– Это рибенское святилище. На входе всегда подобные ворота, – снисходительно пояснила я. – Они так и должны выглядеть. Вы меня поняли? Ни шагу за них!
– Что бы ни случилось… – задумчиво сказал Винсент. – Ты не уверена в успехе?
Я с досадой ответила:
– Сказала же, он или согласится, или нет. А может, и не откликнется на мой зов. В любом случае для вас ступать на священную землю во время ритуала опасно. Особенно для тебя, Рэйман.
Святой равнодушно пожал плечами:
– Я не боюсь рибенских духов.
Пришлось сказать ему правду:
– Если дух откликнется, и ты ступишь на эту землю… Он попытается тебя убить.
Охотник нахмурился. Несколько мгновений он изучал мое лицо, а затем в его взгляде мелькнуло недоверие:
– Убить… Ты…
– Почему именно его? – прозорливо спросил Ястер.
Я резко отвернулась и сказала:
– Не важно. Для вас там тоже опасно. Оставайтесь здесь.
Я шагнула к воротам, и Святой бросил мне в спину:
– Потому что это я оборвал его жизнь, верно? Ты хочешь призвать дух Соджи Мисуто.
Охотник схватил меня за плечо и развернул к себе. В серых глазах полыхала ярость:
– Это безумие! У тебя не хватит силы. И он не простит. Мы с тобой сейчас заодно, и у тебя договор с моим псом…
– Он уже не пес, – холодно ответила я. – Вот именно – договор. Если не хватит силы, призову другого. Я знаю, что делаю.
– Эльфийская искра может помешать тебе.
– Вот и проверим.
Стряхнув его руку с плеча, я поспешно шагнула за ворота. Охотник заковыристо выругался на трех языках сразу. Я усмехнулась и вытащила из ножен катану духа. На вытянутых руках я пронесла ее по тропинке мимо останков каменных лисиц. Ступени заскрипели, опасно прогибаясь под ногами, и я поспешно шагнула под дырявую крышу. Затем я осторожно опустила свое оружие на покрытый трухой пол и отступила на шаг.
Закатав рукав рубашки, я чиркнула кинжалом по предплечью. Мир окрасился в зеленый, а в нос ударили запахи тления. Брызгать на лезвие катаны эльфийскую кровь я побоялась, поэтому сразу вытащила окарину и поднесла ее к губам.
Играть пришлось долго. В музыку я вкладывала всю свою силу, всю свою душу. Я чувствовала, как струятся вокруг меня зеленые нити, связывающие иной мир с нашим. Ощущала демоническую силу Тьена и связывающее его заклинание. Оно исказилось, но прочно сплелось с магией Договора и продолжало держать его. Это вызвало во мне глухую, безотчетную злость. И на это чувство откликнулся тот, на чье появление я уже перестала надеяться.
Сначала я увидела, как дрогнула толстая зеленая нить. А затем ткань мироздания расступилась. Передо мной вспыхнул огромный сгусток зеленого света. Я медленно опустила окарину. Голова кружилась, слабость накатывала волнами. Ноги подкосились, и я рухнула на колени перед катаной духа.
– Учитель Соджи, – выдавила я и протянула руку.
Я была в чужом теле. В моих жилах больше не текла кровь рибенцев. Только душа и темная искра связывали меня с прошлым. Я не была уверена, что мне ответят. Но близость того, кто когда-то воспитывал и учил, вызвала тоску и горечь. Дух подался вперед, но вместо того, чтобы позволить коснуться себя, ринулся вперед и слился с моим телом.
Зеленое сияние окружило меня. Я послушно открыла сознание, позволяя духу считать мои воспоминания. Рассказывать о том, что произошло, было слишком долго. Я чувствовала ярость и боль духа, когда он видел моими глазами смерть рода. А еще всем своим существом я чувствовала отвращение, которое он испытывал к золотистому пиону внутри меня. И меня саму едва не выворачивало наизнанку.
Дух был разгневан и жаждал мести. Я знала, что он заметил Стэндиша и узнал Тьена, несмотря на смену облика. Он видел, что мы связаны Договором. Знал, что Святой пришел сюда вслед за мной, что он спасал мою шкуру, а я – его. И то, что я едва не поплатилась жизнью за спасение вражеского города – тоже.
К тому моменту, когда зеленый сгусток покинул мое тело, меня колотило от напряжения и усталости. Сила стремительно утекала. Магия такой силы не была предназначена для пятого ранга, а эльфийская искра мешала даже в сомкнутом состоянии. Накатило отчаяние. Чувства духа отступили. Но теперь я не верила, что он останется.
Несколько мгновений огромный сгусток зеленого света возмущенно дрожал в шаге от меня. А затем медленно опустился. Зеленый огонь охватил клинок и впитался в лезвие катаны духа, наполняя ее силой. Я почтительно поклонилась по-рибенски, коснулась лбом пола, сидя на коленях. Мне сделали одолжение, которое я не заслужила.
