Дарья Стааль "Университет Льда-2: Страха не существует"

– Ну, естественно, ты же не объясняешь, – раздраженно ответила я.

– Если будет война, всех огненных размажут тонким слоем. Нам нужны союзники.

– У тебя есть связи, и этого вполне достаточно.

– Меня может уже не быть в живых. И что тогда ты будешь делать? Как защитишь своих людей?

– Папа, не говори ерунды!

– Я прав, и ты знаешь это. А теперь сядь и составь для наших железных партнеров максимально вежливое письмо.

– Тебе надо, ты и составляй… – огрызнулась я, поднимаясь на ноги.

– Я сказал, СЯДЬ! – рявкнул отец, и комнату по периметру охватил огонь.

Мы прожигали друг друга взглядами, кажется, целую вечность. Но родители и дети не могу ненавидеть хоть сколько-нибудь долго. Огонь стих, и отец негромко продолжил:

– Пока ты набрасываешь черновик, я тоже накидаю ответ. Скажу, что моя девочка должна доучиться.

– Но это значит, что через год она снова поднимет вопрос помолвки!

– И мы его снова обсудим, – согласился отец.

– К тому времени я уже буду замужем за Астартом.

– Выскочить замуж, Сольвейг, дело нехитрое. Но всегда возникает вопрос, что делать после. А потому бери стило и пиши.

Я опустила глаза на пустой лист бумаги, но в голове, как назло, оказалось так же пусто. Только застряла фраза отца «что делать после».

И фантазия мне отказывала.

Глава 14

Ис-Морар перебрал бы весь университет по камешку, если бы у него были полномочия и время. Впрочем, подозреваю, полномочия его мало интересовали, а вот времени отчаянно не хватало.

После папочкиного визита наша альма-матер лишилась парадных ворот, и на месте огромного пролома стояло оцепление ледяной стражи. Они дотошно досматривали каждые сани, из-за чего образовалась раздражающе медленно двигающаяся очередь.

– Что будем делать? – спросила я, подперев щеку рукой и рассматривая длинную вереницу саней перед нами. Признаться, в комфортном салоне ждать очереди на въезд не вызывало особого дискомфорта, но бездействие утомляло.

– Ждать. Ну или ты можешь высунуться и напомнить о своей черно-золотой крови, – ответил Кеннет. Побратец полулежал на другом диване, заложив ладони под голову и прикрыв глаза.

– У меня красная кровь и никакого желания афишировать титулом.

Ааррон, читающий какую-то книгу по управлению, рекомендованную моим отцом, громко фыркнул.

– Что? – раздраженно спросила я.

Ледяной друг ответил не сразу. Он дочитал, вложил закладку меж страниц, отложил томик и только после этого посмотрел на меня.

– Наивно полагать, что можно сделать вид, будто ничего не было. Многие видели. А кто не видел – те слышали. Не будет ни одного студента в этих стенах, кто не узнает тебя в лицо. И если вдруг кто не знал, то в ближайшие пару дней обязательно разведает, как же выглядит знаменитая Сольвейг эльд-Лааксо. Девушка, захомутавшая самого популярного парня университета, спалившая огромного химерного дракона и сменившая форму в чужом мире.

Я упрямо поджала губы.

– Не такую жизнь мы планировали, да? – усмехнулся побратец, не открывая глаз.

– Я слишком трезвая для философских разговоров, – поморщилась в ответ.

– Ну так это проще всего исправить! – воскликнул Нэт и резко сел. – У меня как раз тут лишняя бутылка алого игристого запрятана.

– Или две, – подсказал Аар.

– Или три, – невозмутимо согласился побратец.

Вообще, пить перед досмотром ледяной стражи не самое умное решение. Но из чувства протеста мы просто не могли поступить иначе. Собственно, не удивительно, что к моменту досмотра мы опустошили половину алкогольных запасов в санях и были слегка навеселе.

– Досмотр по приказу ис-Морара, – рявкнул уставший и раздраженный страж, настежь распахнув дверь в кабину.

– Раздеваться до трусов? – безмятежно поинтересовалась я, наблюдая, как вслед за покручиванием моего пальца в воздухе медленно вращается высокий бокал с вином.

Страж от такой наглости окончательно озверел. Неудивительно, что четверть часа спустя мы оказались в кабинете ректора. Тоже, впрочем, далекого от радушия.

– Я вас отчислю за распитие спиртных напитков на территории университета, – устало заявил ис-Морар.

– Строго говоря, мы были не на территории, – чуть улыбнулся Ааррон.

В ответ раздалось глухое рычание.

