– Пожалуй, теперь мне вообще ничего не страшно в этом мире, – провозгласила я. Глянула на Адриана и лукаво спросила: – Правда?
Тот, однако, моего оптимизма по этому поводу не разделял. Это было понятно по крепко сжатым губам и тревоге, которая не торопилась исчезать из его глаз.
– Как понимаю, колечко ты без спроса стащил из фамильной сокровищницы, – подал голос Морок. Хихикнул и добавил с неуместным весельем: – Леди Ингрид будет в ярости, когда увидит реликвию рода на пальце Габриэллы.
Вся моя радость немедленно схлынула, и я тоже нахмурилась.
– То есть, это принадлежит ей? – испуганно пискнула я и попыталась стащить кольцо.
– Габи, не дури! – строго осадил меня Адриан, ловким движением помешав это сделать. Продолжил с едва уловимой иронией: – В некотором смысле слова это кольцо принадлежит всем женщинам рода Драйгон. Да, когда-то его носила мать. До того, как стала женой моего отца. По всем законам рода это кольцо перешло ко мне. И я вправе сам решать, кому и когда его предложить.
– Еще одно подтверждение того, что в глубине души ты не рассматривал Алисию как свою невесту, – важно заметила Аспида. – Да, согласился с выбором отца. Но за год вашей помолвки даже не подумал о том, чтобы надеть ей на палец это кольцо. Потому что знаешь, снять его обратно не получится при всем желании.
– Как это – не получится? – еще сильнее испугалась я.
Высвободила руку из хватки Адриана и все-таки дернула как следует кольцо, решив проверить утверждение Аспиды.
Увы, змейка меня не обманула. Кольцо и впрямь сидело очень плотно. Хотя оно было даже немного велико мне, когда Адриан только надел его.
– Точнее, получится, но только после того, как вас свяжут узы законного брака, – пояснила Аспида. – Видишь ли, Габи, этому кольцу не одна сотня веков. Говорят, оно принадлежало самому первому дракону в мире. А потом бережно передавалось из поколения в поколение. Ты ведь в курсе, какие легенды ходят о драконах. Прежде они были… м-м… малость не сдержаны в эмоциях. Собственно, таковыми и остались, но теперь общество гораздо строже относится к подобному и требует соблюдение законов ото всех. Представители драконьего рода хоть и остались в чем-то избранными, но утратили множество привилегий.
– Каких еще привилегий? – поинтересовалась я.
– Понравившихся девушек сейчас нельзя похищать и брать в жены насильно, – любезно разъяснил на сей раз Морок. – Раньше, впрочем, подобное поведение тоже далеко не всегда одобрялось. Но, в принципе, на это можно было закрыть глаза, особенно если девушка носила помолвочное кольцо. Подумаешь, не нравится ей, что надели его насильно, а снять самой никак не получается. Лукавит наверняка. Цену себе набивает.
– Гадость какая! – Я аж передернула плечами от отвращения.
– Древние времена, древние нравы, – философски протянул Морок. – Тогда много чего гадкого творилось. И, поверь, это далеко не самое худшее. В общем, Габи, кольцо было своего рода гарантией, что девица не бросится в бега, не оценив матримониальные планы свалившегося на голову влюбленного дракона. Ну и чтобы никто не посмел на нее претендовать или причинить вред. После свадебного ритуала необходимость в подобного рода защиты, как ты понимаешь, отпадает. Поэтому кольцо возвращалось в сокровищницу и ожидала следующую избранницу.
Я еще раз посмотрела на кольцо. Но теперь не с восхищением, а с опаской.
Даже страшно представить, сколько владелец у него было до меня. И, получается, некоторые из них носили его не по своей воле.
– Габи, это было очень давно. – Адриан, словно угадав мои мысли, легонько провел тыльной стороной ладони по моей щеке, ласково заправил выбившийся из прически локон за ухо и придержал мой подбородок. Тихо сказал, глядя мне в глаза: – Все это не имеет никакого смысла теперь. Ты дала мне согласие, и отныне это кольцо твое по праву. Оно будет оберегать тебя. Но все равно мое сердце неспокойно.
