Хотя я же теперь как будто его жена, и ему не пристало стыдиться передо мной своей наготы. Но мне-то от этого не легче. И вообще, что-то я слишком много об этом думаю!
Отбросив наконец неуместные рассуждения вокруг физических достоинств Регара, я тоже попыталась выбраться из купальни – не торчать же здесь, пока плесенью не покроюсь. Тем временем мужчина как ни в чём не бывало обтирался огромным полотенцем – и как заставить себя не смотреть на него? Задачка, как говорится, со звёздочкой.
Выйти так же непринуждённо, как Регар, у меня не получилось. Тяжеленный подол путался в ногах, вода потоками лилась с него на пол. Лиф и вовсе вобрал в себя, кажется, половину “крови” из бассейна и норовил сползти до того уровня, когда я переплюну князя в обнажённости.
Пока я с трудом вытаскивала юбку на “берег”, в меня внезапно что-то прилетело – еле успела поймать. Оказалось, Регар швырнул в меня полотенце! Вот просто так взял и бросил, даже не предупредив!
– Вас вообще когда-нибудь воспитывали? – возмутилась я, стащив его со своего лица.
Но гневный взгляд на мужчину совершенно не подействовал. Кажется, он был полностью уверен в правоте каждого своего поступка.
– Я не виноват в твоей неуклюжести! – пожал широченными плечами. К счастью, теперь он был наполовину одет, и его вид перестал вызывать у меня приступы душного стыда.
– Ой, да я и смотрю что вы самый невинный человек на свете! – я слегка просушила волосы полотенцем, но выглядеть лучше от этого не стала.
Платье окрасилось в тошнотный красноватый оттенок, как будто я обрядилась на Хэллоуин кровавой невестой, и представляло из себя убогую тряпку, которой только полы мыть.
– Твои личные обиды сейчас неуместны. Они уже привели к катастрофе, которую мне теперь придётся разгребать! – Регар наконец полностью оделся. – Ты уничтожила всё то хорошее, что между нами когда-то было. Так что просто закрой рот и делай то, что тебе говорят. Тогда мы с тобой разбежимся гораздо быстрее и перестанем мозолить друг другу глаза.
Я уже придумала, что ему на это ответить, но тут двери купальни снова распахнулись, внутрь вошёл пристер, явно собираясь сказать что-то торжественное. Но вместо невесты он увидел натуральные руины и осёкся, после чего с укором посмотрел на князя.
– Я же просил соблюдать уважение к таинству!
– Она сама, – ответил Регар, словно подросток, которого обвинили в том, что он подставил однокласснице подножку. – Позовите камеристку, пусть проводит виэссу Варэру в комнату для переодевания. Она должна выглядеть прилично перед тем, как мы поедем в город.
Вот только прогулок мне сейчас не хватало! Кстати, я даже не знаю, какое здесь время года! После столь смелых купаний, пожалуй, можно было и простудиться. Но такие мелочи князя явно не волновали. Он удалился, оставив меня ждать помощи, и вскоре ко мне пришли уже знакомые женщины, чтобы через боковую дверь вывести меня из купальни и доставить до той же комнаты, где я очнулась.
Теперь у меня появилась возможность получше в ней оглядеться: на манекене и правда висело запасное платье, будто только и ждало случая, когда же его наденут. Не то чтобы я любила пудрово-розовый цвет и часто его носила, но сейчас у меня просто не было иного выхода. Тем более платье выглядело менее вычурным, чем свадебное – пожалуй, в нём и правда будет удобнее. Даже сбежать, если представится такой случай.
– Давайте я помогу вам переодеться! – предложила рыжеволосая девушка.
Но сейчас мне меньше всего хотелось чужой суеты вокруг. Только начала успокаиваться…
– Нет! – я осеклась, решив, что ответила слишком уж резко. – Простите, как вас зовут?
Девица снова на меня вытаращилась, а её старшая наставница тяжко вздохнула.
– И не надоело же ломать комедию, – буркнула она. – Меня зовут Вилга, а это моя падчерица Исета. Раз уж тебе угодно делать вид, что ты всё забыла! Давай мы поможем тебе переодеться, так будет быстрее.
– Оставьте меня в покое! – рявкнула я, потеряв остатки терпения. – Я переоденусь сама и позову вас, хорошо?
– И нечего так хамить! Ты не в том положении! – вздёрнула нос Вилга.
