Все три ножа подверглись проверке плоской штукой, похожей на мобильный металлодетектор. Тот издал короткий писк, и охранник кивнул.
Затем снова был проход через арку, и теперь она загорелась золотым. Нэйлз расставил ноги и раскинул руки, позволяя поводить тем самым «детектором» по своему телу. Пищало много и долго, а итогом стал ворчливый комментарий:
– Сколько же на вас магических предметов, сир!
– Положение обязывает, – буркнул Нэйлз.
Он сказал, а я… А я об этой обязательной проверке даже не знала! Только на мне арка почему-то не сработала.
«Лорд Эрон снова замаскировался,» – объяснил Арти.
«А ты? – удивилась я. – А тот красный кристалл?»
«Во-первых, мы внутри тела. Во-вторых, я артефакт другого порядка, а кристалл… с ним вообще ничего не ясно. Возможно он, как и я, не подлежит определению».
Я подумала и успокоилась. Впрочем, было бы забавно, если б кинжал нашли.
Не выдержав, я вновь покосилась на свой ботинок, но тут подошёл Нэйлз и, прихватив за локоть, повёл куда-то в глубины здания. Снаружи оно было строгим, со шпилями, а внутри – роскошным и старым. Тёмные цвета в отделке немного давили, навевая этакое ощущение беды.
И беда действительно произошла.
Вернее как…
Мы прошли один зал, второй, а когда приблизились к распахнутым дверям третьего, я услышала дребезжащий, возмущённый голос Бертрана.
Звук двигался навстречу, и я стремительно дёрнулась в сторону. Нэйлз, хвала небу, угрозу тоже уловил.
Как два идиота, под взглядами немногочисленных посетителей, мы прижали к стене возле проёма, и тут в зал выкатилось знакомое кресло. Моё сердце ухнуло куда-то в пятки, дыхание сошло на нет.
– А я говорю, что мои люди не превышали полномочий при обыске… то есть осмотре особняка Уортсов! – объяснял он какому-то представительному мужчине. – Я говорю…
Дальше я не слышала, от страха уши словно ватой заложило.
За Бертраном и его собеседником выплыл Корифий, но, невзирая на отсутствие маскировки, нас не заметили. Они прошли, а мы с Нэйлзом, по стеночке, просочились в следующий зал.
Там обнаружилось что-то вроде ресепшна. Длиннющая деревянная стойка тёмного дерева, а на заднем плане наполненные какими-то книгами и свитками стеллажи.
За стойкой работали несколько клерков, Нэйлз шагнул к тому, что явно отирался без дела.
– Мы хотим измерить уровень магии, – тихо сообщил он.
Моего спутника явно узнали, и меня, как ни странно, тоже. По мне мазнули удивлённым, несколько неприязненным взглядом. Через миг мужчина в форменной мантии кивнул и, подхватив какие-то бумаги, указал в сторону, на проход в очередной зал.
Прижимая бумаги к груди, клерк отправился с нами, но из-за стойки выходил слишком уж медленно. А там, позади, вновь слышался голос лорда Бертрана – кругами он тут ходит? Я втянула голову в плечи и испытала весь спектр неприятных чувств.
Нэйлз предусмотрительно прикрыл собой. Клерк глянул высокомерно – мужчина всё понял. Он шагал в сторону зала с измерителем так медленно, что хотелось отвесить ускоряющего пинка.
«Выдохни, бобёр!» – молчаливо приказала себе.
«Какой ещё… – тут же откликнулся Арти. – Ах да, бобёр…» – пробормотал он, и мы отправились дальше.
Очень скоро моему взору явился внушительных таких размеров агрегат.
Даже не знаю с чем сравнить. Штука была большая, стояла на подиуме в центре просторного зала. Внизу виделся какой-то кругляш с нарисованными отпечатками для ног, а вверх тянулся конус, отдалённо похожий на старые-престарые весы.
Там было окошко с набором делений и стрелка. Точнее две стрелки – одна длинная и тонкая, а вторая толстая и маленькая.
– Проходите, леди… – произнёс клерк и взял красноречивую паузу.
– Алексия Рэйдс, – подтвердил мой рыжеволосый сообщник чуть слышно.
– Алексия Рэйдс! – громогласно повторил клерк и, выхватив откуда-то подобие ручки, принялся записывать имя в формуляр.
Его возглас прокатился по залу, где, кроме измерителя, располагались какие-то рабочие столы и островки отдыха. Народу было не то чтоб много, но человек тридцать набралось.
Секунда, и все взгляды устремились к нам, а я…
«Что? Рэйдсы и этому клерку чем-то насолили?» – спросила, обращаясь к Арти.
«Без понятия. Но думаю, тебе лучше поторопиться».
– Искажающие артефакты при себе есть? – столь же громко вопросил мужчина в мантии.
– Откуда? – не выдержав, огрызнулась я.
Но замечание было ценным. Запрыгивая на подиум и подходя к кругу, я обнаружила ещё одну деталь – подставку с рисунком ладони. Тут же сообразила, что правую ладонь – ту, в которую вошёл кристалл из колонны, – лучше держать при себе.
Я встала на положенные отметки и уже потянулась к подставке, когда Арти заявил:
«Знаешь, что… А постарайся сжать свою силу».
«Это как? – опешила я. – И зачем?»
«Надо, Алексия. Просто надо».
Я понятия не имела как сжимать силу. Вот вообще. Даже близко!
А рядом ещё и клерк возмутился:
– Ну что вы медлите, леди? От того, что будете стоять перед измерителем, уровень вашей магии не возрастёт.