В тот же миг силы покинули меня, и я распростерлась на полу. Сознание уплывало, рана на руке продолжала кровоточить. Я ощутила духов этого места. Они были сильные и злые, как и предупреждал Тьен. У меня не было сил, чтобы подчинить их. Я кое-как протянула руку и ухватилась за рукоять катаны. Но больше шевельнуться не смогла.
Внезапно я ощутила ярость. Я не сразу поняла, что это не мои чувства. Что-то взбесило дух моего учителя. Только после этого обнаружила, что Тьен все-таки не выполнил мою просьбу. Теперь демон шел ко мне. А клинок требовал крови. Неимоверным усилием воли я сунула катану в ножны. Чужая ярость ушла. Тьен поднял меня на руки и понес прочь, за пределы святилища. Я уронила голову ему на плечо и закрыла глаза.
Пришла в себя я под уютный треск костра. Меня окутали ароматы дичи, чуть в стороне тихо переговаривались мои друзья. Тело болело так, словно меня пожевал и выплюнул дважды убитый дракон. Я распахнул глаза и увидела рядом с собой Тьена.
Демон открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в лесу раздался истошный детский крик.
Глава 3. На горе Оро
Сама не знаю, как у меня хватило сил подняться, но на ногах я оказалась мгновенно. И в следующий момент уже бежала через лес в ту сторону, откуда донесся крик, а в спину мне летели ругательства Стэндиша. Катана духа тоже каким-то чудом оказалась в моей руке. Похоже, даже без сознания я продолжала сжимать свое оружие, и никто из друзей не решился его тронуть. Хоть на это ума хватило.
На ходу я уколола кинжалом предплечье, стараясь выпустить меньше крови, но пробудить свою силу. Зеленые нити осветили ночь, и резко накатила слабость. Я едва не влетела в дерево, но сумела увернуться и продолжить путь. Использовать много силы я не собиралась. Главное – пробудить духа.
Я вывалилась из леса на прогалину, выхватывая клинок на ходу. Рядом с обрывом на земле сжался мальчишка лет пяти. На него медленно и неумолимо наступал акашита. Огромный розовый язык метнулся к ребенку. Дух учителя откликнулся сразу. Я взмахнула катаной и отрубила кончик языка твари. Акашита яростно взвыл и развернулся ко мне. Мальчишка изумленно смотрел на меня. То, что его лицо мне знакомо, я отметила мимоходом.
Дух бросился на меня, стараясь достать то когтистыми лапами, то языком. Катана в моих руках вибрировала от переполнявшей ее силы и ярости. Еще бы, ведь акашита посмел тронуть ребенка из рода учителя Соджи. Наверное, эта же ярость вела вперед и меня. Рана давала о себе знать при каждом движении, но я отключилась от этой боли и сошлась в яростной схватке с тварью. В тот момент, когда Тьен и Стэндиш выскочили из леса, я успешно покромсала нежить на кусочки и вогнала клинок в ножны.
Не обращая внимания на своих товарищей, я повернулась к ребенку. В его глазах был ужас. Он как будто ждал того, что я съем его вместо акашиты. Я опустилась на колени перед мальчиком, а затем притянула его к себе и тихо сказала на рибенском:
– Все хорошо, Такео. Теперь все будет хорошо.
Эти слова как будто прорвали платину. Ребенок начал рыдать. Я с трудом разобрала ответное бормотание и замерла, когда детские пальчики с силой сжали острый кончик моего уха. Только в этот момент до меня дошло, что я сняла плащ перед тем, как войти в святилище. А значит, все это время ребенок видел эльфийку. Исконного врага. «Ты меня убьешь?» – вот что спрашивал у меня Такео.
Я посмотрела на мужчин. Взгляд тут же упал на крестообразный шрам на подбородке Стэндиша. Вот и еще одна страшилка – Святой. Я поднялась на ноги, не выпуская из рук рыдающего мальчишку, и от безысходности передала его Тьену. Демон спокойно прижал к себе ребенка. Тот моментально прекратил рыдать, вцепился в его длинные черные волосы и изумленно спросил:
– Ты – демон?
– Да, – невозмутимо ответил Тьен.
Мальчик недоверчиво посмотрел в зеленые глаза и продолжил допрос:
– И с кем ты заключил Договор?
Демон кинул на меня и ответил:
– С ней.
Такео обхватил руками шею Тьена и подозрительно посмотрел на меня.
– Она эльфийка, – также недоверчиво произнес мальчишка.
– Наполовину, – поправила я, вытягивая вперед белую прядь волос. – А наполовину – некромант.
Доверия во взгляде мальчика не прибавилось. Пятилетний ребенок в компании человека, полуэльфийки и демона цепляется за последнего, какая горькая ирония. Но он был Мисуто, и, похоже, за время моего отсутствия его темная искра проснулась.
– Как тебя зовут? – спросил Такео, обращаясь ко мне. – И откуда ты знаешь мое имя?
Поколебавшись, я ответила:
– Мия.
