Почему это прозвучало так неприлично? Наверное, потому что в его просьбе вовсе не было смысла.
– Вы же их не увидите, – развела руками я. – Точно так же, как я не увижу ваши. Только вам от этого ещё и плохо станет.
– Именно! – просиял он. Точно блаженный. – Как я уже говорил, я весьма устойчив к некротике. Вы видели только что своими глазами! Я провёл ряд экспериментов с артефактами и выяснил, что реакция моего организма различается по интенсивности и конкретным проявлениям в зависимости от того, с каким именно некротическим плетением я сталкиваюсь. Я даже создал нечто наподобие алфавита, чтобы записывать свои ощущения. Таким образом, сопоставив мои записи с вашими схемами, я мог бы освоить плетения из некромантии, а затем применить их в магии природы. Понимаете?
Я так вытаращилась на него, что аж глаза пересохли.
– Вы хотите воспринять некротические плетения через то, как именно вас тошнит?
Он всплеснул руками, но тут же уложил их на столешницу.
– Ну… грубо говоря, да.
– И что, по вашему мнению, в этой затее может быть соблазнительно для меня?
– Я читал ваши работы, – сказал Маккорн, подрастеряв энтузиазм. – Вы интересуетесь фундаментальной наукой. Это же будет революционное исследование…
– Это будет дохлый природник в моём личном деле, – отрезала я.
– Я далеко не так хрупок, как вам кажется! – запротестовал он. – Я понимаю, что произвёл не лучшее впечатление, но, уверяю вас, мне ничего не будет от пары плетений в день! Особенно если я подготовлюсь получше, чем сегодня. Я знаю, о чём говорю, у меня есть опыт!
Я неверяще покачала головой. Его наивность просто потрясала. Уж я-то знала, как некротика действует на шаманов. Какая пара плетений в день? Пара плетений в месяц ещё может быть, и то если какого некроманта поймают на том, что он подвергал природников такому воздействию, заставят как минимум оплатить лечение.
– Вы можете попробовать меня на прочность прямо сейчас! – продолжал настаивать он.
Я нервно пододвинула к себе свой кофе. Вот в столовой самое место, конечно.
– Я уже сегодня пробовала, – напомнила ему.
– Я был не готов. Вы использовали более мощные плетения, чем я ожидал. Но если повышать силу по чуть-чуть, мне это не повредит! Я знаю, я много лет подвергаюсь воздействию некротики, и всё в порядке!
Много лет?! Я окинула собеседника новым взглядом. Да он поехавший, что ли? Вот только невменяемого природника мне не хватало.
– Я заплачу сколько захотите, – взмолился он.
– Это, например, сколько? – тут же уточнила я.
– Сто тысяч золотых?
Моя рука на чашке дрогнула. Сто тысяч? Сто тысяч?! Нет, я, конечно, именитый специалист и обеспеченная девушка, но сто тысяч – это можно титул купить! Не говоря уже о дворце, который бы этому титулу соответствовал. Я ещё раз новым взглядом оценила Маккорна. То-то мне показалось, костюмчик у него хорош.
– Вы дворянин?
Он закатил глаза :
– Бастард. Вам это важно?
– Исключительно в плане того, откуда у вас такие деньги, – по возможности невозмутимо сказала я. Умом я понимаю, что дворяне – такие же люди, и в университете я с ними сталкивалась неоднократно, да и на вызовах случается, но всё равно каждый раз как-то неловко делается. Я-то сирота из провинции, и хоть меня научили в правильной руке держать вилку, всё равно, с точки зрения дворянина я наверняка выгляжу дояркой. Понятное дело, когда ты некромант, уже неважно, из какого сословия, всё равно все тебя будут бояться, то есть уважать. Но совсем избавиться от комплекса доярки мне пока не удалось. Поэтому я постаралась сменить тему.
– Развитие магической науки – это, конечно, важно. И я могу понять, что, если у вас есть свободные средства, вы готовы их вложить в хорошее дело. Но так издеваться над собой… Я хочу сказать, вам точно больше нечем заняться?
Он сжал губы в тонкую линию и уставился в стол, словно мой вопрос причинял ему не меньший дискомфорт, чем моя магия.
– У меня есть личные причины.
