Пространство вокруг Алексиса и Вендрика было размыто. Действие артефакта было ограничено, и я видела только их двоих. Но мне этого было более чем достаточно.
– Я не могу довериться тебе настолько, чтобы разрешить тебе остаться в живых, – тяжело произнёс Вендрик. – Не могу, Алексис. Зачем ты убил всех этих людей? Ради власти? Чтобы никто не мог тебе приказывать? Свобода убивать – это достаточная причина?
Алексис криво усмехнулся сквозь боль.
– А, то есть ты собираешься прочесть мне мораль, прежде чем убивать? Очень гуманно.
Его глаза сузились.
– Скажи мне одну вещь перед смертью. Скажи правду. На Итана и мою жену напали по приказу магистров? По твоему приказу?
Вендрик молчал, но по его лицу я угадала правду тотчас же.
Судя по ледяной ярости, вспыхнувшей в лице Алексиса, он тоже понял ответ.
– По твоему приказу? – повторил он хрипло.
– Не по моему приказу, – покачал головой Вендрик. – Но мы обсуждали в магистрате, что твоего сына стоит выкрасть, чтобы побудить тебя отступить. Мои люди решили за меня. Что до твоей жены… мне очень жаль, что она погибла. Но после того, как ты принёс в жертву Беатрис, моё сочувствие ограничено.
Он поднял жезл.
– Прощай, Алексис.
– Я проклинаю тебя, – отчётливо произнёс Алексис Волнар. – Итан отомстит.
Не меняясь в лице, Вендрик направил на Тёмного Магистра жезл, и оттуда вылетел золотой луч.
Боль. Короткая игла магии уколола меня в самое сердце.
На мгновение перед моими глазами потемнело. Волна тёмной магии пронеслась по залу, на долю секунды окутав Вендрика. И тут же исчезла. Стихла. Пропала.
Алексис Волнар не изменился в лице. Просто упал на спину, сверля Вендрика остановившимся взглядом. Из его рта текла струйка крови. Светлые волосы Лейлы Беери разметались по каменному полу в трёх шагах от него.
– Прощай, Алексис, – негромко повторил архимагистр Вендрик. – Всё могло быть иначе. Мне жаль.
И темнота скрыла расколотый алтарь.
Сверкающий тронный зал Эвенара появился словно из другого мира. Я заморгала, привыкая к яркому свету. Голова кружилась, и, судя по побледневшим магистрам, не у меня одной.
Я подняла взгляд. И увидела, как Итан, стоящий на возвышении, вдруг покачнулся и упал на одно колено.
Я почувствовала, что бледнею. Проклятье, Итан же только что видел смерть своего отца! Видение наверняка подействовало на него сильнее, чем на всех нас!
Я вскочила и бросилась к Итану. И, уже подбегая, увидела, как Вендрик достаёт что-то крошечное и блестящее из рукава.
– Берегись! – раздался крик Леандро.
Быстро, со скоростью, немыслимой для такого пожилого человека, бывший архимагистр кинулся мне наперерез.
И, ухватив за локоть, утянул в мгновенно появившийся телепорт.
Глава 3
Я очнулась, глотая воздух.
– Всё в порядке, Эва, – раздался женский голос. – Всё хорошо. Открой глаза.
Я открыла глаза и возмущённо уставилась на магистрессу Серпет, стоящую надо мной.
– Вот, значит, как вы отплатили Итану! – вырвалось у меня. – Он отпустил вас, не стал ни мстить, ни отбирать магию, и вот что вы для него сделали в ответ! Похитили меня!
– Магии у меня почти не осталось, – спокойно, без горечи сказала магистресса. – А похитила тебя не я.
Я огляделась. Комната, где я очутилась, не блистала роскошью. Две узкие кровати, запылённая ваза на столе и не самое чистое окно без занавесок. Вместо шкафов в углу красовался потёртый сундук.
– Здорово вы устроились, – не без сарказма произнесла я.
– Что делать, – в тон мне ответила магистресса. – Ведь у меня нет возможности отстроить себе замок Волнар.
– Вот только этот замок, – сквозь зубы произнесла я, – отобрали у Итана и разрушили вы!
Я вскочила. Голова всё ещё кружилась, и я уцепилась за спинку кровати.
– Я хочу уйти, – произнесла я твёрдо. – До того, как Итан разнесёт здесь всё.
