– Много практики.
Мы прошли вдоль спины Тэйрна, стараясь не наступать на крылья, и наконец обошли его хвост. Торнадо уже уходил на восток.
– У тебя кровь на голове, прямо над шрамом с Рессона.
– И хорошо. Было бы обидно повредить целую половину моего идеального лица, – отшутился Гаррик. – За меня не волнуйся. Пара швов – и всего делов.
«Остальные на подходе, – сказала Андарна. – Они не знают, что с тобой Шрадх, а я им не говорила».
Коричневый жалохвост отгородился от собственной стаи?
«Передай, чтобы сначала нашли семью Марен. А ты оставайся на месте, пока мы не поймем, что происходит».
Андарна ответила недовольным рокотом. С помощью Гаррика я проковыляла между Тэйрном и Шрадхом – у того, как оказалось, недоставало чешуи вдоль подбородка.
– Остальные в пути, – сообщила я Гаррику. – И я ничуть не сомневаюсь, что вэйнители знали о нашем прибытии.
– Ну просто… прекрасно. – Он скривился и оглядел горизонт. – Где я только не летал, но через торнадо – впервые.
Мы были по меньшей мере в миле к югу от деревни.
– Я тоже. – Над жильем поднимались столбы дыма. Я снова поискала энергию Тэйрна, но, как и ожидалось, обжигающая библиотека встретила меня не потоком силы, а лишь брызгами тьмы. – Не хочешь рассказать, что ты здесь делаешь?
– Они долетели. – Гаррик напрягся и посмотрел на западный край деревни, где лунный свет пересекали силуэты Фэйге и Аотрома. Вскоре за ними последовали Киралер, Даджалер и грифон Трегера Сила, все – со своими летунами. – Семья Марен, да? Так передал майор Сафа.
– Для этого здесь я. А ты должен быть с Ксейденом. – Не было смысла повторять то, что Гаррик и так знал. – В восьми часах отсюда.
– Ну что ж… Едва он услышал, что ты опять умчалась навстречу опасности, он стал рассуждать… неразумно. – На челюсти Гаррика подрагивал мускул, и я убрала с его плеча свою руку, чтобы он мог выпрямиться, а заодно перенесла вес, чтобы не утруждать правое колено. – Никогда его таким не видел. – Гаррик бросил в мою сторону встревоженный взгляд. – Никогда. Даже думать не хочется, что бы он сделал, если бы был здесь, за пределами чар, потому что мне казалось, он вот-вот начнет вырывать камни из стены. Он всегда гордился самоконтролем – как иначе, когда у тебя столько сил, – но я тебе говорю, Вайолет: он как свихнулся, когда узнал, что ты пересекла границу. Он… сам не свой.
У меня сперло дыхание. Ксейден сердился, даже ругался, когда несколько месяцев назад я полетела в Кордин с братом и сестрой, но чтобы свихнулся? Такого и близко не было.
– Потому что Аэтос отправил нас в… – Я осеклась, когда до меня дошло, что сказал Гаррик. – А он знал, что я перехожу границу? Маэс, – закончила я шепотом, уставившись на профиль Гаррика. – Как ты сюда попал?
– Это неважно. – Он извлек меч левой рукой.
– Маэс увидел нас минут сорок назад, а ты и так был здесь. Ты заклинаешь ветер, но ни хрена не может быть, чтобы ты напустил на Шрадха бурю со скоростью в сто миль в час, так как ты сюда попал?
Мой голос рос вместе с гневом, и в двадцати футах перед нами ударила молния, обуглив землю под раскат грома.
Я вздрогнула, потом поморщилась, когда от резкого движения дало о себе знать колено.
– Блин, Сорренгейл, необязательно же сразу… – начал Гаррик.
– А это не я. – Я покачала головой.
– Это я.
Мы одновременно оглянулись направо, к шагающей к нам сребровласой вэйнительнице. Ее пурпурный балахон развевался на ветру. Она даже не взглянула на Тэйрна, проходя в нескольких футах от его задних лап, – все это время она не отрывала жутких красных глаз от нас.
От меня.
Стоп. Она… что? Вызвала молнию?
У меня отлила от лица кровь, и я, черпнув энергию Андарны, поставила щиты.
Святая Данн, она заклинает молнии. Но у вэйнителей не может быть печатей… тем более моей.
Ужас прибил мое сердце к земле, но руки знали свое дело: словно сами выхватили из ножен и метнули в грудь вэйнительнице два кинжала.
Она взмахнула руками, и клинки упали в полете.
– Разве так следует благодарить?
