Какое-то время я смотрела в его зеленые глаза, а затем негромко пообещала:
– Я освобожу тебя от магии амулета.
Тьен с грустью покачал головой:
– Рэйман не допустит этого. Он очень недоволен тем, что ты сделала.
Я привалилась к стене и накрыла ладонями ноющую рану. Демон молча поднялся и расстелил мне постель. Наконец-то мне предстоит ночь на нормальном матрасе на полу, а не на кровати.
– Я буду сторожить снаружи, – пообещал он и ушел.
Я погасила магическую лампу и с наслаждением вытянулась на постели. Только после этого я окончательно поверила, что вернулась в Рибен. Осталось вернуть свой дом. Но для этого мне понадобится помощь. И я надеялась, что на горе Оро я ее обрету.
Путь к святилищу занял два дня. Я хорошо знала эти места. Когда-то именно здесь шли жаркие бои с эльфами и нуамьеннцами, которые им помогали. Селений мы старались избегать. Стэндиша с приметным крестообразным шрамом на подбородке могли узнать, несмотря на отсутствие пса. Разговаривали мало. Я злилась на Святого за упоминание о муже, Шон – на то, что я не его сестра. Самими спокойными в нашей компании были Винсент и демон.
Каждую свободную минуту я старалась заглянуть в книгу, которую дал мне Дэ-Хой. Шон косился на мои потуги чтения на эльфийском, но ничего не говорил. Мне казалось, что ему было интересно, но сам он в этом не признавался. Эльфийские лекарства, которые дал Ян-Лин, подошли к концу. Рана все меньше беспокоила меня, но слабость окончательно не прошла. И эту слабость я не могла себе позволить.
Вечером третьего дня мы вышли к горе. Стэндиш оглядел поросший лесом склон и едва различимую тропу, которая по спирали огибала гору, и негромко спросил:
– Уверена, что хочешь туда идти? У тебя всего лишь пятый ранг, эльфийская искра и раны. Если ты не совладаешь с эльфийской магией там, сюда сбежится половина Рибена.
Я уверенно ответила:
– Совладаю.
Внезапно его поддержал Тьен:
– Это сильное место. Сильные духи. Злые. Будет сложно.
Я коротко улыбнулась:
– Мне не придется никого укрощать. Он или согласится, или нет.
С этими словами первой начала подниматься на гору.
Сначала мы увидели ворота. Я оглядела два красных столба и вскинула голову, чтобы рассмотреть две такие же алые поперечные перекладины над своей головой. Священная веревка давно истлела, а храм за воротами – обветшал. Дверей в нем не было, стены и крыша зияли прорехами.
Я обернулась к своим друзьям и попросила:
– Останьтесь здесь и, что бы ни случилось, не заходите за ворота.
Шон смерил взглядом красные столбы и спросил:
– Это – ворота? А где створки?
– Это рибенское святилище. На входе всегда подобные ворота, – снисходительно пояснила я. – Они так и должны выглядеть. Вы меня поняли? Ни шагу за них!
– Что бы ни случилось… – задумчиво сказал Винсент. – Ты не уверена в успехе?
Я с досадой ответила:
– Сказала же, он или согласится, или нет. А может, и не откликнется на мой зов. В любом случае для вас ступать на священную землю во время ритуала опасно. Особенно для тебя, Рэйман.
Святой равнодушно пожал плечами:
– Я не боюсь рибенских духов.
Пришлось сказать ему правду:
– Если дух откликнется, и ты ступишь на эту землю… Он попытается тебя убить.
Охотник нахмурился. Несколько мгновений он изучал мое лицо, а затем в его взгляде мелькнуло недоверие:
– Убить… Ты…
– Почему именно его? – прозорливо спросил Ястер.
Я резко отвернулась и сказала:
– Не важно. Для вас там тоже опасно. Оставайтесь здесь.
Я шагнула к воротам, и Святой бросил мне в спину:
– Потому что это я оборвал его жизнь, верно? Ты хочешь призвать дух Соджи Мисуто.
Охотник схватил меня за плечо и развернул к себе. В серых глазах полыхала ярость:
– Это безумие! У тебя не хватит силы. И он не простит. Мы с тобой сейчас заодно, и у тебя договор с моим псом…
– Он уже не пес, – холодно ответила я. – Вот именно – договор. Если не хватит силы, призову другого. Я знаю, что делаю.
– Эльфийская искра может помешать тебе.
– Вот и проверим.
Стряхнув его руку с плеча, я поспешно шагнула за ворота. Охотник заковыристо выругался на трех языках сразу. Я усмехнулась и вытащила из ножен катану духа. На вытянутых руках я пронесла ее по тропинке мимо останков каменных лисиц. Ступени заскрипели, опасно прогибаясь под ногами, и я поспешно шагнула под дырявую крышу. Затем я осторожно опустила свое оружие на покрытый трухой пол и отступила на шаг.
