Гуляя по торговому центру не перестаю думать о маме. Отдав ее в хорошие руки давней соседки, постоянно достаю телефон и проверяю вызовы, сообщения. Юрист Эрнеста обещает помочь, но мое сердце беснуется.
Либо Наташка в край наглеет и решает оставить мать без жилья, а это самый ожидаемый исход, либо мама сама того не зная, сообщила кому–то свои личные данные. Я склоняюсь к Наташке. Лечь под моего мужа, повесить кредит на родного человека, она запросто может. Глазом не моргнет.
– Дарья!
Знакомый голос…Поворачиваю голову влево и за столиком возле ресторанчика на фуд–корте вижу свекровь. Она одна. Выглядит потрясающе. Ей сроду не дашь шестьдесят лет. Максимум пятьдесят.
– Эмма Георгиевна, вот так встреча.
В наш последний поход по магазинам, я получила заряд негатива вплоть до сегодняшнего дня.
– Присядь, дай я расцелую этого аппетитного мальчугана.
Тянет руки к Антошке, а он и рад выбраться из коляски.
– Мой пупсик, – целует его в лобик. – Да как же я соскучилась!
Я присаживаюсь на деревянный стул и выдыхаю.
– Какой–то он хиленький. Эрнест в его возрасте был крупнее. Наверное, ваша наследственность дает плоды.
Проглатываю ее замечания.
– А что за сыпь у него на лице? Чем ты его накормила или сама наелась?
Строгий взгляд Эммы сносит с меня защитную броню.
– Все у нас хорошо, – я забираю у нее сына. – Развиваемся согласно возрасту. И я питаюсь правильно, чтобы ему не навредить.
– Давно врачу показывались?
– Эмма Георгиевна?
Мой вздох приводит ее в активное наступление. Эта женщина всегда на вороном коне и с саблей наготове. Ее бизнес держится на плаву уже много лет и никогда не потонет. Клининговая служба, одна из лучших в городе. Сеть распространяется и на пригород. И не удивительно. Я не представляю ее в другом амплуа. Только в роли бизнесвумен.
– Послушай, Даша, я ни в коем случае не упрекаю тебя в ненадлежащем уходе за сыном. Но нужно же быть внимательнее? В недавний свой визит к вам, я нашла кучу химии в холодильнике. А моющие средства в свободном доступе? Антошка ползает, да и пойдет со дня на день. Хочешь угробить ребенка?
Может, она нажаловалась в опеку? Говорит их словами.
– Антошка всегда под моим присмотром.
– Даже когда ты записываешь свои эфиры?
Ее идеально оформленная бровь приподнимается под длинную ассиметричную челку. Эмма Георгиевна следит за модными веяниями и ее стрижка тому подтверждение. Да и серебряный оттенок волос, и одежда говорит о многом. Сегодня на ней лиловая куртка–бомбер и светлые джинсы.
– Я трачу на блоги всего пару часов в день.
Начинаю заводиться, надо снизить градус накала. Антошка вертится в руках, играется с пустым стаканчиком из–под кофе. Глядя на него, успокаиваюсь.
– Ну–ну, – снисходительно кивает свекровь. – Поэтому–то с Эрнестом у вас и не ладится. Ты не хочешь слышать и слушать.
– Давайте не будем говорить о вашем сыне. Мне больно и неприятно.
Эмма Георгиевна улыбается. Засматриваюсь на ее яркий маникюр, прежде чем она складывает руки на груди.
– Ты очередная охотница за сокровищами. Предыдущая, Регина, была такой же. Только тогда, у Эра на счете в банке числилась, куда меньшая сумма. Ей хотелось больше, жирнее и немедленно. Вот и нашла себе старого, обрюзгшего папика. А ты куда подашься? С дитем в прицепе?
Антошка вскрикивает. Ему надоело возиться с безликой игрушкой. И мне тоже. Да и кушать время приходит. Эмма ненавидит меня с первого дня знакомства. Данный факт никогда не изменится. Я представляю для нее опасность. Прямую угрозу. Только в чем, не пойму.
– Нам с Антошкой пора.