Мы оба помолчали. Сто тысяч, мягко говоря, не валяются на дороге. Допустим, без титула я и дальше неплохо проживу, но вот дом в столице, а в нём защищённая лаборатория… Но, с другой стороны, если этот щёголь двинет кони, мне не отмыться. Словно услышав мои мысли, Маккорн сказал:
– Мой адвокат подготовил полный пакет документов по отказу от претензий. Он в любой момент готов прислать его вашему адвокату. Магистрина Вехте, я вовсе не планирую свою мучительную смерть, поверьте, я сделаю всё, чтобы вас не подставить.
Я откинулась на спинку кресла и пощипала себя за губу. Не знаю, какие такие личные причины вынуждали природника облучаться некротикой, но маг был так серьёзен, что это явно было не праздное любопытство. Да и не очень-то он типичный природник. Даже я поначалу приняла его за некроманта, что уж вовсе нонсенс. Отбрил тех недоумков и не поморщился. Опять же, сто тысяч золотых…
– Если у вас что-то получится, поставите меня соавтором, – наконец решилась я.
Его лицо осветилось такой силой жизни, что мне захотелось прикрыться зонтиком.
– Магистрина, вы моя спасительница.
Я поморщилась. Мог бы и не тыкать меня носом в то, что я безвольная альтруистка. Надо будет хотя бы расписку о неразглашении этого факта с него стрясти.
Глава 3
Наутро я уж было понадеялась, что мне весь этот бред приснился, но вместе с завтраком Кларенс принёс приглашение в бюро какого-то нотариуса для подписания документов. Я могла бы отписаться, что, мол, мой адвокат не в городе, но подозревала, что Маккорн меня так просто в покое не оставит, да и сто тысяч опять же… К тому же за ночь я надумала ещё одну мысль: если не соглашусь я, он ведь найдёт кого-то менее щепетильного. И этот кто-то запросто может его угробить. Я хотя бы знаю, что делаю. Конечно, это было соображение, недостойное настоящего некроманта, но покоя оно мне всё равно не давало. Пришлось ехать. Тем более что моим адвокатом был Кларенс.
Ему эта затея понравилась ещё меньше, чем мне, но он давно выучил, что перечить мне бесполезно, поэтому только вымотал другую сторону уточнениями, приложениями и пояснениями, прежде чем позволил мне подмахнуть бумаги. Маккорн сиял, как начищенный поднос. Мне от его энтузиазма стало не по себе: а ну как рванёт сейчас облучаться некромантией, и эти бумажки меня не спасут…
– Когда начнём? – нетерпеливо спросил он, подтверждая мои худшие опасения.
Кларенс поймал мой взгляд и достал из портфеля аптечный бумажный пакет с нюхательными солями, противорвотным зельем, укрепляющим сердечным настоем и всем остальным, что мы с ним вчера смогли вспомнить. По мере того как баночки появлялись на столе, Маккорн скисал.
– Магистрина, это правда не обязательно…
– Это я буду решать, – отрезала я. – Пейте вот это, вот это и вот это, подействует через час, как раз доедем до места.
Маккорн вздохнул и взял баночки в руки, чтобы повнимательнее прочитать рукописные этикетки. Проверяет за мной ещё! Нет, конечно, ему как магу жизни должно быть виднее, как работают лекарства, сделанные другими такими же. Но и я, знаете ли, не лыком шита. Сколько раз мне приходилось откачивать соседей, сунувших нос через ограду в самый неподходящий момент, – уж я-то знаю, что действует лучше всего!
Наконец он смирился со своей участью и принял указанные дозы.
– Куда поедем? На полигон?
– За город, – бросила я. Полигон ему. Так меня и пустили на полигон с природником! А если и пустят, то точно в личное дело запишут.
Оставался только большой и интересный вопрос, как нам ехать. В моей бричке мы втроём не поместимся. Оставить Кларенса в городе – плохая идея. Вдруг Маккорн потеряет сознание и его придётся грузить обратно? Я маг-то сильный, но на руках его не подниму. В природниках жизни много, они здоровенными вырастают, а мы скорее наоборот. Можно, конечно, поднять пару покойников, чтобы они его таскали, но от такого он точно окочурится.
Проще всего было бы поехать верхом, только есть одна проблемка: наши с Кларенсом лошади – призраки. Это на самом деле очень удобно: им не нужно ни есть, ни пить, ни отдыхать, ни гадить. В бричку они впрягаются при помощи пропитанной магией сбруи, а скачут на чистом энтузиазме. Призраки по определению – души, не нашедшие покоя. По городу мне этих беспокойных даже сдерживать приходится, зато за городом они развивают такие скорости, что на дороге становится опасно, поэтому я загоняю их в воздух. Один призрак бричку со мной и Кларенсом в небо поднимает с трудом, а вдвоём – легко, даже с багажом. Бричка, понятно, тоже заговорённая, чтобы не болталась под копытами, а летела следом. Поэтому заменить её на какой-то другой экипаж не выйдет.
