И я вдруг понимаю, что он просто не может отпустить меня. Его трясёт.
– Хорошо. – Стараясь лишний раз не провоцировать дракона, возвращаюсь к Арму.
Он тут же заграбастывает меня в объятия и сжимает так сильно, что я дышать-то с трудом могу.
– Подожди секунду, – тихо просит Арм, когда я пытаюсь хоть немного ослабить его хватку. – Просто постой. Пожалуйста.
И столько надрыва в этом «пожалуйста», что у меня сердце кровью обливается. Он тосковал. Он переживал эти дни. Я это настолько отчётливо ощущаю, что мне страшно становится. Страшно, потому что меток на моих запястьях не проявляется. Получается, мы с Армом не созданы друг для друга? От этой мысли становится физически больно.
Отвожу взгляд от руки, и в последний миг мне предательски чудится вспыхнувшая алмазом чешуйка.
– Ребята, а вы чего тут? – Знакомый голос заставляет вздрогнуть не только меня, но Арма.
Принц медленно отпускает меня и, пряча за спиной, разворачивается к Таллю. Друг стоит у выхода из аллеи и с изумлением смотрит то на нас с Армом, то на сидящего прямо на тропинке Мира.
– Я должен спросить: что тут происходит? Рика, ты в порядке?
Волна агрессии, испускаемая Армом, ощущается кожей. Поглаживаю грудь принца, хотя прекрасно понимаю, как неприлично это выглядит со стороны. Но сейчас абсолютно плевать на нормы морали: мне надо успокоить одного крайне озлобленного дракона.
– Всё хорошо.
– Всё хорошо? – Арм вскидывает бровь. – На тебя напали.
– Но ты же меня спас. – Я улыбаюсь как можно дружелюбнее. – Всё, Арм, режим защитника можно вырубать.
Секунду принц смотрит мне в глаза, и я теряюсь в его тяжёлом взгляде. Такое ощущение, что дракон борется сам с собой, решая для себя: уволочь меня в пещеру или ещё поговорить?
– Да-да, защитника убираем, включаем спасателя, – подаёт голос Мир. – Я тут, вообще-то, голый. А на улице не летняя ночь, боюсь отморозить достоинство.
Закатываю глаза. Кокура, засранец, в любой ситуации найдёт возможность упомянуть своё хозяйство.
– Ещё одно слово – и я лишу тебя поводов для беспокойства! – рычит Арм. – Хоть одно движение в сторону Рики, понял?
– Да угомонитесь вы, Ваше Высочество. – Мир примирительно вскидывает руки и тут же возвращает их на место, прикрывая самое ценное. – Я всё, я в норме. Контролирую и себя, и зверя.
– Кстати, а кто на тебя ошейник нацепил? – тут же цепляюсь я за нужную фразу.
А то мы с этим шоком забываем о главном. Мир – наш живой свидетель.
– Э-э-э, – отчего-то теряется оборотень и умоляюще смотрит на принца. – А можно я не при ней буду говорить?
– У меня нет секретов от Ларики, – вскинув бровь, отвечает Арм. Чуть поворачивается к подошедшему Таллю и спрашивает: – А у тебя?
Стальной дракон лишь качает головой.
– Кролики, – понурив голову, отвечает оборотень. – Увидел гадов недалеко от мастерских и рванул за ними. А они на меня силок поставили! На меня! На ягуара!
В голосе Мира столько негодования, что, не будь ситуация настолько жуткой, я бы даже посмеялась. Добыча поймала охотника.
– Всеединый, – тяжело вздохнув, произносит Арм и обращается к Таллю: – У тебя есть сетевик?
– Да, вот. – Стальной дракон быстренько достаёт из наплечной сумки плоскую коробочку связного артефакта.
– Ведагор есть в контактах?
– Мастер Аксамит? Да, конечно.
– Мог бы и у меня спросить, – чуть обиженно бурчу я, но замолкаю под строгим взглядом принца.
– Талль, будь добр, поделись с пострадавшим кителем. Я, как видишь, сегодня на одежду не богат, – произносит Арм, одной рукой приобнимает меня, а вторую, с сетевиком, прикладывает к уху. – Ведагор, у нас тут чрезвычайное происшествие. Поднимите гвардейцев и никого за территорию академии не выпускайте. Да. На Рику напал Ратмир Кокура, но парень был под внушением.
Секунду Арм слушает ответ, а потом, бросив на меня косой взгляд, коротко отвечает:
– Да, Рика уверена. Нет, парень в порядке. Да не грохнул я его!
Я так пригреваюсь под крылом у Арма, что не сразу реагирую на гнев в его голосе. Только через мгновение оборачиваюсь на притихшего Талля и Мира. Дракон как раз снял китель и протянул его оборотню.
