Девушка уходит, и Люк переключает на меня все внимание. Он так серьезно смотрит, что все воспоминания о прогулке уходят на дальний план.
– Что-то случилось? – спрашиваю я.
– Первое заседание завтра.
– Ну наконец-то. Я уже не могу торчать в комнате.
Люк улыбается.
– Я думал, что ванна пришлась тебе по вкусу.
– Еще немного, и у меня вырастут жабры.
Девушка приносит два бокала. Один на высокой ножке, у второго ножка вообще отстутствует.
– Во сколько? – спрашиваю я, нюхая содержимое.
– Завтра в полдень. Готовься к тому, что на протяжении нескольких часов тебе придется слушать заносчивых людей.
– Тебя же я переношу, значит, и их переживу.
Мы снова обмениваемся улыбками. На душе становится так спокойно. Смотря на Люка, осознаю, что я не хочу с ним больше воевать. Не хочу быть по другую сторону баррикад.
Отпивая глоток вина, не свожу взгляда с собеседника.
– Завтра я покажу тебе Беринга.
– Он опасен?
– Все на этом острове опасны.
Смотрю на шторки, наклоняюсь к Люку и спрашиваю:
– Когда я должна влезть к нему в голову?
– На последнем заседании. И не забудь после стереть ему память.
– Не забуду. Главное, чтобы мне хватило сил. Давно не практиковалась.
– Когда был последний раз?
– На ферме.
– А после? Не хотелось влезть кому-то в голову?
– Пыталась к тебе, но не получилось.
Наступает тишина. Янтарная жидкость в бокале Люка постепенно исчезает. В моем вина тоже становится меньше.
– С Берингом получится, – говорит Люк.
– Зачем он похитил Сэма? – шепотом спрашиваю я.
– Чтобы получить Салем. Тут все просто, люди не прекращают желать всевластия, даже на пороге гибели человечества.
– Мы спасем Сэма, – уверенно говорю я.
– Надеюсь на это. Деймону нужен отец.
Киваю и допиваю вино. Оно приятно согревает внутри. Какое-то время мы еще сидим в баре, Люк напоминает мне, чтобы я не забыла, для всех мы любящие и уважающие друг друга муж и жена.
– А у тебя никогда не было жены или невесты? – спрашиваю я.
– Нет. Времени на это не было. А у тебя был муж или жених?
– Не знаю. Скорее всего нет.
Какое-то время мы разговариваем, и я рассказываю Люку о своих планах по возвращению в Салем. Он поддерживает меня во всем, но предлагает посмотреть другие варианты работы. Он думает, что мне будет морально тяжело в доме Печали.
Собираюсь задать следующий вопрос, но не успеваю. Шторка отодвигается, и в комнату входит мужчина в черном плаще. Он скидывает капюшон и… твою мать!
– Эшли, – говорит Люк, – Познакомься, это Эратон Беринг.
Дальнейшие слова Люка гаснут, я во все глаза смотрю на мужчину передо мной.
Я знаю его.
Средний рост, темные волосы с сединой, собранные в тонкий хвост. Пустые голубые глаза, ровный нос и слегка припухлые губы.
Я его знаю.
Именно благодаря ему я научилась правилам ведения боя, владению оружием. На принадлежащей ему территории я пряталась несколько лет.
Беринг не подает вида, что мы знакомы, протягивает мне руку и сжимает мои пальцы. Склоняется и еле уловимо касается пальцев губами.
– Рад познакомиться с вами, Эшли Куин.
– И я рада знакомству, – шепчу я.
Улыбаюсь, а голова раскалывается от обрушившихся воспоминаний. Они давят меня своей значимостью. Бросаю взгляд на Люка, он даже не осознает, какие у нас возникли проблемы.
Воспоминаний становится так много, что я хватаюсь за виски и сдавливаю их. Люк зовет меня по имени, что-то говорит, но его слова тонут в непроглядной темноте.
24. Первое заседание
Как же я желала вспомнить все и как теперь хочу это забыть.
Нужно быть осторожной с желаниями, они имеют тенденцию воплощаться в жизнь.
