Нура изумленно моргнула. Проклятье, эта послушница не могла сказать сразу, что знает ее?
— Что ж… Идем. — Девушка поманила Нуру за собой, к проходу в соседнее помещение. — Можешь обращаться ко мне Суманти. Твое имя я знаю.
Они прошли мимо рядов столов и лавок к стойке, за которой сидела очередная незнакомка в похожем странном наряде. По ее смуглой коже вились золотые узоры, какие украшали всех Жриц Маан-Маан.
— Мадхави, смотри, кто пришел в Дом богини!
Та поднялась. Выглядела она крайне недружелюбно, но все равно поприветствовала, хоть и с акцентом:
— Мир тебе, сестра.
— Здравствуйте, — растерянно отозвалась Нура. — Я пришла узнать о своей близняшке.
— Что ты хочешь знать? — Жрица нахмурила темные брови.
— Ну… Когда вы последний раз видели Кею?
— За несколько часов до ее смерти.
Ответ заставил вздрогнуть.
— Она искала защиты, но ночью ушла… От кого твоя близняшка пряталась и отчего покинула Дом, не ведаю. Она держала разговор с Главной Жрицей, не со мной.
— А я… я могу встретиться с вашей Главной?
— Если она сочтет необходимым, — неохотно буркнула Мадхави.
Нура закусила губу и заглянула в сумочку на плече, нервно в ней рыская. Наконец вытащила оттуда сложенную брошюру и показала цифры на ней служительницам храма.
— Это было в вещах Кеи… Вы не знаете, что это за цифры?
Жрица что-то пробормотала на своем языке. Что-то очень напоминающее ругательство. К счастью, Суманти была более благосклонна:
— Это номер комнаты Шанти, одной из тех, кто живет в приюте при храме. Кея часто навещала ее.
— Могу я побеседовать с этой женщиной?
Мадхави фыркнула:
— Если у тебя выйдет, я немедля попрошу Верховную возложить руки на голову твою, дабы благословить сей дар. Ибо ничем иным, как чудом, диалог с Шанти не назвать.
— Что вы имеете в виду? — Нура нахмурилась. Мадхави изъяснялась слишком витиевато, а ее акцент пониманию не способствовал.
— Шанти не говорит, — шепнула Суманти.
— Она немая?
— Она… Ее ум поврежден. Бедняжка находится под покровительством Дома богини вот уже почти тридцать зим.
Нура изумленно вскинула брови. Это большой срок, морочьи большой! Что могло понадобиться Кее от…
Вдруг вспомнилась статья Эрики про Дракона. Он крал девственниц примерно тогда, разве нет? Теперь разрозненный пазл наконец начинал собираться в целую картину. По крайней мере, появлялись кусочки, которые идеально подходили друг другу.
— Мне нужно увидеть Шанти. Пожалуйста.
Мадхави недовольно поджала губы, но кивнула. Суманти снова поманила Нуру за собой в узкий темный холл. Они прошли по нему и свернули к лестнице, поднявшись наверх. Только на втором этаже удалось понять, что это уже не храм, а пристроенное к нему вытянутое здание. В конце коридора виднелся распахнутый балкон, откуда был слышен шелест листвы и доносился аромат ранних цветов.
— Это один из приютов при храме, — объясняла послушница, проводя к раскрытой комнате рядом с балконом. — Тут содержатся нуждающиеся в защите. С Шанти нужно быть… аккуратнее. Она боязлива.
Суманти остановилась у порога в комнату, где гулял сквозняк, шевеля легкие полупрозрачные занавески. Внутри были узкая кровать, комод, тумбочка и круглый столик с графином воды, стаканом и со свежими цветами в вазе, а у окна расположилось кресло, в котором сидела женщина.
— Шанти, к тебе гости, милая, — ласково, будто с ребенком, заговорила Суманти.
Она подтолкнула Нуру вперед. И та медленно и осторожно приблизилась. Только сейчас она заметила самое главное — женщина была Иной. Острые уши об этом явственно свидетельствовали.
— Она…
— Темная эльфийка, — едва слышно ответила послушница на незаданный вопрос.
Нура выдохнула. Шанти выглядела довольно молодо, густые черные волосы были заплетены в две косы, одну из которых она бездумно теребила пальцами. Сквозь бледную кожу просматривались темные вены, но это не меняло очевидного — красоты. Симметричное миловидное, почти кукольное личико с пухлыми губами, аккуратным носиком и большими разноцветными глазами. Один голубой, а второй карий. Но даже когда Нура встала перед ней, взгляд Шанти был направлен будто бы сквозь нее.
— Вы знаете, что с ней случилось?
