Тряхнув головой, я заставила себя не смотреть на виноград и спелые яблочки.
Поднялась наконец на нужный этаж и увидела, что сегодня здесь прямо людно. И главное, одни студентки. Стоят стайками, двери подпирают.
Скользнув по ним взглядом, зло цокнула. Мариса со всеми своими почитательницами.
Кузина заметила меня и хищно усмехнулась. Вот гадина. Нет, ну просто невозможная мерзавка.
– Интересно, чего это ты сюда явилась? – она пошла ко мне, привлекая к нам внимание.
– А ты? – не осталась я в долгу. – Ну точно не за вопросами к экзамену по некромантии.
– Вот бы твой папенька огорчился, узнав, куда ты тратишь его наследство. Аукцион. Ха!
– А дядя знает, что ты в него вписалась? Так-то я невеста с приданным посолиднее твоего, Мариса. Тётушка вообще знает, куда ты лезешь? Или мне написать ей и всё рассказать? Я-то сирота, мне, как ни крути, а самой впору думать о своем будущем. А ты у нас с каких пор такая самостоятельная?
Она стушевалась. Видимо, я попала в цель. Мариса ничего не сказала отцу, и тот весьма удивится, когда увидит, куда его дочурка потратила золотые монеты. И немало.
– Сегодня же тётушке напишу и доложу о тебе!
– Не посмеешь, – зашипела она.
– Еще как посмею, – я подошла к ней ближе и буквально выдохнула на ухо. – Но сделаю это так, что она получит письмо после аукциона. Чтобы были готовы к чеку от императорского двора. А после я очень посмеюсь, когда тебе, и без того не самой завидной невесте, урежут приданое именно на эту сумму. Пора бы уже взрослеть. Но раз ты не можешь сама, то я тебе немного помогу.
– Я заполучу профессора Арлиса! – зашипела она змеей.
– Один бал не сделает тебя его невестой, Мариса. Ты просто просадишь деньги отца. И он будет ой как не рад. Но дур нужно учить, иногда словом, а порой и делом. И ты сначала выясни, под каким лотом скрывается Анрэ, а уже потом празднуй победу.
– Ты жалкая бродяжка, которую приютили мои родители.
– Я обеспеченная племянница твоих родителей. Прочувствуй наконец разницу и смирись с ней.
– Анрэ будет моим! Все, о чем ты мечтаешь, будет принадлежать мне! – в ее глазах появилось некое безумие.
– Страшно, наверное, жить чужими мечтами. Или ты настолько тупая, что не способна сама выбрать мужчину? Тебе всю жизнь нужно было то, что в руках других. И ладно бы еще лицом удалась. Но нет же. Так, глупая серая посредственность, – припечатала я ее. – Ни красоты, ни ума, ни магии.
Я понимала, что больно топчусь по ее самолюбию, но и я же не железная. Сколько лет ее терпеть? Все эти придирки, откровенную ненависть. И ладно бы причины были. Но нет же. Банальная зависть.
– Что же, Мариса, охраняй дверь ректора в надежде на чудо. Только вот может получиться так, что мне через месяц другой мужчина приглянется. И вот думаю, а не сотрешь ли ты пятки до колен, бегая, как собачонка, за всеми, кому я улыбнусь?
– Презираю! – выдохнула она. – Тебе не место в нашей семье.
Усмехнувшись, я развернулась и пошла в сторону лестницы. Нет, я всегда знала, что она так и не смирилась, что меня приняли. Что нарядов и лент для волос ей стали покупать в два раза меньше. Что сравнивали нас.
И не всегда это сравнение было в ее пользу.
Но мы давно выросли. Дороги могли бы разойтись настолько, что никому бы и в голову не пришло ровнять кузин.
Но нет же.
Желание унизить и раздавить меня в ней укоренилось настолько, что стало каким-то безумно болезненным, крайне нездоровым.
И, чего скрывать, слегка пугающим.
***
Я шагнула на первую ступеньку и замерла. Навстречу мне поднимался ректор. Подняв голову, он откинул прядку волос, ниспадающую ему на глаза, и неожиданно улыбнулся. Я и раньше подмечала его интерес. Если к остальным студенткам он всегда обращался строго по родовым именам, то ко мне иногда просто – Кейтлин.
