После обеда появляются Машка и Лиля. Подруги как свежее дыхание, красивые, благоухающие духами.
– А вот теперь все нам рассказывай и не смей что-то утаивать, хватит уже, – ругается Машка, выкладывая мне на кровать новую пижаму, халат и нижнее белье.
– УЗИ сделали, все нормально, – подхватываю полотенце и принесенные вещи, – Я сейчас, быстро в душ схожу.
– Сбегает, – укоризненно произносит Лиля.
– Удирает, я бы сказала, – кивает Машка.
– Ну девочки, я не специально, – пытаюсь я оправдаться.
– Да, конечно, знаем мы тебя, иди уже, – отмахивается Лилька.
Быстро принимаю душ, сушу волосы, чищу зубы. Хорошо, что у нас платная клиника и в палатах есть наборы со всем необходимым. Натягиваю пижаму, оценив Машкин юмор. Розовая в белых ромашках, словно специально искала такую. Сверху пушистый тоже розовый халат.
– Машка, вот припомню как-нибудь, – выхожу из душа, замотав волосы в хвост, – Что все розовое?
– Ты же девочка, – пожимает плечами подруга, – Вот тебе йогурт, булочка и быстро в постель. Изольда была?
– Ага, поворчала насчет своего отпуска, но сошлись на том, что отработаю за нее потом. Ей оказалось на руку. Обещали внучку на отпуск привезти, а у той сопли начались. Так что бабушка на время отменяется.
– Это тебе повезло, если бы Изольде пришлось внучку оставить, не простила бы она тебе, – смеется Лиля.
И правда, у Изольды дочь вышла замуж за моряка и жила теперь во Владивостоке. Приезжали они редко, только внучку на каникулы отправляли бабушке намного чаще. Изольда ждала внучку и оторвать ее от отпуска в это время было табу.
– Да уж, повезло, – проворчала я, впиваясь зубами в ароматную выпечку.
Появился аппетит – это хорошо.
– Мы ждем, – строго говорит подруга.
Вздыхаю и принимаюсь рассказывать, все равно не отстанут, да и мне нужно хоть с кем-то поделиться, что происходит. Подруги ахают, охают, матерятся. Когда заканчиваю свой рассказ, воцаряется минута молчания. Первой начинает возмущаться Лиля.
– Нет, ну какой гад! – всплескивает она руками и толкает почему-то Машку в плечо. Та удивленно оборачивается на нее, – А я тебе говорила, что этот Миша какой-то мутный, помнишь?
– Эх, вспомнила, – морщится, потирая плечо Машка, – Это когда было, на свадьбе.
– Значит, я пророк или гадалка, или кто там еще. На вашей свадьбе еще сказала, что Мишка – мудак.
– Да что ты говоришь? – взвиваюсь я, – А мне почему не сказала?!
– А ты бы поверила? Влюбленная как дурочка в него была. Послала бы меня куда подальше. Ну а потом, вроде живете нормально, я и засомневалась.
– Где были мои глаза, – расстроенно произношу я.
– Так, а вот слез не нужно, – тут же начинает ругаться Машка, – Хочешь ребенка потерять?
– Все, не буду, – вытираю ладошкой слезы.
– Одно не могу понять, зачем Любимому такую ерунду сказала? – морщит хорошенький носик Лиля, – С какого перепуга тебе на себя наговаривать? Что он о тебе думает теперь?
– А что я должна была сказать? Что мой муж разводится и ждет ребенка от моей сестры?! – возмутилась я.
– Нет, конечно, но и что ты спишь с кем-то кроме мужа тоже некрасиво, – задумчиво произносит Маша.
– Некрасиво, – вздыхаем мы хором с Лилей.
– И что тут за консилиум собрался у больного в палате? – грозный рык Любимого заставляет нас троих вздрогнуть и испуганно оглянуться на дверь.
– Группа поддержки, – брякает Машка, вскакивая со стула.
– На выход, – тут же указывает направление главный врач, – А у вас, дорогая Лилия Кирилловна, по-моему, дежурство уже началось.
– Ой, простите, извините, – суетится Лиля и наклоняется, чтобы чмокнуть меня в щеку, – Поправляйся, позже зайду, – шепчет мне на ухо, а Любимов еще больше хмурится.
– Ну мы пойдем, – протискиваются мимо Сергея Геннадьевича подруги и растворяются в коридоре.
– Маргарита Юрьевна, мне кажется, вы к нам легли на сохранение и вам нужен полный покой. Напомните мне, где я ошибся? – сердито спрашивает Любимов.
– Нигде, – пытаюсь заползти под одеяло, оставляя только глаза.
– Если вы врач в нашей клинике – это не дает вам право нарушать часы посещений. Время указано в приемном покое на стене, и кто, как не вы, должны соблюдать эти правила.
– Я понимаю.
– Тем более вы отвлекаете от работы других врачей и мне не нравится, что они опаздывают на свою опять же работу.
– Мы исправимся.
– А если и другие больные начнут делать, что им захочется? У нас платная клиника и многие сочтут, что им можно нарушать…
– Хватит, Сергей Геннадьевич, – выползаю из-под одеяла, – Вы сердитесь, потому что я вам соврала.
