Чуть в стороне я увидел лежащий на земле свой меч. Он был в ножнах.
Чёрт! Когда Мо Сянь вложил мне в руки рукоятку меча, мне даже в голову не пришло проверить, сняты ли ножны. Вояка, твою мать!
Я вздохнул и, подняв меч, сказал Мо Сяню:
– Я собираюсь сейчас перекусить, а потом поехать на завод, нужно провести ревизию оборудования и составить план ремонта и замены станков. Ты поедешь со мной? Заодно проведаем третьего волчонка.
По лицу Мо Сяня проскользнула тень.
Он соединил ладони, выставил руки перед собой и поклонился.
– Мо Сянь поедет, – серьёзно произнёс он.
Я понимал, как ему тяжело. Но не мог не предложить.
– Хорошо, – сказал я. – Тогда пойдём поедим. Егор Казимирович! – окликнул я приказчика. – Вы с нами?
Егор Казимирович тут же поднялся, как будто до этого и не демонстрировал столь сильной увлечённости.
На этот раз я себя в еде не ограничивал. Больших физических нагрузок не будет, медитировать тоже не будем. А насчёт обеда – кто его знает, удастся ли пообедать. Так что второй завтрак у нас получился очень даже сытным.
Пока мы ели, Кузьма подал карету. Ту же, с открытым верхом – кабриолет.
И снова на козлы сел Егор Казимирович, а Кузьма остался дома.
Это напомнило мне про того монстра, который живёт в руднике, днём спит и просыпается по ночам, и я решил расспросить про него, пока мы будем ехать.
Поэтому, как только мы сели в карету и отъехали от дома, я спросил у Мо Сяня:
– Расскажи мне, пожалуйста, что это за тварь, которая живёт в руднике? Та самая, которая проклятие рудника.
– Это не проклятие, – сказал Мо Сянь. – Это и есть источник магических кристаллов.
– Ерунду ты говоришь! – прервал его Егор Каземирович. – Все знают, что это проклятие! Сколько людей погибло от этого монстра! Сколько раз пытались его убить, но ни разу не получилось!
– Как только получится, – усмехнулся Мо Сянь. – Магические кристаллы сразу же иссякнут.
– Откуда такие сведения? – засмеялся Егор Каземирович. – Ты специалист в монстрах что ли?
Мо Сянь не стал спорить с Егором Каземировичем, но начал негромко рассказывать мне:
– У животных так же, как и у людей – есть те, кто обладает силой, и те, кто не обладает. То есть, существуют обычные животные и демонические. Демонические имеют уровни силы. Наши демонические волки – Умка и Шилань – сейчас звери первого уровня. Зверь, который живёт в руднике – это редкий демонический зверь девятого уровня. Он носит звание князя демонических зверей. Его ядро очень ценное! Но гораздо ценнее магические кристаллы, которые он производит.
– И как он их производит? – съехидничал Егор Казимирович. – Выплёвывает или выкакивает.
– Это закристаллизовавшаяся кровь князя демонических зверей, – спокойно ответил Мо Сянь. Каждую ночь он пытается сбежать, но его ранят и загоняют обратно в пещеру. Днём он залечивает раны и ночью снова пытается вылезть. Капли крови быстро каменеют. А так как у зверя высокий уровень силы, то окаменевшая кровь сохраняет частичку силы зверя.
– Чушь! – воскликнул Егор Каземирович. – Ты сам-то видел этого истекающего кровью монстра?
– Видел, – спокойно ответил Мо Сянь. – Когда я только приехал сюда, Дмитрий Петрович попросил меня помочь ему справиться с монстром. Я тогда сильно ранил его и прошёл глубоко в пещеру, чтобы добить и забрать ядро. Тогда-то я и увидел всё своими глазами. И сказал вашему батюшке, молодой господин, что монстр должен жить, только тогда на руднике будут магические кристаллы.
– То есть, получается… – не выдержал я, – чем больше мы раним монстра, тем больше будет магических кристаллов?
– Да, – просто ответил Мо Сянь.