Взяла падчерицу за руку и вывела её прочь. Как хорошо! Тихо… Наконец я могу побыть наедине со своими мыслями и ещё раз обдумать то положение, в котором оказалась. Надо признать: на сон это уже совсем не похоже. Скорее пора рассмотреть вероятность того, что я действительно каким-то образом оказалась в другом мире. Ну а почему нет? Если лично я не видела подтверждений тому, что это возможно, это же не значит, что ни с кем такое никогда не происходило!
К тому же сейчас я была склонна считать, что свою репутацию колдуньи Маргарита Анатольевна всё-таки получила не зря. Чем-то она занималась… Какими-то тёмными делишками. Вот и результат их.
Размышляя, я расстегнула идиотское мокрое платье, которое, кажется, не высохнет теперь до скончания веков, и стянула шёлковую нижнюю сорочку, после чего снова обтёрлась, надела сухую и ещё раз посмотрела на себя в зеркало.
Мистика, конечно… Мы с этой Ронессой буквально копия! Она, может, чуть более худощава, но в остальном и мама родная не отличит. Тем более моя мама, с которой я не виделась уже почти два года – с тех пор как она с новым мужем уехала за границу. Она поставила себя так: дочь уже взрослая, выучилась, зарабатывает неплохие деньги, значит теперь можно позволить себе свою жизнь. В общем-то я её за это не осуждала. И даже хорошо, что моё возможное исчезновение не так сильно коснётся её там, где меня сейчас, скорей всего, нет.
Или есть? Но вместо меня сейчас вот так же кто-то другой?
Нет, хватит! Иначе я прямо на этом месте тронусь умом. А мне ещё следует разобраться, насколько плачевно моё текущее положение. Замужнее положение, к слову. Фух… Главное, сохранять спокойствие.
Затем я начала распускать уничтоженную причёску: сейчас мне не помешал бы фен, но тут явно никаких технологических штучек не водилось. Тут кругом магия, а не электричество. Вон, даже светильники на стенах какие-то странные: это не обычный огонь, но и не лампочки – нечто среднее.
Шпильки из моих волос посыпались на пол, и я наклонилась, чтобы их поднять, мельком заглянула под зеркало в тяжеленной раме и сразу забыла о заколках. Да быть того не может! Этот гадский ключ преследует меня!
Да-да, это был тот самый ключ, который князь в отражении бросил куда-то вниз, и который выпал на моей стороне зеркала. Как он тут оказался? Я же не держала его в руке – положила в ящик туалетного столика, решив, что разберусь с ним позже. Правда, почти сразу после этого отключилась…
И вот он – лежит себе спокойненько, как будто так и надо!
Я на корточках подобралась поближе и дотянула до ключа – точно он! Такой же большой, в замысловатых завитушках. Такими точно открывают какие-то секретные хранилища, может даже с алмазами – не меньше! Но тогда Регар вряд ли решил бы от него избавиться.
Кстати, а может причина моего попадания сюда как раз в этом ключе? Ах ты гад такой! А ну-ка, возвращай меня домой! Ну?
Я подержала ключ в ладонях, пошептала над ним, потёрла его и даже – прости, господи! – поцеловала. Но нет, комната вокруг меня не развеялась, и даже в голове у меня не помутилось. Всё осталось, как прежде, и это меня совершенно не устраивало.
Как бы узнать, что открывается этим ключом – может там будет путь обратно домой? Но спросить у Регара я точно не могу, раз он его выбросил, его предвзятость ко мне сразу может вырасти, а это моего положения не облегчит.
– Вы там ещё долго? – в дверь постучала Исета. – Давайте я вам помогу!
Как хорошо было в тишине… Но прогонять девушку снова я не стала. Пусть помогает, а то ей ещё достанется от мачехи из-за меня. А за этим телом, где я оказалась, похоже, и так немало грешков. Зачем брать на себя новые?
– Да, проходите!
К счастью, Исета явилась одна, и мы с ней вполне себе мирно собрались. Её мачеха явно умела нагнетать атмосферу, и что-то подсказывало мне, что на падчерицу она давила так же, как на меня всё это время. Вон какая Исета запуганная!
Девушка явно знала обо Ронессе не всё, но всё равно посматривала на меня с постоянным подозрением. Может, она всё-таки чувствует что-то неладное или просто боится? Но нельзя же всерьёз верить, что прямо сейчас я могу как-то ей навредить!