– И это тоже, – улыбка трогает губы Любимого, но он тут же убирает ее, – Значит, вы все же не женщина…хмм… легкого поведения?
– Нет, – признаюсь я, – Но и рассказывать, почему я скрываю свою беременность, не хочу.
– А сразу можно было так сказать? – возмущается главный врач.
– Это имеет какое-то значение? – вопросительно смотрю на Любимого.
– Все в этой жизни так или иначе имеет значение, – философски произносит Любимый, – У меня к вам вопрос, Маргарита Юрьевна, судя по ситуации вы хотите спрятаться у нас в клинике, я прав?
– А что так можно было? – воодушевляюсь я, – Да, мне бы какое-то время прийти в себя и не появляться дома.
– Потом что?
– Развод.
– Вы твердо решили?
– Да.
– Тогда я могу вам предоставить на месяц жилье и работу, вне нашей клиники.
– В смысле?! Вы меня увольняете? Не имеете права, я беременна и вообще…
– Нет, да послушайте, не перебивайте, – морщится главный врач, – Мне нужна компаньонка, точнее, не мне, а …что как сложно-то все, – лохматит он озадаченно волосы на затылке, а я чему-то улыбаюсь. Никогда не видела главного врача таким рассеянным.
– А вы скажите проще, – ободряюще улыбаюсь ему.
– Если совсем просто, то мне нужна женщина. На время и желательно такая, что может держать язык за зубами и не лезть в мои дела. Так понятнее? – произносит Сергей Геннадьевич, чем вызывает во мне одновременно возмущение и просто дикое любопытство. Это в каком таком смысле нужна женщина?! Да и нельзя мне пока ничего такого!
Глава 13
– И о какой такой работе идет речь? – настороженно спрашиваю я, – Странно слышать от вас, что вам нужна женщина, – неожиданно фыркаю, отчего тут же пугаюсь. Все-таки Любимов – мой начальник и фривольные отношения у нас не приветствуются.
– Я вам расскажу, когда приедем ко мне домой. Сейчас общался с Изольдой Михайловной, она готова отпустить вас, если будете соблюдать постельный режим и принимать лекарства. Систему и уколы я вам сам поставлю.
– К вам домой?! – удивляюсь я, – Но как же… Мои подруги будут знать, где я.
– Скажете, что уехали в санаторий, я подтвержу, такой вариант возможен? – хмурится Любимов, – Подруг у меня в доме быть не должно.
– Ну ладно, – с сомнением в голосе произношу в ответ, – Странно все это. Надеюсь, причина того стоит.
– Думаю да. Вы поймете, когда я вам все объясню. А сейчас собирайтесь, отвезу вас к себе. Мое дежурство закончено, сегодня я уже не вернусь в клинику. Все нужные лекарства я возьму.
– Хорошо, – киваю я и Сергей Геннадьевич уходит.
Не понимаю, почему я согласилась на это все. Сыграло на руку мое нежелание возвращаться домой или побыть вдали от мужа и сестры? Скорее второе, да и так мне легче будет сохранить свою тайну. Не хочу, чтобы Миша знал о ребенке до развода. Понимаю, что он мне ничего не сделает, но, скорее всего, испортит мне жизнь своими скандалами. Я вообще не знаю, как мой муж среагирует на мою беременность. Лучше пусть ничего не знает, тем более, у него есть беременная Ксения, вот пусть с ней и занимается.
Быстро складываю в небольшую сумку свои немногочисленные вещи, что купила мне Машка. Переодеваюсь в новые джинсы и теплый джемпер, тоже с легкой руки подруги. Хорошо, когда есть друзья, которые всегда помогут и поддержат. В данной ситуации я бы не хотела просить помощи у родителей. Еще неизвестно, как мама отнесется ко всему этому. В любом случае у нее всегда виновата я, а не Ксения.
Любимов заходит ко мне, вручает выписку. Мне делают укол и еще раз УЗИ. Все это время главный врач находится где-то рядом. Я даже слышу его громкий голос, отдающий указания медсестрам. После УЗИ выхожу из кабинета, и Сергей Геннадьевич ждет меня, уже переодетый в обычную одежду.
Мы выходим на парковку, садимся в его большой черный внедорожник. Машина сыто рычит подо мной, когда выезжаем с территории клиники. Я не задаю вопросов, так как занята тем, что ругаю себя. На что я согласилась, да и зачем? Жить целый месяц с чужим мужчиной, да еще и моим начальником, с ума можно сойти. Любимов тоже молчит, лишь иногда бросает на меня внимательный взгляд.
Вскоре мы въезжаем в коттеджный поселок, где стоят сплошь особняки. Здесь нет глухих заборов, все красиво. Зеленые лужайки на огромной территории, сосны. Проезжаем несколько домов, и Любимов сворачивает к ажурным чугунным воротам, что открываются при нашем приближении. Далее подъезжаем к красивому двухэтажному дому. Это не особняк, но и коттеджем не назовешь. Очень современный, довольно большой дом. Перед ним зеленая лужайка, сбоку отдельные постройки, видимо, гаражи и гостевой домик.
