И вот, вроде он беспокоиться, спрашивает меня, а у самого улыбка страшная сияет на лице. Победоносная. Они медленно наступают на меня, загоняют ближе к темной стене.
– Дайте пройти! У меня нет денег!
– Да зачем нам твои деньги, сладкая? Смотри, какие у нее волосы! Блондинка натуральная. Пойдем, покатаемся с нами. Пойдем! Я тебе шашлык приготовлю.
Этот Джамал тянет ко мне свои толстые руки и я вскрикиваю. Громко, истошно, задыхаясь от истерики:
– Брандо! Брандо! САША!
Честно говоря, я не знаю, почему зову именно его. Даже там в лесу, когда я однажды убежала и меня окружила стая волков, я тоже звала его. Истошно, со всех просто сил.
– Сука, завяжи ей рот! Здесь давайте разложим, не будем ехать.
Их руки. Жадные, цепкие, противные. Они прижимают меня к стене, один хватает за плечи, второй тянется к платью.
В этот момент я слышу выстрел и тот, кто ко мне прикоснулся, замертво падает вниз.
У него в голове дыра. Прямо по центру лба дырка от пули!
– А-а! – вскрикиваю, а после вижу, как остальные орут и набрасываются на подошедшего Брандо.
Их пятеро, он один. Довольно быстро они выбивают у Александра из руки пистолет, а после заваливают его на дорогу и начинать бить. Руками, ногами, тогда как я стою и просто пошевелиться не могу. Слезы текут ручьем, меня всю просто колотит.
– Не надо. Не надо… не надо! Боже!
Никакой помощи нет, они его просто убивают, но после я вижу, как в свете фонаря что-то сверкнуло в руке Брандо.
Это скальпель. Брандо всегда его носит с собой и сейчас он быстро хватает одного из нападавших за волосы и делает резкий выпад рукой.
– А-а-а! А-а-а, сука!
Улицу пронзает истошный вопль, в руке Брандо остается срезанный скальп одного из нападавших.
– Пизда тебе! Ты убил Джамала!
– Я и вас порешу сейчас. Ко мне, суки! КО МНЕ! Я Фараон!
– Это же брат Фари. Валим, валим!
И пока один убит, второй орет, истекая кровью, трое остальных просто садятся в машину и бьют по газам.
Я же стою едва живая. Тело дрожит, вижу только, как Брандо поднимается с колен, прижимая к себе руку, из которой тонким ручейком кровь стекает на дорогу.
– В машину села. Живо.
Спорить я не решаюсь и быстро усаживаясь в машину к своему врагу или спасителю. Сама уже не знаю.
***
Свет фар, лед на асфальте и такая длинная ночь. Мы едем в машине, Брандо одной рукой держится за руль, а вторая у него так и продолжает истекать кровью.
– У вас кровь. Вам очень больно?
– Не трогай меня!
Зарычал так жестко, что я вжалась в сиденье и больше не проронила ни звука. К этому моменту алкоголь окончательно выветрился из меня и я понимаю, что оказалась в одной машине со своим злейшим врагом, с тем, кто меня похитил, а теперь везет непонятно куда.
Быстро становится страшно, я одна, точно также как и тогда, только теперь все иначе. Или нет? Ненавидит ли все еще меня Брандо? Тогда он обвинял Дашу в гибели своего брата Фари, а теперь, когда правда всплыла, осталась ли у него еще ненависть персонально ко мне?
Я не знаю, я просто смотрю на его сердитый профиль, на его кровь, на руку, которую он прижимает к себе и понимаю, что я сделала сегодня ошибку. Не надо было мне идти в этот клуб, не надо было мне нарываться и шастать одной по ночным улицам. Я же сделала по-своему, и вот он результат.
– Вы один против пятерых пошли. Вам не было страшно?
– Нет.
– Почему вы помогли мне сегодня?
– Потому что тебе это было нужно.
– Вы не были обязаны! Да и они ничего бы не сделали со мной…
Пытаюсь оправдаться, хотя сама понимаю, как же жалко это звучит.
– Ты понятия не имеешь, что бы они с тобой сделали! И ты не хочешь этого знать!
Прогремел и вдавил в педаль газа сильнее, а я затихла.
Вероятно, Александр теперь хочет мести за свою сломанную руку, судя по тому, насколько сильно злится на меня.
Ненавидит все же. Все также, ничего не изменилось. Я все такая же проблема для него, какой и была.
Остаток пути мы ехали молча. В какой-то момент мне стало дурно, от страха я вжалась в сиденье и прикрыла глаза.
Если эти мужики не сделали со мной ничего плохого, то Брандо может сделать. Думаю, потому он и везет теперь меня в неизвестном направлении.
Глава 10
Я помню ту хижину в лесу, наш быт, если так можно выразится. Помню как Брандо пришел и принес тогда мне еду. Жареное мясо и сосиски. Я не ела ни первого ни второго. Я вообще мясо не ем, мне жалко животных.
Когда я впервые не притронулась к еде, он не обратил внимания, но когда спустя два дня не съела ни крошки, бандит разозлился. Ему это не нравилось, а я поняла, что это мой козырь.
Единственный, пожалуй, и конечно же, я им пользовалась. Я объявила Брандо голодовку, если он не вернет меня домой и продержалась ровно трое с половиной суток, прежде чем у меня закружилась голова.