Суманти покачала головой:
— Она пришла слишком давно. Ей было меньше, чем мне, когда она поселилась здесь.
— Сколько?
— Мне девятнадцать, а ей сколько было… — Послушница развела руками. — Я второй год присматриваю за ближним приютом и еще не все знаю о своих подопечных. Но знаю, что Шанти любит клубничные булочки из пекарни рядом. Кея часто их ей носила.
Вот и объяснение чеку…
Раздалось бряцание браслетов, и напротив комнаты остановилась, сложив руки за спиной, высокая женщина со смоляными волосами, в которых серебрилась седина. Лучики морщин прорезали ее кожу, а время сделало темные глаза тусклыми. Она была одета в длинное легкое платье с золотым поясом, а на плечах ее лежала мантия.
— Главная Жрица. — Суманти прижала ладони к груди, опуская голову.
— Иди, бити16[16].
Послушница склонилась чуть ниже и мигом вылетела из комнаты. А растерянная Нура оцепенела под строгим, но мягким взглядом.
— Мое имя Пурнима, я слежу за этим Домом богини.
— Я…
Главная Жрица подняла ладонь, останавливая.
— Мне известно, кто ты, дитя. Идем, мы побеседуем за прогулкой по саду, чтобы не тревожить покой тех, кому он необходим. — Голос был глубоким и приятным, а акцент едва угадывался.
Нура послушно двинулась следом за Пурнимой. Ее мантия касалась пола, а браслеты на ногах и руках позвякивали при движении.
— Ты здесь для того, чтобы узнать об убийстве своей сестры, — негромко заговорила Главная Жрица. — Но гибель ее связана с другой болью.
— Откуда вы знаете?
— Сие есть не знание, но чувство. Как я чувствую ветер в волосах, как чувствую полынные глаза на твоей коже, как чувствовала гибель твоей сестры в тот вечер, когда она пришла сюда в последний раз. Я предупредила, что ощущаю дыхание смерти за ее спиной. И она решила, что, лишь покинув Дом, у нее получится обмануть судьбу. Однако судьба всегда настигает. И часто находит нас там, где мы пытаемся от нее скрыться.
— Но вы не знаете, кто убил Кею?
— Нет, дитя.
— Тогда расскажите про Шанти. Кто она?
— Когда я была не так стара, мы выбрали ей имя «Шанти». Оно означает «покой», ибо мы решили, что он нужен ей больше всего. Шанти была юной и нежной, но на коже ее хранилась история боли из синяков и ран. Она кровоточила, но не от цикла и не из-за ребенка во чреве, а оттого, что кто-то использовал ее тело.
В горле Нуры встал ком.
— Мы поняли, что это дитя в беде, а беременность ее безрадостна. Но сделать уже ничего не могли. Роды были трудными. Моя наставница, занимавшая тогда пост Главной Жрицы, истратила много энергии. Она смотрела за Шанти, заботилась. Та еще была не так плоха, она говорила слабо и мало, общалась поворотами головы, улыбками и каплями слез. Но постепенно кошмары настигали ее, затуманивая разум. Мы поняли, что для израненной девочки уже нет спасения, кроме единственного, которое может подарить богиня, — блаженного беспамятства.
— Зачем Кея приходила к ней?
— Она пришла, чтобы найти ответ, а приходила, чтобы утешить. Сказать большее я не в силах. Ты можешь выйти здесь, дитя. — Пурнима указала на калитку, скрытую кустами отцветшей сирени. Это был вполне очевидный финал разговора. — Если однажды тебе понадобится защита, двери Дома богини для тебя открыты.
Нура покидала храм, тараторя благодарности. Она вышла на соседнюю улицу и, пока шла к остановке и ждала маршрутку, размышляла о несчастной Шанти, а еще о Драконе. Монстр, утаскивающий в свое логово девственниц, оказался не сказкой. Он был реален, как и остальные змеи: Аспид, Тайпан, Мамба и куча других… Впрочем, думать сейчас стоило лишь об одном Змее.
Нура знала, когда он должен прийти — вечером, когда будет считать, что она отправилась в банк. Но есть вероятность, что он следит за входом. Значит, нужно войти незаметно. Сегодня на ней футболка, джинсы и сандалии, а на плече маленькая сумочка. Нужно как-то «замаскировать» внешность. И запах…
За обедом в кафе Нура чиркала на салфетке ручкой примерный план своих действий. На улицу она почти выбежала, вслушиваясь в далекие еще громыхания. Инти скрылась за тучами, стало пасмурно и прохладно. Тем лучше.
