Зевнув, я подождала, пока выйдут все, и пристроилась в очередь за каретой. Просто знала, что моя скромная сумка с вещами в самом низу. Народ расходился медленно. Только троим посчастливилось найти место в нужную сторону сразу. Остальные же брали вещи и направлялись в деревянное двухэтажное здание. Я же продолжала стоять и терпеливо ждать, отгоняя от себя приставучего гнуса. Не выдержав, щелкнула пальцами, и несколько комаров упали к моим ногам, изжаренные с корочкой. Возница обернулся, оглядел меня пристальным взглядом и крякнул себе под нос. Что бы это значило – непонятно.
– Я надеюсь, мои вещи на месте? – на всякий случай поинтересовалась я.
– Да, конечно, леди, куда же им деться, – он отмахнулся от комара, и, не выдержав, я снова призвала пламя.
Насекомые упали на землю, словно искринки, охваченные огнем.
Возница снова ухмыльнулся и, потянувшись, наконец, достал мою сумку.
– Что-то маловата для аристократки, леди.
– Вы полагаете, титул обязывает меня путешествовать не менее чем с тремя сундуками? – съязвила я.
– Ну, именно так обычно и бывает, – он предпочел не заметить мой выпад.
– Ну, значит, я очень неправильная представительница знати, уважаемый.
Взяв сумку, я поспешила к высокому крыльцу с деревянными резными колоннами и высокими перилами.
Может, сумка и небольшая, но тяжела… руки очень быстро устали. Книги… Да, там были именно они. Ну и пара платьев, белье, чулки и… теплая шаль.
У меня зуб на зуб от холода не попадал. Все же стоит спросить, сколько у них стоит комната. Я же околею в общем зале.
Взобравшись по ступеням, я толкнула тяжелую дверь и вошла. В таверне пахло жареным мясом. Мой живот снова заурчал, жалуясь на голод.
Осмотревшись, быстро нашла стойку управляющего и заспешила туда, снова встав в небольшую очередь.
Минута тянулась за минутой.
Впереди остался всего один мужчина, как вдруг управляющий громко прокричал, глядя на меня:
– Комнат больше нет…
Всплеснув руками от досады, я обернулась на зал. Ну конечно, все столики заняты. Хотя было местечко на лавке возле очага.
Глава 2
Я сидела на лавочке возле очага и пыталась устроиться удобнее, опираясь плечом на свою дорожную сумку. Живот урчал от голода, и это мешало заснуть. Я смотрела на многочисленные столики и понимала – они до утра не освободятся. За ними просто коротали ночь, и вставать никто не собирался.
За те два часа, что я просидела, ни один не опустел. А нагло подсаживаться к кому-то – прогонят. Да и невоспитанно.
Рядом, над самым ухом, раздался жуткий храп. Вздрогнув, я обреченно поморщилась. Повернула голову и печально взглянула на мужика самого жуткого вида. Борода спутанная, от вещей несло потом. Он все время пытался навалиться на меня и устроиться на моём плече.
В иной ситуации я бы давно уже поднялась и пересела, но шутка заключалась в том, что это место было единственным свободным в зале. Помимо нашего дилижанса, сломалось еще два, но их хотя бы чинили.
А мне все, что оставалось – это ждать, когда пройдет нужный экипаж, чтобы еще и взять меня смогли.
Смирившись с тем, что сегодня сплю с нечесаным обросшим мужиком, я прикрыла глаза. Но не прошло и нескольких минут, как я ощутила, что по моему животу ползет что-то странное. Разомкнув веки, обомлела. Ладонь.
Нет, ну это наглость.
– Мало того что вы без мук совести используете меня как подушку, так еще и ограбить решили? – прошипела я, не поднимая шума. – Уж поверьте, откроете этот кошелек, прослезитесь, добавите пару монеток и вернете. И раз уж вы в бодром настроении, то уберитесь с моего плеча!
Я повернулась и, не мигая, уставилась на нахала.
Он открыл рот, пошлепал, как рыба, губами, закрыл рот и смутился.
Руку убрал.
– Я что, похожа на богатую? – приподняла бровь. – У вас, как я понимаю, ни матери, ни жены, ни дочери нет, раз вы так бесстыже поступаете с несчастной женщиной, которая вынуждена вот здесь, рядом с вами, ночь коротать?
– Дык… леди же, – из его уст это звучало как оправдание.