– Вы будете жить в основном доме, – поясняет Любимов, когда я рассматриваю аккуратный домик рядом с коттеджем.
– Ладно, – соглашаюсь я и выбираюсь из машины.
Главный врач подхватывает мою сумку, и мы поднимаемся на высокое крыльцо, где нас уже встречает пожилая женщина, довольно приятная на вид. Она улыбается и протягивает мне руку для пожатия:
– Людмила Васильевна, домработница, – представляется она.
– Маргарита или просто Рита, – улыбаюсь в ответ.
– Людмила Васильевна, покажите моей невесте ее комнату, – говорит Любимов, – А тебя, Рита, попрошу сразу лечь в постель, – подходит ко мне и наклоняется, чтобы поцеловать в щеку.
Мне хватает ума не отшатнуться, и я просто принимаю его поцелуй, вдыхая запах вкусного парфюма. Сказать, что я удивлена, не то слово. Мог бы и предупредить, какая роль у меня будет в этом доме. Оказывается, не просто женщина Любимого, а его невеста! Это совсем другое дело.
– Хорошо, надеюсь, вы мне все объясните, – рычу тихо на Любимого, когда мы заходим в дом.
– Обязательно, – усмехается он и уже громче, – Добро пожаловать, дорогая. Мой дом теперь твой дом. Очень рад, если тебе здесь понравится.
– Конечно, любимый! – елейно отвечаю ему и ловлю за это предупреждающий взгляд, – Мне уже тут нравится, даже слишком!
– Маргарита… – угрожающе произносит шепотом Любимов и я захлопываю свой рот, – Я зайду к тебе через полчаса, посмотрю, как ты устроилась.
– Всенепременно, – расцветаю я улыбкой, а главный врач закатывает глаза и оставляет меня наедине с домработницей.
Мы идем к лестнице и поднимаемся на второй этаж. Я любуюсь обстановкой. Дом действительно великолепный, светлый, уютный. Здесь нет какой-то вычурности типа хрустальных люстр и позолоты. Все красиво, современно, много пространства, ничего лишнего. Мне нравятся такие дома, где именно уютно, а не холодно, например, такой для меня стиль хай-тек. Здесь скорее стиль лофт, но более мягкий.
– Ваша комната, Маргарита, – открывает одну из дверей в длинном коридоре Людмила, – Чуть позже я принесу вам чай и перекусить. Ужин через два часа. Насколько я знаю, у вас постельный режим, надеюсь, вам будет удобно.
Женщина пропускает меня в комнату и уходит, а я стою на пороге, оглядывая довольно большую спальню с гостиным уголком. В комнате есть все, даже своя ванная. Пушистый белый ковер под ногами, широкая удобная кровать, небольшой диван в викторианском стиле и около него такие же два кресла, столик. Далее двойные открытые двери на широкую террасу, откуда открывается великолепный вид на сад и сосновый лес.
Мне становится неожиданно легко и хорошо, будто я вернулась домой. Это чувство усиливается, когда я выхожу на эту самую террасу и смотрю на ухоженный сад, вдыхаю запах хвои и свежескошенной травы. Здесь так тихо, спокойно. До тех пор, пока не замечаю маленькую девочку, что тоже вышла из своей комнаты на террасу и смотрит на меня голубыми широко открытыми глазками. В ее руках с обреченным и умирающим видом висит большой рыжий кот, касаясь задними лапами плиточного пола.
– Вы моя новая мама? – спрашивает ребенок и ее лицо озаряется улыбкой.
Вот это я попала, ничего себе.
Глава 14
– Вы моя новая мама? – спрашивает ребенок и лицо девочки озаряется улыбкой.
На вид ей лет пять, может чуть больше. Светлые волосы заплетены в две косички, на пушистых кончиках заколки-бабочки. Девочка одета в розовые штанишки и белую футболку с веселым принтом. На ногах мохнатые тапочки в виде морды зайчика.
– Тебя как зовут? – подхожу к ней и присаживаюсь на корточки, – Мое имя Рита, а твое?
– Папа зовет меня Мышка, а когда сердится, то просто ребенок, – охотно рассказывает девочка, – А так я Аня, кот Феликс, но я его просто Филя зову.
– Тебе не кажется, что ему не нравится так висеть? – перевожу взгляд на кота, что все еще висит с обреченным видом жертвы, – Да и тяжелый он, наверное.
– Очень, но если я его отпущу, Филя опять уйдет по бабам, – авторитетно заявляет Анечка, – Я слышала, так Лена сказала. Когда Филя уходит, то его долго нет. Поэтому я лучше буду его держать, – пыхтит, поправляя кота девочка и тот неожиданно вырывается на свободу. Быстрее молнии сигает через перила и скрывается в саду.
– Убежал, – расстраивается Аня, но тут же с улыбкой поворачивается ко мне, – Ты заболела, да?
– Аня, оставь Риту в покое! – грозный голос Любимова застает нас врасплох, и мы обе вздрагиваем.
На террасу выходит Сергей.
– Папа! – с визгом бросается к отцу Аня, а тот подхватывает ее на руки.
Девочка чмокает отца в щеку.
