– Стой, Бети, давай помедленнее. Какой день? К чему подготовить?
– А разве его сиятельство не за этим приходил вчера? Он ведь вам должен был сказать.
Я окончательно проснулась.
– Перестань говорить загадками, Бети. О чём речь?
– Так о вашей помолвке. Весь палаццо с утра на ногах, только вы спите.
В голове щёлкнуло: «Слово чести: завтра мы заключим практически неразрушимый союз перед лицом церкви. Через две недели обвенчаемся».
Во рту появилась горечь.
Так ведь это было вчера. До того, как мы поговорили. До того, как Адриан сказал: «Тебе лучше уйти».
Я открыла рот, чтобы сказать: «Всё отменяется». Но в дверь коротко постучали. Бети не успела крикнуть «Войдите!», как, не дожидаясь ответа, в комнату ворвалась Жаклин в сопровождение всё тех же двух своих помощниц. При виде меня, сидящей в ворохе подушек, она всплеснула руками.
– Как? Вы ещё не встали, госпожа? Бетина! Тебя же предупредили.
Я, конечно, знала Жаклин всего два дня, но до сих пор она мне казалась уравновешенной и спокойной. И я не узнавала её в этой взволнованной женщине.
– Утренние службы подходят к концу, – с возмущением заявила она. – Его Преосвященство будет ждать в капелле при своей резиденции в одиннадцать часов. У нас всего два часа на все сборы.
Столик с завтраком от меня отодвинули. И всё завертелось. Через час я стояла перед зеркалом в нежно-кремовом полностью закрытом платье. Декольте в нём было не предусмотрено, рукава прикрывали локти.
Жаклин водрузила на мою голову шляпку с вуалью и в своей уже более привычной спокойной манере сказала:
– У нас ещё четверть часа. Вы можете ещё поесть немного, госпожа.
Я помотала головой. Аппетит пропал.
А в следующий момент раздался новый стук в дверь.
При виде графа у меня перехватило дыхание.
До сих пор не было времени подумать о том, как я теперь буду смотреть ему в глаза, что скажу при следующей встрече.
Пока меня одевали и расчёсывали, я, конечно, крутила в голове мысль, что все эти сборы просто ошибка. Граф не успел отдать нового распоряжения. Не могла же речь всерьёз идти о помолвке после того, о чём мы вчера говорили.
И вот теперь Адриан стоял в дверях, и выражение его лица подтверждало мысль об ошибке.
Он был похож на одну из скульптур своей неподвижностью и статью. Спина прямая. Чёрные волосы полностью скрыты под парадным напудренным париком. Лицо непроницаемое, словно вырезанное из мрамора. Взгляд всего на миг задержался на мне и уставился на нечто чуть выше моей головы. Мне стало холодно.
Сейчас он объявит, что всё отменяется, передаст меня с рук на руки барону, а там за пределами палаццо меня, наверное, уже ждёт Орландо.
Адриан сложил руки за спиной, качнулся с пятки на носок.
– Вышли все, – произнёс он негромко.
Голос звучал ровно, без эмоций. Однако сказано это было так властно, что у меня появилось желание выскочить вслед за Жаклин и её помощницами.
Бети не стала медлить и поспешила следом за остальными. Дверь за ними закрылась.
Ну что ж, спасибо, что он мне это скажет наедине.
– Прекрасно выглядите, донна Анна, – по-прежнему глядя в пространство над моей головой, проговорил граф. – Можно отправляться.
Сам его переход на вы уже говорил о многом. Он выбрал линию поведения.
Ну что ж, я тоже умею держать лицо. Я вежливо улыбнулась и ответила:
– Я готова. Как я понимаю, барон и Изабелла уже в карете? – Дождавшись кивка, я продолжила: – У меня только последняя просьба к вам. Я не хочу возвращаться в их поместье. Помогите мне укрыться в монастыре.
Взгляд Адриана оторвался от того, что он созерцал за моей спиной, и сфокусировался на мне. На лице мраморного изваяния проступило удивление. Бровь приподнялась.
– О каком монастыре речь, донна Анна?
– О любом, лишь бы ваш друг меня не нашёл.
Ещё мгновение Адриан был неподвижен, затем в глазах появилось понимание.
– Вы решили, что помолвка и брак отменяется?
– А как иначе? Я же вчера вам всё объяснила, и мне показалось, что вы услышали.
Я нервно сглотнула. О чём ещё могло говорить его: «Тебе лучше уйти»?
Адриан наклонил голову.
– Что именно я должен был понять?
– Что я не смогу быть вашей женой по-настоящему.
На скулах графа дёрнулись желваки.
– Монастырь, значит? До монастыря вы не доедете, донна Анна. А если доедете, то не сомневайтесь, это вам не поможет. Все монастыри находятся в ведении святой инквизиции.