– И с чего, интересно, вы это взяли? Видели где-то мой личный экипаж, или я тут за отдельным столиком свиные ребрышки у всех на глазах поглощаю? Может, у меня апартаменты двухместные на этом постоялом дворе? С чего вы вдруг решили отнять у меня последние монетки? Неужели ни капли жалости в вас нет? Что вам мой кошелек? Да там и на краюшку хлеба не хватит. И ради этого терять последние остатки достоинства?
Мужик покраснел. Взгляд опустил в пол. Мощные плечи поникли.
Словно желая его добить, мой живот громко заурчал.
– Я такая же голодная и уставшая, как и вы. Мы сидим здесь с вами на равных и греемся от одного очага. Разве можно так? Где ваша мужская честь?
– Ну все, леди, все. Простите, – пробурчал он. – Виноват, просто кошелек у вас прямо на виду. Убрали бы за пояс, чтобы соблазна не было.
Он как-то подобрался и даже немного отодвинулся.
Я уставилась на свой поясок. Пожала плечами и припрятала холщовый мешочек с монетками.
– Держите, – он вытащил из кармана на удивление чистый сверток. – Матушка в дорогу дала. Сало и хлеб. Если не побрезгуете.
– Сало? – я оживилась. – А вам не жалко?
– Да чего уж. Вы скандал не подняли. А то меня бы сейчас в ночь выкинули, и еще бы ни один возница в свою карету не пустил. Так что берите. Чем уж богат.
– Ну, у вас всяко больше, чем у меня, – я взяла предложенный ломоть черного хлеба, на котором лежали несколько тонко порезанных кусочков подкопчённого соленого сала. Откусила и зажмурилась от удовольствия. – Передайте матушке, что очень вкусно. И больше ее так не позорьте. Нехорошо это.
– Простите, – повторил он. – Не подумал. Просто леди обычно при золоте, а если потеряют пару монет, то и не заметят.
– А заметят? – я откусила хлеб и прожевала. – Представьте, если заметит! На второй или третий раз… Велят избить вас в подворотне. И никто после этого вас в экипаж не возьмет. Сгинете под ближайшим забором, а матушка ваша будет выходить на крыльцо и ждать. И стоит оно того, это ваше золото? Вы непохожи на разбойника.
– Нет, – он потряс спутанной бородой. – Нет. Я удобрением занимаюсь и продаю его фермерам. Свиней содержу. У меня свое хозяйство. А сейчас еду в соседнюю провинцию, чтобы узнать, можно ли на их сельских ярмарках со своей продукцией стоять. У меня и окорока копченые, и уши свиные. Здоровые такие. – он выставил ладонь, я взглянула, впечатлилась и засмеялась. Он снова покраснел, глядя на меня. – Вам неинтересно, да?
– Что вы, – я поставила локоть на бедро и подперла кулаком подбородок. – Жена есть?
– Нет, леди, все никак…
– Угу, а что матушка говорит? Невесту не ищет?
– Да ищет, – он махнул рукой, – да я им не нравлюсь.
– Хм… – я чуть сдвинулась и осмотрела этого незадачливого воришку. Ну, габаритами – с бычка. Шея толстая, борода косматая. – Нет, не вы им не нравитесь, рассмотреть они вас не могут. Волосы и бороду причесать и подровнять. Вещи сменить на чистые. Вы, наверное, как из свинарника вышли, так и на улицу знакомиться.
– Ну-у-у, – он пригладил ладонью бороду. – Наверное, да. Мама мне так же говорит, что чистое нужно. И… И что понравлюсь? – он приподнял густую широкую бровь.
– Да, – я закивала, – вы сильный, высокий, плечи о-го-го. Да и лицом не страшны. Просто не следите за собой, и женщину это отпугивает. Ну кто же хочет, чтобы от жениха навозом несло? Так что слушайте маму и делайте, как она говорит.
– А вы точно леди? – он так смотрел на меня.
Я снова засмеялась.
– Леди я, вы верно поняли. Просто небогатая и попавшая в небольшую беду. И вы в нее попадете, если будете тянуть руки к чужим кошелькам.
– Да, – он выдохнул. – Нечистая дернула. А вы прячьте его. А то на разбойников нарветесь, а не на такого растяпу неумелого, как я.
– Вы милый, – я улыбнулась. – И добрый, – показала последний кусочек хлеба. – И еще не жадный.
– Горст! – прогремело на всю таверну.
Мой нечаянный знакомец подскочил.
– А вот и моя телега отбывает. – Он почесал затылок и сунул мне в руку весь свёрток со снедью. – Это вам, леди, чтобы с голоду не упали. И приятно было поговорить. Я никогда ещё вот так с женщиной по-простому не болтал.
