Пообещал одному из бандитов, на которых работал, что я стану его любовницей.
В тот момент отношения в нашей семье окончательно испортились. Я видеть брата не могла, не доверяла больше. Ни ему, ни маме… Она попросила меня потерпеть пару месяцев, чтобы сберечь жизнь нерадивого брата.
Господи, как я тогда испугалась… Дикость средневековая.
Я перестала с ними общаться и прошла собеседование в авиакомпанию. Благо знание английского языка позволяло мне работать в любой точке мира.
Я уехала жить в Дубай.
Вновь общаться с семьёй стала только после нашей с Мишей свадьбы. Он настоял.
Знакомство с мужем было случайным. Он летел в бизнес-классе. В Сингапур. На какой-то там крупный экономический форум.
Как Миша всегда говорит – любовь посетила его с первого взгляда, как только меня увидел.
Спустя три месяца ухаживаний мы поженились.
Мне пришлось бросить работу, но я никогда об этом не жалела. Понимала, что для жены Миши неприемлема такая работа.
Он окружил меня заботой словно принцессу. Пылинки сдувал. Баловал.
Ему даже удалось решить все проблемы нашей семьи. Благодаря мужу Лёню не посадили. Уж не знаю, чего ему это стоило. Сказал мне не вмешиваться. Я послушалась.
После всего пережитого не могу подумать, что Мишенька мне изменяет.
Нет! Никогда!
Кто угодно, только не он…
Тихо крадусь по квартире. Осматриваюсь, желая отыскать изменения, посторонние вещи.
В тишине слышно, как гулко бьётся моё сердце. Знатно потряхивает.
Как бы мне ни хотелось верить в хорошее, я не понимаю, что происходит.
В гостиной нахожу сумочку сестры. Узнаю, потому что сама ей дарила.
Она брошена на пол, и все ее содержимое рассыпано.
Рядом замечаю открытую пачку презервативов.
Вскрыта не только сама упаковка, но и несколько пакетиков фольгированных.
Ещё один нахожу брошенным на журнальном столике.
Зажмуриваюсь.
Мне кажется, я в этот момент умираю. Сердце моментально ухает вниз. Тошнота к горлу подступает. Сделать вдох не получается, задыхаюсь от боли. Слёзы к глазам подступают и давят.
Разом двух людей дорогих потерять… Нет, такое пережить невозможно.
На автопилоте продолжаю двигаться дальше. Борюсь с постыдным желанием побыстрее сбежать из квартиры.
Я хочу оставаться в неведении, но куда мне идти?
Слишком больно, слишком тяжело. Невозможно!
Может быть, это вещи какой-то посторонней женщины? Как моя маленькая Алиса могла на такое пойти? Ей же завтра всего лишь восемнадцать исполнится.
А Миша… Нет…
Миленький, ты же не мог?!
Вдруг он отдал ключи от нашей квартиры кому-нибудь из своих друзей? Или его двоюродный брат приехал?
В такие глупости верится слабо, но я пытаюсь найти хоть какие-либо оправдания увиденному.
Дойдя до нашей спальни, замираю. Подношу дрожащие пальцы к дверной ручке и боюсь потянуть, боюсь разрушить свою счастливую жизнь.
В этот момент слышится хриплый голос мужа. Его повелительные нотки не спутать ни с кем.
– Глотку твою попробовать хочу. Разворачивайся.
После шлепок.
Боль.
Пустота.
Глава 2
Глотку попробовать…
От услышанного хочется в голос завыть.
Ничего ужаснее я в жизни не слышала.
Ощущение липкого, мерзкого неприятия по телу расходится колючими волнами. Не могу осознать, это и правда действительность?!
Моя жизнь?!
Знаю о пристрастиях мужа разное. Он и со мной никогда святым не был. Но моей сестре только завтра восемнадцать исполнится.
Или я чего-то не понимаю, или это слишком отвратно…
– Давай, шлюшка, активнее…
Узнаю нотки возбуждения в его голосе.
В голове лишь одна мысль – почему этот ужас со мной происходит?
Неужели нельзя было со мной развестись, а после заводить любовницу?!
Неужели нельзя было выбрать любую другую, а не мою сестру?!
А ты, Лисенок, как ты могла?! Что я тебе плохого сделала?
Боль внутри нарастает. Меня пошатывает. Не помня себя, открываю дверь, и омерзительная картинка врезается в моё сознание.
Алиса на четвереньках разворачивается и становится на колени перед моим мужем, послушно сложив ладони на бедрах.
Постанывает при каждом движении.
Призывно облизывает пухлые губы.
Поверить в происходящее не могу. Хочу или проснуться, или умереть.
У нас с сестрой разница в возрасте немногим меньше семи лет. Всю свою юность присматривала за ней. Круглосуточно. Когда одноклассники шли гулять, я вела сестру на аттракционы. Учила её читать и писать.
Разглядываю её и поверить не могу… Неужели я заслужила?
Дышать тяжело. Тело парализуют нестерпимо болезненные судороги. Наверное, это душа умирает.
Пошевелиться не могу. Мне остается только разглядывать их.
«Алиса ввела филлеры?» – не к месту мысль мелькает, когда изменения в её лице замечаю.
Когда только успела? Неделю назад личико свеженьким было.
Завороженно наблюдаю за тем, как муж с гортанным стоном вколачивается в рот моей младшей сестры.
Наблюдаю за ними несколько секунд и только потом понимаю, что я до сих пор живая. Хотя внутри всё мертво.
Это та самая девочка, которой перед школой я заплетала косички и ввела в детский сад.
Мой маленький Лисёнок.
И мой муж.
– Как ты посмел? – произношу громко.
Силы сами собой откуда-то берутся. Поразительно!
Трахающиеся мгновенно останавливаются.
Алиса в панике распахивает глаза. Косится на меня удивлённо.
Думала, я не узнаю?
Красная помада размазана по её щекам.
Гадкое зрелище.
Она пытается отстраниться от Миши. Замечаю, как вязкая слюна стекает из краешка рта. Но он хватает её за затылок и резко прижимает к своему паху.
– О, малышка моя, ты вовремя прилетела. Хочешь к нам присоединиться?
Заторможенно хлопаю глазами. Осознание по капельке проникает в мозг.
Я не ослышалась, он действительно со мной говорит?!
Мой муж?
Что произошло за пять дней моего отсутствия?
Мишу как будто бы подменили.
Он никогда со мной так не говорил!
Не мог, просто не мог так со мной поступить…
Мозг отторгает действительность…
Я его понимаю, конечно, но глаза видят совсем иную картинку. Гнусную до тошноты.
Не стесняясь меня, Миша делает несколько глубоких толчков.
Алиса паникует, пытаясь его оттолкнуть.
Не могу поверить…
Перед глазами всё плывет. Нервничаю, когда сглотнуть ком не выходит.
Придерживаюсь за дверной косяк, чтоб не упасть.
Только кончив, Миша отпускает её голову. Занимает это несколько секунд. Видимо, моё присутствие его возбудило нешуточно.
Когда брат решил меня бандитам отдать, я думала, что сойду с ума, но сейчас намного больнее. На грани агонии…
В самом страшном сне я не представила бы подобного.
Невероятная пытка…
