ей не хватало?
Внимания? Денег? Острых ощущений?
Или она просто по натуре своей блядина, а строила из себя робкую целомудренницу, чтобы удачно выскочить замуж.
Муж для статуса, а любовники для развлечений и как подработка.
Трындец, я просто схожу с ума…
За голову хватаюсь и, кажется, понимаю главную истину.
Алиса не любила меня…
Я ей нужен был как солидный муж. Чтобы перед подружками похвастаться. А может её папаша так приказал – замуж выйдешь, потому что так надо.
С папашей, к слову, я ещё разберусь! Кто-то должен ответить, что я, вместо чистой, послушной жены, получит первоклассную блядь!
Выходит, всё это была игра?
Какой же я идиот. Повёлся на смазливую мордашку, а мать была права! Лучше бы нашу девушку выбрал. Она бы и наследников мне кареглазых нарожала и налево бы не ходила, таков менталитет.
Но я же повёлся на эти снежные локоны, этот невинный голубоглазый взгляд и белую кожу…
Меня очаровывали девушки с такими внешними данными. Это как какой-то эксклюзив! Моя слабость.
Зря повёлся. Зря рискнул.
Таких только можно трахать и всё. На большее не годятся.
Открыл бутылку, прямо с горла хлебнул пару раз, упав в кресло.
Ещё и ребёнка подкинула…
Я убью её. Убью, честное слово, попадись только ещё раз на глаза!
Как сдержался – не знаю.
Это стоило мне колоссальных сил…
Свидетелей было слишком много, наверно только это меня сдерживало, ну и остаток каких-никаких чувств.
Главное, в результатах теста я уверен, поскольку я сам весь процесс организовал. Надоумили меня на это родители, и пару раз сестра Алисы шепнула в шутку, что сын на меня не похож.
Это ещё в роддоме случилось, когда забирать Алису приехал. На руки сына взял, он вдруг глаза открыл, а у меня внутри всё сжалось.
Бледненький такой, глаза – словно чужие, не мои. И вообще я к нему ничего не почувствовал. Никакого отцовского инстинкта не было! Я лишь сделал вид, что всё хорошо, ссылаясь на усталость после работы. Потому что, бл**ть, верил Алисе! Любил её.
Думал, ну мало ли, дитю неделя от роду, ещё поменяется. Но три месяца пролетело, и я всё больше и больше отчуждённость начал к нему испытывать. Ни хрена он не менялся!
Потом тест заказал, на всякий случай, перестраховаться.
Тогда даже и представить не мог, какой меня писец ожидает…
* * *
Горький вкус спиртного разливается по языку, но это ничего не меняет. Внутри меня бушует торнадо чувств, и я не знаю, что делать, как поступить, как смириться с тем, что тебя предал самый близкий человек.
Её лицо всплывает перед глазами, я вижу её улыбку, слышу её голос, и это все кажется таким ложным, таким обманчивым.
Как я мог быть так слеп, чтобы не видеть её истинного лица? Как я не смог заметить, что она меня использует?
Сколько раз Алиса говорила мне о своей любви, обещала быть со мной во всем, а все это время играла со мной, водила меня за нос. Моя глупость кажется безграничной, и я не знаю, как мне с этим смириться, хотя я не привык чувствовать себя идиотом.
Это недопустимо для меня! Я завоевать по жизни, победитель и достигатор. На работе строжайшая дисциплина, подчинённые боятся меня, уважают. У меня слишком высокая планка, а тут из меня сделали дурака – это удар ниже пояса. В первую очередь, по моей самооценке. Потом ещё и сплетни пойдут, пусть те, кто их распускает, пеняют на себя. Сами выписали себе приговор, если это будет так!
Мне стыдно перед всеми, кто видел нашу идиллию, верил в нашу любовь. Теперь мне кажется, что всё это была всего лишь пустая оболочка, а внутри – жадность, желание идти на все ради своей выгоды.