– И что же вы здесь делаете? – уголки его губ приподнялись выше. – Успокойте мое сердце и скажите, что вам нужен перечень вопросов к экзамену, до которого еще два месяца.
Казалось, он смеялся надо мной.
Поджав губы, я вдруг сообразила, что просто не могу солгать. Он пугал меня, и в то же время я испытывала к нему глубокое уважение.
– Кейтлин? – взгляд его темных, что сама тьма, глаз стал холоднее.
– Вопросы очень нужны. Они куда важнее той глупой причины, по которой я явилась сюда, проявив слабость. И если вы мне их дадите, то я буду вам благодарна.
Он снова улыбнулся. Как-то снисходительно, что ли…
Я же впервые задалась вопросом, а сколько ему лет? Не более тридцати. Он был сначала самым молодым студентом, что видели стены этого учебного заведения, затем занял место декана. А после и ректора.
Самый сильный и опасный некромант из ныне живущих. Но он улыбался мне так тепло, что порой я забывала об этом.
– У вас ведь тоже есть псы? – спросив, вдруг испугалась.
Он приподнял темную бровь и задумчиво кивнул.
– Есть, Кейт. Но мои любимцы сильно отличаются от той своры, что ты видела сегодня. Я не лич! И никогда им не стану.
Я пристыженно кивнула.
– Ты поэтому так меня боишься? Сравниваешь с теми, кто много лет назад напали на вашу семью?
Испуганно моргнув, я покачала головой.
– Не обманывай, у тебя все равно не получается. Слишком уж ты искренняя. На лице все прочитать легко, стоит только всмотреться.
И я опустила взгляд, потому что причин опасаться этого мужчину у меня и вправду не было. Но…
– И все же я рад, что ты будешь участвовать в аукционе. Даже догадываюсь, ради кого твое светлое сердечко начинает биться сильнее. Но внешность – одно, а душа – совсем другое, – протянув руку, он пальцами легонько обхватил мой подбородок, вынуждая снова посмотреть на него. – Осторожнее, Кейтлин, в своей невнимательности ты можешь и не заметить, как твое сердечко оплетет другой. Моргнешь, а окажется, уже другого обнимаешь.
– Это ну точно не про меня, ректор. Я не падкая на чувства.
– Просто на твоем пути еще не вставал влюбленный в тебя мужчина. Но дело времени. Или случая. Как бы ты сама лотом не стала на том аукционе, Кейт.
– Не говорите глупостей, – я смутилась. Захотелось обнять себя за плечи и спрятаться за какой-нибудь шторкой от внимания этого темного.
– Я никогда не говорю и не делаю глупостей, – он погладил линию моего подбородка подушечкой большого пальца и отпустил. – Стой здесь, я вынесу тебе вопросы. Мне все равно в канцелярию спускаться, документы нести. Так что… Стой.
Я кивнула. Ну а что делать? Ректору не перечат.
– Или ты хочешь узнать от меня что-то другое? – он поднялся на две лестницы и снова остановился.
Знал, что я здесь делаю. И он это понимал, и я… Только вот признаться для меня странным образом казалось равным опустить себя. Что я ради мужчины, который наверняка и знать не знает кто я, так унижаюсь. Стыдно.
– Нет, ректор О’Дай, ценнее вопросов на экзамен мне у вас попросить нечего, – улыбнулась.
– Зря ты так думаешь, Кейтлин, но твой ответ мне понравился.
Он неожиданно мне подмигнул, и я встала как вкопанная.
Этот серьезный мужчина, глава учебного заведения и… мне подмигнул как мальчишка.
Пока я пыталась закрыть рот от удивления, он поднялся и прошел мимо меня.
В коридоре раздались женские визги. Гомон десятка голосов. Они все что-то просили. Щебетали там, как пташки.
– А ну, пошли по комнатам, – раздался грозный некромантский рык. – Учебой бы так интересовались! Чтобы через минуту никого здесь не видел.
И все стихло. Мимо прошли несколько студенток с самым расстроенным видом. Остальные, видимо, там где-то за шторками потерялись. Среди них и Мариса.