Однако есть у призраков и минусы. Во-первых, ими обычно становятся животные с нелёгкой судьбой, умершие жестокой смертью, и следы всего этого на них видны невооружённым глазом, так что приходится кутать их в волшебные попонки. А во-вторых, чтобы ехать на такой твари верхом, надо быть некромантом, который ещё и не пожалеет сил подпитывать материальное проявление лошади хотя бы прямо под седлом. Я так могу, конечно, и на пару-тройку попутчиков тоже сил хватит, но вот незадача: природник верхом на призраке, подпитанном некротикой, отбросит копыта, и вовсе не конские.
Оставался последний вариант: арендовать живых лошадей. С экипажем или без – разница невелика, потому что… и тут засада! Живые лошади, скорее всего, откажутся меня везти. Да-да, думаете, я от щегольства на призраках езжу? Нет, от щегольства, конечно, тоже. Но я некромант, мне положено. Однако найти достаточно спокойную тварь, чтобы вытерпела моё присутствие в повозке позади, – дело нелёгкое, а уж чтобы верхом – практически невыполнимое. Таких уже некроманты постарше меня всех разобрали.
– Есть ли у вас свой транспорт? – поинтересовался тем временем Кларенс у Маккорна, пока мы спускались от нотариуса.
– Лошадь, – с готовностью ответил тот. – Я обычно верхом.
Кларенс кивнул :
– Возможно, нам стоит разделиться. Магистрина ездит на призраках. Вашей лошади они не понравятся. Договоримся о встрече у…
– На призраках?!
Маккорн остановился посреди лестницы, перегородив нам проход, и уставился на меня.
– А чего вы ожидали? – хмыкнула я. Пускай сам догадывается, почему это для меня лучший вариант.
– Покажите!
Я подавила желание ткнуться лбом в стену. Конечно, как я могла хоть на секунду подумать, что шаман отреагирует рационально!
– Вы не сможете к ним приблизиться, – напомнила я.
Маккорн наконец осознал, что стоит у всех на дороге, и продолжил спускаться.
– Магистрина, нам с вами работать вместе какое-то время, – заметил он неожиданно спокойным тоном. Со спины ни дать ни взять адекватный человек. На мага воды точно потянет, а то и на мага металла. – И моя ближайшая задача – привыкнуть к вашей магии. Почему бы не начать привыкание с лошадей?
В этом… даже было разумное зерно. Если отбросить здравый смысл и элементарную технику безопасности.
– Наша бричка во дворе, – сказал за меня Кларенс. – Вам в любом случае придётся пройти мимо, если вы не хотите дожидаться нашего отъезда.
Ну, тоже верно. Хотя будь моя воля, я бы её отогнала до того, как выпускать природника из дверей.
– Вот и чудненько! – сказал этот самоубийца и ускорил шаг.
– Э! Куда! – выкрикнула я и тут же захлопнула рот. Я не доярка. Он – не корова. Он упрямый осёл, который сейчас получит по башке, и на этом проблема, как вывезти волка, осла и капусту за город, отвалится сама собой. Поэтому я не кинулась его догонять и даже не поставила у него на пути ловчую сеть, а просто пронаблюдала, как он скатился по ступенькам и распахнул дверь во двор, скрываясь из вида.
– Надеюсь, у нотариуса найдутся носилки, – вздохнула я. – Зря ты его замотивировал.
– Возможно, обморок охладит его пыл, – невозмутимо ухмыльнулся Кларенс. Да, трепетные люди не становятся ассистентами некромантов.
Однако когда мы вышли во двор, Маккорн всё ещё стоял на ногах. И даже приближался этими самыми ногами к моим лошадкам. Шёл он небыстро, словно прощупывая почву каждый раз, прежде чем наступить, даже руки перед собой выставил, как в темноте. Вероятно, ожидал наткнуться на глухую невидимую стену некромантии. Ну или надеялся почувствовать неприемлемую её концентрацию руками, а не головой, что имело смысл. Мне не очень хотелось признавать, что природник может сделать что-то по уму. Ведь это бы означало…
Одна из лошадей заинтересовалась и потянула к нему морду, отчего с её шеи съехала попона, обнажив огромную рубленую рану. Маккорн вскрикнул и попятился. Я вздохнула и поспешила вперёд, чтобы хоть не дать ему головой стукнуться при падении.