Закатав рукав рубашки, я чиркнула кинжалом по предплечью. Мир окрасился в зеленый, а в нос ударили запахи тления. Брызгать на лезвие катаны эльфийскую кровь я побоялась, поэтому сразу вытащила окарину и поднесла ее к губам.
Играть пришлось долго. В музыку я вкладывала всю свою силу, всю свою душу. Я чувствовала, как струятся вокруг меня зеленые нити, связывающие иной мир с нашим. Ощущала демоническую силу Тьена и связывающее его заклинание. Оно исказилось, но прочно сплелось с магией Договора и продолжало держать его. Это вызвало во мне глухую, безотчетную злость. И на это чувство откликнулся тот, на чье появление я уже перестала надеяться.
Сначала я увидела, как дрогнула толстая зеленая нить. А затем ткань мироздания расступилась. Передо мной вспыхнул огромный сгусток зеленого света. Я медленно опустила окарину. Голова кружилась, слабость накатывала волнами. Ноги подкосились, и я рухнула на колени перед катаной духа.
– Учитель Соджи, – выдавила я и протянула руку.
Я была в чужом теле. В моих жилах больше не текла кровь рибенцев. Только душа и темная искра связывали меня с прошлым. Я не была уверена, что мне ответят. Но близость того, кто когда-то воспитывал и учил, вызвала тоску и горечь. Дух подался вперед, но вместо того, чтобы позволить коснуться себя, ринулся вперед и слился с моим телом.
Зеленое сияние окружило меня. Я послушно открыла сознание, позволяя духу считать мои воспоминания. Рассказывать о том, что произошло, было слишком долго. Я чувствовала ярость и боль духа, когда он видел моими глазами смерть рода. А еще всем своим существом я чувствовала отвращение, которое он испытывал к золотистому пиону внутри меня. И меня саму едва не выворачивало наизнанку.
Дух был разгневан и жаждал мести. Я знала, что он заметил Стэндиша и узнал Тьена, несмотря на смену облика. Он видел, что мы связаны Договором. Знал, что Святой пришел сюда вслед за мной, что он спасал мою шкуру, а я – его. И то, что я едва не поплатилась жизнью за спасение вражеского города – тоже.
К тому моменту, когда зеленый сгусток покинул мое тело, меня колотило от напряжения и усталости. Сила стремительно утекала. Магия такой силы не была предназначена для пятого ранга, а эльфийская искра мешала даже в сомкнутом состоянии. Накатило отчаяние. Чувства духа отступили. Но теперь я не верила, что он останется.
Несколько мгновений огромный сгусток зеленого света возмущенно дрожал в шаге от меня. А затем медленно опустился. Зеленый огонь охватил клинок и впитался в лезвие катаны духа, наполняя ее силой. Я почтительно поклонилась по-рибенски, коснулась лбом пола, сидя на коленях. Мне сделали одолжение, которое я не заслужила.
В тот же миг силы покинули меня, и я распростерлась на полу. Сознание уплывало, рана на руке продолжала кровоточить. Я ощутила духов этого места. Они были сильные и злые, как и предупреждал Тьен. У меня не было сил, чтобы подчинить их. Я кое-как протянула руку и ухватилась за рукоять катаны. Но больше шевельнуться не смогла.
Внезапно я ощутила ярость. Я не сразу поняла, что это не мои чувства. Что-то взбесило дух моего учителя. Только после этого обнаружила, что Тьен все-таки не выполнил мою просьбу. Теперь демон шел ко мне. А клинок требовал крови. Неимоверным усилием воли я сунула катану в ножны. Чужая ярость ушла. Тьен поднял меня на руки и понес прочь, за пределы святилища. Я уронила голову ему на плечо и закрыла глаза.
Пришла в себя я под уютный треск костра. Меня окутали ароматы дичи, чуть в стороне тихо переговаривались мои друзья. Тело болело так, словно меня пожевал и выплюнул дважды убитый дракон. Я распахнул глаза и увидела рядом с собой Тьена.
Демон открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в лесу раздался истошный детский крик.
Глава 3. На горе Оро
Сама не знаю, как у меня хватило сил подняться, но на ногах я оказалась мгновенно. И в следующий момент уже бежала через лес в ту сторону, откуда донесся крик, а в спину мне летели ругательства Стэндиша. Катана духа тоже каким-то чудом оказалась в моей руке. Похоже, даже без сознания я продолжала сжимать свое оружие, и никто из друзей не решился его тронуть. Хоть на это ума хватило.
На ходу я уколола кинжалом предплечье, стараясь выпустить меньше крови, но пробудить свою силу. Зеленые нити осветили ночь, и резко накатила слабость. Я едва не влетела в дерево, но сумела увернуться и продолжить путь. Использовать много силы я не собиралась. Главное – пробудить духа.