– Жив твой ученик, – сцепив зубы, продолжает говорить Арм. – Сейчас задание выдам и отпущу. Через полчаса у меня в тереме. Собери наших. Отбой.
Отключив сетевик, Арм с усилием трёт переносицу. А потом переводит взгляд на меня. А я… Я стараюсь не смотреть в сторону оборотня, сосредоточившись на подсчёте моих хомяков. Версии Клаца начинают растворяться в воздухе, что добавляет мне нервозности. Клацерист может в любой момент исчезнуть, и тогда шанс найти ошейник станет мизерным.
– Парни, найдите хомяков, – просит принц. – Мне нужно позаботиться о Рике.
– Погоди, я сама его найду, – возражаю я. – С моей магией это будет проще сделать.
– Позже, – строго говорит Арм, отодвигая меня от себя и рассматривая многочисленные порезы и ссадины.
Хмурится ещё сильнее, когда видит пропитанную кровью рубашку. А я на таком взводе, что не чувствую боли.
– Пойдём, – говорит он так, что понимаю: спорить бесполезно.
Но когда это я молчала в тряпочку?
– Куда?
– Ко мне в терем. Обработаем раны и поговорим.
Арм без лишних объяснений тянет меня за руку, уводя от ничего не понимающих ребят.
– Стой, – артачусь я. Оборачиваюсь к Таллю и высказываю логичное решение: – Как найдёте ошейник, приходите в общежитие. Мы будем ждать вас там.
– Рика, – с укором произносит Арм, чуть закатывая глаза.
– Да что Рика? У меня бабушка в комнате живёт. Она с моими ранами за одно прикосновение справится. Да и не настолько они серьёзные, – с преувеличенной бравадой отмахиваюсь я.
На самом деле порезы, особенно на спине, начинают ощутимо жечь.
– В моём тереме первоклассные заживляющие артефакты, – упрямится принц.
Краем глаза отмечаю, как Мир с Таллем мышками покидают аллею. Клац, как предводитель поискового отряда, восседает на плече стального дракона и указывает направление. Секунда-другая – и нелепое трио растворяется среди кустарников.
– Рика, – зовёт меня Арм.
Повернувшись к принцу, я понимаю кое-что очень важное. Мы одни. А он не совсем одет. И вот это особенно остро чувствуется. Меня натуральным образом колбасит от желания прикоснуться к мощной груди и пальцами пересчитать кубики на его прессе. Пресвятые пассатижи!
– В общежитие! – Сглотнув, хватаю Арма за руку и тащу за собой.
Смотреть в его сторону просто опасаюсь. В последнее время контроль и я – совершенно несовместимые понятия. Особенно в присутствии Арма.
– Я не уверен, что это верное решение. – Принц хоть и возражает, но послушно идёт за мной.
– Поверь мне, это самое лучшее решение. Мне нельзя оставаться с тобой наедине.
– А если я хочу, чтобы так и было? – спрашивает Арм внезапно просевшим голосом.
– О чём ты?
Я не торможу, лишь чувствую, как сердце, испуганно ойкнув, пакует чемоданы в пятки. А может, прямиком в руки дракона. Я эту глупую мышцу вообще перестаю понимать.
Мы пересекаем главную площадь и останавливаемся у входа в общежитие. Только тогда Арм притормаживает меня. А затем и вовсе рывком притягивает к себе. Меня опаляет жаром его тела, который огненной волной перетекает в мои собственные жилы. Растекается огнём, отключая мозг и заставляя сознание капитулировать. Нельзя, нельзя быть таким притягательным.
Я прерывисто вздыхаю, когда Арм берёт меня за подбородок и вынуждает смотреть прямо в глаза. И решимость, горящая в них, не на шутку пугает.
Потому что я не могу ничего ему обещать!
– Погоди! – испугано пищу я, но Арм меня не слышит.
– Рика, я знаю, что тебя вынуждают выбрать себе мужа. Либо оборотня, либо стального дракона. – Чем дольше говорит принц, тем острее становятся черты его лица. Тем больше гнева исходит от него самого. – Я был вынужден улететь, чтобы решить один важный вопрос. Без этого я не мог бы ничего тебе предложить…
– Решил? – тихо спрашиваю я.
– Нет. – Арм сжимает челюсть так, что мне чудится хруст зубов. – Но это неважно. Я никогда в жизни не был так уверен в том, чего хочу. Кого хочу.
Дурацкая мышца в груди зависает от шока. Мысли в панике разбегаются, когда я понимаю, к чему он клонит.