– Магистрина, – слабым голосом вымолвил природник. – Что с вашей лошадью?
– Призраками не от хорошей жизни становятся, – напомнила я, останавливаясь рядом с ним и подняв руку на случай, если понадобится его ловить. – Пойдёмте, вам хватит…
– Но ей же больно! – возмутился он.
Я закатила глаза.
– Она мёртвая. Она не чувствует!
На самом деле это было не совсем так. То есть именно боли в нашем понимании призраки действительно не чувствовали, вместо этого она подзуживала их искать отмщения, ну или исполнения своих желаний, а иногда просто привычных ежедневных действий.
– Но как же… – проблеял Маккорн и сделал ещё шажок к Венди. Та возбудилась от такого внимания, забила копытом и зафыркала, отчего края раны на шее у неё затрепетали. Природник сбледнул, но не попятился. Вместо этого он сделал пару глубоких вдохов и приблизился к лошади вплотную, выставив руку, как для знакомства.
Венди шумно обнюхала его руку, почти тычась в неё носом, хотя и касание, и дыхание оставались неощутимыми. Келли тоже заинтересовалась и попыталась заглянуть через голову Венди, что там происходит. Я бездумно скормила ей немного некротики и опомнилась, только когда Маккорн покачнулся и попытался ухватиться за сбрую Венди. К счастью, Кларенс перехватил его руку и помог ему устоять.
– Как видите, нам лучше поехать порознь, – напомнил Кларенс, незаметно отряхивая рукав в том месте, где Маккорн за него хватался.
Вместо ответа Маккорн снова потянул руки к Венди. Осторожно коснулся её шеи, погладил и…
– Вы что делаете?! Вы мне сейчас лошадь упокоите!!! – взвилась я. Однако когда вспышка белого света погасла, Венди осталась стоять, где стояла, только рана у неё на шее закрылась, как не было. Я замерла, ища взглядом привычные очертания дефекта, но видела только лоснящуюся чёрную шерсть.
– У второй тоже… что-то такое? – спросил природник сипловатым голосом, словно он запыхался.
– Хребет перебит, – бездумно ответила я. – Её под лавиной погребло.
Маккорн шагнул ближе к Келли и, соответственно, ко мне. Я так озадачилась исцелением Венди, что даже не отошла на приличествующее расстояние, так что нос мне защекотал травянистый аромат Маккорнова одеколона.
– Покажите.
Я опомнилась и стащила с Келли попону. Ещё одна вспышка белого света – и её спина выровнялась, как будто и не было в ней никогда провала. Меня обдало теплом природной магии.
– Как вы это делаете? – пробормотала я.
Шаман пожал плечами.
– Исправлять то, что нарушено, – моя специальность. А вот упокаивать призраков – ваша. Почему вы думали, что мне это под силу?
Я неловко развела руками.
– Ну, их боль в посмертии превратилась в стремление. Если его убрать, зачем им оставаться в этом мире?
Маккорн внимательно посмотрел на меня, потом снова попытался погладить Венди по морде, но его рука прошла насквозь, и он её поспешно отдёрнул.
– Это какой-то упрощённый подход, – пробормотал он. – Лошадь – сложная штука, у неё много разных мыслей в голове. Если бы ею руководило только стремление, рождённое из боли, разве бы она ластилась к рукам?
Я не нашлась, что ответить. У меня у самой этот принцип в своё время вызвал массу вопросов, но с тех пор я много раз пользовалась им для практических нужд и знала, что он работает. Однако лошади не развеивались, по крайней мере, пока. Будет весело, если они дотерпят до выезда за город и упокоятся там, посреди ничего.
Мысль о поездке выдернула меня из размышлений, и я тут же заметила, что стою, только что не прислонившись к природнику. Еле сдержала недостойный порыв отпрыгнуть на газон. А больше в этом углу двора деваться было некуда.
– Нам пора ехать, – напомнил Кларенс, заметив моё затруднение. – Магистр, вы поедете с нами или договоримся о встрече?
– Да с вами, зачем усложнять? – легкомысленно отозвался Маккорн и наконец отошёл к своей лошади, которая нервно топталась в другом углу двора и косила глазом на моих.
– Кто из них кильнётся первым, как думаешь? – негромко спросила я.
Кларенс беззаботно пожал плечами.
