Как проваливаюсь в сон, не помню. Только что-то меня все же будит. Я не сразу открываю глаза, все еще надеясь продлить сон. А сон, надо сказать, был неплохим. Я летела куда-то на острова и уже мысленно попивала сладенький коктейльчик. Но в сон ворвался грохот, от которого я тут же открыла глаза.
Укуталась плотнее в покрывало и прислушиваюсь.
Тишина.
Выдыхаю. Может, показалось? Ну, мало ли что во сне может приглючить? Еще выжидаю пару минут. Ничего больше не слышно. Закрываю глаза, расслабляясь. И только начинаю проваливаться в очередной сон, как снова что-то где-то падает.
Резко открываю глаза. Сажусь в постели.
Это что еще за новости?
Может, грабители? – проскальзывает мысль. И тут же – а я дверь заперла?
Вскакиваю с кровати и на цыпочках иду к выходу из комнаты. Выглядываю. Но ведь ни черта не видно. Оглядываюсь, замечая на тумбочке свой телефон. Не помешало бы подсветить себе, иначе я убьюсь быстрее.
Метнувшись за телефоном и включив на нем фонарик, свечу себе под ноги. Прислушиваюсь. Но в доме снова повисает тишина.
Дохожу до входной двери, проверяю, заперла ли ее. И да, дверь закрыта.
Выдыхаю с облегчением. Может, мне шум этот показался?
Еще раз прислушиваюсь. Ни-че-го.
Ну вот и отлично, можно идти спать.
Заползаю под покрывало, на этот раз накрываюсь с головой. Так с детства привыкла прятаться. Закрываю глаза.
Я даже, кажется, начала засыпать, как снова послышался грохот.
Распахиваю глаза с гулко бьющимся сердцем. Пытаюсь снова прислушаться, но ничего, кроме грохота в ушах, не слышу.
Откидываю покрывало в сторону. Мажу взглядом по часам и понимаю, что так не может продолжаться. Два часа ночи.
Но так спать со страхом в обнимку я не собираюсь. Нужно решить, что делать. Но для начала, нужно выявить, откуда идет звук.
Я снова собираю все свою воинственность в кулак и, взяв покрывало, в которое укутываюсь, – можно подумать, оно меня отчего-то сможет спасти – подсвечиваю себе фонариком.
Снова слышится грохот.
Замираю, вжав голову в шею.
– Да что же это такое? – хочется ругаться.
Еще грохот. И я только сейчас улавливаю, откуда он доносится. Направляюсь по коридорчику к двери, ведущей на задний двор. Страшно. Потому что меня только сейчас осеняет, что я могла ее забыть запереть. Но тут же успокаиваю себя. Если бы это были грабители, уже давно вошли бы. А тут что-то другое.
Снова приглушенный грохот. Откуда-то сверху.
Поднимаю голову и натыкаюсь взглядом на люк в потолке.
Точно! Туда-то я и не решилась лезть вечером. А теперь так вообще не полезу. Что это вообще такое?
Барабашка? Домовой? Кто там еще бывает?
В этой глуши поверишь во всякую чертовщину.
Решаю не обращать внимание на этот грохот. Спать хочется, а не вот это все. Тем более, уже минут пять тишина. Может, больше ничего такого не будет. И стоит мне только сделать пару шагов в сторону комнаты, как по потолку будто кто-то пробегает. Я отчетливо слышу это.
– Мамочка!
Сердце снова, уже не знаю, в какой раз за эту ночь, ухает в пятки, и я, чуть ли не бегом, несусь к кровати. Хватаю ключи от машины и в коридоре, сунув ноги в кроссовки, отпираю дверь, выбегаю на улицу.
Не оглядываясь, будто боясь, что за мной сейчас понесутся всякие, бр-р-р, мое воображение, надо сказать, разыгралось не на шутку, снимаю с сигналки машину и забираюсь внутрь, блокируя двери.
Все! Я в домике, черт возьми!
Отдышавшись, стараюсь успокоиться. Смотрю на дом. Вздыхаю.
Может, птица какая на чердак попала? Но я даже не хочу думать, что за птица, раз такой грохот от нее. Об этом я лучше подумаю утром, когда будет светло. А сейчас хотелось бы все-таки поспать. Но для начала решаю прогреть машину. Завожу двигатель, гашу фары и минут пятнадцать слушаю радио. Потом перебираюсь на заднее сиденье. Ночи еще холодные, жарко мне не будет. Поэтому накрываюсь покрывалом, которое я от страха удачно прихватила, и закрываю глаза.
Глава 6. И снова здрасте…
Нина
Я замерзла. Чего уж тут скрывать? Я адски замерзла, а в дом заходить не хочу. На часах три утра. Или ночи? Перебираюсь на переднее сидение за руль и снова завожу машину. Может, ее на ночь так и оставить? Пусть работает?
Только бензин закончится, и как ты собираешься уезжать отсюда? Желательно бы сразу с утречка и деру давать! – ворчит внутренний голос.
Может, он прав? Этот внутренний голос? И стоит собраться и уехать обратно? Там что-нибудь придумаю. Может, если не заграницу, то на Черное уехать? Хотя там сейчас не сезон еще.
Укрываюсь покрывалом, вздыхая.
Вернуться в дом? А если там все еще стоит топот по потолку?
Пока думаю, глаза закрываются, и я засыпаю.
Просыпаюсь от шума. Что-то где-то рычит, мычит…
Открываю глаза. В лобовое слепит солнце.
Я не сразу понимаю, что делаю в машине. А когда вспоминаю, то сразу же обращаю внимание, что машина не работает. Тянусь к зажиганию, проворачиваю ключ, но… Не заводится. Смотрю на стрелку бензобака.