Помню, как тогда Александр отпаивал меня сладким малиновым чаем и притащил целый пакет всякой зелени, орехи, фрукты и овощи. Он сам готовил мне салаты, потому что у меня не было сил. Ха, думаю, он просто не хотел, чтобы я померла с голоду. Я тогда ему была нужна живой.
Так мы и жили. Ели всегда вместе. Я лопала свои овощи, а он ел жареное на костре мясо дичи, грыз его, точно дикий зверь.
Этот лес, он был таким необычным. Там жили десятки белочек. Они совсем не боялись рук. Были зайцы и птички, даже лисы. А еще однажды я поймала ежика возле хижины и притащила его в дом. Брандо тогда не было целых три дня подряд и я испугалась. Я замерзла, пыталась впервые в жизни растопить печку, но у меня ничего не вышло. Хижина задымилась, я едва не сделала пожар.
Помню, что Брандо тогда пришел, потушил все и отпустил моего любимого ежа на волю. Мне назло, сто процентов! Он так меня наказал, отобрал моего друга, а я расплакалась и впервые сказала, что ненавижу его. Он ответил мне тем же.
Так мы и жили в нашей обоюдной ненависти. В лесу, среди зайцев и ежей, мы после того случая целую неделю не разговаривали.
У меня за это время дико просто спутались волосы, они быстро превратились в колтуны. Я пыталась пальцами их распутать, но тщетно. Когда же я проснулась следующим утром, то увидела на столе деревянный гребень и прекрасную заколку с розовыми камнями. Это Волк мне их принес. И я взяла. Не потому, что была не гордой, а потому что не хотела терять волосы из-за этого бандита.
Когда же Брандо вернулся в хижину и увидел эту заколку в моих волосах, на его лице красовалась самодовольная ухмылка.
Ох, как же я ее ненавидела! Она всегда означала, что Бемби слабая, а Волк силен.
***
Я трясусь от страха, но Брандо привозит меня к моему подъезду. Уже рассвело, светло стало, Александр глушит мотор и наклоняется вперед, опираясь на руль лбом. И все, он молчит, а не знаю, что делать.
Что сказать в свое оправдание, но я не просила его помогать мне.
Его шелковые черные волосы красиво уложены назад. На виске капелька пота, он тяжело дышит, словно ему больно, хотя я сомневаюсь, что этот бандит способен чувствовать боль.
Осторожно протягиваю руку, словно к зверю дикому подхожу, я ни разу сама к нему не прикасалась.
– Вам плохо?
– Да – басит, не поворачивается даже ко мне.
Попала так попала. Что делать? Позвонить Даше? О нет, тогда мне не то что в клуб, мне вообще всякие прогулки будут запрещены на веки.
– Вы можете умыться у меня в квартире.
Не знаю, чего это я стала такой доброй, но он защитил меня. И это у него сейчас из руки стекает кровь.
– Незнакомых нельзя пускать дом, девочка.
– Я вас знаю. И помню.
В этот момент Брандо блеснул за меня своими янтарными глазами, а я тут же пожалела, что сама пригласила его в квартиру. Сама же.
Спустя пять минут мы уже у двери. Я запоздало понимаю, что проворонила даже ключи и тогда Александр достает ключ из своего кармана и он подходит! Его ключ подходит к моему замку. Это как…
– У вас ключ от моей квартиры. Откуда?
Поднимаю голову, встречаюсь с его взглядом. Потемневшим сейчас и злым.
– От верблюда.
Боже, узнаю свой брелок на этом ключе. Ах да, это мой!
Отлегло от сердца, потому что мысль о том, что Саша все это время мог спокойно проникнуть в мое жилье, провоцирует дрожь.
Мы входим, тут же топаю на кухню, достаю аптечку.
Брандо идет в ванную. Сразу и уверенно. Так, словно знает, где она находится (он не может знать, у него ведь нет ключей от моей квартиры, да)?
Сама быстро плескаю воду себе в лицо. Я продрогла, испугалась и это все неправильно.
Ставлю чайник чисто по привычке. Выгружаю из аптечки бинт и активированный уголь, собственно, на этом аптечка закончилась.
– Где у тебя полотенца?
– Э-э… сейчас.
Блин, блин, блин! Я не ждала гостей как-то, а Брандо не ждала никогда. И никогда бы не пустила его к себе в дом, если бы, ну если бы не экстренная ситуация, как сегодня.
Открываю шкаф, достаю свое полотенце. Иду к ванной, стучу. Дверь распахивается, Брандо быстро хватает полотенце, а после выходит и я едва не выпускаю чашку из рук, когда он входит на кухню в одних только брюках.
– Хм, вообще-то, я тут!
– Я тоже “тут”.
Закатываю глаза. Александр снял рубашку, держит ее сейчас в руке, хотя рубашкой это назвать сложно. От нее остались одни лишь тряпки, которые он сейчас демонстративно показывает мне.
– Я дам вам что-то надеть.
– Аптечку лучше дай.
Протягиваю ему небольшую коробку. Брандо роется в ней, а после его лицо искажает недовольство.
– И это все?!
– Ну да.
– Где жгут?
– Нет его. Я же не сдаю кровь на дому.
Он недовольно поджимает губы, а после садится на стул и кладет свою руку. Я же не могу спокойно смотреть на нее, там точно перелом. И кость. Боже, она же торчит сейчас из раны, образуя огромную гематому!
– Иди, помоги мне.
– Я не могу. Не могу смотреть туда!
