Страница 6 из 8
Здоровяк повернулся ко мне. Он был темноволосым и кареглазым, лет двадцати на вид. От него исходило столько силы и тестостерона, от одного его взгляда можно в обморок свалиться.
– Ты его знаешь? – спросил, ткнув в грудь пьяного. Тот закашлялся от удара.
Меня почему-то обидел его вопрос.
– Нет, что вы?! Вы посмотрите на него! А я девушка приличная. Я шла мимо, а они к девочке приставали.
Здоровяк повернулся к нашему обидчику.
– Вон оно как! Девушка то приличная, а ты к ней пристаешь, а еще соврал мне…
Тот попытался выбраться из рук здоровяка, но все было тщетно. Боец, схватив пьянчужку за шиворот, отвесил ему пару увесистых тумаков, после чего несчастный несколько метров прочесал носом по асфальту. Второй, все это время сидевший рядом с девушкой, подскочил на выручку другу. Но и он не смог ударить здоровяка. Рука бойца взметнулась вверх и встретила нос пьянчуги на половине пути.
Спустя минуту, оба горе-ухажера сидели на асфальте, держась за разбитые носы.
Я же, наконец-то придя в себя, подбежала к девушке. Она все так же сидела на лавочке и роняла беззвучные слезы.
– Ты в порядке?
Незнакомка подняла на меня испуганные глаза.
– Да, все хорошо.
Я взяла с пола ее сумку, собрала все выпавшие учебники и протянула незнакомке.
– Ну что, все живы? – перед нами появился здоровяк. Он выглядел совершенно спокойным и даже не запыхавшимся!
– Да, спасибо вам огромное, – улыбнулась в ответ. – Вы – настоящий офицер. Спасли девушек.
Здоровяк выглядел смущенным.
– Я Вита, – протянула ему ладонь. Он пожал ее и посмотрел на девушку.
– Я Сабина, – проговорила она тихим, нежным голосом.
– Молот, – представился мужчина, пожимая девушке руку.
– Они что-то сделали тебе? – спросил, присев на корточки рядом с Сабиной.
Она все никак не могла успокоиться.
– Нет, я просто испугалась. Несколько мужчин мимо прошли, никто не помог. Спасибо вам, – она всхлипнула и вытерла слезы платком.
Молот кивнул, почесав задумчиво затылок.
– Вас довезти?
– Ой, я на машине, – только сейчас я вспоминал о Родичеве, посмотрела на часы. – Может, Сабину проводите?
– Нет-нет, спасибо вам. Я дойду, – девушка попыталась подняться с лавочки, но, по всей видимости, Молоту слишком понравилась идея проводить Сабину. Он не собирался ее отпускать.
– Отставить, – проговорил беззлобно. – Конечно, провожу, мало ли кто еще по дороге пристанет.
Он схватил сумку Сабины и подал ей руку. Девушка бросила на меня вопросительный взгляд, в ответ на который я кивнула. Думаю, что этот здоровяк уж точно не обидит. Тогда Сабина вложила свою ладонь в его, и они направились вдвоем к выходу из парка.
А я, поняв, что опаздываю уже на минут десять, быстрым шагом направилась к условленному для встречи с Родичевым месту.
Глава 7
– Какая удача, я успела на склад! Успела забежать туда за пятнадцать минут до конца рабочего дня. Хорошо, хоть Сан Саныч, добрый человек, задержался и выдал мне форму, иначе Гром завтра бы устроил, – последнее слово я проговорила, с ужасной отдышкой. Подниматься по лестнице на второй этаж с огромной стопкой вещей оказалось сложной задачей.
Женька тащила вторую часть выданной мне формы. Взяв свободной рукой ключ из моей сумки, она открыла замок, и мы наконец-то попали в комнату.
– Что с жильем? Тебя уже оформили? – подруга положила стопку на кровать и уселась рядом.
Я же, оставив свою ношу на стульчике, наконец-то смогла выдохнуть.
– Да, Сан Саныч все оформил, так что теперь нам с тобой, подруга, осталось принять присягу.