– Мы стояли в очереди на досмотр четыре часа, – заметила я. – В основном потому что приходилось пропускать неотапливаемые в статике экипажи. А досматривали нас меньше минуты, просто открыв и закрыв дверь. В чем вообще смысл этих мероприятий?

– Просто стражнику не хотелось с тобой иметь дела, вот вас и пропустили и вежливо привели ко мне в кабинет, – пояснил ректор.

Я вопросительно вскинула бровь.

– Вот видишь, есть какие-то плюсы от твоего нового социального статуса, – улыбнулся Кеннет.

– В общем, так, – ис-Морар окинул нас мрачным взглядом. – Если не хотите, чтобы я к вам приставил конвой, который за вами в туалет ходить будет, будьте любезны вести себя подобающе.

– Ой, да бросьте, мы же не младенцев ели, а пили вино, – возмутился Кеннет.

У ректора от этого комментария дернулся глаз.

– Эльд-Аалтонен, если бы вы хотя бы на минуту использовали голову не только для возлияний, но и по прямому назначению и подумали, то пришли бы к такому несложному умозаключению, что на входе на территорию стоит не подконтрольная мне ледяная стража, а ледяная гвардия. Разницу чувствуете или надо пояснить?! – рявкнул мужчина.

Мы озадаченно переглянулись. Ледяная гвардия присягала на верность не родине, то есть миру Льда, как положено любому военному, а лично королю. А Его Величество Никлас ис-Халла XI ко мне особо теплых чувств не испытывал. Значит, военные будут не только патрулировать территорию, но еще внимательно смотреть, слушать и, очевидно, докладывать.

– Вижу, дошло. А теперь выметайтесь из моего кабинета и извольте соответствовать своему социальному положению.

Ну мы и вымелись.

Глава 15

Утро началось с того, что я с некоторым остервенением швыряла одежду из шкафа в один из сундуков. Даже не знаю, в какой момент я пришла к выводу, что традиционная ледяная форма мне больше не подходит – то ли когда перед отъездом прикладывала к лицу белое ученическое платье, то ли когда перебирала дома одежду. Но, в общем, все, что раньше полагалось по уставу университета носить приличной леди, теперь как попало запихивалось и задвигалось куда подальше с глаз моих.

После этого следовал процесс раскладывания и развешивания новой, вызывающей одежды. Вызывающей в ней было все – от цвета до ценника. Последнее, естественно, в свое время вызвало отца в мою комнату и сопровождалось рядом неприличных вопросов типа «на кой демон тебе столько?!» Как истинная леди я уклонялась от ответов и аргументировала железным «надо!».

В свое время с подбором одежды мне помогала мать Кеннета, и теперь благодаря ей у меня имелся тот самый легендарный «вкус». Аскара каким-то образом умудрилась скомпоновать страсть ледяных леди к подчеркиванию женственности с чисто практическим огненным подходом ко внешнему виду. Вот вроде бы в моем гардеробе были те же брюки, но, демон, как они эффектно облегали ноги! У Астарта первый раз аж дар речи пропал, когда я заявилась в новых шмотках. У остальных присутствующих мужчин, впрочем, тоже. Точнее, у всей столовой.

Пока я бережно доставала из привезенного с собой багажа кофры с нормальной, удобной, а, главное, огнестойкой одеждой на любой случай, огнелис рассматривал стену. Выглядело это довольно зловеще, потому что Рыжик буквально пялился в пространство.

– Что там? – нахмурилась я, зацепив крюк вешалки с черной рубашкой за дверь шкафа.

Огнелис обернулся, многозначительно клацнул зубами и снова уставился в стену. Я подошла и почесала его меж ушей, пытаясь найти, что же привлекло его внимание.

«Свежая краска», – ответил Рыжик.

Я подошла вплотную к стене, принюхалась и озадаченно посмотрела на огнелиса.

– Уверен? Я ничего не чувствую.

Рыжик презрительно фыркнул, а я хотела добавить «и не вижу», поковыряв ногтем стену, но едва коснулась поверхности, как меня шарахнуло остаточной магией.

– Да чтоб вас! – выругалась я, тряся в воздухе пострадавшей рукой.

Меж тем стену избороздили линии, и с негромким щелчком открылась потайная дверца. Внутри сейфа лежала записка от отца:

«Храни все ценное здесь, но самое ценное носи при себе,

Папа».

Своевременный подарочек, учитывая происходящее.

