– Понятия не имею. Она… капризная. Хотела сама посмотреть.
– Постой вон там в сторонке, покури пока.
Я отошёл в сторону, делая вид, что разглядываю товар. И активировал глаз Техноса.
Так и есть. Обычный с виду павильон был нашпигован электроникой. В углах под потолком я заметил три миниатюрные камеры. Четвёртая была вмонтирована в манекен. Сигналы с них уходили по экранированному кабелю в соседнее, более капитальное строение.
Кажется, прямо сейчас шла проверка, и мою физиономию прогоняли по всем возможным базам.
– Милок, – окликнула меня тётка. – Повернись-ка немного в сторону, да посмотри туда.
Она указала на соседний лоток. Ага, значит, им нужен был мой профиль. Я нарочно повернулся, давая рассмотреть себя со всех сторон. Моё спокойствие, видимо, было лучшим доказательством того, что я не из полиции.
Спустя пару минут она кивнула.
– Ладно, заходи за прилавок. Там дальше по коридору.
Я прошёл за её спиной и нырнул в узкий проход, скрытый за занавеской.
Коридор был тесным, с голыми бетонными стенами, освещёнными тусклой лампочкой, болтавшейся на проводе. В конце виднелась металлическая дверь – обшарпанная, но явно крепкая, с кодовым замком и глазком камеры над косяком.
Я постучал, и дверь приоткрылась. На меня уставился здоровенный мужик с бритым черепом и татуировкой в виде змеи на шее. Его глаза пробежались по мне, как сканер, выискивая угрозу. Убедившись, что я один и без лишних сюрпризов, он молча кивнул и отступил, пропуская внутрь.
За дверью оказался неожиданно просторный склад. Повсюду стеллажи до потолка, забитые коробками, ящиками и пакетами. В центре комнаты стоял стол, заваленный электроникой: разобранные коммуникаторы, платы, какие-то чипы, даже парочка старых передатчиков.
За столом сидел худощавый мужчина азиатской внешности в потёртой майке. Весь его торс и руки были покрыты сложнейшими цветными татуировками. Драконы, карпы, волны и целая куча всяких узоров…
Интересный экземпляр. Я знал одного портальщика, Грегори. Он тоже был весь в татуировках, но у него каждый завиток, каждая линия имели смысл. Это были контуры стабилизации, руны фокусировки, схемы силовых потоков. Его татуировки были инструментом, частью его магии. А это что? Просто картинки. Зачем уродовать своё тело ради бессмысленных узоров? Не понимаю.
– Ну? Чего принёс? – буркнул азиат с лёгким акцентом.
Я молча поставил сумку на стол и расстегнул её.
Он взял один пистолет, повертел, проверил номер. Его люди, двое крепких парней, стоявших позади, тут же начали что-то быстро проверять на своих устройствах.
– Откуда? – коротко спросил азиат.
– Проезжал мимо леса, – сказал я полуправду. – На обочине стояла разбитая машина. Внутри – трупы. Я просто подобрал то, что плохо лежало. Деньги нужны.
Он долго смотрел на меня, не мигая.
– Смелый ты парень. Трупов не боишься.
– А чего их бояться? Они уже мёртвые. Мне они ничего не сделают.
Азиат хмыкнул. Один из его помощников что-то прошептал ему на ухо.
– Интере-е-есно, – протянул он. – Эти стволы числятся за гвардией рода Воропаевых. Похоже, слухи не врали. Кто-то надавал им по щам. И потеряли они не только это. Говорят, половину боевиков за одну ночь положили. Либо китайский спецназ пошумел, либо на имперцев нарвались.
Он снова посмотрел на меня.
– Ладно. Это официальное оружие, нам придётся сбивать номера, переправлять в другой регион. Много мороки. Четыреста за всё.
– Пятьсот, – автоматически сказал я.
Он улыбнулся краешком губ.
– Мы здесь не торгуемся, дорогой. Четыреста.
Я пожал плечами.
– Ну и ладно, пусть будет четыреста.
Мне отсчитали деньги.
– Если у тебя появится ещё что-то… подобное, – он кивнул на пустую сумку, – ты знаешь, где меня найти. Мы любим везучих парней.
Я забрал деньги, кивнул и вышел.
С четырьмя сотнями в кармане я чувствовал себя почти богачом.
Снова вернулся к отделам с электроникой, но на этот раз пошёл в самый конец, туда, где торговали уже не просто хламом, а хламом в квадрате. Здесь, на грязных брезентовых подстилках, валялись горы того, что нормальный человек не взял бы и бесплатно.
Продавцы смотрели на меня странно. Ещё бы! Я покупал старый двигатель от пылесоса, зарядный блок от доисторического ноутбука, несколько вздувшихся аккумуляторов от телефонов и даже треснувший кинескоп от старого телевизора.
