Время тянется невообразимо долго. Ноги затекают от неудобного положения. Внутри страх мешается с азартом. В детстве я любила играть в прятки. Даже отец порой снисходил до того, чтобы участвовать в этом. Правда, находил он меня всегда безошибочно. Я далеко не сразу узнала, что все дело было в камерах. В родительском доме я всегда был под присмотром и в полной мере свободы так и не знала.
Сейчас же я фактически впервые переживаю настолько острые эмоции и ощущения. Внутри все бурлит - мне и страшно, и волнительно. Ставки в нашем с Морте споре высоки.
Не представляю, как я смогу раздеться, если вдруг проиграю.
Ноги окончательно затекают, и я хочу привстать, чтобы чуть размять их, как слышу где-то вдалеке приглушенный грохот, и замираю, едва дыша.
Мысленно начинаю считать, пытаясь ориентироваться во времени хоят бы так. Сбиваюсь, начинаю сначала. Так и сижу, крепко зажмурившись, пока не понимаю, что не чувствую ног.
Холод пробирается под плотную ткань кофты, и я сдаюсь, рискуя оказаться замеченной.
В пещере гулкая тишина. Не представляю, сколько коридоров в этих катакомбах. А главное - как в них не запутаться?
Ноги пронзает болью - кожу покалывает, и я едва могу стоять. Закрываю рот ладонью, чтобы не выдать себя и стараюсь тихо растереть онемевшие места.
Я почти справляюсь, когда мне слышится странный шорох. Застываю, пытаясь вспомнить, что еще говорил тот мужчина? Сколько мне надо так просидеть? Прошло ли время?
Но как только я медленно опускаюсь обратно за выступ, чтобы спрятаться, чувствую, как меня хватают за плечо, не позволяя сдвинуться.
- Нет! - вскрикиваю, тут же выдавая себя.
Практически сразу вспыхивает скудно освещение под потолком. Замечаю блик там же и запоздало понимаю - камера наблюдения.
- Попалась, - цинично ухмыляется Савиано, который держит так, что мне даже больно становится. Морщусь, но ему плевать. Он настойчиво тянет меня к себе.
- Отпусти! - возмущаюсь, стараясь освободиться.
- Ты знаешь правила, - холодно возражает тот. - И должна подчиняться.
Я совершенно не согласна, но Доменико сильнее, и мне приходится покориться - нет у меня уверенности, что он не причинит мне физического вреда.
Выбравшись из укрытия, я оказываюсь стоящей рядом с Савиано, и в этот момент в проеме коридора появляется двое наемников. Они так же, как и Доменико, одеты во все черное - на лицах маски.
- Вы опоздали, - заявляет Савиано. - Я нашел ее первым. Победа зафиксирована.
Мужчины поднимают взгляд под потолок, переглядываются. А мне кажется, что атмосфера мгновенно накаляется. Даже плохого освещения оказывается достаточно, чтобы понять - проигравшие не согласны.
- Камеры не работают, Савиано, - хрипло произносит один из участников второй команды. - Отдай девчонку. Нас двое, ты - один.
Доменико делает один шаг и грубовато задвигает меня к себе за спину. Наверное, именно в этот момент я особенно остро понимаю свое бесправное положение.
Я едва успеваю заметить что-то промелькнувшие мимо плеча. А потом понимаю - рядом со мной в стену воткнулось что-то металлическое - кажется, нож. И следом двое нападают на Савиано.
Объективно, силы не равны. Я успеваю лишь прижаться спиной к стене, когда раздается громкий голос Морте:
- Разошлись!
Свет мгновенно вспыхивает ярче. Что странно - все трое, и правда, замирают. Взгляд Леона останавливается на мне, и на короткий миг мне кажется, что он смотрит на меня встревоженно. Будто ему не плевать, что со мной. Однако это быстро пропадает, и на лице главы Morso Mortale лишь холодная невозмутимость, а вспышка эмоций растворяется, будто и не было ничего.
- Нарушение, - хлестко бросает, проходя мимо двоих участников в масках. Те исподлобья смотрят на своего босса, но не спорят. - Савиано был первым. Его команда победила.
Краем глаза замечаю Дино, который тоже появляется в коридоре. Снова с недовольным лицом.
Кошусь на Доменико, который разворачивается и поднимает с пола нож. Когда они только успели?!
- Свободен, - приказывает ему Морте, и тот уходит, не взглянув на меня ни разу. И теперь внимание Леона полностью сосредоточено на мене.
Мужчина подходит ко мне слишком близко. И хотя я понимаю, что где-то здесь рядом стоит Росси, меня захлестывает давящее ощущение, что я осталась наедине с этим опасным мужчиной.
Он ставит ладони по обе стороны от моей головой, ловя в очередную ловушку.