Мне было немного тревожно думать о предстоящей процедуре, но несмотря ни на что, настроение было замечательным. Не терпелось подшить рубашку и надеть уже новенькую форму!
Выудив форменную юбку и пакета, скинула платье и стала ее примерять, крутясь перед зеркалом. Посмотрев на подругу, вдруг поняла, что Снегирева выглядит расстроенной.
– Что случилось, Жень? Ты чего такая тихая?
Женя молчала.
– А где Ванька то? Уже вечер, а ты не с ним, – я только сейчас поняла, что Снегирева все это время сама не своя.
Подруга нахмурилась.
– Где Ванька, где Ванька? А мне почем знать, где этот Ванька?! Вообще не интересно, – пробурчала, отворачиваясь к окну. – Я может, уволюсь скоро и вернусь обратно в Красноярск!
А вот это заявление мне совсем не понравилось. Я подвинула стул ближе и устроилась на нем.
– Давай, рассказывай. Что у тебя случилось?
Женя метнула в меня сердитым взглядом.
– Ничего не случилось. Свадьбы не будет. Я уезжаю.
Мне казалось, еще чуть-чуть ее ворчания, и я ее тресну.
– Снегирева!
В глазах Женьки блеснули слезы.
– Он такая сволочь! Я перлась сюда через всю страну! Я устроилась в эту армию, терплю отвратительную начальницу, которая даже в туалет сходить не разрешает! Мои родители уже купили билеты, чтобы прилететь сюда, на нашу свадьбу! А он берет и переносит ее на неопределенный срок! – Женя выкрикивала обвинения, и с каждым словом ее глаза все больше наполнялись слезами. В итоге она и вовсе разрыдалась.
– Как переносит?
Я пересела к ней на кровать, обняла Снегиреву. А она еще больше расплакалась.
– Вот так! Он уезжает в «Герань», будет проводить срочникам курс молодого бойца! А это значит, что его два месяца не будет!
Я не могла понять, о чем она талдычит.
– Что за «Герань»?
Женя бросила на меня обиженный взгляд. В ее глазах я выглядела невеждой.
– Это учебный центр! Его еще «Долиной смерти» называют.
– Бр-р-р, ну и название, – меня даже в озноб бросило. Не хотела бы я там оказаться.
– Вита, что делать-то? Что я маме скажу, а папе? Два месяца! Сейчас ведь начнется! Когда вернется, отправят еще куда-нибудь, к примеру, на ротные учения. Это что, мы зимой будем жениться? А как же платье и красивые фотографии?
Женя была в истерике. Сердце сжималось от того, насколько несчастной она выглядела.
– А почему он вдруг едет? Это ведь не было запланировано.
– У комбата один из ротных гепатитом заболел, сегодня Гром вызвал Ваньку и сообщил ему, что вместо того больного едет он.
Ну и дела. Я еще крепче обняла подругу.
– Ладно, ты не плачь. И Ваньку не ругай! Он-то не виноват. Мы что-нибудь обязательно придумаем.
– Что ж тут придумаешь? Приказы начальства не обсуждаются, – завывала Снегирева.
– А мы и не будем их обсуждать. Но с комбатом я попробую поговорить. Все-таки свадьба бывает раз в жизни. Что ж он, не человек чтоли?
***
На следующее утро я была полна энтузиазма и уверенности. Выглядела я на все сто. Неустанно крутилась возле зеркала, любуясь собой. Как мне шла форма! Завязав хвостик, надела пилотку и отправилась в казарму.
На сегодня главным пунктом плана был разговор с комбатом насчет Вани и Жени. Я ночью даже мини-речь набросала, дабы не ударить лицом в грязь. Подумала о том, что надо бы подмаслить Грому. Может чего испечь в скором времени? Все-таки, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. И этот не исключение.
На подходе к казарме, на небольшой площадке заметила Грома, занятого тренировкой. Его торс был оголенным, и я могла наблюдать, как от каждого движения его рук, мышцы спины перекатывались под кожей. Я смотрела на него, затаив дыхание. Он нагибался, делал выпады вперед, словно сражался с невидимым противником. А потом просто взял и сделал сальто.