Что ни говори, руки у Исеты оказались золотые: она быстро зашнуровала на мне сухое платье и каким-то волшебным образом просушила мои волосы. Кажется, это тоже какие-то магические премудрости. Затем она убрала мои блондинистые локоны в простую изящную причёску, и тут я пришла к выводу, что так мне гораздо лучше, чем в замысловатом свадебном наряде сомнительного оттенка белого.
– Спасибо! – совершенно искренне поблагодарила я Исету, взяв её за руки, чем напугала, кажется, ещё больше.
Однако, чего я точно не ожидала, что девушка внезапно расчувствуется! Её глаза заблестели от подступивших слёз, она подалась вперёд и пылко проговорила:
– Как драак Мовельор может поступать так с девушкой, которую раньше любил? Неужели у него совсем нет сердца?
В анатомии местных мужчин и уж тем более князей я разбиралась очень плохо, но судя по его поведению там не то что сердца, а даже обгрызанного сухаря не завалялось. Но слова Исеты меня заинтересовали. Так значит, их с Ронессой раньше и правда связывали довольно близкие отношения? Может, на это удастся как-то надавить?
Знать бы только ту границу, за которую переступать не стоит. Придётся “пощупать” этого Регара ещё немного, а значит, потерпеть его грубые выходки.
– Думаю, время всё расставит по своим местам, – вздохнула я, чтобы хоть что-то ответить на возмущение Исеты.
Она сочувственно покачала головой и даже нашла в себе силы улыбнуться, после чего вместе мы вновь вышли к гостям. Если уж я оказалась в такой странной роли, придётся играть её до конца – тогда, может, я найду выход из этой западни.
Глава 3
Исета вывела меня прямо к Регару и передала, как говорится, с рук на руки. Моим видом “муж” оказался удовлетворён – не более. Он лишь смерил меня взглядом, кивнул каким-то своим мыслям и повёл из храма, где проходила церемония, на улицу. От того, как он вцепился в мою руку, хотелось выть и подпрыгивать – ощущения застыли на грани боли и хруста костей, однако это Регара ничуть не волновало. Он даже шаги в пол вбивал, как сваи – само воплощение злости и раздражения! Пожалуй, сейчас я даже готова была признать – в нём есть что-то от дракона.
И сейчас мне лучше молчать.
Снаружи нас уже ждали гости и празднично украшенная коляска, запряжённая вполне обычными на вид лошадьми. Вокруг раскинулся старинный на вид город – примерно такой мог бы быть запечатлён на фотографии века эдак девятнадцатого. Кирпичные дома, узкие улочки, снующие туда-сюда повозки и люди… Только тут, естественно, всё было в цвете. Погода стояла очень приятная: похоже, в этом мире самый разгар лета – голову понемногу начало припекать.
Гости, увидев нас, сразу разразились радостными поздравительными возгласами – ладно хоть рисом в глаза бросаться не начали. Всё это веселье выглядело довольно фальшиво – вон и отец Ронессы стоит мрачный, а рядом с ним не менее хмурый молодой человек, судя по чертам лица, его сын, а значит “мой” братец.
Им-то, понятное дело, радоваться нечему. Похоже, Ронессу они отдали замуж по очень невыгодному для своего семейства курсу. А это тоже своего рода потеря.
Я изо всех сил вертела головой, стараясь увидеть как можно больше. И выводы за этим последовали неутешительные: бежать мне по-прежнему некуда. Я же тут на первой улице заблужусь, а память предыдущей хозяйки тела не торопилась подбрасывать мне новые подсказки. Ладно, ждём…
Регар проводил меня в повозку и даже снизошёл – помог мне подняться в неё, подставив руку. Сам он забрался в неё следом за мной, но сел не рядом, а напротив – и теперь всю дорогу, куда бы мы там ни ехали, придётся терпеть его холодный пронизывающий взгляд. Он как будто каждую секунду сканировал меня, ожидая подвоха или новой выходки.
Возможно, он мечтал снять с меня кожу – кто знает, какие у него там фантазии.
Но на этот раз я кротко молчала – не хотелось пинком вылететь из повозки на ходу. Как бы то ни было, а пожить ещё немного не отказалась бы, пусть и в этом теле. Кого бы расспросить о подробностях конфликта Регара и Ронессы? Возможно, тогда я лучше поняла бы, как действовать и как себя вести с этим угрюмым мужчиной, чтобы оставаться невредимой как можно дольше.