Не буду опускаться до ее уровня, и говорить гадости об Эре.
– Может, оставишь мне внука на пару часиков? Мы поиграем в детской зоне, сходим в контактный зоопарк.
После всего услышанного в свой адрес, хочу убежать сломя голову. Но она бабушка. Какой бы гадкой не была и как бы я ее не ненавидела. Антошка не должен страдать из–за нашего конфликта.
– Да, конечно. Он выспался, пока мы гуляли здесь. Сейчас покормлю. Как раз на пару часиков его хватит.
– Вот и замечательно!
– Мы ненадолго отлучимся.
Беру сыночка и следую в специально отведенную комнатку недалеко от ряда ресторанчиков. Там обычно столпотворение кормящих мам, но сейчас везение на моей стороне. Захожу в дверь, закрываюсь, и Антошка дарит мне желанное облегчение.
– И снова здравствуйте! – Эмма Георгиевна корчит смешную рожицу, когда мы возвращаемся к ней. Антошка улыбается и сверкает беленькими зубками.
Она любит его. Это безоговорочно. И убеждена, вредить единственному внуку не станет. Тем более, он зеркальное отражение Эрнеста. Пускай и сам Эр не ленится и делает тест–ДНК. Наверное, ему так спокойнее.
***
Я приезжаю в пустую квартиру, немного прибираюсь, раскладываю свои и детские вещи по шкафам после стирки, а затем отправляюсь готовить ужин в прямом эфире. Порадую своих подписчиков. Скоро Эмма вернет Антошку и у меня не будет такой свободы.
В половине седьмого, прерываю съемку из–за незваного гостя. Неужели он каждый день будет наведываться без предупреждения?
– Привет. – Сухо говорит Эр и запускает руки под пальто, прикладывая их к бокам.
– Привет. Я же просила тебя звонить перед приходом.
– Боишься, что застану тебя с любовником?
– Не смешно.
Забрасываю в мясо нарезанный ломтиками картофель. На Эра не смотрю. Тошно.
– Мне тоже. Объясни, зачем ты обратилась к моему юристу?
– У мамы проблемы. Просто позвонила проконсультироваться, а он предложил свои услуги.
– Да, я в курсе, чем завершилось ваше общение. И теперь это и мое дело тоже. Почему ты мне не позвонила? Татьяна Владимировна не чужой мне человек.
Эр слишком напорист. Даже рубашка трещит по швам, когда играет широкими плечами.
– Не все в этом мире решается только тобой.
Подходит, загораживает свет справа. Я не реагирую на него. Из раза в раз, перемешиваю картошку в глубоком казане.
– Думаешь, разведешься со мной, и я исчезну из твоей жизни? Нет. Мы навсегда связаны ребенком и…
– И тем, что ты спал с обеими сестрами Шмелёвыми.
– Что за чушь сидит в твоей светлой головке? А? – рывком разворачивает меня лицом к себе. – Тебе не кажется, что ты просто нашла повод уйти?
– А секс с Наташкой в нашей постели мираж?
– Нет…я не отрицаю…но…– мнется, взгляд тускнеет, но все же не сдает позиций.
– Никаких «но», Эрнест. Уходи, скоро твоя мать Антошку привезет, а у меня куча дел не сделанных.
– Больше не звони моим подчиненным. Только мне. Сложную ситуацию Татьяны Владимировны я беру на себя.
– О, спасибо. Только не ты ли говорил, что я приползу к тебе назад на коленях? Пока выходит, наоборот.
Эрнест сильно сжимает челюсть. Слышу скрежет зубов. Задевать нарочно не хотела, но видеть его рядом нет сил. Постельная сцена с его участием не из художественного фильма, а из документального. Основанного на реальных событиях.
Дверь шарахает на всю квартиру. Я плачу. Слезы капают прямо в картошку. Блюдо испорчено. Сердце снова в хлам.
Глава 5
ЭРНЕСТ
Моя жизнь сворачивается в тугой, не распутываемый узел. Я не понимаю, где стирается грань между былью и сном.