Забежав в банк и договорившись о переносе встречи, Нура поспешила в магазин одежды. Там она купила кроссовки, спортивные штаны, худи с капюшоном и рюкзак, в который спрятала свою сумочку. После зашла в туалет, где переоделась в только что приобретенные вещи. Они не пахли ею. Потом Нура завернула в магазин косметики и направилась в отдел с парфюмерией. Она выбрала максимально непривычный для себя тяжелый аромат со шлейфом и, сделав несколько пшиков пробником, покинула магазин.
Нура превратилась в неприметную девушку, бегущую от тяжелых капель из туч. Одна из многих жильцов дома. И точно не госпожа Йон! Только оказавшись в лифте, она выдохнула, но на своем этаже ей вновь стало не по себе. К двери Нура шла осторожно, крадучись. Рука была в кармане худи, где лежал один из артефактов.
Дверь открылась и сразу закрылась, пока никто не заметил странную девчонку. Оказавшись в квартире, Нура метнулась к сковороде. Пришлось обойти все комнаты и убедиться, что никого нет. Значит, Змей еще не явился. Отлично. Нужно сделать вид, что она не возвращалась: нигде не зажигать свет, не топтать и не шуметь.
Нура стянула худи, пропахшее тяжелым парфюмом, и оставила его в спальне, а сама вернулась ко входу, бросила на пол подушку и села на нее. Придется ждать. Рядом лежала сковорода. Если кто-то попытается открыть замок, Нура ударит импровизированным оружием, и, пока Змей будет отбиваться, она вытащит из кармана артефакт и активирует его. Нападавший вырубится, а она вызовет полицию, которая уже не сможет усомниться в ее словах. Должно получиться…
Нура сидела в напряжении. За окном разрывалось от молний небо, дождь колотил по стеклам. Квартиру опутывал полумрак, дополнивший общую гнетущую атмосферу. И вдруг…
Щелчок.
Дверная ручка провернулась.
Грохот неба.
Быстрый стук сердца.
Тук-тук.
Нура не сразу поняла, что мерное постукивание исходило не из ее груди. Это стучали в дверь.
Тук-тук.
Ручка снова провернулась…
Глава 10. Встречи
ПТАШКА
Тело мелко потряхивало от страха. Нура вскочила и стиснула сковороду в руке, ожидая, когда внутрь кто-то зайдет. Однако ручка больше не двигалась, а стук прекратился.
Нура решительно отомкнула дверь и раскрыла ее, выглядывая наружу. Уже на полпути к лифту стоял Элат Реих — хозяин квартиры. Сегодня он надел темные штаны и футболку, обтянувшую рельефное тело, а в руке сжимал черную толстовку.
— Здравствуйте… — растерянно поприветствовала Нура, опуская сковороду и пытаясь понять, что происходит. Он был тем Змеем? Или просто зашел? Или…
— Все в порядке? — Голос его был тягучим, низким и чарующим. Удивительно, как такое осталось незамеченным в первую встречу.
— А? Да… Это вы стучали?
— Я. Не мог понять, дома вы или нет. Охрана заметила незнакомую девушку на этаже, — объяснил Элат. — А я собирался проверить, не проник ли кто-то посторонний в вашу квартиру. Постучал, подергал ручку, никто не отозвался…
— О… Я не слышала вас, потому что спала… — Нура покраснела, потупив взгляд.
— Ничего, бывает. Главное — вы в безопасности.
Она слабо усмехнулась, неуклюже вертя сковородку в руках.
— Грозное оружие, — с улыбкой заметил Реих. — Я напугал вас?
— Скорее я сама себя напугала.
— Но, похоже, вы готовы себя защищать.
Нура хмыкнула, испытывая одновременно беспокойство и неловкость. Она подняла голову, собираясь ответить, но тут же забыла, что хотела сказать, совершенно потерявшись в необычных глазах. Не просто зеленых, а полынных. От них веяло холодом и горечью, свет отражался, не оставляя бликов, а круглые зрачки будто пульсировали, становясь то меньше, то больше.
— Все в порядке? — Тон Элата звучал нежно, он почти ласкал.
Нура вздрогнула и нервно облизнула пересохшие губы, на которых будто остался чужой вкус. Она сама не знала, что с ней и почему сейчас она так пялится на хозяина квартиры. Почему ей одновременно хочется сбежать и упасть в его объятия?.. Какой бред!
— Извините, я просто… задумалась.
— О чем же? — Реих сделал шаг вперед, и странный, будто знакомый аромат оплел Нуру.
Сердце ее, только начавшее успокаиваться, затрепетало внутри. Пришлось собрать все силы, чтобы сконцентрироваться на разговоре:
— На этаже ведь есть мфиз, который передает изображение охране?
— Есть.