Повозка тронулась, за ней вереницей поехали другие коляски – с гостями. После непродолжительной поездки по городу, во время которой я хоть немного успела его осмотреть, мы выкатились на просторную площадь, где явно шли какие-то гуляния. Вокруг были развёрнуты палатки, столы и прилавки с угощениями и напитками. Судя по общей торжественности обстановки – как раз в честь свадьбы князя, ведь такой титул предполагает подданство очень многих людей. Скорей всего и этот город находится в его владениях.
Мои предположения сразу подтвердились. Как только наша с Регаром коляска остановилась, к ней повалили нарядно одетые горожане. Кажется, многие из них уже были в подпитии: глаза блестели, щёки горели румянцем. Многие уже танцевали под музыку, которая доносилась с противоположной стороны площади.
Довольно радужная картина, надо сказать. Никакого упадка или уныния. А раз люди так охотно кинулись поздравлять Регара со свадьбой, его тут уважают и любят.
Какой контраст с его вечно недовольным видом и поведением невоспитанного хама, который только что вылез из пещеры, в первый раз увидел женщину и не знает, как себя с ней вести.
– Драак и виэсса Мовельор! Поздравляем! – выкрикнул кто-то рядом так громко, что у меня зазвенело в ухе.
– Поздравляем!
Толпа вокруг становилась всё гуще. Регар только и успевал поворачиваться, взмахивать рукой и отвешивать благодарные поклоны. Он тащил меня за собой, держа за руку, а горожане так и норовили прикоснуться к нему, словно к какому-то идолу.
– Теперь у вас будет новая истинная? – спросила какая-то молодая женщина, взяв его за рукав. – Всё наладится, да?
Лицо мужчины вновь омрачилось, но он всё-таки ответил ей вполне спокойно и мило:
– Конечно, всё скоро будет хорошо! Не волнуйтесь!
– Гризоры разорили наше поле на днях! – дёрнул его мужчина в опрятной, но небогатой одежде. – Ваша светлость, когда вы к нам приедете? Вы должны взглянуть!
– У князя сегодня праздник! – шикнула на него женщина с блестящим лицом. – Простите, драак!
Парочка быстро скрылась в толпе, а у меня в голове возникло ещё больше вопросов. Получается, в княжестве творится что-то нехорошее. Кто-то вредит людям и посевам. Как этот мужчина их назвал?
Гризоры – подсказала какая-то чужая часть моей памяти. Но дополнительных пояснений к этому термину не поступило – жаль…
Наконец мы с князем вышли в центр бурлящей людьми площади и вокруг нас начал закручиваться танцующий хоровод, а горожане начали петь! Я застыла, схватившись за руку Регара – что сейчас будет?
Но, кажется, это было что-то вроде местной традиции – так люди поздравляли своего сюзерена. Они пели, приплясывали, где-то за людскими спинами наигрывала задорная музыка. То и дело из хоровода кто-то выходил и опускал к нашим ногам подарки – ничего роскошного или просто дорогого: скорее что-то, что имело некое символическое значение. То корзину с цветами, то плетёный короб с разными фруктами, а то и вовсе закрытый сундучок с неизвестным содержимым.
После того, как с дарами было покончено, нас с Регаром внезапно разделили и увлекли в танец. Путаясь в длинном подоле, я едва успевала за резвыми передвижениями по кругу, и плюсом было лишь то, что теперь князь находился далеко от меня, и его давящая аура совсем не ощущалась. Зато внимательный острый взгляд то и дело выстреливал мне в лоб, когда мы оказывались напротив.
Пока я кружилась вместе с разгорячёнными всеобщим весельем горожанками в ярких юбках и передниках, кто-то надел мне на шею гирлянду из цветов – перед глазами промелькнул размытый силуэт.
– Счастливой свадьбы, – расслышала я сквозь пение. – Надеюсь, ты протянешь недолго.
Я обернулась и увидела, как среди танцующих затерялась девушка с рыжими волосами. Вернее, сначала её голова была покрыта капюшоном, но тот слетел, когда она неосторожно налетела на встречного мужчину.