Беринга я знала еще до того, как оказалась в последней ферме, из которой сбежала. Из предыдущей вытащил меня именно он. Беринг спас меня, и мы заключили соглашение. План мести. План падения моего ныне умершего отца. Беринг помог мне вспомнить, что происходило в моем детстве. Откуда ему об этом было известно, я не знала.
Я была подростком, которого программировали на работу в политической сфере. Нет. Никто не собирался давать мне права, я должна была быть кукловодом, дергать за нужные ниточки и вершить правосудие. Для кого? Для того, кто владел мною. Не знаю, кому именно принадлежат фермы, но несколько лет я служила им. Потом Берингу. Хотя я не служила ему. Вовсе нет. Он практически заменил мне отца, ведь имеющегося я ненавидела всеми фибрами своей души. Ненавидела, презирала и боялась до ужаса.
Это и сблизило нас с Берингом. Общий враг сближает куда лучше семейных уз.
Моя жизнь во владениях Беринга была насыщенной. Каждый день, без малейшего исключения, его люди тренировали меня. Выносливость, выдержка, бой, оружие – это малая часть списка достижений, к которым я пришла, благодаря Берингу. Он вкладывал в меня все силы, ведь я должна была принести Салем ему на блюдечке с золотой обрызганной кровью каемочкой.
Черт!
Это все усложняет ситуацию настолько, что я готова выть от неизбежности надвигающейся бури.
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Люк.
Мы уже почти собрались на первое заседание, еще несколько минут и пора будет выходить.
– Все хорошо, – отвечаю я и отвожу от него взгляд.
Я не сказала Люку о вернувшихся воспоминаниях. Не могу сделать этого сейчас. Не знаю, с какой стороны подойти.
Беринг был заклятым врагом моего отца, значит, и отца Люка тоже. Беринг обещал мне убить всех их, а я должна была выйти замуж за его сына. Тем самым Салем на законных правах перешел бы от семьи Куин к семье Беринг.
Если я сейчас скажу Люку о своем былом знакомстве с Берингом, то нашему шаткому миру придет конец. Крис был прав, когда говорил, что я предательница и работаю на врага.
Чертова жизнь. Все перевернулось с ног на голову за одно мгновение.
Передо мной стоял четкий план, узнать у Беринга местоположение Сэма и стереть память о нашей беседе. Теперь я не могу так поступить. Вспоминая все, что он сделал для меня… я в затруднительном положении. Я бы даже назвала его безвыходным.
Я не хочу предавать Люка. Каким бы он ни был в детстве, сейчас он стал совершенно другим человеком. Время, что мы провели вместе, много значит для меня. Люк обещает мне спокойную жизнь в Салеме, рядом с мамой.
Предавать Беринга я тоже не хочу. Он несколько лет заботился обо мне, научил защищать себя и понять свою ценность. Я не просто побочный ребенок тирана, я наследница города, который кормит весь союз Мира и Процветания. Он так же обещал мне спокойную жизнь в Салеме и отмщение. На момент заключения нашего договора месть для меня была на первом месте.
А сейчас?
Решаю сначала поговорить с Берингом. Я не видела его несколько лет, мне нужно понять, что он планирует делать дальше. Пленение Сэма кажется слишком легким решением для него. Я знаю этого человека и он далеко не простак. Беринг жесткий и категоричный мужчина, который держит власть в Ротоне крепко и уверенно. Но ко мне он всегда был добр, говорил, что мечтал о такой дочери, но жена подарила ему сына. Моего жениха.
Странно поворачивается судьба. Несколько часов назад я спрашивала у Люка, была ли у него жена или невеста. Оказывается, все это время жених был у меня. Дичь какая-то.
Люк говорил, что на Конклаве будет Беринг и его сын. Скоро мне придется с ним встретиться. Как Поул себя поведет? Выдаст наше раннее знакомство? Или они меня не помнят? Как я снова попала на ферму? В памяти всплывают обрывки образов, но я не могу собрать их в понятную картину. Может, я сама по какой-то причине сбежала из Ротона? И при этом сделала так, чтобы Беринги забыли обо мне и нашем договоре?