Я прикрыла глаза и, понимая, что на меня сейчас смотрит весь зал, попыталась нащупать в себе магию. Ничего не вышло, поэтому, на всякий случай, я сжалась вся. Целиком.
Вообразила, что я сама, моя аура, что все энергетические тела, если они вообще существуют, уменьшаются в объёме примерно в два раза. Тут же положила левую ладонь на подставку, и…
– Ого, – ошарашено выдал Нэйлз.
Я распахнула глаза и слегка, самую малость, разочаровалась – толстая стрелка показала пятёрку. Зато вторая, длинная, странно дрожала, а в итоге скакнула далеко вперёд.
Тут изумлённо выдохнули уже все, даже чванливый клерк.
«Арти, что это значит? – встрепенулась я. – У меня пятёрка или десятка?»
«Пятёрка, – всё-таки расстроил Арти. – Десять – это твой потенциал».
Кто-то зааплодировал. Кто-то поднялся из кресла и направился к нам. А я убрала руку с измерителя и, делая шаг в сторону, едва не споткнулась. Только сейчас заметила, что в зале висят разнообразные портреты. С ближайшего из них на меня величественно взирал лорд Эрон.
На холсте «дедушка» был моложе, а поза ровно такая, как вчера. Призрак изображал собственный портрет, когда добивался моего узнавания.
– Леди Алексия, поздравляю, – сухо произнёс клерк, а Нэйлз…
– Данные, пожалуйста, запишите, – сказал парень. – Нам необходима официальная форма.
Рыжеволосый сообщник угадал.
Едва клерк заполнил бланк с уже проставленной на него печатью гильдии и протянул мне, в зале стало чрезвычайно тихо. Тишина не набросилась, а подкралась. И нависла над нами, как огромный кровожадный хищник над маленьким безобидным зверьком.
– Не оборачивайся, – сказал Нэйлз.
Но я, разумеется, обернулась, чтобы увидеть застывшую в дверном проёме парочку – лорда Бертрана в кресле-каталке и его прыткого внука Корифия. Лица мужчин были непроницаемы, но при этом сообщали так много. Кажется, даже клерк о своих криках пожалел.
– Ну надо же, – нарушил молчание Бертран. – Какая встреча.
– Дорогая Алексия, – подхватил Корифий, – уж где, а здесь не ожидали вас увидеть.
Старый лорд глубоко вздохнул, явно усмиряя эмоции, и выпалил строжайшим голосом:
– Леди, немедленно подойдите ко мне!
Я не знала видели эти двое показания измерителя или нет. Зато мне было отлично известно, что до момента зачисления в академию бумага с результатами замера ничего не решает.
Нервно улыбнувшись жениху и напрочь игнорируя застывших свидетелей, я повернулась к клерку и спросила практически шёпотом:
– Из этого зала есть другой выход?
Мужчина, который минуту назад обливал презрением, сильно растерялся. Он отрицательно качнул головой, и я перевела внимание на ошалевшего от такого поворота Нэйлза.
Парень тоже растерялся, не был готов к открытому противостоянию, а вариантов спасения не видел. Зато план родился у меня и, шагнув к рыжему, я шепнула:
– Через окно уйти сможем?
К чести сообщника, тот на окна не обернулся. На них смотрела я. На такие высокие, чистые и абсолютно непрактичные. Рамы выглядели внушительно, однако сами окна отстояли от пола сантиметров на тридцать. Просто разбей и беги.
От самих окон нас отделяло порядка пятнадцати шагов.
Нэйлз всё понял и, сглотнув, сообщил:
– Дядя меня убьёт.
Подумал и добавил уже по существу:
– На окнах может стоять защита.
– А может и не стоять? – уточнила я опять-таки тихо.
А за спиной прогремело:
– Леди Алексия! Вы испытываете моё терпение! Немедленно подчинитесь! Вы моя невеста, и… – Дальше я не слушала.
– Пойдём, – сглотнув новый ком в горле, сказал Нэйлз. – Попробуем. Но дядя…
– Если понадобится, буду молить о твоём прощении на коленях. Скажу, что задурила тебе голову томными взглядами.
Нэйлз наконец очнулся от паники и, взглянув хмуро, заявил:
– Дядя не поверит.
– Не важно. Всю вину, в любом случае, беру на себя.
– Скажешь тоже, – рыжий скривился и, ухватив за локоть, степенно, будто собираемся обсудить что-то перед безоговорочной капитуляцией, повёл к окнам.
Тут же добавил:
– Когда буду разбивать окно, повернись спиной и прикрой голову. Я, конечно, использую щит, но всё равно.
Пауза, и продолжение:
– А если не получится, то мы…
Он явно собираясь предложить какую-то безрадостную альтернативу, но я перебила:
– Получится. Иначе и быть не может.
Нэйлз сглотнул третий ком и, с сомнением посмотрев на меня, всё-таки повторил:
– Да. Получится. Не будем программировать реальность на проблемы.
Ну всё. Раз все на позитиве, то вперёд.
Глава 4
Ринуться к нам ни лорд Бертран, ни Корифий, разумеется, не могли – слишком уж неприличное поведение. Они ждали там же, в проёме. Сумрачно наблюдали, как мы с рыжим неторопливо отходим к окну.
Оба были злы, но явно считали, что никуда не денусь, ведь из зала только один выход. Второй важный момент – столь вопиющей наглости никто, включая «жениха», просто не ожидал.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