И пока я пыталась решить, стоит ли обращать на этот эпизод внимание, как кто-то сильно дёрнул меня за руку прямо в гущу веселящейся толпы. У меня на миг даже дыхание сбилось, а когда я вдохнула вновь, то почувствовала явное головокружение от душного аромата цветов, который мгновенно просочился мне в нос. Пожалуй, стоило их снять, но меня постоянно дёргали и толкали, а теперь разум начал плавиться под действием сладковатого запаха.
– За виэссу Киррен! – шепнули мне на ухо, и стало ясно, что за этим не последует ничего хорошего.
От дурмана, который стремительно превращал мой мозг в кисель, время вокруг меня как будто замедлилось, я даже успела опустить взгляд, чтобы заметить направленный мне в живот кинжал. Но теперь уже было совсем неясно, настоящий он или мерещится мне – всё вокруг исказилось, как в кривом зеркале, лица горожан поплыли, а звуки стали глухими.
Я застыла в странном ожидании того, когда же это серебристое лезвие воткнётся мне в бок, потому что этот факт казался неизбежным. Какую-то очень уж долгую секунду эта мысль стояла у меня в голове, но остриё внезапно дёрнулось назад. И в тот же миг передо мной возникла широкая спина в знакомом уже красном камзоле. Регар?
Наверное, всё случилось очень стремительно, но для меня длилось почти целую вечность. Тихая гневная возня мужчин напоминала танец, где каждое движение плавное и выверенное, а затем в чувство меня привёл резкий возглас князя:
– Держите его!
Нападавший вырвался, оставив в руках Регара куртку, его макушка ещё пару мгновений мелькала в толпе и пропала. А князь повернулся ко мне ровно в тот миг, чтобы поймать, ведь стоять на ногах я уже совсем не могла. Возможно, за это время можно было сто раз избавиться от цветов, но руки были тяжёлыми, как два чугунных утюга, и поднять их казалось делом совершенно невыполнимым. Одним рывком Регар сдёрнул с меня злосчастный венок и отбросил в сторону, затем мир перевернулся, и я внезапно оказалась у него на руках!
Он понёс меня к экипажу в полном молчании, и люди расступались перед ним, испуганно вздыхая и перешёптываясь. Кажется, только сейчас в их взглядах читалось что-то похожее на сочувствие. Но это скорее были редкие исключения, потому что говорили горожане о другом.
– Заслужила, – пронеслось в отдалении.
– Этого можно было ожидать, – усмехнулся кто-то ещё.
И так дальше, пока Регар не усадил меня на сидение коляски. Ни одного слова сочувствия даже мельком! Только осуждение и снисходительность. Я ещё дня в этом мире не прожила, а такое положение дел уже начало меня утомлять.
Повозка тронулась, и я перестала шарить беспокойным взглядом по толпе: теперь-то уж никто на меня не нападёт. Ну, разве что муж, правда, он в этом, кажется, пока не заинтересован.
– Что это было? – спросила я, обхватив себя руками за плечи.
Сейчас действие насланного на меня дурмана прекратилось, и я вновь стала способна испытывать страх. Меня буквально затрясло! Если бы Регар не успел с помощью, то лежать бы мне сейчас на площади, истекая кровью. А может, этот убийца нанёс бы мне такой удар, что сразу дух вон.
– У тебя, знаешь, много недоброжелателей в Сансаэте, да и вообще в княжестве, в какой его конец ты не решила бы поехать, – князь пожал плечами и отвернулся, задумчиво глядя на мелькающие мимо дома. Однако через секунду добавил: – Правда, я не думал, что кто-то дойдёт до того, что решит тебя убить. Нам нужно было показаться на городском праздновании свадьбы – я стараюсь успокоить людей как могу. Но этот случай… Сейчас горожане снова начнут волноваться.
Вот, что его беспокоит – не моё душевное состояние, а мнение подданных. Может, это и логично, учитывая, что я для него кто-то вроде купленной на базаре козы, от которой он рассчитывает получить молоко.
– Там была девушка, – сочла я нужным упомянуть. Регар сразу напрягся и перевёл на меня взгляд искоса. – Она надела мне на шею эту цветочную гирлянду. Что за цветы в ней были? Мне стало так плохо… Я шевелиться не могла!
Князь хмыкнул.
– Ты же опытный алхимик и зельевар. И не поняла, что там были за цветы? Смеёшься?
Так… Умения Ронессы слегка прояснились, но пока что пользу из этой информации я извлечь не могла.
– Ты можешь просто ответить, без подвывертов? – огрызнулась.