Каждый раз, когда я вспоминаю слова лицемерной дряни, её обещания, чувствую, что меня пронзает уязвимость и боль. Я не хочу позволять ей унижать меня, не хочу испытывать слабость, но я не знаю, как противостоять этим чувствам.
Наверно единственный выход, просто вышвырнуть её вон.
Не видеть, не слышать.
Начать трахать других баб в отместку, чтобы быстрее забыть!
Неужели? Теперь я, получается, свободный человек. Что хочу, то и буду делать.
Завтра подам документы на развод. Мои адвокаты быстро с ней разберутся.
Я рву на себе волосы на голове, хватаю всё, что попадается под руку, чтобы хоть как-то выплеснуть свою злость. Но она не уходит, она остаётся внутри меня, медленно разъедая мою душу.
Курьер принес этот конверт, и я не мог не распознать его значения.
Тест ДНК. Подтверждение моих страхов, но в то же время это приговор моей семье. Моей семье, которую я так хотел иметь, но которую она разрушила своей жадностью.
И сейчас я не чувствую к ней ни капли жалости. Вся её ложь и предательство лишь усиливают мою решимость не иметь ничего общего с этим человеком, который спрятал за своей маской доброты и любви настоящее лицо змеи.
Я должен принять это, должен пережить и пойти дальше.
Хлебнул ещё коньяку, и ещё…
Начал погружаться в пьяное состояние, пытаясь выпивкой заглушить свою боль и разочарование. Вдруг шаги послышались, кто-то осторожно постучал в дверь и вошёл.
– Проваливай!
Зарычал, даже не оборачиваясь на вошедшего, мне было так хреново, что я не хотел никого видеть и слышать. Не нужно меня сейчас жалеть, сам виноват. Смотреть надо было внимательнее на ком женишься.
Кто осмелился войти? Кто такой бесстрашный?
– Карим… Можно?
Услышал тонкий женский голосок, ярость придержал.
Это была Лера.
Цокая каблучками, она подошла ко мне со спины и мягко коснулась плеча.
– Ну как ты? Хотя… не говори ничего, всё прекрасно понимаю.
– Гости ушли?
– Да, разошлись. Остались только твои родители и я. Они собираются остаться с ночёвкой. Переживают за тебя. Очень…
Хмыкаю.
– И я тоже, – мягко шелестит где-то рядом с ухом, – тоже за тебя переживаю. Можно и я останусь здесь на ночь? Мне ехать на другой конец города, что-то я устала очень, перепила. Ну и денёк!
– И что, ты не бросишься вслед за Алисой? Она же твоя сестра.
– Я в ней разочаровалась, – выдыхает с грустью, – с любимыми так не поступают. Я вообще не понимаю, как она могла предать такого… такого безупречного мужчину! Она дура, или как?
Внезапно я почувствовал, как на мои плечи легли её утончённые, ухоженные пальчики с ярко-красным маникюром.
Напрягся.
– Ой, Карим, как же ты напряжён…
* * *
– Ты что делаешь?
– Просто помну тебе плечи, помогу расслабиться. Я не говорила, что окончила курсы массажа? Так что я специалист и это моя работа, – весело добавила.
Её руки и правда были умелыми. Они уверенно заскользили по моим мускулам, старательно и тщательно разминая. Стало приятно.
– Вау! Какие у тебя сильные руки… Какие мускулы… – подбадривала она меня. – Сейчас тебе станет легче, вот увидишь. Я не поддерживаю свою сестру, я встала на твою сторону. Конечно то, что она сотворила – ужасно. Я её осуждаю и не собираюсь помогать, не хочу стать твоим врагом!
– Вот значит как?
Лера продолжила старательно работать руками, кровь в теле закипела от её прикосновений, особенно, когда она прижалась грудью к моей спине.
Сейчас Лера была без пиджака, в отражении стеклянной двери шкафа, я вдруг обнаружил, что её платье оказалось достаточно откровенным – с глубоким вырезом в районе декольте, тёмно-бордового цвета на тонких лямках, ниспадающее до самого пола шёлковым водопадом.
