На этот раз в тоне Питса не прозвучало ни намека на вопрос, лишь едкая насмешка.
В висках заныло сильнее, а щеки предательски потеплели, как будто меня уличили в чем-то очень недостойном и постыдном.
– Нет, вы неправильно понимаете.
Собственный голос прозвучал на редкость визгливо и неприятно, но я нашла в себе силы поднять голову и взглянуть на Питса.
Тот выразительно изогнул бровь, молчаливо предлагая мне пояснить эти слова.
– На моем курсе еще есть Саманта, – проговорила я. – Она моя подруга. И тоже не платит за обучение. Она вообще сирота и несколько лет провела в приюте.
– Саманта, стало быть.
Питс улыбнулся. В его блеклых рыбьих глазах при этом загорелся какой-то загадочный жадный блеск.
На редкость неприятный тип! Впрочем, у них все семейство такое.
– Ладно, хватит об учебе! – в очередной раз сделала попытку перевести разговор на менее опасную тему матушка. – Давайте лучше о чем-нибудь более приятном поболтаем.
– Давайте, – с готовностью согласилась Магда.
Она потянулась и щедрой рукой подлила себе еще виноградного сока, успев за столько короткое время осушить первый бокал до дна.
Ого, а раскраснелась-то как! Интересно, матушка, случаем, не перебродивший сок на стол поставила? Очень на то похоже.
Магда тем временем отпила еще и посмотрела на меня с откровенным злорадством.
Так. Ну что еще ей от меня надо? Сдается, какую-то новую подлость придумала.
И я не ошиблась.
– Самое приятное в жизни любой девушки – это, конечно же, свадьба! – возвестила Магда.
– Магда! – возмутился мой отец. – Ну не начинай, пожалуйста. Мы, вроде бы, договорились, что сперва Габриэлле необходимо получить образование.
– Мы договорились? – фальшиво изумилась Магда. – Отнюдь. Я сразу сказала, что Габи больше нечего делать в академии.
Ух, все-таки завела старую песню. Аж зубы заныли от ее противного командного тона.
– Магда, давай отложим это обсуждение! – взмолилась на этот раз матушка. – Праздник ведь! Надо шутить, веселиться и радоваться тому, что год благополучно миновал, не принеся нам никаких потерь…
– Вот! – перебила ее Магда и назидательно вздела указательный палец. – Вот именно, моя дорогая Матисса. Ты сама сказала, что надо радоваться и думать о счастливых событиях, которые ждут впереди. Свадьбу наших детей точно не стоит откладывать в долгий ящик. Ладно уж, пусть первый курс Габриэлла завершит. Как раз за эти несколько месяцев подготовимся к торжеству. Не хочется ведь лицом в грязь ударить перед нашими многочисленными родственниками и друзьями. Да что там – всю округу на свадьбу позовем!
О небо! Как же мне не нравится слышать все эти речи. А самое противное в том, что ничего поперек не скажешь. Мысль о проклятой расписке останавливает от любых возражений.
– Магда… – Матушка выдавила из себя измученную улыбку, предприняв новую попытку остановить этот нескончаемый словесный поток из уст подруги. – Ну пожалуйста…
– В канун Нового года принято не только вспоминать прошлое, но и строить планы на будущее, – провозгласила Магда, пропустив мимо ушей очередную просьбу замолчать.
Неожиданно встала, резко отодвинув стул. А самое главное – потянула за собой и Ларса, заставив его тем самым тоже подняться на ноги.
Парень подчинился без особой охоты. Он как раз запихнул в рот огромный кусок запеченной домашней буженины в остром томатном соусе, и прямо рукавом парадной рубашки вытер жирные губы. Вопросительно глянул на мать, явно не понимая, почему его отвлекли от процесса уничтожения пирогов и прочих праздничных яств.
– Ты чего? – пробурчал невнятно, продолжая пережевывать мясо.
– Помнишь, о чем мы с тобой дома говорили? – строго спросила его Магда.
Ларс озадаченно сдвинул брови. На его лице отобразилась напряженнейшая умственная работа.
«Ой-ой-ой, – испуганно протянула Аспида. – А я, кажется, знаю, что сейчас произойдет».
Да? И что же? В любом случае, по-моему, хуже ситуация уже стать точно не может.
Но я ошибалась. В следующее мгновение Магда устала ждать, когда ее сынок наконец-то вспомнит, о чем они там болтали дома, и решила продолжить сама.
– Габриэлла! – воскликнула она. – Ларс хочет предложить тебе свою руку и сердце.
Обалдеть! Это она о помолвке, что ли, заговорила?
