За последние семь лет, которые я жила с Игнатом, успела забыть, какой иногда бывает моя мама.
– Мам, не надо, – пытаюсь говорить миролюбиво, – блузка по размеру, просто у неё такой фасон. Другой у меня нет, так как я особо не брала своих вещей.
Удивительно, что вообще закинула в сумку блузку и юбку. Видимо, на подсознательном уровне понимала, что нужно что-то помимо любимых джинсов и свитеров.
– Ты замужняя женщина, а одеваешься как… – договорить не даю, так как у нашего разговора вырастают две лишние пары ушек.
– Мам, – киваю в сторону входа в комнату.
Та машет на меня рукой и уходит на кухню.
– Мам, ты такая красивая у нас! – подлетают ко мне сыновья.
– Да-да, самая красивая! А ты куда?
– Возьмёшь нас с собой?
Сгребаю мальчишек в объятия. Они сопротивляются, уворачиваются, но в итоге сдаются и дают поцеловать себя в щёчки.
– Вы побудете с бабушкой, а мне надо съездить по делам. А когда приеду, мы с вами обязательно погуляем. Согласны?
Денис хитро щурится.
– И сладкую вату поедим?
– Обязательно!
Треплю мальчишек по волосам, прощаюсь с мамой и еду на своё первое, по сути, собеседование.
Мандраж ужасный! Всю дорогу про себя мысленно проговариваю свою презентацию:
“Здравствуйте, я Вероника Дмитриевна. По образованию искусствовед. Проходила курсы…”
И тут пытаюсь вспомнить всё, чему училась в последние три с половиной года. Китайский, английский, пыталась учить испанский, но “не пошёл”. Этикет, ораторское искусство, а ещё кулинарные курсы.
Ага.
Последнее особенно важно.
Вот же…
С каким-то отчаянием прячу лицо в ладонях.
Надеюсь, мне повезёт и я смогу доказать, что справлюсь с работой, несмотря на отсутствие опыта.
Что обычно ещё говорят:
– Трудолюбивая, быстро обучаемая,стрессоустойчивая.
С последним даже не солгу.
Когда ты мать двух активных мальчишек, тем более погодок, то “стрессоустойчивый” – не то определение. Слишком мягкое, не раскрывает весь спектр выносливости моих нервных клеток. Когда один учится ползать, а другой в этот момент пытается забраться на шкаф… Кажется, это был самый сложный в моей жизни период.
За воспоминаниями доезжаю до нужной станции метро. Поднимаюсь из подземки и сразу впиваюсь взглядом в роскошный бизнес-центр.
Ух ты!
Офис у Игната тоже в красивом бизнес-центре, но до такого уровня явно не дотягивает. Муж и так вечно жаловался на высокую аренду. Страшно представить, сколько здесь могут стоить помещения. Бывший точно бы удавился.
Мама напрасно считает, что с Игнатом мы жили в шоколаде. Брендовые шмотки он покупал мне лишь из-за своего статуса. Не может жена Каримова одеваться в масс-маркете. Даня и Денис ходят на футбол только потому, что в этой же футбольной школе занимается сын партнёра Игната. Даже поездки на Мальдивы – всего лишь очередной способ показать свою статусность.
Игнат считал всё до копейки. Он решал, в какой спортклуб мне ходить и какие именно тренировки следует посещать. Так же и с процедурами в салоне красоты. А все мои курсы, смешно признаться, я каждый презентовала как бизнес-проект. Рассказывала, какие выгоды получит Игнат, если я отучусь.
Сейчас понимаю, давно нужно было от него уходить. А я наивно закрывала на всё глаза. Как моя мама считала, что думать нужно о детях. Искать компромисс ради семьи. Только замалчивание проблемы – это не компромисс. Это всего лишь комфорт для одного и пресмыкание для второго. Сейчас я это прекрасно осознаю.
Разведусь, и больше никаких мужчин в моей жизни не будет.
Попробовала – не понравилось. Повторять не собираюсь.
Подпитываясь от злости, уверенность во мне растёт как на дрожжах.
В бизнес-центр захожу с гордо поднятой головой. Работа будет моей!