– Почему? – пискнула я, зачарованно наблюдая за переливами тьмы, клубящейся на дне его зрачков.
– Потому что я не смогу жить, если с тобой что-то случится.
Я, скорее, прочитала это по его губам, чем услышала. Адриан наклонился ниже, и я неосознанно потянулась к нему, уже предчувствуя поцелуй.
Его теплое дыхание уже накрыло мои губы, и я зажмурилась, ощутив, как в груди все замерло. Все звуки исчезли. Остался лишь бешеный стук сердца, гулкими ударами молота отдающийся в моих ушах.
Но в последний момент Адриан остановился. Легонько чмокнул меня в нос, и от разочарования я чуть не взвыла. Открыла глаза и обиженно уставилась на него, осознав, что продолжения не последует.
– Не здесь и не сейчас, Габи. – Адриан покачал головой. Добавил с кривой усмешкой: – И не смотри на меня с таким возмущением. Знала бы ты, как тяжело мне держать себя в руках, когда ты рядом. И если я тебя поцелую – то рискую совсем потерять голову.
– Правильно, мальчик мой, правильно, – благодушно заметила Аспида. – Традиции надо уважать.
О чем это она?
Я не успела спросить у Аспиды о том, что означают ее слова. В этот момент светлые прожилки в глубине черного пола неярко засветились.
Адриан вздрогнул. Выпрямился и обернулся к огромным распашным дверям в дальнем конце зала. Его рука при этом легла на мою талию в уверенном жесте.
– О, мне пора исчезнуть, – буркнул Морок.
С тихим хлопком демонический кот растворился в воздухе. А Аспида золотистым проблеском вернулась на мое запястье.
Одновременно с этим двери медленно и бесшумно открылись, и в зал величественно вступила леди Ингрид Драйгон.
Выглядела она при этом так, что мой рот сам собою приоткрылся в немом восхищении.
Мать Адриана была одета в платье цвета застывшей крови – глубокое, почти черное бордо, выгодно оттеняющее благородную бледность ее лица и холод прозрачных стальных глаз. Темные волосы, собранные в тугой узел, украшала диадема из белого золота. На лбу Ингрид эта тонкая лента завершалась драконьей головой, выполненной с небывалым мастерством. Рубиновые глаза старинного украшения напомнили мне кольцо, теперь занявшее место на моем безымянном пальце. В их глубине пульсировало то же самое живое пламя.
Леди Ингрид остановилась посреди зала. Она не торопилась что-либо сказать, как будто давала нам время собраться и успокоиться. Взгляд ее скользнул по мне – медленно, оценивающе, как ни странно, без злобы, но при этом и без тепла. Затем она посмотрела на кольцо.
Я попыталась спрятать руку за спину, но было поздно. Губы женщины тронула слабая презрительная усмешка, однако она ничего мне не сказала. Вместо этого внимательно посмотрела на сына и с немым ожиданием изогнула бровь.
– Здравствуй, мама, – проговорил он, без проблем поняв, что от него требуется.
– Ты опоздал на семь минут. – Голос леди Ингрид был полон стылого льда. – Это неуважение к семье, сын.
– Прости. – Адриан виновато склонил голову. – На то были свои обстоятельства.
– Эти обстоятельства, как я вижу, стоят рядом с тобой.
Ингрид опять устремила на меня взгляд, и я с трудом подавила такое детское желание спрятаться у Адриана за спиной.
Ох. Говорят, как встретишь Новый год – так его и проведешь. Который уже раз за сегодняшний вечер эта народная мудрость всплывает в моей голове. Если все так, то даже страшно представить, сколько испытаний меня ожидают в ближайшем будущем.
– Мама, – укоризненно протянул Адриан. – Не начинай, пожалуйста. Иначе мы немедленно покинем замок. И, заметь, мы пришли по твоему приглашению.