Даша больше не моя. Я не могу обнять свою воздушную фею и не могу насладиться лимонным ароматом ее длинных, шелковистых волос.
Я полное ничтожество. Таша не в моем вкусе, вне поля моего зрения. Ее формы острые, резкие, нарочито выставленные напоказ. Она много говорит, мало думает и желает в этом мире лишь одного – толстого кошелька в своей миниатюрной сумочке. Но я какого–то лешего оказываюсь с ней в одной плоскости.
Мальчишка, глупец! Мне не семнадцать и пора бы уже включать верхний мозг, а не идти на поводу у нижнего.
Тем не менее, я переспал с Натахой. Пойман с поличным.
Паркуюсь у квартиры, которую приобрел сразу после развода со своей бывшей женушкой Региной, но выходить не тороплюсь. По радио звучит песня группы НеПара, и я откидываюсь назад, расстегивая не только пуговицы на пальто, а и свои мысли тоже.
…Милая, озера глаз небесно синие, а в них печаль необъяснимая, они как зеркало души…
Слова песни, будто нарочно очерчивают образ обнаженной Даши передо мной. Ладная, с округлыми формами после родов, с невинной, отчасти детской улыбкой на лице танцует и манит меня пальчиком. Ее наливные груди покачиваются в такт. Спелые, тяжелые…фантазирую дурак. Меньше всего я хотел бы обидеть ее, но делаю это.
Дашка мое спасение, маяк в ночи. Но последнее время ее свет обходит меня стороной. Ни любви, ни ласки, ни желания.
И секс с Ташкой вытекающее последствие. Я помню тот день до мелочей. Приземление в Шереметьево, такси, смс–ка от старшей сестры моей жены, в которой она умоляет о встрече, плача в трубку. А затем провал. Только редкие просветления в виде голой девушки сверху.
Растираю лицо ладонью, а другой ударяю по рулю.
Если бы Регина с умением фокусника не возникла в Милане, я бы не сорвался, не наделал ошибок. Бывшая доводит меня до исступления своим появлением на деловом обеде. Но еще больше убивает новостью о своем возвращении в Россию и покупке части акций компании, которую я курирую…Так скажем мое хобби для души. Теперь мы повязаны. Выходить из процветающего бизнеса я не собираюсь. Идиот? Возможно. Но Регине не посчастливится снова увидеть меня ползающим по дну.
Черт! Даша раздерет меня на части, узнав обо мне и Регине. Моя нежная, ангельская девочка возненавидит меня еще сильнее.
Матерюсь и наконец, открываю дверь, выбираюсь из машины.
Я верну ее себе обратно. Воскрешу ее чувства, и они заполыхают с большей силой.
Ее и Антошку.
Моя семья – моя крепость.
Мое живительное место.
ДАША
На часах почти десять часов вечера. Свекрови с Антошкой так и нет. Телефон недоступен. Нехорошее у меня предчувствие. Брожу из комнаты в комнату, накручиваю себя до немыслимых масштабов.
Зачем я отдаю ей Антошку?
Вдруг они попадают в аварию и прямо сейчас на полпути в больницу?
Входная дверь щелкает, и я мчусь в коридор. Теряю один тапок с розовым помпоном между диванами.
– С вами всё хорошо?!
Эмма Георгиевна ставит автомобильную люльку с сыном на пол. Он крепко и безмятежно спит. Я присаживаюсь, тяну вниз замок на оранжевой курточке Антошки и прохожусь рукой по его теплому тельцу. Свекровь хмыкает.
– Да перестань ты. Разбудишь мальчонку.
Я посылаю ей сердитый, драконовский взгляд, а она, не снимая ботинок на массивном каблуке, шагает в гостиную, где у меня идеальная чистота.
– Эмма Георгиевна, – вижу ее оценивающий взор, скользящий по мебели, по скрупулезно подобранным мной деталям интерьера. – Где вы были? И что с вашим телефоном?
Женщина с футуристичными треугольными сережками в ушах совершает полуоборот. На полу растекаются влажные следы.
– Я возила внука в клинику к одному очень хорошему педиатру.
– Что?