Я вывалилась из леса на прогалину, выхватывая клинок на ходу. Рядом с обрывом на земле сжался мальчишка лет пяти. На него медленно и неумолимо наступал акашита. Огромный розовый язык метнулся к ребенку. Дух учителя откликнулся сразу. Я взмахнула катаной и отрубила кончик языка твари. Акашита яростно взвыл и развернулся ко мне. Мальчишка изумленно смотрел на меня. То, что его лицо мне знакомо, я отметила мимоходом.
Дух бросился на меня, стараясь достать то когтистыми лапами, то языком. Катана в моих руках вибрировала от переполнявшей ее силы и ярости. Еще бы, ведь акашита посмел тронуть ребенка из рода учителя Соджи. Наверное, эта же ярость вела вперед и меня. Рана давала о себе знать при каждом движении, но я отключилась от этой боли и сошлась в яростной схватке с тварью. В тот момент, когда Тьен и Стэндиш выскочили из леса, я успешно покромсала нежить на кусочки и вогнала клинок в ножны.
Не обращая внимания на своих товарищей, я повернулась к ребенку. В его глазах был ужас. Он как будто ждал того, что я съем его вместо акашиты. Я опустилась на колени перед мальчиком, а затем притянула его к себе и тихо сказала на рибенском:
– Все хорошо, Такео. Теперь все будет хорошо.
Эти слова как будто прорвали платину. Ребенок начал рыдать. Я с трудом разобрала ответное бормотание и замерла, когда детские пальчики с силой сжали острый кончик моего уха. Только в этот момент до меня дошло, что я сняла плащ перед тем, как войти в святилище. А значит, все это время ребенок видел эльфийку. Исконного врага. «Ты меня убьешь?» – вот что спрашивал у меня Такео.
Я посмотрела на мужчин. Взгляд тут же упал на крестообразный шрам на подбородке Стэндиша. Вот и еще одна страшилка – Святой. Я поднялась на ноги, не выпуская из рук рыдающего мальчишку, и от безысходности передала его Тьену. Демон спокойно прижал к себе ребенка. Тот моментально прекратил рыдать, вцепился в его длинные черные волосы и изумленно спросил:
– Ты – демон?
– Да, – невозмутимо ответил Тьен.
Мальчик недоверчиво посмотрел в зеленые глаза и продолжил допрос:
– И с кем ты заключил Договор?
Демон кинул на меня и ответил:
– С ней.
Такео обхватил руками шею Тьена и подозрительно посмотрел на меня.
– Она эльфийка, – также недоверчиво произнес мальчишка.
– Наполовину, – поправила я, вытягивая вперед белую прядь волос. – А наполовину – некромант.
Доверия во взгляде мальчика не прибавилось. Пятилетний ребенок в компании человека, полуэльфийки и демона цепляется за последнего, какая горькая ирония. Но он был Мисуто, и, похоже, за время моего отсутствия его темная искра проснулась.
– Как тебя зовут? – спросил Такео, обращаясь ко мне. – И откуда ты знаешь мое имя?
Поколебавшись, я ответила:
– Мия.
И невольно коснулась ножен катаны. Знал бы мальчишка, где сейчас дух брата его деда…
Некоторое время Такео продолжал недоверчиво смотреть на меня, а затем скрестил ручки на груди и потребовал:
– Подтверди Договор. Это я смогу почувствовать.
Тьен вопросительно взглянул на меня. Лицо Святого перекосило от бешенства. Я метнула на охотника укоризненный взгляд. Ребенок не доверял нам, что естественно. И хотел единственного понятного ему доказательства сотрудничества между мной и Тьеном, что тоже было естественно.
Демон поставил ребенка на землю и крепко взял Такео за руку. А затем свободной рукой Тьен привлек меня к себе и поцеловал в губы. Внутри меня вспыхнула темная искра. Демонический источник силы отреагировал пульсацией. Для того, чтобы увидеть это, достаточно было едва пробудившейся некромантии.
Отстранилась я не сразу. Рана напомнила о себе, а слабость навалилась с новой силой. Я устало спросила у Такео:
– Доволен? Пойдешь с нами? Завтра утром мы отведем тебя домой.
Мальчик неуверенно кивнул и еще крепче вцепился в ладонь Тьена. Демон невозмутимо подхватил ребенка на руки. Такео вздохнул и снова обнял его. На лице мальчишки появилось умиротворение. Я невольно усмехнулась. Тьен бросил на меня непонимающий взгляд.
– Хорошо смотритесь вместе, – пояснила я и, пошатываясь, побрела вперед.
Следом за мной демон нес ребенка, а мрачный и злой Стэндиш замыкал шествие.
Когда мы вернулись к костру, лица моих друзей вытянулись от изумления. Пока мальчик жадно жевал хлеб и жареное мясо, я кратко пересказала друзьям события на нуамьенском, чтобы ребенок ничего не понял. После этого Такео уснул на руках у Тьена. Демон перенес мальчика на одеяло и сел рядом со мной.
Шон мрачно спросил:
– И что мы будем с ним делать?
Я покосилась на спящего ребенка и ответила:
– Отвезем в Мисутонару.
– Меня там знают, – напомнил Стэндиш.