– И мне приятно, – я взяла подарок. – Вы не запускайте так себя. И оглянуться не успеете, как и жена будет, и детишки.
Он улыбнулся, так мило и застенчиво. Склонился в поклоне и ушёл.
А я осталась. На лавочке стало свободнее. И вроде голод притупился, а такая тоска пришла. Спрятав свёрток с едой в сумку, надёжнее припрятала кошелёк и уставилась перед собой.
Народу хоть и становилось меньше, а столики не освобождались. Понаблюдав, я поняла, что они ещё и забронированы теми, кто заплатил за комнату.
То есть мне за такой точно не попасть. А так на колени здесь подносы с горячей едой не подавали. И в этот момент сало с хлебом, что оказались у меня, ещё ценнее стали.
– Леди, – раздалось надо мной, – подняв голову, я уставилась на молодого мужчину с пустым подносом в руках. – Вас приглашают за стол.
– Что? – встрепенувшись, тут же одёрнула себя. – Вы, наверное, ошиблись. Я здесь одна, и никто не может меня пригласить.
– И между тем вас ждут и уже сделали заказ.
– Нет, не меня, уточните, и… – я оглянулась на окно. – Уже глубокая ночь, да?
– Нет, – он покачал головой. – Если я не ошибаюсь, ваш дилижанс прибыл два часа назад.
– Всего два? – я удивилась. – Как медленно тянется время.
– Может, всё же пройдёте со мной? – подавальщик так и стоял надо мной с пустым подносом.
– Вы ошиблись, – повторила я, смущённая его настойчивостью.
– Леди, сидящая у очага на лавочке, – выдал он. – Здесь такая только одна, и это вы. Стол, за который вас приглашают, занят всего одним постояльцем. Считайте, что пустой.
– Да… – я готова была снова отказать, но так хотелось чего-нибудь жидкого и горячего. И ещё компота бы. Хлеб был вкусным, но сухим, теперь бы чего выпить.
– У вас и бульон, наверное, есть? – жалобно выдохнула я.
– С овощами и картофелем, – он закивал, словно дразнясь. – Поднимайтесь, леди, за столиком лучше, и забронирован он на всю ночь. Горячая вода подаётся бесплатно. Есть травяной чай с ромашкой.
И я поднялась, взяла свою сумку и уставилась на подавальщика. Он одобрительно кивнул и повёл меня вглубь зала.
Столик действительно оказался почти пустым. За ним сидел уже знакомый мне мужчина. Заметив моё приближение, он приподнялся и склонился в уважительном поклоне.
Я же смотрела на него во все глаза и не верила. Высоченный блондин с невероятно чистыми серо-голубыми глазами. На широких плечах накинут чёрный офицерский мундир. Длинные волосы собраны в хвост. И чем ближе я подходила, тем сильнее краснела и ничего с собой поделать не могла.
«Вот сейчас ты действительно похожа на морковку», – шикнула я на себя.
– Леди, – дракон указал на стул рядом с собой. – Простите за дерзость, но я решил вас пригласить. Нехорошо это, когда молодая женщина ютится у очага.
Я закивала и судорожно вспоминала, что там приличия обязывают. Поклониться или кивка достаточно? От голода ну совсем голова не работала.
Так что, пока соображала, поздоровался мой живот, зарычав на нежданного спасителя.
– Простите, – сконфуженная, я покраснела ещё сильнее. – Весь день в дороге. И тут ещё незадача. Наш дилижанс сломался и не доехал до ночной стоянки. А здесь… – я оправдывалась и никак не могла закрыть рот.
Он меня выслушал, кивком отпустил подавальщика и поднялся. Вышел из-за стола и выдвинул передо мной стул.
– Присаживайтесь, леди. Сейчас принесут ужин. Время, конечно, позднее, и вы явно голодны.
– Благодарю, – я всё же присела за стол и попыталась засунуть сумку под ноги.
– Давайте лучше это вот сюда.
Он забрал у меня багаж и пристроил его к стене, рядом со своим.
– Здесь безопаснее. Воришек в таких местах всегда много.
– Да уж, – я усмехнулась, вспоминая бородача.
– Вас ограбили? – его лицо вмиг стало серьёзным.
– Нет, но попытались. В итоге незадачливый вор отдал мне свой свёрток с едой. Так что я осталась не внакладе.
– Вор отдал вам свою еду? – он недоверчиво покосился на меня.
– Да, но он не вор. Скорее просто помутнение у человека случилось. А так вполне приятный мужчина. Фермер.
Он выслушал меня и поджал губы, готовый рассмеяться.
