– Наблюдаем за тем, как Вик подкатывает яйца к подарку Мика.
– В смысле “подарку”? – закашливается Державин. – Мы же сделали тот самый подарок, – вопросительно смотрит он на меня.
– Мы – да, а она решила поздравить именинника лично, великодушно подарив свою целку.
– Целку? – глаза Пита распахиваются еще шире. – Такие еще бывают?
– Вот и Мик не верил. Но сегодня хочет провести сравнительный анализ.
– Ты реально собрался порвать ей целку? – Державин не верит, что мы говорим серьезно.
– Мне интересно, так ли там все узко, как говорят, – задумчиво отвечает Мик.
– Она реально целка? Прям цельная целка, не зашитая? – не успокаивается Державин.
– Бля, – чешет подбородок Гордей. – О таком варианте я не думал. Но ей сколько? – он смотрит на меня, дожидаясь ответа.
– Девятнадцать.
– На хуя в девятнадцать лет зашивать целку, чтобы потом спихнуть ее по синей лавочке какому-то дружку своего брата? – выдает первую разумную мысль за вечер Мик.
– А зачем ее в принципе вот так вручать? – интересуется Пит.
– Давай у девочек спросим, – мутным взором именинник окидывает девочек вокруг, поманив одну из них пальцем.
– Да, Микуш, – мгновенно возле него оказывается брюнетка. – Ты что-то хочешь?
– Скажи… – слышу, как скрипят шестеренки в его голове, пока бро силится вспомнить имя тёлки.
– Стася, – напоминает она ему.
– Скажи, Стася, на хуя девка будет предлагать малознакомому парню свою целку?
Брюнетка знатно охуевает от вопроса, но не перестает улыбаться.
– Да ладно, Микуш. Кто хочет трахать целок? Это же этот… как его… ненужный пережиток прошлого, – хихикает она. – И обычно от нее избавляются еще в школе. А если не успел вовремя ее вскрыть, то потом становится похер, с кем и как, лишь бы избавиться от нее.
– В этом есть логика, – закидывает назад голову Гордей и смотрит на мерцающие огни на потолке.
– А что? – Вижу, как она с любопытством оглядывается. – Кто-то еще мучится с этой проблемой?
– Иди, солнце, – Мик кивает девице на танцпол. – Мы так, просто задумались. Посидеть немного надо.
Девчонка разочарованно уходит танцевать.
– А знаешь, мне теперь даже интересно, кто в итоге из вас двоих сегодня ее вскроет, – вижу, как Витя наклонился к Стефе и что-то ей шепчет на ушко.
– Сомневаешься во мне? – усмехается Гордей.
– Ты тут, он там, с ней, – пожимаю плечами.
– Сколько ставишь?
– Э не! – вмешивается Пит. – На полноценный раунд не годится. Тебе уже пообещали эту целку, и тебе просто надо взять свое.
– Тогда не больше сотки баксов, – усмехаюсь.
– Забились, – пожимает мне руку Гордей. – Разбей, – обращается к Державину.
Пит разбивает рукопожатие.
– Учитесь, сосунки! Сейчас папочка покажет мастер-класс! – Мик опрокидывает в себя еще один шот и, поднимаясь на ноги, направляется к барной стойке.
– Ну все. Кажется, сегодня мы потеряем последнюю из существующих целок, – смеется Державин.
– Невелика потеря, – слежу за взглядом Вика, направленным на младшего брата, и чувствую, как накаляется атмосфера.
Глава 8
Стефания
– Мне кажется, ты задолжала мне танец, – берет меня за руку Мик и тянет к танцполу.
Все происходит под недоуменные взгляды его старшего брата.
Я оборачиваюсь на Виктора, чувствуя себя неловко. Но он в ответ лишь откидывается назад, на барную стойку, опираясь на локти, и смотрит на нас неотрывно.
Мне же хочется провалиться сквозь землю от неловкости. Еще меньше минуты назад я смеялась над детскими выходками именинника, соглашаясь с тем, насколько тупо он вел себя в подростковом возрасте, да и сейчас не сильно умнее стал.
Витя поделился со мной лишь позорными историями, которыми любят вгонять в краску при друзьях все близкие родственники.
Про то, как его братец воровал яблоки у какого-то злобного соседа и получил в задницу разряд солью из ружья, а потом неделю не мог сидеть на пятой точке, и про то, как их мать отправила Мишу на фигурное катание, а он в знак протеста на выступление вышел в платье, тем самым раз и навсегда поставив крест на маминой мечте о сыне – великом фигуристе.
Рассказывал Виктор и о том, как Мик плакал над гусем, которого он несколько дней пас на лужайке в деревне у прадеда, а дед не раздумывая свернул ему шею прямо у мальчика на глазах.
Ну и, конечно же, о фиаско с первым сексом, когда отец его подружки заявился домой в процессе, а девушка так сжалась от страха, зажав член парня, что пришлось прибегать к врачебному вмешательству.
Мне было и жалко парня, и весело, и в то же время эти рассказы сделали Мика для меня более человечным, что ли, а не холодной машиной, каким был его лучший друг и по совместительству мой сводный брат.
– Кажется, у тебя хорошее настроение, – размещает мои руки у себя на шее именник, а я вспыхиваю от такого тесного контакта.
– Да, приятная компания способна поднять не только настроение, но и сделать вечер в целом.
– Хм, – говорит он задумчиво, блуждая взглядом по моему лицу. – Это ты обо мне или о моем брате? Хочу предупредить сразу, что его излюбленная игра – это порочить мое доброе имя и уничтожать мою репутацию.