– Он найдёт тебя не сразу, – раздался голос Вендрика. – У нас есть время.
Дверь за ним со стуком закрылась. Вход был таким низким, что Вендрику пришлось наклониться, чтобы войти. Дышал он тяжелее, чем раньше, но надо было отдать ему должное: архимагистр держался так, словно был совершенно здоров.
– Ну и что это за штучки? – устало поинтересовалась я. – Вы понимаете, что, потеряв меня, Итан отыграется на ваших людях? И вообще, что это за манера меня похищать, а? Сначала Айвор забирает меня из отцовского дома, потом Кертис, теперь вы…
– Обстоятельства требуют. – Вендрик остро посмотрел на меня. – Рад, что ты невредима. Экстренный телепорт бывает грубоватым.
То есть я могла ещё и без платья остаться. Или без пальцев. Всё приятнее и приятнее.
– Что вам нужно? – мрачно спросила я.
Вендрик уселся на шаткий стул и указал мне на кровать.
– Садись. Я хочу серьёзно с тобой поговорить.
Я вздохнула. Можно подумать, я ожидала, что мы будем вместе печь зефирки, а не обсуждать судьбу магистрата, Итана и всего мира заодно.
Я села и скрестила руки на груди.
– Вообще-то, архимагистр должен защищать своих людей, а не сбегать, сверкая пятками, – колко сказала я.
– Я забрал тебя, чтобы защитить их всех, – отрезал Вендрик.
Ну-ну. Посмотрим, как у него это получится.
– Мне нравится твой жезл, Эва, – заметила магистресса Серпет. Она отошла к окну и присела на сундук. – Айвор сказал, что ты делаешь успехи, но боишься применять магию вне учебного зала, верно? Чтобы никому не навредить по неопытности.
Я кивнула.
– Верно. И поэтому вы не стали меня обезоруживать, связывать и так далее?
– В том числе, – спокойно согласился Вендрик. – И ещё потому, что нам нужна твоя помощь и твоя магия.
Мои брови поднялись ещё выше. Помощь этим горе-похитителям могла понадобиться только одна: чтобы я налила Итану яду в ухо. Желательно тройную порцию.
– Так, – произнесла я. – Помнится, Рената прошлой ночью радостно притащилась в мои покои, чтобы соблазнить моего жениха. Приворотным зельем пахло так, что того и гляди придётся разбирать стены. Извинений, кстати, я не дождалась. И что теперь? Какой отравой вы хотите напичкать моего будущего мужа?
Магистресса и Вендрик переглянулись.
– Нам нужно не это, Эва, – мягко сказала Сефриса. – Кроме того, ты любишь Итана, и мы об этом знаем. Мы хотим возвратить себе прежние силы и прежнюю магию. И Итан не единственный, кто может их нам вернуть.
Меня внезапно охватило плохое предчувствие. Сефриса кивнула, словно отвечая на мои мысли.
– Твой отец не очень-то рад единоличному господству Итана, – негромко сказала она. – Торман помнит, как Алексис обращался со своими друзьями.
– Помнится, в карты меня проиграл отнюдь не Алексис, – едко проронила я.
– Но Алексис согласился забрать выигрыш, – жёстко произнёс Вендрик. – Он взял тебя в рабство. Неудивительно, что твой отец видит в Итане будущего Тёмного Магистра.
Он наклонился вперёд.
– И именно поэтому, – произнёс бывший архимагистр, глядя мне в глаза, – Торман сообщил нам всю правду о тебе. О твоих предках. О Манероне.
Проклятье! Отец сообщил архимагистру, что я наследница магов Манерона и хозяйка первозданного алтаря?
Нашёл кому рассказать, называется. И что мне делать? Сказать: «Понятия не имею, о чём вы?» Прозвучит банально и явно так, будто я что-то скрываю. Но что ещё я могу придумать?
– Понятия не имею, о чём вы, – произнесла я. – А если бы и имела, то напомнила бы вам, что мои похитители – последние люди, кому я захочу помогать.
– А родному отцу, потерявшему магию, ты не хочешь помочь? – возразила Сефриса. – Первозданный алтарь подчиняется тебе. Ты не хочешь стать его хозяйкой?