На ресепшене меня встречают две девушки с типичной внешностью, навязанной интернетом. Я бы их даже не различила, если бы не цвета волос. Как в стишке: “Один – белый, другой – серый, два весёлых гуся”. Только здесь “одна – белая, другая – чёрная, две гламурных утки”.
– У меня назначено собеседование с Максимом Владимировичем.
Девушки пробегают по мне оценивающим взглядом. Словно товар в витрине рассматривают. И, кажется, я им не по вкусу прихожусь. Синхронно кривятся. Едва заметно, но я всё равно подмечаю.
– Вас сейчас встретят. Можете подождать вон там, – кивает то ли на выход из бизнес-центра, то ли на диванчики, которые стоят недалеко от него.
Я выбираю другой вариант: просто отхожу чуть в сторону. Решаю набрать маму, узнать, как у неё с мальчишками дела. Хоть оставляю её не в первый раз с внуками, но всё равно, как всегда, предпочитаю держать руку на пульсе.
Мама на вызов не отвечает. Ни на первый. Ни на второй.
– Она просто не слышит, – успокаиваю себя под нос. – У них всё нормально. Просто телефон, как всегда, на беззвучном режиме где-нибудь в стороне валяется.
– Вероника Дмитриевна? – окликает меня мягкий женский голос.
Когда оборачиваюсь, вижу невысокую, слегка полноватую девушку. Она, наверное, моя ровесница, может быть, чуть младше. С длинной русой косой и добрыми глазами. С неё бы картины писать.
– Да, – перестаю рассматривать девушку и, наконец, отвечаю.
– Мария, – представляется, протягивая руку, – я секретарь Максима Владимировича. Пойдёмте, у него как раз скоро закончится совещание и будет несколько свободных минут, чтобы переговорить с вами.
По пути до кабинета Мария мне всё рассказывает и показывает, так, если бы меня уже приняли на работу. Она сразу по селектору сообщает обо мне.
– Проходите, – говорит, когда заканчивает разговор с начальником, и, улыбнувшись, добавляет: – Удачи!
Благодарность произношу одними губами.
Волнение снова вернулось ко мне.
Делаю глубокий вдох. Стучу по дверному полотну и хочу войти в кабинет, но застываю на пороге.
За рабочим столом сидит мой вчерашний спаситель.
Глава 5
– Здравствуйте, – получается выдавить из себя вместе с нервной улыбкой.
Теперь отсутствие опыта кажется меньшей из проблем. Каковы шансы, что после вылитого на голову борща меня возьмут на работу?
От волнения я даже не сразу замечаю, что в кабинете мы не одни.
– Какая очаровательная девушка посетила этот скучный кабинет.
Поворачиваю голову в сторону мужского голоса, рядом с панорамным окном расположена зона отдыха. Два небольших светлых кожаных дивана, журнальный столик с газетами и парой журналов с тематикой инвестиций. Один из них, кстати, я бы выкинула. Перестала доверять статьям и аналитики, публикуемой в нём: много скрытой рекламы появилось, и объективность сразу ушла.
На одном из диванов в вальяжной позе сидит мужчина в дорогом костюме, в ботинках с зеркальным блеском и стильной причёской. Весь его образ, поза так и кричат, что передо мной представитель подвида мужского пола: "бабник обыкновенный". Его собрата встретить можно везде, но самая большая концентрация в ночных клубах. В принципе, звери они безобидные и кому-то даже нравятся. Но я всегда предпочитала держаться от таких подальше.
– Прелестное создание, позвольте узнать ваше имя.
Мужчина встаёт с дивана, ленивой походкой выдвигается в мою сторону, а я инстинктивно делаю шаг в сторону своего вчерашнего спасителя.
– Вероника, – всё-таки представляюсь.
– Ника… сладкая как клубника.
– Кость, ты вроде уходить собрался, – напоминает хозяин кабинета.
– Куда я уйду, когда здесь такая ягодка? Вероника, зачем вам работать на эту зануду? Вы только посмотрите, какая у него в кабинете скучная обстановка! И в работе он такой же. А вы молодая, красивая. Не стоит вам хоронить свои лучшие дни под руководством этой занудой. Предлагаю вам стать моей помощницей.