На нуле.
Сдуваюсь вся, откидываюсь на спинку сиденья. Чудесно прошла ночка. Просто волшебно. Прям в деревенском антураже. Если и дальше все продолжится в таком темпе, то я могу и не выдержать.
И не выдержишь! – злорадно усмехается внутренний голос.
Божечки… Я же смогу? Смогу не вернуться домой в город? Люди же здесь как-то живут?
Закусываю губу, чуть жуя ее зубами.
Делать нечего. Где брать бензин, буду думать потом. А пока надо вернуться в дом и привести себя в порядок.
Выхожу из машины и, укутавшись в плед, возвращаюсь в дом. Но у входа тут же прислушиваюсь. Тишина.
Сердце от чего-то ухает вниз.
Надеюсь, на этом злоключения мои закончатся.
Умывшись, я направляюсь в кухню. На этот раз берусь за варку кофе. Параллельно завариваю кипятком кашу из пакетика. Открываю окно, за которым щебечут птички. Кактус вроде бы бодр, в отличие от меня. Можно ли думать, что он перенес переезд?
Чуть касаюсь пальцем “пушистой” шапки, но тут же одергиваю руку.
– Ой! – Все же укололась.
Облизываю подушечку пальца.
– Колючка! – усмехаюсь и снова поглядываю на свой завтрак.
Ш-ш-ш-ш-ш, – доносится шипение.
– Твою же! – Подрываюсь с места.
Кофе сбежал.
Вот! Даже твой кофе удирает, а ты? Ты тоже давай домой! – бубнит внутренний голос.
Морщу нос.
Ну уж нет!
Беру турку, осторожно выливаю в чашку то, что не очень-то теперь и можно назвать тем самым кофе, но варить еще раз нет желания. Вымываю плиту, иначе потом придется отскребать все зубами.
Все же хочется позавтракать на улице, и я, взяв все наготовленное, выхожу на крыльцо. Вчера мне не удалось провернуть это дело. Так может, сегодня мне никто и ничто не помешает?
Усевшись на ступеньку, предварительно кинув покрывало себе под зад, ставлю рядом кружку с кофе и в руки беру тарелку с кашей.
М-м-м, слушайте, ну это же кайф! Погода шепчет, птички поют, а запах какой? Нет, в этот раз совсем не дерьмом.
Доедаю кашу, делаю пару глотков кофе, чуть поморщившись. Сейчас бы что-нибудь из свежей выпечки. Только представила хруст свежей булочки с корицей, как рот наполняется слюной. Черт! Это было бы очень кстати!
Здесь же должен быть магазин? Где-то, в конце концов, люди закупаются? Может, в городе есть пекарня и сюда завозят свежий хлеб?
А у кого спросить?
До слуха доносится какой-то непонятный шум, больше похожий на возню, со стороны соседнего участка.
Подхожу к забору. Здесь забор почему-то чуть ниже, чем за домом, или мне кажется? Подхожу и, встав на носочки и взявшись руками за штакетины, выглядываю. И замираю.
Тут недалеко, у соседа на территории, стоит что-то наподобие спортивного комплекса. Турникет, брусья… Что-то подобное есть почти в каждом дворе в городе. И сейчас передо мной картина завораживающая. На турникете, спиной ко мне, подтягивается он. Сосед. Степан, который. И он, надо уточнить, без футболки. То есть абсолютно голый по пояс.
И я, как завороженная, пялюсь на его широкую мощную спину с перекатывающимися мышцами под кожей. Замечаю поблескивающие на солнце капельки пота.
Он огромный. А я на его фоне просто дюймовочка. Где таких мужиков делают, подскажите? Поеду искать себе.
– Снова подглядываешь? – Приводит меня в чувства мужской голос.
Я пару раз моргаю и наконец вижу его, стоящего в полный рост с полотенцем в руках.
– Хотя нет, не подглядываешь, а нагло пялишься. Нравится? – хмыкает, окончательно приводя меня в чувства.
– Что? Да как…
Но тут, откуда ни возьмись, к забору, где я стою, несется огромная псина. Очень огромная. С рычанием.
Я отлетаю от забора, падая на задницу и больно ударяясь копчиком.
Пес лает. Я держусь за грудь, где под ребрами от страха лупит сердце.
– Чоп, фу, свои! – рявкает сосед. И пес тут же замолкает.
– Ну, и чего хотела? – Теперь у забора появляется Степан. С прищуром на меня смотрит. – Не покалечилась?
Поднимаюсь.
– Вашими молитвами, – цежу сквозь зубы.
Хмыкает.
– Ваша собака… – хочу возмутиться, но мне не дают закончить мысль.
– Ты подглядывала. – Тыкает меня носом в мой же косяк.
Да я же не хотела! Случайно вышло. Не надо было светить своими мышцами, и я тогда не забыла бы, что хотела спросить.
– Ладно, проехали. Я хотела спросить, есть ли тут магазин поблизости?
– Есть. Минут так десять пешком.
– Отлично! – Искренне радуюсь.
Крутанувшись, уже хочу вернуться в дом, как понимаю, что не спросила, как дойти до магазина. Оборачиваюсь, но его уже нет.
Ну что ж… Придется самой.
Переодевшись в легинсы и футболку, накидываю поверх ветровку, обуваюсь в легкие кроссовки. Выхожу на улицу. И направляюсь в том направлении, как сюда доехала. Прямо по дороге до перекрестка на эту улицу. Затем вверх до перекрестка, у столба останавливаюсь. Оглядываюсь.
Где-то лает собака, куры у кого-то квохчут… Петух глотку дерет. Птицы поют. В общем, жизнь кипит. И даже люди есть. Но далековато, не спросить.
