Гнар испуганно заозирался.
– Охотники! Чьи-то охотники!
– Чей Двор?! – рявкнул Грок.
– Не знаю!
Топот стал громче. Деревья затряслись. Земля задрожала под копытами.
– БЕЖИМ! – заорал Грок.
– А добыча?! – Брунд показал на яму.
– БРОСАЙ! БЕЖИМ!
Тролли развернулись и ринулись прочь – тяжело, грузно, ломая ветки, проваливаясь в землю.
За секунды скрылись в лесу.
Топот копыт оглушал.
Я закрыла глаза, зажала уши руками.
Не хочу слышать. Не хочу знать.
И вдруг над ямой раздались крики.
– ТАМ! ТРОЛЛИ БЕГУТ!
– ЗА НИМИ!
Лязг металла. Свист стрел.
Рёв – троллий, полный боли и ярости.
Битва.
Началась битва прямо над моей головой.
Я слышала всё – удары мечей, рычание, крики, топот, хруст ломающихся костей.
Но не видела ничего. Только стены ямы и небо над головой.
Сверху раздался глухой удар – что-то тяжёлое упало на землю.
Потом ещё один.
Рёв, постепенно стихающий.
Тишина.
Долгая. Давящая.
Только тяжёлое дыхание. Чьё-то. Много чьих-то.
Потом голос:
– Проверьте ловушки. Тролли охотились. Может, кто-то попал.
Голос был мужским. Глубоким. Властным.
Но не его голос.
Не Морфрост.
Я медленно подняла голову, всё ещё прижимаясь к стене.
Шаги приближались к яме.
Остановились у края.
Тишина.
Потом лицо появилось над ямой.
Мужчина.
Фейри.
Но не из Зимнего Двора.
Он был… прекрасен. Но по-другому.
Не холодным совершенством Морфроста. Тёплым.
Кожа золотистая, словно поцелованная солнцем. Волосы тёмно-каштановые, с медными бликами, падали на плечи. Глаза зелёные – цвета летнего леса, яркие, живые.
Черты лица правильные, но мягче, чем у Морфроста. Губы полные. Скулы не такие острые.
Он был одет в доспех – лёгкий, из кожи и листьев, зелёный и золотой. На груди – символ: солнце, обвитое виноградной лозой.
Летний Двор.
Он смотрел на меня сверху вниз, и в зелёных глазах плескалось… сочувствие?
– Боги, – прошептал он. – Человек.
Он опустился на колено у края ямы, не сводя взгляда.
– Ты ранена?
Я не могла говорить. Просто смотрела на него.
Он увидел, как я дрожу. Как слёзы текут по щекам.
Его лицо смягчилось ещё больше.
– Я не причиню тебе вреда, – сказал он мягко, поднимая руки, показывая пустые ладони. – Обещаю. Мы не враги.
Он медленно протянул руку вниз.
– Меня зовут Оберон. Я король Летнего Двора. – Голос был спокойным, убаюкивающим. – И ты в безопасности. Тролли мертвы. Они больше не причинят тебе вреда.
Пауза.
– Дай мне вытащить тебя.
Я смотрела на его руку. Сильную. Загорелую. Протянутую ко мне.
Потом на его лицо. Тёплое. Доброе.
Не холодное, как у Морфроста. Не хищное.
Другое.
Слёзы хлынули сильнее – от облегчения, от истощения, от всего сразу.
Я медленно потянулась вверх, протягивая свободную руку.
Наши пальцы соединились.
Его хватка была крепкой, тёплой.
Он потянул – легко, без усилия, как будто я ничего не весила.
Я вылетела из ямы, приземлилась на край, на колени.
Твёрдая земля. Безопасная земля.
Я рухнула вперёд, на руки, задыхаясь.
Оберон присел рядом, не касаясь, давая пространство.
– Ты в безопасности, – повторил он мягко. – Дыши. Просто дыши.
Я дышала – рвано, судорожно, сквозь слёзы и всхлипы.
Огляделась.
Вокруг стояли всадники. Пятеро. На огромных конях – благородных, с серебряными глазами и гривами, развевающимися, хотя ветра не было.
Все в доспехах Летнего Двора. Все с оружием. Мечи, луки, копья.
На земле лежали тела троллей. Три массивных тела, окровавленные, с торчащими стрелами.
Мёртвые.
Но потом вспомнила.
– Лис! – крикнула я, оборачиваясь.
Сети не было.
Она лежала на земле – пустая, разрезанная.
А Лиса нигде.
– Рыжий фейри? – спросил Оберон, следя за моим взглядом. – Сбежал, как только началась битва.
Он поморщился с презрением.
– Трикстеры всегда так. Трусливые твари.
Сердце упало.
Ушёл.
Просто взял и ушёл.
Без слова. Без прощания.
Лис ушёл. Исчез.
Почему? Испугался Летнего Двора?
Или сеть высосала все силы и он едва держался на ногах?
Но что-то внутри шептало – он не бросил меня.
Он где-то рядом. Следит. Ждёт момента.
Должен ждать.
Пожалуйста, пусть ждёт.
Оберон встал, протянул руку снова.
– Пойдём. Тебе нужна помощь. Отдых. Еда.