Они не знали, что я покупаю не мусор. Я покупал детали! Мой взгляд Техноса видел в этой рухляди то, что было нужно мне – конкретные конденсаторы, редкие транзисторы, микросхемы с нужным мне составом.
Я потратил почти сотню, набив свою сумку отборным «мусором».
Вернувшись домой, я вывалил всё это на пол.
– Сириус, завтрак в постель!
Дрон с радостным жужжанием подлетел и начал сканировать детали.
– Повелитель, этим вы хотите меня улучшить? – в голосе дрона прозвучали нотки паники. – Мои системы показывают, что вероятность короткого замыкания и полного отказа составляет… девяносто три процента!
– Четыре, – поправил я его, присаживаясь на пол и раскидывая детали. – Всего четыре процента. И то, если всё сделать неправильно.
Я сосредоточился и начал творить. В воздухе снова заплясали символы Техносов. Я разбирал схемы на части и собирал их заново, мысленно перепаивая дорожки и меняя свойства материалов.
Через полчаса перед Сириусом лежал набор усовершенствованных модулей. Главным из них был новый, куда более ёмкий блок питания, собранный из старых аккумуляторов и кинескопа.
– Устанавливай, – скомандовал я.
Сириус втянул в себя детали. Его корпус загудел и замигал огоньками.
– Автономность увеличена на семьсот процентов! – доложил он. – Маскировочное поле теперь может работать до двух часов в пассивном режиме! Повелитель, вы гений!
– Я знаю. Что у нас с разведкой? Что с планами имения Воропаевых?
– Тут проблема. Я не смог найти их в сети. Оказалось, имение было построено почти сто лет назад, и вся документация хранится только в бумажном виде в городском архиве.
– Хреново…
– Но есть и хорошие новости! Я обнаружил теневой сегмент интернета, который они называют «Даркнет». Там можно купить и продать любую информацию. Пароли, коды доступы, компромат… Когда мои вычислительные мощности восстановятся, мы сможем сделать на этом состояние!
– Это хорошо, но потом. Сейчас у нас другая задача. Сегодня ночью ты летишь на разведку. Твоей автономности теперь хватит, чтобы добраться туда и обратно. Мне нужна полная картина. Количество охраны, системы наблюдения, распорядок дня. И главное – найди моих сестёр. Узнай, где их держат и в каком они состоянии. Действуй.
Дрон мигнул сенсором.
– Слушаюсь, Повелитель!
Я лёг на диван. Деньги – какие-никакие, но есть. Ресурсы для Сириуса есть. Команда сборщиков металлолома работает.
Пора было заняться собой. Я закрыл глаза и погрузился в глубокую медитацию, направляя потоки энергии на восстановление и усиление этого жалкого тельца.
Загородная резиденция рода Воропаевых
Посёлок Лазо
Игорь Бездушный затянулся дорогой сигаретой, но не почувствовал ни вкуса табака, ни удовольствия. В горле стоял ком, а пальцы, державшие сигарету, мелко дрожали.
Он стоял на балконе роскошного особняка, принадлежавшего роду Воропаевых, и вглядывался в ухоженный парк, тонущий в ночной тьме.
План был до гениальности прост. Даже изящен, если можно так выразиться.
Небольшой пожар в имении Бездушных. Несчастный случай, который должен был произойти из-за нового экспериментального удобрения на основе какой-то магической селитры – последней разработки его покойного братца. Взрыв, который не оставит камня на камне и спишет всё. Какой ужас, какое горе…
Идеальное преступление!
Он даже репетировал скорбное выражение лица перед зеркалом. Получалось убедительно.
За это ему обещали всё: прощение огромного карточного долга, из-за которого на нём уже висел смертный приговор от криминального клана, и тёплое место управляющего оставшимися землями Бездушных. Небольшая, но стабильная зарплата, которой с лихвой хватило бы на его скромные потребности: выпивку, женщин и редкие поездки в подпольные казино.
Он бы даже стал главой рода. Марионеточным, безвольным, но главой! А взамен нужно было всего лишь… предать. Открыть ворота. Убить боевую невестку, которая могла в одиночку сдержать небольшой отряд. И отвести племянниц в условленное место.
Всё шло как по маслу. До определённого момента. А потом всё покатилось к чертям.
Первые доклады с места «зачистки» были похожи на бред сумасшедшего. Половина гвардейцев Воропаевых, треть бойцов Антиповых, почти все люди Назаровых и Сверчковых – просто испарились. Буквально. На месте мощных, умелых и обученных воинов находили лишь оплавленные ошмётки металла и выжженную до состояния стекла землю.
И самое главное – тело племянника, Феликса, так и не нашли.
Девяносто процентов, что мальчишка тоже сдох в том месиве. Что его просто испарило той неведомой силой, что обрушилась на боевые отряды. Но оставались те самые десять процентов неопределённости, которые сейчас выводили из себя главного кукловода всей этой заварухи – князя Трофимова.