- И как же так вышло, что ты смогла прятаться от лучших бойцов в лабиринте, который нашпигован ловушками, целых двадцать минут? - вкрадчиво спрашивает Леон.
У меня слабеют ноги, в ушах начинает шуметь. А голове остается только одна мысль - я победила. Я справилась.
Тело слабеет, и перед глазами расплывается образ Морте.
Он проиграл. Улыбаюсь и окончательно проваливаюсь в темноту, где он меня не достанет.
17 Вивиан
От шума вертолетного двигателя не спасают даже наушники. Но это такая мелочь по сравнению с тем, что я, наконец, вижу, как ненавистный остров отдаляется.
Внутри меня - предвкушение и надежда. Даже если бы мне не поможет тот незнакомец, я все равно попытаюсь связаться с отцом, когда мы прибудем на место.
И я не могу успокоить свое сердце, которое так и колотится с момента, как Леон пришел в мою спальню.
После случившегося в катакомбах я пришла в себя уже в доме Морте, точнее в своей комнате. Поначалу боялась даже просто выйти в коридор, чтобы не спровоцировать Леона на новый допрос.
Боялась, что он догадается, что я не сама справилась с заданием, а значит, наш договор можно аннулировать.
Но глава Morso Mortale больше вопросов не задавал. Пришел ко мне ближе к вечеру и заявил, что мы улетаем, дав всего пятнадцать минут на сборы.
Я едва успела принять душ и переодеться. После катакомб плотный черный костюм пришлось отправлять в стирку - выглядел тот весьма плачевно.
И вот буквально полчаса назад Морте привел меня на вертолетную площадку. Судя по тому, как смотрел на нас Дино, он не одобрял решение своего босса. А я старалась не отсвечивать, чтобы Леон не передумал.
Меня настолько захватывает мысль, что я покидаю остров, что даже не сразу вспоминаю про шрамы, которые увидела на теле Леона. Он сидит рядом со мной, и что-то показывает охраннику, сопровождающему нас жестами.
А я … Я думаю, что при случае все-таки попробую узнать про отметины.
Отвернувшись к окну, смотрю на бескрайний океан, любуясь красотой. Когда-то мы с родителями катались на яхте, ездили отдыхать к морю. Но все это осталось в прошлом. Последние пять лет я жила за забором под пристальным вниманием охраны.
Когда внизу виднеются огни города, я едва успеваю сдержать крик радости. Для меня это символ свободы. Куда бы мы ни летели, там есть связь. Это - огромный город. А значит, возможностей, если не сбежать, то отправить весточку отцу - масса. Надо только постараться.
- Десять минут, - слышу грубоватый голос пилота в наушниках.
Наконец, вертолет начинает снижаться. Вцепляюсь в ремень безопасности, когда уши начинает закладывать. Я была уверена, что не боюсь летать - опыт на самолетах есть. Но оказывается, что вертолет - совсем другое. Дух захватывает от ощущения того, как все близко находится. Словно ты не в защищенной металлической коробке, а практически без защиты.
Посадка проходит мягко, и несколько долгих секунд после я все еще сижу, оглушенная адреналином, бегущим по венам.
Прихожу в себя, только когда чувствую, как меня трогают за плечо. Морте. Сглатываю вязкую слюну и киваю, когда он показывает на наушники. Я снимаю те - шум от двигателя постепенно затихает, и Леон помогает мне выбраться на улицу. Меня чуть штормит, и я опираюсь на его ладонь сильнее, чем хотелось бы.
В этот момент я остро чувствую, настолько он сильный и основательный, что ли. Высокий, широкоплечий и хищный.
Морте перекидывается парой фраз с охранником, затем с пилотом, но я не могу разобрать ни слова. Слишком оглушена пережитыми эмоциями.
Жадно вдыхаю воздух, пока идем к машине, стоящей метрах в тридцати от вертолетной площадки. Мне кажется, что здесь даже дышится иначе. Я надеюсь, что смогу выбраться, что если не сбегу, то свяжусь с отцом.
И это пьянит. Не только мысль об этом, но и та опасность, которая кроется за всем этим.
Не думала, что мне нравится подобное, но я вдруг понимаю, что это как будто делает меня более живой, позволяет выбраться за те рамки, в которых я существую пять лет.
- Куда мы едем? - я впервые заговариваю с момента, как мы покинули остров.
Морте молча открывает мне пассажирскую дверь позади водителя и коротко кивает. Его посыл ясен и без слов, но я не слушаюсь.
- Куда? - настойчиво повторяю.
Взгляд мужчины вспыхивает - словно его раззадоривает мое упрямство. Но практически сразу он снова становится отстраненным.
- Тебе понравится, принцесса.
Всего одной фразой он ломает мое упрямство и желание добиться ответа. Я испытываю странное желание покориться и вместо того, чтобы в третий раз задать вопрос, сажусь в машину.
Морте захлопывает дверь и, обойдя автомобиль, садится рядом.