– Но это же садизм какой-то! Постоянное истязание живого существа ради каких-то сраных магических кристаллов!
– Такова жизнь, – спокойно ответил Мо Сянь. – Сильный диктует правила.
– Так это что, выходит, что на всех рудниках, где добывают магические кристаллы, на самом деле истязают высокоуровневых демонических зверей? – спросил я.
– Да, – повторил Мо Сянь.
– Но почему они позволяют истязать себя? Ведь у них же много силы? Почему они не дают отпор? Почему не сбегают?
– Защитное поле на заводе подавляет их культивацию, – ответил Мо Сянь.
– Культи… что? – растерялся я.
Я знаю, что культивация – это способ обработки почвы, рыхление без переворачивания земляного пласта. Но Мо Сянь явно имел ввиду другое.
И действительно.
– Культивация – это всестороннее развитие, – сказал Мо Сянь. – Когда вы, молодой господин, выстраивали каналы для вашей ци, когда делали запасной резервуар, вы культивировали вашу ци. А когда тренировались в фехтовании, культивировали вашу ловкость. А с дедом Радимом культивировали вашу физическую и духовную силу. В культивации нет ограничений, кроме таланта и упорства. И если таланта маловато, это означает только одно: нужно больше работать.
– Тогда получается, девять уровней силы – это не предел? – спросил я.
– Нет пределов, – подтвердил мои слова Мо Сянь. – Вот только людей, достигших девятого уровня – единицы. А про тех, кто достиг десятого уровня только в легендах и говорится.
– Но это в принципе возможно? – продолжал я допытывать китайца.
– Любой может достичь уровня бога и стать бессмертным, если будет достаточно упорным и если хватит времени, ресурсов и удачи, – ответил Мо Сянь.
– Вот как? – спросил я и задумался.
Вспомнились рассказы Мо Сяня про путь бессмертных. Так вот что это значит: путь бессмертных – это культивация!
– Ещё один вопрос, Мо Сянь.
– Слушаю, молодой господин.
– А насколько сильнее становится человек от уровня к уровню?
– Ощутимо сильнее, – и глянув на прислушивающегося к нашему разговору Егора Каземировича, добавил: – Думаю, вы скоро сможете ощутить это.
На самом деле я уже ощутил разницу. Моя первая медитация со скипетром сильно отличалась от второй. Хотя, я не знал наверняка – это из-за культивации или так и должно быть.
Карета остановилась, и я с удивлением обнаружил, что мы приехали. Как-то в этот раз дорога была значительно короче.
Я не успел даже встать, как Егор Каземирович снова тронул вожжи. Видимо, нас увидели и узнали. А потому открыли ворота, едва мы подъехали.
Когда карета въезжала, вперёд нас, как две молнии – белая и серая – пронеслись Умка и Шилань.
Мужики сразу же всполошились, похватали оружие.
Пришлось позвать наших духовных зверей и приказать им не отсвечивать, чтобы их тут не поубивали ненароком.
К нам тем временем уже спешил Добрыня Всеславович.
– Владимир Дмитриевич! – начал он. – Какими судьбами? Вроде ещё рано за кристаллами-то, они ещё не созрели.
Его слова только подтвердили слова Мо Сяня про демонического зверя девятого уровня. И у меня закралось подозрение, что Добрыня Всеславович знает о природе магических кристаллов. И меня это немного кольнуло.
Но я решил, что разберусь с этим позже, когда сам буду уверен, что всё, рассказанное Мо Сянем, не домыслы, а именно так и обстоят дела. А потому ответил:
– Мы тут совсем по другому поводу, Добрыня Всеславович. Мы с Егором Каземировичем хотим посмотреть оборудование на заводе, может, что-то ремонта требует. Или замены. Да и вообще, я хочу оглядеться, посмотреть, как вы тут живёте, в каких условиях работаете.
Я говорил это, а у самого душа кровью обливалась. Ну не мог я принять, что из-за кристаллов постоянно страдает живое существо.
