Я взяла книгу, ощутив шершавость обложки под пальцами. И изумленно уставилась на название. Забавные салатовые буквы гласили: «Магия для самых маленьких. Первые шаги в волшебный мир!»
– Что?.. – Я подняла глаза на Эйдана. – Ты шутишь?
– Ни капли, – ответил он с деланной невинностью.
И, не дав мне опомниться, вышел из библиотеки. Оставил меня наедине с детской книжкой и нарастающим возмущением.
«Магия для самых маленьких»! После всего, что я натворила своей тьмой? После наемников, разрушенных покоев Ксалора и взорванного кристалла?! Это как-то оскорбительно. Но Эйдан Хаунтер, при всех его странностях, был признанным мастером темных искусств. И он согласился меня учить. В его сумасбродной голове это задание имело какой-то смысл. Может, в качестве эдакого теста на смирение?
С тяжелым вздохом я раскрыла книжку. Там не было ни схем, ни формул, ни терминов. Яркие в рисунки и минимум текста крупным шрифтом. История мальчугана-стихийника по имени Тимми, который только раскрывал в себе дар. Он то случайно подмораживал лужу под ногами сестренки, то пытался подогреть остывший пирожок и чуть не сжигал кухню, то поливал цветы на подоконнике наколдованной водичкой, от чего те росли как на дрожжах.
Сперва я листала страницы со скепсисом, укрепляясь в мысли, что Эйдан надо мной издевается. Но потом меня увлекли описания того, как Тимми чувствовал магию внутри себя. Как тепло разливалось по рукам, когда он хотел согреть пирожок. Как он учился делать «маленький ветерок», представляя, что дует на одуванчик. Его детские радости и огорчения от неудач… Они были понятны.
Картинки показывали не только магические пассы, но и мимику мальчика – его сосредоточенность во время колдовства, испуг, когда что-то шло не так, гордость при успехе. История подходила к концу: Тимми заигрался, хотел волшебным ветерком достать с верхней полки любимого плюшевого мишку. Вместо этого он сорвал всю полку с игрушками и книгами. Разгневанные родители заставили его убирать все вручную, без единой капли магии. Тимми, кряхтя и пыхтя, справился. Вывод под картинкой, где он сидел посреди чистоты, гласил: «Магия – это здорово! Но не всегда и не везде она нужна. Иногда быстрее и лучше – взять и сделать своими руками!»
Да уж… Поучительно. И картинки, несмотря на простоту, были милыми и трогательными.
Я перевернула последнюю страницу. И замерла. Там, на картинке, чернилами кто-то коряво пририсовал в комнате Тимми дракончика. Он сидел в углу, пуская струйку дыма из ноздрей.
Мои губы невольно расплылись в улыбке. Интересно, кто автор этого художества? Эрис? Или Ксалор? Догадка о том, что суровый, высокомерный лорд Веларион в детстве мог разглядывать такие картинки и даже что-то в них дорисовывать, показалась мне забавной. Я хихикнула, ощущая, как напряжение последних минут начинает отпускать. Книжка была не такой уж глупой. Эйдан знал, что делал. Но хочется верить, что на занятиях мы займемся чем-то более серьезным!
Я забрала книжку в свою спальню. В течение дня мысли постоянно возвращалась к последней странице. Открывая ее раз за разом, я рассматривала этого корявого дракончика… Он был таким милым. Совсем не похожим на его нынешнее, высокомерное воплощение.
Вечерняя мгла уже плотно сгустилась за окнами, когда любопытство пересилило. Спрошу Ксалора его ли это детские проделки! Что мне терять? Худшее, что он может сделать – это высмеять или выгнать. Обычное дело. Я взяла книжку и вышла в коридор. Покои дракона были рядом, буквально за поворотом.
Подойдя к тяжелой, резной двери, я на секунду заколебалась, но постучала. Ни звука. Тишина. Но уходить ни с чем не хотелось. Вспомнив его манеру входить без спроса, решительно повернула ручку. Переступила порог и застыла на месте.