– Ах да! – оживился Ларс. – Точно. Вот что у меня есть!
И залез себе в карман. Пошарился там, после чего вытянул руку обратно и с нескрываемой гордостью ткнул в мою сторону золотое кольцо с каким-то крупным блестящим камнем.
– Вот! – проговорил, лучась от удовольствия. – Габи, это тебе. Будешь моей женой?
В гостиной после этого повисла очередная томительная пауза, наполненная звенящим ожиданием.
Я увидела, как матушка в безмолвной муке возвела глаза к потолку.
– Магда, Ларс! – почти простонала она. – Ну зачем об этом говорить именно сейчас?
– А когда еще об этом нам поговорить? – с притворным простодушием изумилась Магда. – Я считаю, это самый лучший момент для заключения помолвки. Обе семьи в сборе. Стол не придется во второй раз накрывать, чтобы отпраздновать столь замечательное событие. Заодно и обсудим детали предстоящей свадьбы. Как вы прекрасно поняли, откладывать ее в долгий ящик мы не намерены. Чем раньше – тем лучше. Думаю, весна – самое подходящее время для этого. Заключать браки по традиции и принято в последний месяц перед летом.
Все это Магда выпалила на одном дыхании. Счастливо заулыбалась, явно довольная тем, что оказалась в центре всеобщего внимания.
Вот только мои родители не разделяли ее восторженного настроения. Они обменялись быстрыми испуганными взглядами.
– Что-то не так? – прозорливо полюбопытствовал на этот раз Питс.
Он вальяжно откинулся на спинку стула и с превеликим интересом наблюдал за всей этой сценой. На его тонких губах играла насмешливая улыбка, а на дне зрачков посверкивали искорки мрачного удовлетворения.
Вот ведь гад! Прекрасно понимает, что именно не так. Понимает – и наслаждается всем происходящим.
– Тимас, Матисса, разве вы имеете что-то против? – медовым голосом продолжил он. – По-моему, мы заключили вполне ясное и четкое соглашение. Неужели вы намерены нарушить его условия? Но так дела не делаются. В таком случае мы сильно поссоримся. Я думаю, вы понимаете, о чем я говорю.
Увы, мои родители действительно понимали, на что намекал Питс Дуггер. Понимала это и я.
Матушка горестно вздохнула. Устремила на меня глаза, полные прозрачных слез, готовых пролиться в любую секунду.
– Габи, девочка моя, – прощебетала Магда. – Ну же. Не стесняйся. Пусть Ларс наденет кольцо тебе на палец. Между прочим, эта наша фамильная ценность. Оно досталось мне от матери Питса. Я хотела подарить его дочери, но боги послали мне лишь одного ребенка. Впрочем, я не сомневаюсь, что ты станешь мне настоящей дочерью.
И с такой силой пихнула в бок Ларса, который все так же пялился на меня с глупейшей ухмылкой, что тот с трудом удержался на ногах.
– Эй, ты чего? – возмутился он, повернувшись к матери. – Чуть носом не загремел!
– Подойти к Габи, надень ей кольцо на палец, – скомандовала Магда.
– А потом поцелуй ее, – добавил Питс с ухмылкой.
Что?
Меня тут же кинуло в холодную дрожь от мысли, что Ларс прикоснется ко мне своими жирными губами-варениками. Фу, гадость какая! Я бы с гораздо большим удовольствием слизняка поцеловала, чем его.
А вот он идею отца оценил, да еще как. Широко распахнул в жадном предвкушении глаза и несколько раз хлопнул в ладоши от восторга, на мгновение напомнив ребенка, которому подарили дорогую вожделенную игрушку.
– Я с радостью! – пробасил со счастливой миной. – Габи, иди сюда!
Распахнул объятия и с самыми недвусмысленными намерениями покачнулся в мою сторону.
Ой-ой-ой, только не это!
– Стой! – вырвалось у меня, и я инстинктивно отпрянула, будто от чего-то смертельно опасного и ядовитого. – Не подходи!
Ларс замер на полушаге, не опуская рук, но и, хвала всем богам, не пытаясь подойти ближе.
– Почему? – простодушно спросил он, обиженно насупившись. – Я же не кусаюсь!
«Зато я кусаюсь! – воинственно сообщила Аспида. – Габи, при всем моем уважении, но если ты и дальше будет молчать про Адриана и терпеть все эти посягательства и домогательства, то я за себя не ручаюсь! Так наподдам этой семейке, что вылетят из вашего дома вперед собственного визга».