После этого Гром перешел на брусья и принялся подтягиваться на них. Он делал упражнения с такой легкостью, казалось, что они не составляют для него труда. Его загорелая кожа блестела от пота, русые волосы были влажными, я видела, как с их кончиков стекали капельки воды на лоб.
Я все стояла и смотрела на бугрящиеся по рукам вены, на крепкие пальцы, держащие перекладину. Боже, столько силы и мощи сконцентрировано в одном человеке! Это поистине потрясающее зрелище!
В этот момент я, почему-то, подумала о том, что у такого как он обязательно должна быть женщина. Разве может быть он одинок? А потом я вспомнила о его характере…
Почувствовав мой взгляд, Гром вдруг обернулся и посмотрел на меня. Я испуганно вздрогнула, боясь, что в очередной раз получу нагоняй.
– Доброе утро, – мужчина прошелся по мне придирчивым взглядом. – Ну вот, другое дело, теперь вы настоящий боец.
Что это? Ободрение? Он похвалил меня? Боже, ничего с неба не упадет?
– Доброе утро, товарищ комбат. Вы тоже отлично выглядите, – послав мужчине широкую улыбку, развернулась и гордой походкой направилась в казарму. Клянусь, я чувствовала его взгляд, пока не зашла в помещение. Сердце выпрыгивало из груди.
***
День был жутко суматошным. Но, стоит отдать должное Грому, больше он не ворчал на меня. Только работой заваливал так, что я не успевала изучать порученные мне документы. Поговорить с ним о Сугробове пока не выдалось возможности, и я надеялась, что после обеда он будет менее загруженным и сможет меня выслушать.
Обложившись папками, я усердно готовила документы, порученные мне Громом. Даже не заметила, как прошла первая половина дня и наступил обед. Привел в себя звонок от Женьки. Она сообщила, что ждет у выхода для совместного похода в офицерскую столовую.
Только я положила трубку, в кабинет ворвался Грызунов. Один только вид мужчины навеял на меня ужас.
Мало того, что он не взлюбил меня с первого взгляда (хотя, есть за что), так и, к тому же, сейчас был не в настроении. Сергей Витальевич так посмотрел на меня, что мне тут же захотелось схорониться под стол.
– Рядовой! – рявкнул мужчина. Я испуганно вздрогнула. – Почему не поднимаетесь, когда старшие заходят?
– Так я не успела, товарищ старший лейтенант, – скрипнув стулом, выпрямилась во весь рост.
Мне было до сих пор стыдно перед Грызуновым. Досталось ему из-за меня сильно. Я собиралась извиниться, но все никак.
Мужчина прошелся по мне хмурым взглядом.
– Почему неподобающий внешний вид?
От удивления едва не охнула. В смысле неподобающий вид? А потом посмотрела на свои пуговицы. Две верхних были расстегнуты. Принялась судорожно исправлять ситуацию.
– Капитан у себя?
– Да, но он отдал приказ никого не впускать. Прием после обеда.
Не обращая внимания на мои слова, он рванул к двери, а я следом. Перегородив тому путь, расставила руки в стороны.
– Счастливцева, вы перечите вышестоящему руководству? – его голос напоминал рев турбин. Я вся дрожала от испуга, но позиций сдавать не собиралась.
– Простите, но я не пущу вас, – проговорила тихо, но твердо.
– Вы с первого дня начали свою службу с не той ноты! – рявкнул он, упоминая мой постыдный проступок.
– И продолжаете двигаться в неверном направлении. Вы понимаете, насколько ваше положение шатко?! – его ноздри были раздуты от гнева, а глаза едва дыры во мне не прожигали. Но я старалась сохранять видимое спокойствие.
– Передайте, что у вас за вопрос, я сообщу товарищу комбату.
Губы мужчины вытянулись в тонкую линию.
– Вот, – он вдруг вручил мне в руки стакан с подозрительной желтой жидкостью. Я посмотрела на нее, приподняв на свет.
– Это что?
– Это моча рядового Самолетова, который утром не смог выдавить из себя ни капли.