И невольно коснулась ножен катаны. Знал бы мальчишка, где сейчас дух брата его деда…
Некоторое время Такео продолжал недоверчиво смотреть на меня, а затем скрестил ручки на груди и потребовал:
– Подтверди Договор. Это я смогу почувствовать.
Тьен вопросительно взглянул на меня. Лицо Святого перекосило от бешенства. Я метнула на охотника укоризненный взгляд. Ребенок не доверял нам, что естественно. И хотел единственного понятного ему доказательства сотрудничества между мной и Тьеном, что тоже было естественно.
Демон поставил ребенка на землю и крепко взял Такео за руку. А затем свободной рукой Тьен привлек меня к себе и поцеловал в губы. Внутри меня вспыхнула темная искра. Демонический источник силы отреагировал пульсацией. Для того, чтобы увидеть это, достаточно было едва пробудившейся некромантии.
Отстранилась я не сразу. Рана напомнила о себе, а слабость навалилась с новой силой. Я устало спросила у Такео:
– Доволен? Пойдешь с нами? Завтра утром мы отведем тебя домой.
Мальчик неуверенно кивнул и еще крепче вцепился в ладонь Тьена. Демон невозмутимо подхватил ребенка на руки. Такео вздохнул и снова обнял его. На лице мальчишки появилось умиротворение. Я невольно усмехнулась. Тьен бросил на меня непонимающий взгляд.
– Хорошо смотритесь вместе, – пояснила я и, пошатываясь, побрела вперед.
Следом за мной демон нес ребенка, а мрачный и злой Стэндиш замыкал шествие.
Когда мы вернулись к костру, лица моих друзей вытянулись от изумления. Пока мальчик жадно жевал хлеб и жареное мясо, я кратко пересказала друзьям события на нуамьенском, чтобы ребенок ничего не понял. После этого Такео уснул на руках у Тьена. Демон перенес мальчика на одеяло и сел рядом со мной.
Шон мрачно спросил:
– И что мы будем с ним делать?
Я покосилась на спящего ребенка и ответила:
– Отвезем в Мисутонару.
– Меня там знают, – напомнил Стэндиш.
– Значит, я пойду туда одна.
– Рискованно, – возразил Винсент. – И ты хотела скрываться.
– Мисуто – свои, – серьезно ответила я. – Нынешнего главу рода я вынесла на руках из погибающего города. Его отец и брат учителя Соджи пал в битве с Ян-Лином.
Шон поднял на меня изумленный взгляд.
– Да, – ответила я на невысказанный вопрос. – Он мой враг и много наследил здесь.
Святой хмыкнул. Я покосилась на него и добавила:
– Как и ты, Рэйман. Но ты сам выбрал вернуться сюда, так что…
Я развела руками.
– Отдай мне собаку, и я уйду, – холодно сказал Стэндиш.
– Нет, – отрезала я. – Может быть, ты позволишь мне уничтожить артефакт? Нет собаки – нет проблем.
– Не дождешься, – твердо ответил охотник. – Я уеду отсюда только с этим демоном в виде пса.
– Тогда тебе придется остаться в Рибене, – парировала я. – Не собираюсь отпускать его. У нас Договор.
– Видел я ваш Договор, – процедил Стэндиш и отвернулся. – Мерзкие ритуалы.
Я устало прислонилась к дереву, накрыла ладонями рану на животе и ответила:
– Ничего мерзкого.
Винсент перевел взгляд с меня на Стэндиша и спокойно предложил:
– Ложитесь спать. Я покараулю первым.
– У нас есть для этого демон, не нуждающийся во сне, – заявил Святой. – Вот пусть и займется делом.
Возражать я не стала. Знала, что Тьен все равно будет охранять нас, по своему желанию. Я, наконец, добралась до постели и уснула несмотря на ноющую рану. И хотя ночь была наполнена некромантией, а может, наоборот, как раз поэтому, снилась мне эльфийская магия. Во сне я держала в руках золотой пион и пальцами открывала лепесток за лепестком. В какой-то момент я ощутила тепло и проснулась.
Первым, кого я увидела, распахнув глаза, был Шон. Он сидел на коленях у моей постели и разглядывал одеяло. Я приподнялась на локте и обнаружила, что через ткань пробивается золотой свет. Усилием воли я собрала золотую искру, и свет погас.
– Что это было? – спросил Шон, стараясь скрыть любопытство.
Ответить я не успела. Тьен появился из кустов и сообщил:
– Нас окружает отряд воинов. Двадцать человек.
Я тут же откинула одеяло и потянулась к оружию.
Бежать не было смысла, поэтому я сунула за пояс катану духа и накинула капюшон. Мои товарищи уже не спали. Ястер разливал по мискам кашу. Крупа, привезенная из Нуамьенна, неумолимо подходила к концу. Моих друзей перспектива питаться рибенской едой расстраивала, меня – нет.
Святой нахмурился и спросил у демона:
– Кто они?
– Не важно, – ответила я вместо Тьена. – Нам все равно нужно вернуть Такео в Мисутонару. Мальчика обязательно будут искать. Думаю, это за ним.