Управляющий завода подошёл к нам и, показав на смирно лежащих около кареты зверей, спросил:
– Вроде в прошлый раз не видел с вами этих демонических волков.
– Ещё как видели, – засмеялся я. И спросил: – Как там Стёпка с третьим щенком?
– Неужели это те два сына Машки, которых вы забрали?
– Да, это дети Емолань, – подтвердил я.
– Не может быть! – Добрыня Всеславович посмотрел на нас с уважением. – И как вы смогли их так быстро вырастить? Стёпка вон свою Глафиру только-только молоко лакать научил.
– Она глаза открыла? – спросил китаец.
– Да, открыла, – ответил Добрыня Всеславович. – В первую же ночь, как вы уехали, и открыла. Как раз зверь разбушевался, вот Глашка видимо и почувствовала, что матери нет, защиты не будет. Вот и захотела посмотреть…
– Это хорошо, что открыла, – сказал китаец.
Я видел, что ему очень хочется увидеть третьего волчонка и потому попросил Добрыню Всеславовича:
– А можно…
Я не успел договорить, а он уже крикнул:
– Петро! Своди барина к Стёпке! А потом приведёшь в управление!
Умка и Шилань поднялись и подошли к нам, всячески демонстрируя, что они тоже хотят повидаться со своей сестрёнкой.
Подбежавший парень с молодой бородкой сделал приглашающий жест:
– Пойдёмте, барин!
И мы всей компанией отправились смотреть волчонка.
– Как вы тут живёте? – спросил я у парня. – Нужно что-нибудь? Всего ли хватает.
Парень украдкой глянул в спину уходящему Добрыне Всеславовичу и быстро зашептал:
– Барин, не серчайте! Но у меня к вам большая просьба. Только управляющему не говорите, а то он убьёт меня.
Глава 6
– Не расскажу управляющему, говори! – заверил я парня.
– Я жениться хочу. Меня в деревне девушка ждёт. Я хочу привезти её сюда, но Добрыня Всеславович не разрешает, – с отчаянием заговорил парень.
– А почему не разрешает? Что говорит? – спросил я у него.
– Говорит, не положено женщинам на заводе быть, – вздохнул Петро.
– И что, тут совсем нет женщин? А кто вам готовит и убирает? – удивился я.
Хотя чего тут удивляться? Тут обстановка приближенная к армейской. А если ещё учесть ночные вылазки девятиуровневого зверя, то и вовсе женщинам тут не место.
Однако и парня я понимал. Сам в самоволку не раз бегал. А тут и не побегаешь – дикий лес с тварями вокруг.
В ответ на мой вопрос Петро пожал плечами:
– Сами без рук что ли? Подумаешь кашу или похлёбку сварить да портки постирать. Велика проблема!
– Так-то да, – согласился я. – Ладно, веди к Стёпке, подумаю, что можно сделать.
Сходу давать разрешения и обещания я не стал. Я не знаю тутошних порядков, поэтому лезть со своими распоряжениями пока не разберусь, точно не буду. Парню сочувствую, но пусть потерпит немного. А то одному разрешишь, и всем захочется. В результате можно разрушить всё. Так что, махать шашкой, не разобравшись, не лучший вариант в любом случае.
Ну да, у меня был моральный выбор. С одной стороны, этот завод и кристаллы приносили доход. А с другой – страдало живое существо. И проблемы Петра на этом фоне были совсем уж мелкими.
Был ещё один сдерживающий момент. Вот отпустим мы девятиуровневого зверя. А где гарантия, что он не пойдёт мстить людям?
Нет, эту проблему нужно было решать кардинально. И для начала нужно было во всём разобраться. И проблемы Петра это тоже касалось.
Мы подошли к одному из домов.
– Стёпка! Открывай! Барин приехал! – крикнул Петро, стукнув кулаком в дверь.
Дверь открылась, и вышел парнишка – тот самый, которому Добрыня Всеславович поручил выхаживать демонического волчонка.
Вышел, и замер на крыльце, с ужасом уставившись на Умку и Шилань.
– Как это? – только и смог спросить он. – Почему демонические волки тут?