Проклятье. Надо было прихватить мини-арбалет, который мне подарила Марен.
– И за что же нам тебя благодарить? – Гаррик поднял меч и придвинулся ко мне.
Я снова потянулась к энергии Тэйрна, но нашла только тусклый гул.
«Вот сейчас был бы удачный момент для манифестации второй печати», – сказала я Андарне, глядя, как приближается темная колдунья. Сердце бухало, как барабан. Вэйнительнице оставалось лишь положить ладонь на землю – и мы все вчетвером иссушились бы за секунды.
«Будто я могу решать, как ты пользуешься моей энергией», – возмутилась Андарна.
Вторая печать. Мой взгляд упал на Гаррика, но больше взгляда я ничего не могла себе позволить, потому что темная колдунья уже была рядом.
– За то, что не убила вас, конечно.
Вэйнительница склонила голову к плечу и с неприкрытым любопытством окинула меня взглядом с ног до головы, потом остановилась на расстоянии в десять футов. Алые вены возле глаз напоминали маскарадную маску, дополненную поблекшей татуировкой на лбу, а красное свечение вокруг ее радужек было в десять раз ярче, чем у Джека. Скорее всего, мудрец… может, даже мавен, и, если бы не внешние признаки утраты души, она была бы ошеломительно красива – высокие скулы и полные губы, вот только кожа до жути бледная.
– Но должна сказать, я разочарована, как легко оказалось выманить вас из-за чар. – Вэйнительница поцокала языком. – Жаль, что родные девчонки подняли на меня оружие, а то могли бы и выжить. – Она бросила предупреждающий взгляд на Гаррика, но тот не опустил свой меч.
«Родные девчонки…» Я сжала кулаки.
– Ты убила семью Марен? – Под моими ногами хрустели камни и лед, когда я сделала два шага к ней. – Чтобы выманить меня? – Внутри все кипело от гнева.
– Только ее родителей. – Она закатила глаза. – Мальчишек оставила в знак доброй воли, хотя ты того же самого о моих вивернах сказать не можешь, правда?
– Доброй воли?! – крикнула я.
Марен будет раздавлена.
– Вайолет, – предостерег Гаррик, но все-таки следовал за мной.
– Следи за языком, заклинательница молний. – Темная колдунья взмахнула рукой, и Гаррик поднялся в воздух в тошнотворном повторении всех моих кошмаров. Его меч упал на землю, а он схватился за горло. – Ты мне интересна. Даже, признаюсь, нужна, учитывая твои силы, не говоря уже о том, какой из тебя получается хороший поводок. Но вот он? – Она покачала головой, и Гаррик начал бить ногами в воздухе.
«Поводок». Точно так же меня назвал Джек. Она знала Ксейдена.
– Отпусти его! – Я выхватила новый кинжал и отбросила страх прочь до последней капли. Ничего не случится с Гарриком, пока я рядом. – Может, это тебя не убьет, но помучаешься ты обязательно.
– Давай не будем мериться оружием. – Вэйнительница опустила руку к поясу на своем легком пурпурном балахоне и вынула из ножен кинжал – не до конца, но достаточно, чтобы у меня на миг перехватило дыхание при виде его зеленой кромки. – Наши пути слишком переплетены, чтобы начинать с такой враждебности. Давай так: ты ответишь на один-единственный вопрос, и я верну твоего идущего по воздуху приятеля на землю. Это будет приличным началом нашего знакомства. Что скажешь, Вайолет?
– Спрашивай. – Я почувствовала по нашей связи Андарну – внимательную и, как я надеялась, как можно дальше отсюда. – «Предупреди остальных».
«Они… идут».
В ее рваных словах звучало горькое бессилие.
– Так ты ценишь жизнь друга больше, чем знания. Любопытно. – Колдунья задвинула кинжал обратно в ножны. – Я, кстати говоря, Теофания. Справедливо назвать тебе мое имя, учитывая, что я знаю о тебе все, Вайолет Сорренгейл.
Ну просто сдуреть можно.
– От Джека? – Это казалось единственным логичным объяснением.
Теофания небрежно пожала плечами, напомнив мне герцогиню Моррейна.
– Связь с одним драконом… это завидная возможность. Ты получаешь даром столько сил. – Она поджала губы. – Но вот с двумя – это неслыханно. Кто, как не ты, самая везучая девушка на всем Континенте? А может, это я, раз оказалась неподалеку, когда заметили твою «утреннюю звезду».
– Это твой вопрос? – Мои ногти впились в ладони, когда движения Гаррика стали еще отчаяннее.