По дороге я внимательно смотрю в окно, но не узнаю местность. Это не удивительно, учитывая мое прошлое. Но я все еще надеюсь, что мы где-то недалеко от моего родного города и…
…и насколько глупа моя надежда понимаю, как только мы проезжаем огромный билборд с указателями.
Мы практически на другом конце страны. Даже если я по какому-то счастливому стечению обстоятельств сбегу, добраться до родителей будет непростой задачей.
Я расстроенно вздыхаю, утыкаясь лбом в стекло.
Время пролетает быстро - до города добираемся минут за пятнадцать. После нескольких дней на острове все, что я вижу, как из другого мира. Люди, которые торопятся по своим делам, огни, билборды, рекламные вывески.
Приезжаем мы в итоге к высокому зданию. Даже беглого взгляда хватает, чтобы понять - дорогой люксовый отель.
- Идем, - командует Леон, выходя первым.
Оказавшись на улице, я оглядываюсь по сторонам и не сразу замечаю, что Морте снова рядом.
Он молча берет меня за локоть и ведет к входу в здание. Помпезная вывеска в ярком кричащем цвете слепит глаза. Приходится даже отвернуться.
Мы идем втроем - я, Леон и водитель. Тот самый охранник, который прилетел с нами. Больше никого.
В холле я первым делом смотрю по сторонам, пытаясь оценить, как можно здесь затеряться. Но к сожалению, тут довольно малолюдно. Ищу взглядом ресепшн, чтобы при возможности попросить у них телефон, но Морте сразу направляет меня в сторону лифтов. Так, словно у него уже оформлен номер.
- А разве нам не надо зарегистрироваться? - осторожно спрашиваю.
Охранник невозмутимо стоит рядом и делает вид, что ничего не слышит. А вот Леон наконец обращает на меня внимание.
- На случай, если ты все еще не бросила мысль сбежать, твоя мать тоже подойдет для моего плана.
Меня будто под дых ударили. Всего одной фразой Леон обрезает крылья моей надежде. Я, конечно, понимала, что сбежать от него - что-то из ряда фантастики. И все же его жестокость неприятно ранит.
Отворачиваюсь, чтобы не встречаться взглядом со своим тюремщиком. Молчание, повисшеее между нами троими давит, усугубляя ощущение беспомощности.
Наконец, слышится мелодичный сигнал, и двери лифта разъезжаются. А едва мы заходим в него, как Леон прикладывает карту к отметке последнего этажа.
Пентхаус с личным доступом. Значит, просто так покинуть этаж у меня не выйдет. Еще одно препятствие. Но я не теряю надежды - наверняка в номере будет телефон.
На этаже лишь одна дверь. Это даже логично - для босса такого уровня вряд ли стоит ждать меньшего размаха.
- Свободен пока, - небрежно бросает Леон, отпуская охранника, когда тот открывает дверь номера.
Я первой захожу внутрь. Делаю несколько шагов, оглядываясь по сторонам.
Номер шикарен. Огромная гостиная украшена так, будто мы - молодожены. Я даже торможу, не понимая - это ошибка?
На журнальном столике возле огромного кожаного дивана стоит ведерко с бутылкой шампанского. Тут и там эффектно разбросаны лепестки роз. А еще белые цветы в вазе.
Леон заходит следом, коротко оглядывается, и я успеваю заметить, как он едва заметно морщится. Значит, как минимум, это не его затея.
- И что дальше? - спрашиваю, не зная, куда идти. Учитывая антураж, заходить в другие комнаты не хочется.
- У тебя есть час, - сухо отвечает Морте. - Одежда в спальне. Готовься.
- К чему?
Он наконец поворачивается ко мне и соизволяет посмотреть.
- Ты ведь хотела погулять по городу без охраны.
Недоверчиво смотрю на него. Неужели он вот так просто согласится исполнить мое желание?
- Передумала? Можем вернуться хоть сейчас, - равнодушно пожимает плечами Морте.
- Нет! - тут же говорю. - Я… Я быстро!
Сбегаю в соседнюю комнату, на которую указал Леон. Это действительно спальня. Шикарная, огромная спальня с фантастически большой кроватью. Меня заливает жар от мысли, для чего она такая нужна. И, конечно же, здесь тоже все украшено так, словно сюда должны были заехать молодожены.
На короткий миг я пытаюсь представить Морте в качестве жениха. И сама же себя одергиваю. Никто добровольно не согласится выйти замуж за такого как он!
Ищу взглядом телефон, но его здесь нет. Досада разливается внутри. Жаль. Но у меня впереди еще сутки.
Подхожу к шкафу, по пути разглядывая убранство комнаты. Внутри зудит неприятное чувство. Когда-то я мечтала о красивой свадьбе. До того, как на моем теле появились шрамы, от которых не избавиться.