Сам князь с ним, Игорем, разумеется, не разговаривал. Зачем такому могущественному человеку марать руки о всякую мелочь? Своё недовольство он транслировал через Воропаевых. А те, потеряв столько людей и оказавшись в дурацком положении, срывали злость на нём. Говорили сквозь зубы, смотрели с презрением. Игорь чувствовал себя козлом отпущения. Пешкой, которую вот-вот сметут с доски.
Игорь снова затянулся, обжигая пальцы. Он вспомнил последний разговор с братом. Эдуард, вечно правильный, вечно успешный, смотрел на него усталым взглядом, не выражавшим ничего, кроме разочарования. Огромные карточные долги Игоря снова всплыли, и брат в очередной раз их покрыл. Но в этот раз он поставил ультиматум.
– Это был последний раз, Игорь. Ты позоришь нашу фамилию. Ещё один долг, ещё одна жалоба на тебя – и я выгоню тебя из рода. Ты меня понял? Ты умрёшь в сточной канаве, и никто о тебе не вспомнит.
Игорь тогда лишь криво усмехнулся, но внутри всё похолодело. Он знал, что брат не шутит.
А спустя всего неделю он снова залез в долги и проигрался. В пух и прах. Сумма была такой, что ему не расплатиться и за три жизни. Он был в отчаянии. И тут, словно из ниоткуда, появились люди Воропаевых со своим предложением.
В общем, он согласился. Его собственная шкура была ему дороже.
Взгляд Игоря метнулся в сторону небольшого гостевого домика, одиноко стоявшего чуть поодаль. Там, в одной из комнат, горел свет. Он знал, что там сидят его племянницы, две сестры Феликса – Эльвира и Маргарита. Живые. Пока что.
Он не имел права их видеть. Легенду для них ещё не придумали, всё зависло в этом подвешенном состоянии. Они не знали, что их любящий дядюшка лично вонзил клинок в спину их матери, могучей воительницы Анники, которая ни за что не подпустила бы к себе врага так близко. Но она доверяла ему…
Игорь слышал от охраны, что младшая, Маргарита, постоянно плачет. А старшая, Эльвира, её успокаивает, хотя сама держится из последних сил.
Когда-нибудь ему придётся войти в эту комнату. Посмотреть им в глаза. И соврать. Сказать, что он их единственный защитник. А потом их выдадут замуж за каких-нибудь третьесортных дворян, чтобы узаконить отъём земель, и на этом история рода Бездушных закончится.
Ночь была тихой. Слишком тихой.
Игорь докурил сигарету до самого фильтра и бросил окурок вниз. Уголёк прочертил огненную дугу и погас в мокрой траве.
И в этот момент по спине Игоря пробежал ледяной холодок. Его знаменитая «чуйка», которая столько раз спасала его шкуру в пьяных драках и тёмных переулках, буквально завопила об опасности. Она подводила его только за карточным столом, но, когда дело касалось его жизни – никогда.
Что-то пошло не так. Что-то страшное, непонятное и смертельно опасное уже было здесь.
Он не знал, что это. Может, люди князя решат убрать его как ненужного свидетеля. А может, выживший каким-то чудом Феликс уже готовит свою месть.
Он вглядывался в темноту парка, и ему казалось, что сами тени сгущаются, обретая зловещие очертания. И в этих тенях он чувствовал чей-то взгляд. Тяжёлый, холодный и абсолютно бездушный.
Глава 8
– Сириус. Я зол! – сообщил я своему помощнику, в каком состоянии сейчас пребывал.
– Понимаю вас, Повелитель. Сириуса тоже одолевает печаль, – он постарался меня поддержать.
Вот только мне не нужна была поддержка. Я Феликс Бездушный, а не третьесортный архимаг.
– Ты не понял меня, Сириус, – покачал я головой. – Я по-настоящему злюсь!
Сириус выпучил свои глазные модули и отлетел от меня.
– Повелитель… Дышите… Не нужно… Мы только попали в этот мир, не нужно его наказывать, у нас… – впрочем, что он там хотел сказать, я не дослушал.
– Может не хватить сил, ты хотел сказать? – хмыкнул я, доедая очередную шаурму.
Какая же вкусная эта сволочь, просто словами не передать. Или со мной что-то не так после переноса, а такое бывает. Нелегко жить без души. Хотя это я утрирую, привык как-то уже. Сколько еще бывший носитель этого тела будет дарить мне новые привычки?
– Нет, Повелитель, – воссоздал вздох Сириус. – Я хотел сказать другое. У нас здесь нет интересного опыта для вашей души, а ведь придётся менять саму планету.
Теперь я понял, о чём он. Всё-таки Сириус во мне не сомневается. Он мой самый старый и верный помощник и видел меня в разных ситуациях. А потому знает, на что я способен. Там, где кажется, что надежды уже нет, я побеждаю… и добиваюсь своего. Там, где Портальщики и Охотники говорят о высоких ценах, которые заплатит враг, я просто беру и действую.