Воздух в покоях пах чем-то пряным и древесным. Ксалор лежал на широкой кровати, его спина – мощная, с рельефом мышц – была обнажена. Легкое покрывало, небрежно наброшенное сверху, прикрывало его весьма символически. А над ним склонилась фигуристая привлекательная девица в коротком халатике. Ее ладони скользили по Ксалору, очерчивая умелыми пальцами спину, плечи, шею, блестящие от масла…
Я ахнула, сжимая в руках «Магию для самых маленьких» так, что корешок затрещал.
Девица даже не вздрогнула, лишь бросила на меня равнодушный взгляд и продолжила свое дело. Ксалор же приподнял голову с подушки. Золотистые глаза, как всегда, острые и совершенно невозмутимые, уставились на меня.
– Стучать надо, Корделия, – произнес он чуть хрипловато.
– Я стучала! – выпалила я, чувствуя, как жар заливает лицо. – Никто не ответил!
– Значит, надо было стучать громче, – парировал Ксалор, ничуть не стесняясь.
– Что здесь вообще происходит? – пробормотала я, не в силах отвести взгляд от этой… сцены.
От его почти голого тела, от ее рук на нем, от этого интимного, расслабленного уюта, в который я ворвалась.
Ксалор вздохнул, словно его отвлекли от очень важного дела.
– Всё, – сказал он девице. – На сегодня закончим.
Она прекратила его наглаживать. Спрыгнула с кровати, поправила халатик, который и так сидел как влитой, и, не удостоив меня взглядом, выплыла из покоев.
Я осталась стоять перед его кроватью, чувствуя себя полной дурой.
– Кто это такая? – спросила я наконец.
Голос дрожал уже не от стыда. От возмущения! Ксалор приподнялся и… О, боги. Покрывало окончательно перестало что-либо прикрывать. Я резко отвела глаза, уставившись на узор ковра. Сердце колотилось где-то в горле.
– Это целительница, – ответил он спокойно. – У нее золотые руки. Отлично снимает напряжение после долгого дня.
– Целительница? – засомневалась я, стараясь не думать про «напряжение», которое она снимает. – В таком халатике? Это их униформа?
Ксалор рассмеялся – низко, бархатисто. От его смеха по моей спине прокатилась волна мурашек.
– Когда входишь в мои покои на ночь глядя, – сказал он с привычной едкой насмешкой, – будь готова к тому, что я могу быть не очень одет.
Я не рискнула поднять глаза, выдавив:
– А к тому, что в твоих покоях находится какая-то не очень одетая девица?
Повисла пауза. Недолгая.
– Ох, Корделия, – цокнул языком Ксалор. – Неужели ты ревнуешь?
Кровь ударила в виски, смешав смущение и злость в один гремучий коктейль. Я развернулась, не сказав больше ни слова, и выбежала за дверь. Книжка и рисунок в ней уже совсем меня не волновали! Конечно, ничего удивительного, что горячий молодой дракон не проводит ночи в одиночестве. Жена-то у него чисто формальная! Целительницы в соблазнительных халатиках – отличное решение. Удобное. Практичное.
Ну и хорошо, что он меня не трогает! Я же сама этого хотела, сама боялась его прикосновений, сама спровоцировала эту ледяную дистанцию. Так почему теперь я чувствовала не облегчение, а какую-то противную, давящую тяжесть?
Глава 10
Завтрак прошел в гнетущей атмосфере натянутого молчания. Ксалор сидел напротив, методично поглощая еду, но его взгляд то и дело натыкался на меня. Не злой, не насмешливый – изучающий. Будто я была сложной задачей, которую он пытался решить. От каждого такого взгляда я утыкалась в свою тарелку и, как только позволили приличия, чуть ли не сбежала из столовой.
Направилась я в тренировочный зал, расположенный в крыле Ксалора. То есть в нашем крыле! Эйдан уже ждал меня у входа.
– Доброе утро, – поприветствовала его я. – Почему ты не завтракал с нами? Тебя приглашали.
– Вроде как я не часть вашей драконьей семьи, – ухмыльнулся он. – Меня позвали из вежливости, но мое присутствие за общим столом не было бы уместным.