– Ларс, да иди ты! – Магда опять со всей дури толкнула замершего в растерянности сына в мою сторону. Добавила с ехидным смешком: – Будь понастойчивее, сынок. Девочки любят напористых и наглых.
Ларс опять растянул губы в улыбке, правда, на сей раз слегка озадаченной, как будто он усомнился в словах матери. Но все-таки послушно сделал еще один шаг.
«Ну все, гад, сам напросился!» – гневно выкрикнула Аспида.
Предплечье обожгло огнем, видимо, змейка собиралась вырваться на волю и осуществить свою угрозу.
Но не успела.
В следующий момент произошло сразу несколько событий, которые слились в одно.
Послышался душераздирающий кошачий вопль, и гардина отлетела в сторону. Черная тень, в глубине которой разъяренно полыхали зеленые огни огромных кошачьих глаз, стремительно пересекла комнату и бросилась Ларсу в ноги.
Парень перепуганно заверещал и с удивительной для его грузной комплекции грацией в один прыжок оказался на стуле.
Ему вторили мои сестры, от оглушительного общего визга которых аж зазвенели оконные стекла.
Краем глаза я заметила, как привстал мой отец, грозно набычившись, как будто готовый вступить в драку с неведомым противником. А вот Питс Дуггер, напротив, трусливо поджал под себя ноги.
– Что это? – успела крикнуть Магда, потерявшая всю свою спесь и словно став меньше ростом.
Но на столь внезапной материализации Морока проблемы семьи Дуггеров не закончились, скорее, только начались.
Еще через миг мне в лицо ударил сильнейший порыв холодного воздуха. Это могло означать лишь одно: вот-вот в комнате распахнется портал.
Я не ошиблась. Прямо посреди комнаты сгустился мрак, задрожал плотной непрозрачной пеленой – и разродился проколом в пространстве.
И в комнату не вошел, а ворвался лорд Адриан Драйгон.
Глава четвертая
Сказать, что внезапное пришествие Адриана потрясло всех – значит, ничего не сказать.
Он появился так стремительно, будто сама тьма разорвалась, чтобы выпустить его на волю. Портал после этого вновь схлопнулся, обдав всех ледяным ветром, который продрал меня до костей несмотря на уютное тепло праздничной гостиной. В воздухе запахло озоном, грозой и чем-то древним – магией, которой не учат даже в академии.
Адриан замер посередине комнаты, и я невольно залюбовалась им.
Ох, только сейчас поняла, насколько я соскучилась по нему за эти дни!
Высокий, одетый в безупречного кроя черный камзол с неяркой серебряной вышивкой, с резкими чертами лица. От всей его фигуры веяло властью и решимостью. Аж мороз по коже.
Судя по всему, единственный наследник драконьего рода пребывал в состоянии крайнего раздражения. Его губы кривились, карие глаза метали молнии, а вокруг рта пролегли глубокие морщины недовольства.
В комнате продолжала царить абсолютная тишина. Никто не смел первым прервать затянувшуюся паузу.
– Вы… вы кто такой? – наконец выдавил из себя отец на правах хозяина дома. – Как вы сюда попали? Это… Это противозаконно.
Адриан медленно сконцентрировал на нем взгляд, и отец подавился, так и не сумев закончить возмущенную фразу.
– Насколько понимаю, передо мной господин Тимас Лейс? – медленно проговорил Адриан. – Глава сего достопочтенного семейства?
– А-а… – растерянно протянул отец. – Да. Это я. – Кашлянул и осторожно осведомился: – А мы знакомы?
– Пока нет, но скоро будем, – обронил Адриан.
Затем посмотрел на мою мать, и та почему-то вдруг зарделась, как будто застеснявшись чего-то. С неожиданным кокетством повела плечами и принялась смущенно накручивать на указательный палец выбившийся из прически локон волос.
– Госпожа Матисса Лейс. – Адриан вежливо поклонился, приветствуя ее. – Безмерно рад встречи с вами.
– Я, наверное, тоже, – пробормотала матушка. Запнулась и тоже поинтересовалась: – Но кто вы?
Адриан проигнорировал ее вопрос. Его немного потеплевший взгляд скользнул по моим сестрам, которые, открыв от любопытства рты, ожидали продолжения.
– А я госпожа Магда Дуггер! – выпалила Магда, наконец-то очнувшись от ступора. – Это мой муж и сын. И мы требуем, чтобы вы немедленно покинули этот дом!
Взгляд Адриана немедленно переметнулся на раскрасневшуюся от гнева женщину, которая даром что кулаками над головой не потрясала.
– Отвратительная особа, не правда ли? – вкрадчиво поинтересовался Морок, который и не думал никуда исчезать.