Он помолчал, давая мне возможность осмыслить и задать правильный вопрос.
– Что же мне делать?
– Полагаться на моё слово, в котором вы похоже усомнились, – прохладным, как горный ручей тоном, ответил он. – Я ведь уже сказал, что вы под моей защитой. Однако я не всесилен. В моих силах сдержать это слово, только если вы будете рядом. Так что отменять помолвку и брак неразумно.
– Но вы ведь с этого ничего не получите, – вырвалось у меня.
– А что такое «получить» в вашем понимании? – Взгляд Адриана красноречиво прошёлся по моему телу. – Если вас волнует, что я буду лишён женского внимания… не переживайте.
Его слова и особенно усмешка, тронувшая уголки его губ, были более чем понятны. Без внимания он точно не останется.
Меня бросило в жар от гнева. Это он сейчас вывернул всё так, как будто я главной ценностью считала саму себя? Я, правда, поверила, что он искренне в меня влюбился?
– Статус женатого человека в любом обществе более весом, – предпочёл уточнить Адриан, чтобы у меня окончательно не осталось иллюзий.
Ну замечательно, получается все его кружения вокруг меня, поцелуи, попытки соблазнить, всё это было всего лишь ритуальными танцами. А как только выяснилось, что десерта не будет, оказалось, что его это не очень-то и интересовало. Просто покоритель дамских сердец играл в привычную игру. А ведь на меня это подействовало. Какой стыд!
Я стиснула челюсти.
Что ж, хорошо, что я это поняла до того, как сломала свою жизнь. Он именно таков, каким показался мне при первой встрече. И разве это не то, что мне нужно? Граф готов мне помочь, чего же боле? Его личная жизнь меня абсолютно не касается.
Всё же я не удержалась и спросила:
– Сколько раз вы были женаты ради статуса за всю вашу жизнь?
– Ни одного. Меня вполне устраивал статус холостяка и свобода. Но раз уж я взял на себя определённые обязательства – справлюсь. Фиктивный брак с вами мою свободу не ограничит. Вы ведь не станете меня ревновать, не так ли?
– Не стану, – подтвердила я, давя в себе желание швырнуть в красивое самоуверенное лицо чем-нибудь тяжёлым.
Под рукой ничего не было, но яда в голос мне добавить удалось. Прошипела я не хуже випры:
– Но чем кроме статуса я смогу вам отплатить за столь невероятную щедрость и заботу?
– Знаете, Анна, для тех, чья жизнь длится гораздо дольше человеческого века, всё становится предсказуемым. Политика, интриги, женщины… всё это я видел сотни раз. Ничего нового. Меня всегда интересовала культура Поднебесной, её легенды о драконах. Нежели я упущу шанс узнать побольше о другом мире, в котором драконы это не просто древняя сказка?
И я неожиданно поняла:
– Скука… Вам просто скучно.
– Считайте так, если вам удобно. Но я бы скорее назвал свой интерес любознательностью.
– А ещё, – продолжила я, ловя ещё одно откровение: – Вы не любите проигрывать. Если Орландо доберётся до меня, вам будет… неприятно.
Лицо графа на миг исказилось. На нём появилось живое чувство, но прочитать его я не успела. Всё скрылось под мраморной маской.
– Отдаю должное вашей прозорливости. – Адриан отвесил лёгкий поклон. – В моём понимании чести это означает, что отныне любая угроза вам – это вызов мне лично. И да, я не привык проигрывать.
Продолжать дальше разговор, при котором я с каждым последующим словом всё больше ощущала себя разменной монетой в игре двух бессмертных, смысла не имело.
Зато теперь всё честно.
– Ну что ж меня устраивает. – Голос предательски просел. Я с трудом втянула воздух в сжавшиеся лёгкие. – Наш брак, продлится до того момента, как я смогу вернуться в свой мир, так?
– Или около тридцати-сорока лет, пока не придёт необходимость снова менять место жительства. Впрочем, если до этого момента вам не удастся найти путь в свой мир, можно будет рассмотреть вариант продления договора.
Он помолчал, давая мне возможность ответить. Но я лишь кивнула. Комок в горле не пропустил больше ни одного слова. Правила игры были обозначены.
– Хорошо. И раз уж мы всё выяснили, напомню: нам пора ехать. Прошу.
Граф выжидательно посмотрел на меня, согнув руку в локте.
В глазах потемнело.
Тем не менее у меня получилось, гордо вскинув голову, сделать шаг к своему ледяному спасителю и опереться на его предплечье.
Подушечки пальцев коснулись запястья графа, и я задохнулась. Рука графа неожиданно оказалась горячее раскалённых углей.
––
* 110-120 ливров = 54-59кг