Я же смирно стояла и ждала. И не сказать, что не рада была бы получить те самые вопросы так рано. Обычно их давали за неделю до экзамена, а у меня столько времени будет подготовиться. Я вдруг поняла, как мне повезло.
И чем больше думала, тем шире становилась улыбка. И когда ректор вновь появился за моей спиной, я разве что от счастья не прыгала.
– Держи, – он протянул мне листы.
Взяв их, я все же запищала от восторга, чем вызвала его тихий смех.
– Ты сначала пересмотри, все ли там. А то я не проверил.
Я принялась перебирать списки и вдруг на последнем увидела то, что и знать бы не должна.
Лоты предстоящего аукциона. Под каждой цифрой имя мужчины. Это, видимо, была первая страница, потому как всего десять профессоров. Но под номером девять значился Анрэ Арлис.
Девятый лот.
Моргнув, я подняла взгляд на ректора.
– Здесь лишнее, – дрожащей рукой протянула ему.
– Да, возможно, – он спокойно забрал у меня список. – Ну, теперь заниматься. Может, почитав учебники, ты не будешь так сильно пугаться меня, Кейт?
– Мне до сих пор снятся кошмары, – не понимаю, почему призналась. – Наш дом и та ночь. Дорога и псы. Я не вас боюсь, ректор. Дело не в вас.
– Мне приятно это слышать, – он кивнул. – Но беги в свою комнату. Не стой здесь. За твоей спиной слишком много любопытных змей в углах притаилось.
Я быстро смекнула, что это он о девочках. Они действительно могли бы мне сейчас допрос устроить. Так что, поблагодарив, я быстренько рванула в комнату.
Счастью моему не было предела. И вопросы при мне, и номер нужный узнала.
Осталось только выиграть этот вожделенный девятый лот.
***
Вернувшись в комнату, я закрыла дверь и тихонько сползла, сев под ней на пол. В руках зажаты листы, в голове туман. Так повезло. Но случайность ли это? Или ректор понял, к кому обращены мои симпатии, и решил подыграть?
Возможно, оценил, что я не стала клянчить, как остальные, списки лотов?
Или это что-то иное?
Да я нормально думать не могла!
Я пойду на бал во дворец императора с мужчиной своей мечты. Он взглянет на меня своими голубыми глазами и закружит по залу в вальсе.
Профессор Арлис, наконец, узнает о моем существовании и, конечно же, влюбится.
А как же иначе? По-другому просто быть не может!
Я тихо засмеялась, как-то не слишком уверенно.
Наряд! Платье! Нужно будет завтра явиться в большой танцевальный зал не в обычной форме студентки академии, а как-то наряднее, что ли. Поднявшись, я положила листы с вопросами по некромантии на кровать и понеслась к своему шкафу. Распахнула. Стала быстро передвигать вешалки. Все такое скучное, серое или коричневое. Ничего легкомысленного, розового или голубого оттенка. Да как так-то?
Простонав, упрямо поджала губы.
Нет, у меня были красивые платья, но я оставила их в доме у тетушки, полагая, что уж здесь, в академии, они мне ни к чему.
Взгляд упал на окно.
Закат. В принципе, на центральной улице городка, на окраине которого и располагалась наша академия, салоны готовой одежды работали до позднего вечера, и если поспешить, то у меня был шанс успеть купить что-нибудь яркое и красивое.
Но покидать комнату так поздно…
– Да гори оно всё, – выдохнула я, – хоть раз в жизни сделаю отчаянный поступок.
Накинув шаль, выскочила в коридор.
– О’Мюрин, – окликнула меня девушка из нашей группы, – ты выяснила номера лотов?
– Да если бы, – прокричала, не оглядываясь, – бегала бы словно ужаленная. Ага.
Ответом мне был расстроенный вздох.
Но тут уж извините. Одного профессора Арлиса на всех не хватит. Он мне нужен самой, и делиться мужчиной своей мечты я ни с кем не намерена.
… Уже на улице сообразила, что экипаж не найду. Не стоят возницы в такое время у главных ворот. Да и ладно.
Так доберусь.