– А у вас в кабинете, наверное, цветомузыка?
– Костя, иди уже подобру-поздорову, – Максим Владимирович говорит одновременно со мной. И в его голосе отчётливо слышны предупреждающие нотки.
– Ладно-ладно, – Константин поднимает руки, признавая капитуляцию, – позвони мне, Ягодка, когда надоест выполнять скучные поручения. Ну, или вдруг он тебя не возьмёт на работу.
Константин подмигивает мне и протягивает визитку. Я на автомате принимаю её и прячу в сумочку.
Мужчина уходит.
Оставляет меня один на один со вчерашним моим спасителем. Может быть, мне повезёт и он согласится помочь ещё раз?
Какое-то время мы смотрим друг на друга.
Я растеряна и не знаю, с чего начать разговор. Вся речь, которую я тщательно репетировала, забылась. Да и как-то трудно будет убедить человека в своей стрессоустойчивости, когда накануне я на него вылила борщ.
– Присаживайтесь, Вероника. Меня зовут Максим Владимирович и рад познакомиться с вами.
Мне рукой указывают на свободный стул перед рабочим столом.
Киваю, негромко благодарю и занимаю предложенное место.
– Извините за вчерашнее.
На мужских губах появляется лёгкая улыбка.
– Хотел бы сказать: "С кем не бывает". Но, думаю, нечасто на кого-нибудь выливают суп, – мужчина становится серьёзным, а я невольно напрягаюсь. – Давайте ваше резюме, Вероника.
– У меня его нет, – лицо заливается краской стыда. – Но я справлюсь! Я много училась.
Тараторя, начинаю перечислять все свои курсы. Максим Владимирович не перебивает. Терпеливо слушает. Когда перечисляю кулинарные курсы, едва заметно улыбается. С каждым словом надежда на то, что эта работа будет моей, тает на глазах.
– Мне нужна эта работа. Вы должны меня взять!
Возможно, звучит нагло и самоуверенно, но я не собираюсь упускать свой шанс.
Максим Владимирович ничего не отвечает. Изучает. Время тянется мучительно долго. Каждая секунда ощущается как час. Мои нервы напряжены до предела. И они долго не выдержат такой пытки над собой. Мужчина словно специально продлевает агонию: не спешит давать ответ. Продолжает молча изучать меня.
– Хорошо. У вас испытательный срок в неделю.
– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – радуюсь этому шансу как новогоднему чуду, хотя так и есть. Для меня эта работа становится спасительным кругом.
Воодушевлённая, отправляюсь домой.
По пути звоню маме, но она до сих пор не отвечает. Успокаиваю себя тем, что скоро уже приеду домой. Хотя на душе всё равно неспокойно. От метро до дома родителей я чуть ли не бегу. Быстро поднимаюсь по лестнице. Ключ получается вставить в замочную скважину лишь с третьей попытки. Захожу в квартиру, и меня встречает тишина.
Мамин телефон лежит на обеденном столе.
Мне не остаётся ничего другого, кроме как ждать.
От переживаний начинаю наматывать круги по кухне, прислушиваюсь к шуму в подъезде. И стоит мне услышать шаги около входной двери со стороны лестничной площадки, как я срываюсь в коридор. Успеваю открыть дверь до того, как мама вставляет ключ.
Распахиваю дверь и с непониманием смотрю ей за спину.
– А где мальчики?
Мама не отвечает. Заходит. Закрывает дверь за собой. Снимает пальто, сапоги. Я, вместо того чтобы встряхнуть её за плечи, потребовать ответа, терпеливо жду, когда она сама заговорит.
Она встаёт с пуфика, ставит сапоги на обувную полку и лишь после этого отвечает, глядя мне в глаза.
– Они у отца, – говорит спокойно, в то время как у меня внутри всё обрывается.
Глава 6
– Мам, что ты наделала? – от предательства самого близкого человека губы не слушаются. Еле шевелятся. А голос предательски дрожит.