Ясно. Держится от драконов на расстоянии.
– Ты готова к первому уроку?
Меня охватило предвкушение. Я кивнула, стараясь выглядеть сосредоточенной:
– Более чем. Что будем делать?
Мы вошли в зал – просторный и огражденный барьером от магических выплесков. Посередине был расположен игрушечный лабиринт. Низкий, широкий. Стенки из светлого дерева образовывали запутанные коридорчики. И в его конце, на маленькой платформе, лежал кусочек желтого сыра.
Я уставилась на лабиринт. Потом на Эйдана. Потом снова на лабиринт.
– Ты это серьезно? – спросила я неуверенно. – Сначала книжка для малышей, теперь мышиные бега? Я должна гонять за сыром воображаемого грызуна своей тьмой?
Эйдан сохранял бесстрастное спокойствие.
– Не грызуна. Энергию. – Он подошел к лабиринту. – Какой твой самый большой страх, когда дело касается магии?
– Что она слишком разрушительна.
– Слишком? – переспросил Эйдан, и в его глазах мелькнуло озорство. – Смотри.
Он поднял руку. Плавно, выверенно. На его ладони собрался сгусток чистейшей, густой тьмы. Не просто черноты, а чего-то глубокого, холодного и послушного. Эйдан легким пассом направил этот сгусток к входу в лабиринт. Тьма рванула вперед стремительным, точным потоком. Она пронеслась по коридорам, огибая повороты с невероятной ловкостью, не касаясь стенок, не оставляя ни следа тлена. Достигнув платформы, темнота обволокла кусок сыра и исчезла. На платформе осталась лишь горстка трухи.
Что, так можно было?! Вместо того, чтобы снести ползала, просто добраться до цели? Превратить сыр в пыль, не тронув сам лабиринт?
– Впечатляет, – присвистнула я, стараясь скрыть потрясение. – Но сыра жалко. Он, наверное, был вкусный.
– О… Обещаю, сегодня больше ни один сыр не пострадает, – забавлялся Эйдан. – А ты будешь учиться направлять свою тьму. Без разрушений. Попробуй. Вход там. Цель – достичь платформы в конце лабиринта.
Это оказалось сложнее, чем выглядело со стороны. Я вызвала знакомый холод внутри, сформировала шар тьмы и направила его во вход лабиринта. Первые пару поворотов он прошел более-менее сносно, послушно следуя моему мысленному толчку. Потом начал бесцельно кружить, завис и растаял как дым, разрушив стенку. Зато свободных ходов прибавилось! Я стиснула зубы, попробовала снова. На этот раз тьма пронеслась дальше, но на развилке свернула не туда, уперлась в тупик, зашипела и испарилась вместе с ним. Третий раз… четвертый… Пот стекал по вискам, спина ныла от напряжения. Час. Второй. К третьему часу тренировки моя тьма вела себя как долудохлая мышь: то ползла еле-еле, то застревала в самых нелепых местах. Ни разу она не добралась до центра!
Гнев, знакомый и жгучий, поднялся из глубины нутра. На себя, на лабиринт, на Эйдана с его невозмутимостью, на эту проклятую магию, которая не слушалась! Сгусток в лабиринте разросся вмиг. Целая волна черной энергии рванула вперед со свистом, сметая хлипкие деревянные стенки. Бабах!.. Щепки полетели во все стороны, но ударились о темный, мерцающий купол – щит Эйдана. Деревянная пыль осела внутри – на то, что осталось от лабиринта. А осталось от него, прямо скажем, немного…
Тяжело дыша и глядя на груду щепок под защитным куполом, я пробормотала:
– Ой…
Щит растаял. Эйдан подошел к «руинам», ткнул носком сапога в обломок.
– Сыр сегодня больше не пострадал, – констатировал он. – А про сам лабиринт мы договаривались? Не помню такого пункта.
– Это вышло случайно…
– Не страшно. У нас этих лабиринтов целый склад.
– Ах, так их уничтожение входит в программу обучения? А в чем смысл?..
– В том, что магию надо уметь направлять и контролировать, – пояснил Эйдан, – а так веселее учиться это делать.