– А разве я сказала что-то обидное в адрес…
Следующее слово будто встало поперек горла Ингрид. Всего на долю секунды, но выдержка изменила ей. Однако леди Драйгон моментально взяла себя в руки, и улыбнулась мне с прежней отстраненностью.
– Разве я сказала что-то обидное в адрес Габриэллы Лейс? – спросила она на сей раз без запинки.
– Нет, – был вынужден признать Адриан.
– И не собираюсь этого делать, мальчик мой, – заверила его Ингрид. – Семейный праздник – не место для выяснения отношений. Мы с отцом пригласили вас не для новой ссоры. Мы честно желаем наладить отношения с тобой и…
И все-таки Ингрид опять запнулась. Однако после короткой паузы завершила с усилием:
– И с твоей очаровательной невестой. Тем более, как я вижу, ты принял окончательное решение.
И ее взгляд многозначительно скользнул по моей руке.
Кольцо как будто почувствовало проявленный к нему интерес и слегка потеплело.
– Да, принял, – с вызовом подтвердил Адриан.
Леди Ингрид улыбнулась шире, как будто позабавленная его пылом.
– Что же, – проговорила она. – Не стоит заставлять гостей ждать. Ты и без того задержался.
– Гостей? – слегка растерявшись, переспросил Адриан. – Я думал, на ужине будет только наша семья.
– В некотором смысле слова ты прав.
Улыбка Ингрид меня нервировала. Слишком фальшивой она выглядела. Угадывалась за ней какое-то странное предвкушение. Как будто она что-то задумала.
Хотя – почему «как будто»? Уверена, этот вечер станет величайшим испытанием для моих нервов.
– Что ты имеешь в виду? – напряженно переспросил Адриан, наверное, подумав о том же.
– Мальчик мой, идем, – мягко прошелестела Ингрид. – Не стоит злоупотреблять терпением твоего отца. Ты же знаешь, как он не любит непунктуальность.
И круто развернулась на каблуках, показав тем самым, что разговор окончен. Неторопливо прошествовала к дверям.
Адриан тяжело вздохнул.
– Держись, Габи, – услышала я негромкое от него. – Помни, что я всегда рядом.
После чего покрепче обнял меня и увлек вслед за матерью прочь из зала.
Глава вторая
Если честно, я догадывалась, какой неприятный сюрприз приготовила нам леди Драйгон. По крайней мере, именно эта мысль первой пришла в мою голову, когда она упомянула гостей. Поэтому сильно нервничала всю дорогу до зала, где проходило празднование Нового года.
Идти пришлось долго. Комнаты следовали друг за другом анфиладой. Сначала – просторное и на редкость мрачное помещение. Стены из полированного черного базальта поглощали свет, отражая лишь смутные очертания проходящих. Пол был выложен мозаикой из серебристого мрамора и темного обсидиана. Узор, образованный сочетанием светлых и темных участков, напоминал звездное небо в ночь зимнего солнцестояния. Воздух был прохладным и сухим, пахло воском, старинной бумагой и легкой горечью гаснущих свечей. Ни единого украшения – только два высоких фонаря по бокам от двери. Ни одного предмета мебели.
Эхо наших шагов гулко металось промеж стен, и я невольно ежилась все то время, пока, наконец, мы не миновали зал. Очень странное ощущение он оставил. Я на миг почувствовала себя никчемной букашкой, которую раздавить – раз плюнуть.
«Так оно и задумано, – прошептала Аспида. – Каждый гость рода Драйгон должен умерить свою спесь и гордость и понять, кто здесь настоящий хозяин».
Следующая дверь – массивная, из черного северного дуба с инкрустацией из выбеленных от времени костей – вела в Зеркальный зал. Здесь пространство словно удваивалось, утраивалось, уходило в бесконечность. Стены, потолок, даже пол – все было покрыто зеркалами.
«Только не вглядывайся в отражения!» – торопливо предупредила меня Аспида.
«Но почему?»
Аспида не успела ответить. В этот момент я уловила странное движение справа. Опасливо скосила глаза и увидела себя. Но в каком виде! Платье разорвано и висит грязными обрывками, на губах запеклась кровь, лицо вымазано сажей.