Бросаю взгляд на Люка, он сидит по другую сторону кровати. Обвожу его профиль взглядом. Мне так хочется сказать ему правду. Он поможет во всем разобраться. Или не поверит ни единому слову.
– Люк, – тихо зову я.
Он тут же поворачивается, и я тушуюсь. Должна ли я сказать ему? Как Люк отреагирует? Придушит меня на этой кровати? Поймет и предложит помощь? Отвернется и возненавидит?
Слишком много неопределенности.
Беринг хотел избавиться от всех наследников Куина. Но здесь, в стенах острова, Люку не грозит никакая опасность. Беринг не дурак и не будет так подставлять себя и свою власть.
– Ты что-то хотела сказать? – спрашивает Люк.
– Да, но я думаю это подождет.
– Уверена?
– Да. Когда нам выходить?
Люк бросает взгляд на часы.
– Сейчас.
Он встает с кровати, я тоже поднимаюсь, но не двигаюсь с места, потому что Люк уже стоит напротив. Поднимаю голову и смотрю на уже такое родное лицо. Я ведь ненавидела его всей душой, а теперь боюсь того, что он возненавидит меня.
– Эшли, – шепчет он и нежно отодвигает волосы мне за уши. – Я всегда буду рядом. Не бойся их. Хорошо?
Киваю, ведь сказать ничего не могу. Ком закрыл проход для слов напрочь.
Покинув наше временное жилище, беру Люка под руку и прижимаюсь к нему так, словно он может раствориться в любую секунду. Когда-то я этого желала, но не сейчас. Мне куда спокойнее, когда он рядом. Вчера, после того как воспоминания о пропавших годах обрушились на меня и я потеряла сознание, Люк принес меня в комнату и не отходит ни на шаг. Он заботиться обо мне, а я ему лгу.
После разговора с Берингом я обязательно поговорю с Люком. Должна.
Мы дошли до нужного места слишком быстро. Это самое большое здание на острове. В нем нет окон, чтобы никто из местных не мог подслушать или подсмотреть, что же происходит за круглым столом, который расположили в центре на первом этаже. Вокруг стола стоят тринадцать стульев, напротив, на столе, лежат папки разных цветов. Зеленые находятся четко напротив черных.
За красными папками уже сидят двое. Люк сразу же ведет меня к ним. Он предупредил, что я должна буду познакомиться со всеми. Правила приличия, видите ли.
– Эшли, хочу представить тебе семью Миров. Элли, глава города Дэйли, и ее муж – наследник Патрик.
– Приятно познакомиться, – говорю я и пожимаю руки.
У Элли рукопожатие твердое и уверенное. А вот у Патрика вместо пальцев спагетти. Элли открыто улыбается мне и спрашивает:
– Эшли, как вам остров?
– Замечательный, – отвечаю я и возвращаю ладонь на изгиб руки Люка. Он тут же накрывает мои пальцы своими и нежно поглаживает их, не сводя взгляда с Элли.
– Мне тоже он по нраву. Хотелось бы, чтобы весь мир был таким безопасным, но мы имеем то, что имеем.
– Согласна с вами, безопасность превыше всего, – поддакиваю я.
Элли снова улыбается и переводит взгляд с меня на Люка.
– И где это ты нашел ее? Еще на прошлом сборе ты говорил, что брак не для тебя. А я ведь хотела сватать свою дочь.
Не знаю, как у Люка получается, но сейчас он снова совершенно другой. Он подстраивается под собеседника, обстановку словно хамелеон. Он рассказывает Элли нашу выдуманную историю, а я наблюдаю за реакциями Патрика и Элли. Элли приятно удивляется, узнав, что я работаю в доме Печали. Из-за этого я понимаю, что именно Дэйли отвечают за медицину, и она – та самая женщина, о которой ранее упоминал Люк. Реакции Патрика никакие. Он сам по себе вообще никакой. Если я отвернусь, то тут же забуду, как он выглядит. Я бы описала его одним словом – серый. На нем ярко-красный плащ, но это не отменяет его невзрачности.