– Если бы я была хозяйкой первозданного алтаря, – сквозь зубы произнесла я, – от вас двоих осталось бы мокрое место. Хотя бы потому, что я зла, раздражена и прекрасно понимаю, что вы можете ударить меня по голове в любой момент и спрятать там, где Итан никогда меня не доищется. Наверняка вон у него, – я кивнула на Вендрика, – где-нибудь спрятан подходящий хрустальный саркофаг на всякий случай. Или, – я не удержалась от горечи, – запасной карцер. Мёртон, может, и мёртв, но какой-нибудь Джесс всегда найдётся.
– Джесс сбежал, кстати, – произнесла магистресса озабоченно. – Не стал дожидаться, пока Итан его уничтожит.
Вендрик вскинул руку, останавливая её.
– Эва, почему ты не стала хозяйкой первозданного алтаря? Ты же побывала там. Почему ты не захотела воспользоваться его силой? Боишься?
Он даже не представляет насколько. Я сжала губы. Но правду я ему не скажу.
Я с вызовом взглянула на Вендрика.
– Отпустите меня. Может, тогда я и соглашусь с вами поговорить. С ножом у горла мне это неинтересно.
Точнее, с двумя жезлами у горла. Да, я понимала, что Сефриса не хочет мне зла, а Вендрик не собирается убивать наследницу магов Манерона. Но это не мешало мне чувствовать себя не в своей тарелке.
– И вообще, – не без ехидства добавила я, – вы ведь любите наследников! Пусть они и договариваются. Дождитесь, пока у меня появятся внуки, и выдайте их за вашу дочку! Зная Ренату, эта изворотливая особа ещё и правнуков дождётся.
– Я точно не дождусь, – тяжело сказал Вендрик, и я осеклась.
Ему осталось не так много, и шутить этим я не хотела.
– Что именно вам нужно от «хозяйки первозданного алтаря»? – спросила я в упор.
Магистресса Серпет вздохнула.
– Эва, мы не хотим, чтобы Итан превратился в копию своего отца. Как и ты, мы хотим, чтобы Итан сохранил человечность. Ты можешь это сделать. Просто прикажи алтарю.
– Прикажи – что?
– Чтобы никто не мог получить силу, большую, чем сила обычного магистра, – без запинки сказала Сефриса. – Ни Итан, ни Вендрик, ни я. Чтобы всё было справедливо. Магистры снова станут магистрами, к ним присоединятся другие достойные маги, а сила Итана и его друзей будет ограничена. Магический пирог будет поделен поровну. Разве не этого вы хотели?
Я открыла рот и захлопнула его. Хм. Магистры не захапают себе всю власть, Итан не будет угрожать всему миру…
Вот только в добрые намерения архимагистра мне не очень-то верилось. И в «достойных магов» тоже. Вендрику хотелось вернуть прежнюю власть и оттеснить Итана, только и всего. Ничего хорошего из этого не получится. Если магистрат возродится, всё пойдёт по второму кругу, тут к гадалке не ходи.
– Раньше вы не подпускали никого к своему магическому пирогу, уверяя всех, что иначе нельзя, – произнесла я. – И что-то подсказывает мне, что так будет и дальше, если я верну магистрам силу. Знаете, я не очень-то вам доверяю.
– И не соглашаешься нам помочь?
Я сжала губы, глядя на Вендрика. Я прекрасно помнила, на что он был способен. Поставил на руку Итана рабскую печать, не моргнул и глазом, когда Салазара пытали в карцере, держал моих друзей в унижении…
Нет. Какими бы ни были его мотивы, я ему не доверяла.
– Нет, – твёрдо сказала я. – Не соглашаюсь.
Вендрик и Сефриса в очередной раз переглянулись.
– Это твоё последнее слово? – мягко спросил Вендрик.
Я напряглась. Я думала, что они будут уговаривать меня и дальше. Но раз архимагистр был нетерпелив с Итаном и его друзьями, пока они были детьми, кто сказал, что Вендрик будет внимателен со мной?
Я лихорадочно думала. Если сейчас я соглашусь им помогать… нет, я не соглашусь. Я откажусь, и они это понимают. Стало быть, меня спрячут и запрут, и Итан может меня не найти. Или найти очень не скоро.
А пленницей мне быть не хотелось. Сефриса не будет меня пытать, а вот Вендрик… Человек, пробывший у власти столько лет, очень сильно не желает её лишаться. И мне не хотелось на своей шкуре узнавать насколько.