«Потому что в этих зеркалах отражается не то, что есть, а то, что может быть, – пояснила Аспида. – А еще – то, чего ты боишься сильнее всего. Чем дольше ты будешь вглядываться в них, тем больше сомнений они зародят в тебе. Сомнения перейдут в ночные кошмары, а те приведут к безумию. Здесь предки Адриана заключали своих врагов. Они были обречены вечность скитаться среди теней своих воспоминаний, надежд и разочарований».
Жуть какая!
Я невольно прильнула ближе к Адриану и дальше шла, глядя строго в спину леди Ингрид. Но все равно на периферии зрения то и дело замечала… странное. Странное и очень пугающее.
Когда и этот зал оказался позади, а мы остановились около следующей двери, я не удержалась и громко вздохнула от облегчения. Ингрид услышала это. Посмотрела на меня с плохо скрытым превосходством.
– Зачем ты повела нас этой дорогой? – хмуро спросил Адриан. – Габриэлле еще рано здесь быть.
– Она твоя невеста, – парировала Ингрид. – Поэтому должна быть готова к тому, что ее ждет в нашем замке.
Адриан досадливо цокнул сквозь зубы, неудовлетворенный таким объяснением. Но в этот момент двери перед нами принялись медленно раскрываться, и он не стал продолжать спор.
Я заранее затаила дыхание, ожидая увидеть еще какой-нибудь мрачное помещение с пугающей атмосферой. Но нет. Следующая комната оказалась самой уютной из всех, что мы миновали.
Стены здесь были обиты темно-бордовой парчой, потолок украшен древними фресками с изображением драконов в полете. Мягкие удобные кресла расположились полукругом около растопленного камина, рядом – низкий столик с шеренгой бутылок всевозможных размеров и форм, на полу – пушистый ковер, в котором тонули любые звуки.
– Это гостиная для разговоров после ужина, – пояснил Адриан, склонив голову ко мне.
– Мы почти пришли, – добавила его мать.
Еще несколько шагов – и мы оказались на очередном пороге. Тут Ингрид немного помедлила. Провела рукой по волосам, поправляя безупречную прическу. Растянула губы в приветливой улыбке и легким движением открыла двери.
Мои глаза слишком привыкли к полумраку тех помещений, которые мы миновали по пути сюда. Поэтому когда в лицо хлынул ослепительный свет множества зажженных магических огней, то я ошеломленно застыла, сразу же ослепнув.
– А вот и наши опоздавшие гости! – услышала я голос Ингрид. – Теперь все в сборе.
– Адриан! – тут же раздалось восторженное девичье восклицание. – Как же я рада тебя видеть!
Я почувствовала, как Адриан вздрогнул, а его рука, все еще лежавшая на моей талии, окаменела.
Я быстро-быстро заморгала, силясь как можно скорее привыкнуть к смене освещения. Затем с любопытством уставилась на девушку, которая так радостно приветствовала Адриана.
Из-за длинного, сервированного по всем правилам стола, накрытого белоснежной скатертью, поднялась высокая стройная девушка.
Платье цвета рассветного неба идеально сидело на ней, выгодно подчеркивая каждую линию ее изящной фигуры. Пепельные волосы, уложенные в сложную прическу, открывали высокий лоб и сияющие голубые глаза. В них светилась неподдельная радость, смешанная с легким упреком.
Меня она, естественно, предпочла не заметить. Все ее внимание оказалось приковано к Адриану и только к нему.
– Ты опоздал, и я испугалась, что ты не явишься вовсе. – Ее голос, мелодичный и звонкий, заставил воздух вибрировать. – Я так соскучилась по тебе!
Адриан медленно, будто против своей воли, убрал руку с моей талии. Его поза стала напряженной, формально вежливой.
– Алисия, – прошелестел он. – Какой… неожиданный сюрприз.
Последнюю фразу он произнес, с претензией глядя прямо в глаза матери.