– Зачем ему это? – невольно вспоминаю все те истории, что поведал мне Виктор, и, чтобы не засмеяться, прикусываю нижнюю губу.
– Наверное, чтобы все красивые девушки достались ему, – обаятельно улыбается Мик.
– И многих девушек он у тебя отбил? – мне по-прежнему не по себе от слишком тесного контакта.
– Бывало, – отвечает честно.
– Значит, Виктор – коллекционер? Или это чисто ваше соперничество? – бросаю взор за спину своего партнера и вижу, как рядом с Витей появляется Тим.
Он делает заказ бармену и что-то говорит старшему брату Гордеева.
Тот внимательно слушает его, а затем впивается в меня глазами, будто видит впервые и это не со мной он общался около пятнадцати минут.
Мне становится не по себе от этого взгляда, и я поднимаю глаза к Мику.
– Честно? Никогда не задумывался об этом. Но, наверное, скорее второе, чем первое. Хотя все любят красивых девушек. Особенно если эти самые девушки любят в ответ.
– То есть вы тут все как на подбор, да? Хотя что я спрашиваю… – вспыхиваю и отвожу глаза в сторону, вспоминая их бурное веселье у нас дома.
– Наверное, это потому, что еще не встретилась та самая девушка, – улыбается он.
– Хочешь сказать, что тебе хочется влюбиться?
– Честно? Не знаю, – пожимает плечами. – Наверное, это был бы интересный опыт. Но я не хочу эмоциональных качелей и привязанностей.
Мы замолкаем. Я обдумываю его слова. Но на самом деле каждый раз, когда Мик поворачивает меня лицом к барной стойке, я напарываюсь на пристальный взгляд Тима, что теперь стоит рядом с Виком и не сводит с нас глаз. Это дестабилизирует.
Но затем к нему подплывает та самая блондинка, с которой он обжимался на диванчике, и, приподнявшись на носочки, шепчет что-то. Но он лишь ухмыляется и продолжает следить за нами, позволяя этой девице лапать его за бицепс и, опустив руку к нему на грудь, скользить пальцами ниже.
– А ты? – снова привлекает к себе внимание мой партнер.
Я смотрю на него, встречаясь с внимательным взглядом. Кажется, будто я и правда интересна ему.
– Что я?
– Влюблялась?
– Нет, – не вижу смысла скрывать.
– Была в серьезных отношениях?
– И снова нет.
– Почему? Ты красивая девушка!
– Потому что мне встречаются только такие же потребители, как ты, твой брат и твои друзья, – настроение мгновенно падает. Потому что я понимаю, чего он хочет добиться от меня.
Мик тихо смеется, явно не ожидая от меня подобных обвинений.
– Чёрт! А ты не любишь ходить вокруг да около. Но тогда объясни мне, пожалуйста, почему ты решила подарить мне девственность сегодня?
Он обрушивает на меня вопрос, словно ушат ледяной воды. Я замираю, не двигаясь больше с места, и смотрю на него так, будто вижу впервые.
– Я что сделала?
Он тоже останавливается, немного нахмурившись.
– Ну как же. Твой подарок – твоя девственность.
Мне кажется, будто меня отхлестали по щекам, чувствую себя униженной и ничтожной. Меня бросает в жар, в глаза будто насыпали песка.
– А кто тебе сказал, что я девственница? – бросаю ему в лицо и вижу, как улыбка сползает с его лица.
– Но как же… Тим сказал, что…
– А ты меньше слушай Тима, Мик. И будет тебе счастье, – убираю руки с его шеи и подхожу к барной стойке, смотря прямо на сводного, которого хочется не просто убить, а четвертовать.
Он же разглядывает меня с легкой улыбкой на губах. Чертов мерзавец!
Но вместо того, чтобы накинуться на Тимура с обвинениями, я забираю со стойки клатч и поворачиваюсь к Виктору.
– Ты, кажется, хотел проводить меня? – ловлю смятение в его взгляде, а затем радостную вспышку.
– И до сих пор этого хочу, – он выпрямляется и, положив руку мне на поясницу, ведет меня к выходу.
Глава 9
Тимур
– Я не понял, а какого хрена это было? – подходит ко мне Мик, охеревшим взглядом провожая мышь и Вика.
– Это было лишь то, что ты, лошара, не умеешь разводить целок на секс, – закидываю в себя шот текилы.
– Я не ожидал, что она бортанет меня, – берет свою рюмку именинник и опрокидывает внутрь.
– Гони две сотки, – забавно видеть растерянность на лице этого самоуверенного засранца.
– Куда так летишь? – занюхивает текилу лаймом Мик. – Если Вик с ней ушел, это еще не означает, что он ее распакует. И вообще! Ты же говорил, что даришь мне ее? – толкает в плечо. – Че за дела?
– Такие дела, – усмехаюсь. – Ты хотел попробовать целку, я тебе ее подогнал. А то, что ты проебался, – это не мои проблемы.
– Сука! – улыбается он, то ли охреневший от моей борзоты, то ли от восхищения.
– Кстати, она сказала, что информация о целке – фейк, – а теперь он следит за моей реакцией. – Не хочешь поговорить об этом?
– Это, чтобы избавиться от твоей смазливой рожи. Инфа сотка из уст ее маменьки.
– А чем плоха моя рожа?
– Я не понял? – подплывает к нам Пит. – А где сестричка?
– Свалила с Виком.