– Ну… да, – не сдержала я улыбки, – взорвать эту штуку было довольно весело.
– Отдыхай, – подмигнул он. – Развлечений должно быть в меру.
Отдыхать я пошла после обеда – на прогулке с Эрис в саду. Она щебетала о своих растениях, но я чувствовала, что ее что-то гложет. В итоге она не выдержала и спросила:
– Ну как он? Твой новый наставник? Страшный? Опасный? Говорят, он делал ужасные вещи!
– Нормальный, – я прикусила язык, чтобы не добавить «симпатичный», – умный и с творческим подходом к обучению. Ничего сомнительного я в нем не вижу.
– Но он чем-то очень разозлил Иридона Скальвари! – воскликнула Эрис. – Который вообще-то спокойный, как скала. Если уж он вышел из себя, должно быть, Эйдан натворил что-то совсем жуткое!
– Не знаю, – честно ответила я. – Он сказал, что просто позволил себе «лишнее» по их мнению.
– О, кстати! Скоро же день преклонения. Через неделю! – внезапно сменила она тему. – Большой праздник почитания предков! Важный для драконов. И в этот раз главные торжества, ну, знаешь, священный ритуал и пир после, будут в замке Скальвари. Туда съедутся все драконьи рода! И ты, конечно, поедешь с нами, как новая леди Веларион.
Ледяная волна прокатилась по спине. Замок Скальвари, в котором соберутся все драконы! Включая того, кто пытался меня убить…
– Я впервые слышу об этом, – проговорила я в панике. – Вряд ли Ксалор меня возьмет.
Так подставляться – огромный риск. Эрис несогласно покачала головой и вновь начала рассказывать о своих редких цветках.
Вечер я проводила в своих покоях, безуспешно пытаясь сосредоточиться на одной из магических схем из библиотеки. Мысли путались: Эйдан, лабиринт, праздник, Скальвари, таинственный враг… В голове стоял гул. Внезапно в дверь настойчиво постучали. Так громко, что я вздрогнула.
– Войдите! – крикнула я, откладывая конспект.
Дверь открылась, и на пороге возник Ксалор. Он вошел, огляделся и произнес с легкой усмешкой:
– Вот. Видишь? Так надо стучать. Чтобы было слышно.
Я покраснела, вспомнив вчерашний вечер. Дракон, кажется, это заметил, потому что его усмешка стала шире. Но тут его взгляд упал на стол, где рядом с магическими фолиантами лежала та самая книжка – «Магия для самых маленьких».
– Откуда это у тебя? – Ксалор подошел и взял ее, его брови поползли вверх. – А главное – зачем?
Я не удержалась от колкости:
– Решила приобщиться к твоему творчеству.
Он нахмурился, не понимая. Я открыла книгу на последней странице, где был дорисован дракончик.
– Это же твоих рук дело, да? Признавайся.
Ксалор замер. Смотрел на рисунок. И вдруг на его обычно непроницаемом лице появилось что-то похожее на неловкость. Он откашлялся.
– Моих. – Не стал отрицать. – Был совсем маленьким. Решил, что в этой книжке не хватает драконов. Исправил.
Неожиданное тепло разлилось у меня в груди. Этот момент – его смущение, это детское воспоминание, этот корявый дракончик – был таким… человечным. И невероятно славным. Мы стояли рядом, глядя на книжку, и напряженная атмосфера таяла.
– Какое хулиганство, – сказала я с улыбкой. – Пожалуй, вырежу эту страницу и повешу в рамочку. На память.
В золотистых глазах Ксалора блеснул огонек – не едкий, а игривый.
– Ловлю на слове. – Он положил книжку обратно на стол, и его лицо опять стало серьезным. – Я пришел рассказать тебе о дне преклонения. Через неделю мы едем в замок Скальвари. На главные торжества.
Теплое чувство мгновенно испарилось, сменившись ледяной тревой.
– Ты что, решил избавиться от меня?.. Тайный враг не найден, твое расследование пока никуда не сдвинулось. А там будут все драконы, включая того, кто так жаждет меня прикончить.