Первое, что пришло на ум, это ни деньги, ни письма от правящих особ, а кое-что менее дорогое, но более опасное – дневники отца Аара, которые мы до сих пор не знали, куда пристроить. За неимением лучшего варианта они лежали у меня в покоях, потому как в женское общежитие попасть сложнее, чем в мужское, а у меня еще и дверь была с усиленной защитой.

– Что-то еще изменилось? – спросила у своего внимательного зверя.

Огнелис отрицательно покачал головой, а я остаток утра до самого завтрака провела, подбирая максимально сложный пароль для закрытия сейфа. Занятие настолько увлекательное, что, если бы не Рыжик, я пропустила бы завтрак.

В принципе, наша университетская жизнь должна была продолжиться ровно с того места, где ее прервало нападение. Нам оставалось несколько недель до окончания семестра и еще парочка недель зачетов и экзаменов. Однако и тут без сюрпризов не обошлось.

В основном проблема заключалась в окружающих, которые теперь особенно остро реагировали на мое появление. Если ледяные не определились, и кого-то в моем присутствии еще больше перекашиво, а кто-то не скрывал заинтересованности, то вот огненные начинали кто сиять, а кто натурально подпаливать соседей. От избытка чувств, естественно. Неизменно каждый встречный при моем приближении замирал и приветственно бил себя кулаком в область сердца.

Вообще-то, обычно так военные приветствовали старшего по званию, но кто уже вспомнит такие незначительные детали? Удобно, пафосно и всем понятно. Некоторым, типа ледяной гвардии, было понятно даже больше, чем хотелось бы.

– Кажется, твой рейтинг внутри нашего скромного сообщества стремительно ползет вверх, сестренка, – заметил Кеннет, ловя меня перед столовой.

– Да неужели? – ехидно переспросила я, вцепившись в брата мертвой хваткой.

– Ко мне сегодня каждый, повторяю, каждый встречный ледяной юноша подошел и поинтересовался, насколько у вас серьезно с ис-Лотианом, – сказал Ааррон, забрав пятерней челку с подозрительно довольного лица.

– И что же ты ответил? – поинтересовался подошедший к нам со спины ис-Лотиан.

Юный ис-Даларн смерил его каким-то странным взглядом и пожал плечами:

– Правду, только правду и ничего кроме правды.

– Боюсь спросить, какую же правду ты изложил, – прищурился мой жених.

– Объективную, – охотно пояснил Аар. – Я отвечал, что у эльд-Лааксо ни кольца, ни документов о помолвке.

Я предательски споткнулась на ровном месте, а у Астарта глаза слегка засветились от бешенства. Кольца и правда не было. Оно сгорело в королевском пламени вместе с артефактом Варме и моей одеждой месяц назад при первой трансформации. Я всегда думала об этом с ужасом и даже боялась вспоминать – ведь помолвочное кольцо обычно семейная реликвия и передается из поколения в поколение. А я его спалила…

Впрочем, договора о намерениях, какие обычно заключают ледяные аристократы, у нас также не имелось.

– Ты отвечал что? – тихо переспросил ис-Лотиан.

Ааррон молча выдержал взгляд. Я почувствовала, что мы сейчас повторим представление с высокоуровневыми ледяными заклинаниями в закрытом помещении. Полагаю, Кеннет рассудил так же, а потому заявил:

– Так, если хотите друг другу подправить аристократические профили, пожалуйста, без магии и на тренировочной арене. А сейчас нам надо поесть и как-то дотянуть до конца семестра.

От Астарта веяло поистине лютым холодом, настолько он был зол. Однако благоразумие перевесило, меня молча приобняли за плечи и повели завтракать.

За стол мы сели всей недружелюбной компанией, что можно было расценить как дипломатическую победу.

– Кстати, обновленное расписание, – сообщил побратец, швыряя мне на поднос свиток.

И только легкое движение холодного воздуха спасло мою кашу с фруктами и орехами от дополнительного ингредиента в виде целлюлозы.

– Отличная реакция, – добродушно прокомментировал Кеннет, закидывая в рот оладушки.

Сидящий рядом со мной Астарт продолжал медленно и с удовольствием нарезать омлет и даже бровью не повел. Я взяла висящий в воздухе свиток и развернула.

– В чем разница? – не поняла я, пробегаясь глазами по расписанию.

– Фа-куль-та-ти-вы, – пропел побратец.

Я посмотрела внимательнее: и действительно, в некоторых днях появились дополнительные пары.

– То есть у нас каждый день тренировки по бою, усиленная теория защиты, усиленная теория атаки… А это что? – возмутилась я.

– «Индивидуальное занятие», – прочитал Астарт через мое плечо. – Такие появились у всех старшекурсников.