– Просто наблюдение. – Вэйнительница взглянула на Гаррика. – В знак доброй воли.
По мановению ее руки Гаррик рухнул рядом со мной на землю, с хрипом втягивая воздух.
– А теперь скажи, кто из них выбрал тебя первым? Тот, что наделил силой неба? Или ирид?
Глава 11
С надеждой и радостью, что приносит нам эта новая связь между драконами, грифонами и людьми, я задаюсь вопросом: кто задумывался о балансе магии? Не рискуем ли мы увидеть некий противовес, равный призванным силам?
Из переписки генерала Нирали Илана, командующего крепостью Клиффсбейн, с Лирой Микел, заместителем командующего военным лагерем Басгиата
– Ирид? – Я моргнула, но изо всех сил постаралась не выдать своего изумления.
– Да, твой ирид. – Теофания оглядела небо, потом – пейзаж за нами, пока Гаррик с трудом поднимался на ноги с мечом в руке. – Кое-кто не верит, но я сразу поняла, как только ученые в бежевых одеяниях зашептались о седьмой породе у вас в военной академии. Как жаль, что пришлось удалиться так быстро. Их не видели уже веками, и я надеялась… взглянуть на нее. – Она закончила фразу как угрозу – собственно, угрозой она и была – и вперила алый взгляд в меня.
Андарна. Ужас пробежал по моей спине, закружил мне голову.
«Ирид, – прошептала Андарна. – Да. Теперь я вспомнила. Так называется мой род. Я жалохвостый ирид».
«Лети к чарам! – закричала я мысленно. – Она здесь не из-за меня. Ей нужна ты».
«Я тебя не брошу!» – проревела она.
«Ты нужна живой всем на Континенте. Лети!»
Мои пальцы мазнули по проводнику, висящему у меня на запястье, но без энергии Тэйрна толку от него не было. Требовалось потянуть время, дать Андарне возможность скрыться.
– Тебе ее не достать.
– Хм-м. – Теофания изучила мое лицо. – Печально, но было бы неинтересно поймать свою добычу с первой же попытки. А ты и правда не знаешь, что она такое, да? – Губы темной колдуньи скривились в веселую улыбку, от которой у меня тут же стало скверно на душе. – Что за сокровище тебе досталось? Иногда я забываю, как коротка память смертных.
Смертных. В отличие от кого? Бессмертных? Сколько ей, блин, лет?
Теофания двинулась в сторону, к деревне, и мы с Гарриком отзеркалили ее движение, держась между нею и Тэйрном.
– Когда заклинатель теней перейдет к нам…
– Не перейдет! – отрезала я.
Загудела энергия, наполняя меня тонкой струйкой, а воздух заполнился шумом крыльев.
Тэйрн приходил в себя, но то, что к нам приближалось, двигалось слишком быстро.
– Перейдет, – сказала вэйнительница тем же раздражающе уверенным тоном, каким так любит говорить Ксейден.
И, словно жирная точка в нашем разговоре, располосовав тучу над головой, ударила молния.
Она даже не подняла руки. Твою мать, я проигрывала по всем фронтам.
– А когда с ним придешь и ты, ты вспомнишь, что я пощадила тебя сегодня, и выберешь в учителя меня, а не Бервина. – Теофания медленно отступала шаг за шагом, простирая руки над головой.
Может, вэйнители теряют вместе с душой и разум… но эта беседа с ней выигрывала Андарне больше времени для бегства.
– И почему это к вам перейду я?
Энергия вернулась потоком, ошпаривая мои кости, и я позволила ей набираться внутри и туго сжиматься, готовясь полыхнуть.
– Не считая того, что он слаб, а ты прикована к нему и не можешь противостоять его приказам? – Теофания презрительно хмыкнула, но потом вернула на лицо каменную маску. – Я оставлю тебе обоих драконов и дам то, чего ты хочешь больше всего на свете. – Ее взгляд упал на проводник, покачивающийся под свист нарастающего ветра. Другие были уже где-то рядом. – Контроль и знания.
Тэйрн развернулся, чтобы цапнуть Теофанию, но его зубы только щелкнули у ее ног, а вэйнительницу подхватили когти виверны. Серые крылья твари забились быстро и тяжело, обдавая нас потоками ветра и унося свою создательницу с поля боя.
– Твою мать, мы и правда живы, – сказал Гаррик, опуская меч. – Она оставила нас в живых.
– Ты в порядке? – спросила я Тэйрна надтреснутым голосом.
«Я не умер».
Он поднялся на лапы, скребя когтями землю. От облегчения у меня закололо глаза, передо мной все поплыло.