– Рика, я понимаю, как сильно обидел тебя пять лет назад. Но я надеюсь, что ты дашь мне шанс. То, что раньше мне казалось, теперь обрело настоящность. Мне не кажется. Я знаю. Я тебя…
– Нет-нет-нет. – Дёргаюсь в его руках, пытаясь не дать ему сказать то, что изменит всё.
– Люблю, Рика. Люблю, – хватая меня за плечи, упрямо твердит Арм.
А у меня слёзы брызжут. Что за несправедливость такая? Я ведь тоже его люблю! Я это тоже знаю. Но проклятые чешуйки не оставляют нам шанса. Своим алмазным блеском рушат всё, запрещают мне мои же чувства.
– Рика, что такое? – хмурится дракон. – Я настолько тебе противен?
На его лице появляется искреннее недоумение, граничащее с паникой. Отступив от меня на шаг, он в растерянности проводит рукой по волосам и делает судорожный вздох.
– Прости, – потерянно говорит он. – Я просто думал… Всеединый, вот я дурак. Решил, что у тебя тоже есть ко мне чувства.
– Нет-нет, – спешу успокоить его. Хотя кто бы меня успокоил и сказал, что делать. – Они есть! Но… Арм дело не в этом.
– А в чём? – моментально вскидывается дракон.
– У меня проявлялась метка на руках, – схватившись за горло, выдавливаю я. Мне физически тяжело говорить то, что сделает пропасть между нами непреодолимой. – Арм, чешуйки были алмазными.
Мир вокруг нас словно замирает, пока я жду реакции принца. А он молчит. Жар, который исходил от его тела, сменяется лютой стужей. И моё сердце заходится в печальном вое, ощущая такой же ответ с его стороны.
Я кусаю губы, не зная, что сказать, что сделать, чтобы унять эту тоску. Чтобы и мне, и Арму не было так больно.
– Я понял, – спустя долгие полминуты отвечает принц. Лицо его сереет, но голос твёрд и спокоен. – Значит, не судьба, Рика. Ты знаешь, кто он?
– Нет, – закрыв лицо ладонями, отвечаю я. – Чешуйки проявляются спонтанно. Первый раз – в тот день, когда ты покинул Ворви-Уш. Второй раз – сегодня, когда ты меня спас. Перед тем как нас нашёл Талль. Они фантомные. Будто что-то мешает им засиять в полную меру.
– Это означает, что истинная связь ещё не проявилась в полную силу. У тебя с кем‑то формируется привязка, – сухо объясняет Арм и кивает на вход в общежитие. – Давай поднимемся?
– А как понять с кем? У Кары и Рейва метки сияют, когда они находятся рядом. Мои же чешуйки проступают совершенно спонтанно! – Я живо подхватываю эту тему и говорю так, будто мы обсуждаем научный проект.
Просто потому, что в душе такая лютая смесь раздирающих эмоций, что поддайся я хоть одной – утянет в водоворот отчаяния.
– Пока связь не пройдёт все три стадии привязки, метка не засияет.
Арм приветствует ночного смотрителя, который провожает нас удивлённым взглядом, но не делает никаких попыток остановить. Впрочем, я бы тоже не рискнула вставать на пути дракона с таким пугающе мёртвым лицом.
– У тебя вообще никаких догадок, кто мог стать твоим истинным? – спрашивает Арм, когда мы один за другим преодолеваем пролёты до моего этажа.
И меня пугает лёд в его голосе. Принц будто баррикадируется внутри себя, не давая ни капли эмоций просочиться наружу. А я хочу! Я хочу увидеть этот шторм. Хочу помочь ему пережить это состояние.
– Ни малейших догадок, Арм. Кто из вашей делегации может быть алмазным драконом?
Мы останавливаемся у входа в комнату, за которой я слышу громкое ворчание бабули и звонкий голос Юны.
– Не знаю, – качает головой Арм. – Но я разберусь, кто скрывает своего зверя. Разберусь и найду.
Глаза принца темнеют до штормовой синевы, и я всерьёз начинаю переживать за того, кто окажется моим истинным. В таком состоянии Арм и переломать его может.
– Спасибо, – только и выдавливаю я.
Хватаюсь за ручку двери, как меня останавливает вопрос принца.
– Тебе не кажется странным, что Талль оказался так близко от места нападения?
Замираю на секунду. Меня появление стального дракона нисколечко не удивило: мало ли какие занятия у него сегодня были по расписанию.
– Так и ты тоже свалился, как камень с небес, – возражаю я в неосознанной попытке выгородить друга.
После событий в лесу Морока, а затем у административного терема мы очень сдружились с драконом. Недоверие Арма ранит и меня.
– Не доверяю я ему, – признаётся принц. – Особенно после твоих чешуек и сегодняшнего нападения.
