Анна Карелина "Цена пророчества"

– Они же нас на корм оставили? Специально в тот дом поселили? И им ничего за это не будет?

– Не будет, – жёстко ответил он, правя конём. – Их вина лишь в том, что не предупредили. А доказать, что они с гадостью заодно, очень сложно. Да и некому доказывать. Скажи спасибо, что крыша была, в лесу бы нас просто волной смели.

– Но мы бы все погибли!

– Дикие здесь и земли, и люди, – пожал плечами парень.

– Но я же местная… – возмутилась я, хотя в глубине души уже понимала: то место, где я жила, та добрая старая деревня, осталось в прошлом. Мир изменился. – Раньше такого не было.

– Не переживай, – вдруг мягче сказал Милош. – Скоро крепость, а там портал. В столице безопасно, фонари на улицах горят, и патрули ходят.

Только меня это не успокаивало. Наоборот, я с тоской думала, что эти суровые воины стали мне как-то роднее за одну страшную ночь, чем вся безопасная, но чужая столица.

Глава 3. Веслана

Крепость на горе выросла перед глазами внезапно, словно каменный великан шагнул из тумана. Ещё мгновение назад мы продирались сквозь заснеженный ельник, а теперь над кронами деревьев взметнулась первая зубчатая башня, а следом и весь замок навис серой надёжной громадой.

Хоть и ехать было ещё прилично, но наш маленький отряд заметно повеселел. Спины воинов распрямились, кони пошли бодрее, словно чуя стойла и овёс.

За время пути, особенно при свете дня, я успела хорошенько разглядеть своих спасителей. И с удивлением поняла: да какие же это мужи? Парни совсем! Все, окромя Зорейна с его седеющей бородой, были ненамного старше меня. Мне-то, если не считать трёхсотлетнюю дрёму, недавно двадцать три зимы исполнилось. А подручным Зорейна, может, двадцать пять или двадцать семь. Просто сначала, со страху да в темноте, они показались мне суровыми воителями. А сейчас гляжу: глаза молодые, живые, хоть и с хитринкой, да и тела гибкие, сильные, но без той тяжёлой усталости.

– Милош, гляди, ты скоро лишишься невесты! – хохотнул ехавший сбоку темноволосый Бирш. После пережитой ночи его прорвало на разговоры. – Недолго в женихах походил, бедолага!

– Я буду только рад, – буркнул Милош мне в макушку.

И вроде бы понятно, что шутят они, и волколак этот мне даром не сдался, но так обидно стало! Я, может, и из прошлого, но не кикимора болотная, чтобы так мной пренебрегать. Поэтому я с силой, от всей души, мотнула головой назад. Раздался глухой стук и сдавленное шипение. Мой затылок встретился с кое-чьим носом, а тяжёлая коса хлестнула парня по глазам.

– Вот же ведьма! – выдохнул Милош, одной рукой хватаясь за ушибленное лицо, а второй судорожно удерживая поводья.

– До свадьбы заживёт, – мстительно припечатала я, не оборачиваясь. – Тем более, пока ты невесту найдёшь, зим сто пройдёт, не меньше.

– Это ещё почему? – искренне возмутился он, забыв про нос.

– А кто же в здравом уме за такого ворчуна пойдёт? Разве что вдовица глухая, или девка, умом скорбная, которой всё равно, кто бурчит под боком.

Отряд грохнул хохотом. Парни, развесив уши, с интересом прислушивались к нашей перепалке, ведь лучшего развлечения в дороге и не придумаешь.

– Что-то ты не возмущалась вчера ночью, когда к боку жалась! – парировал Милош, и я почувствовала, как он напрягся.

– Так это со страху и в сравнении с лесной жутью, – фыркнула я, вызывая новый приступ смеха у спутников. – А при свете дня я гляжу, а Бирш-то попригляднее будет. Повежливее уж точно.

Приосанившийся Бирш тут же подъехал ближе:

– Веслана, душа моя, ты всегда можешь пересесть ко мне! Места хватит.

– Это с чего Бирш лучше? – возмутился Милош, взмахнув рукой, словно отгоняя назойливую муху. – Он же болтает без умолку!

Проигнорировав ненастоящего жениха, я улыбнулась брюнету:

– Осталось уже чуть-чуть, потерплю. Пусть этот страдает до конца. Заслужил за свой язык злой.

– Какие же это страдания? – Бирш подмигнул мне угольно-чёрным глазом. – Катать такую красавицу – одно удовольствие!

– Красавицу?! – простонал Милош. – Забирай её, Светлой прошу! Я хоть спину разомну!

– А я и рад…

– Биршен, отставить балаган, вернись в строй! – Голос Зорейна прозвучал добродушно, но с той стальной ноткой, которую не обсуждают. Парень тут же перестал паясничать и отъехал.

А я, нахмурившись, пробормотала вполголоса:

– Биршен… Имя-то чудное, не ларэкельское. Как и Милош.

– И? – тут же отозвался мой сосед. – Чем тебе наши имена не угодили?

– Ничем. Просто… сейчас правда так детей называют?

– Веслана – тоже имечко не из этих краёв, – тут же огрызнулся Милош. Видимо, решил, что я над ними смеюсь.

– Меня в честь бабушки назвали, мама её очень любила, – тихо ответила я.

Милош смутился. Я почувствовала это по тому, как он перестал ёрзать в седле.

– Мне, наоборот, нравится, – примирительно сказала я. – Значит, я не одна такая буду.

– Сейчас имя – это просто имя, – уже мягче буркнул парень. – Но мы с Биршем и Тисом не местные, а из Эсмара[12 - Эсмар – южное княжество на востоке от Ларэкеля, отделено Драконьими горами. Столица город Навиград.] приехали.

Я аж обернулась, рискуя снова врезаться в его лицо, но он успел отклониться.

– Правда? Из-за горного хребта? Впервые вижу живых эсмарцев! Говорят, вы все суровые и мясо сырое едите.

– Люди везде одинаковые, – хмыкнул Милош, поправляя мой капюшон, сбившийся от ветра. – Я тоже когда-то думал, что за пустошью псоглавцы, но нет. Одна голова, две руки и две ноги.

– Но вы все оборотни… У вас там все такие?

Я нашла глазами спину рыжего Тиса, ехавшего чуть впереди. Этот высокий, широкоплечий парень был на удивление застенчив и за всю дорогу слова мне не сказал, только улыбался смущённо.

– Нет, не все. Просто приехали именно мы. С детства знакомы, в одном дворе росли. Когда я решил в Ларэкель[13 - Ларэкель – самое большое королевство Эренвела. Пятьсот зим назад, после долгой и кровопролитной борьбы, семь вольных княжеств (Даймон, Блэквуд, Борриг, Стэрвуд, Вармонг, Фирасс, Таррон) объединились в единое государство под властью великого воина и мага Ириона Ларэкеля. Сейчас страной управляет род Моррон, который является первым среди равных. Королевство – не единственное государство на континенте, но его преимущество всегда было в развитой магии. В Ларэкель проживают люди и оборотни. Магические способности есть у всех жителей, но в разном количестве. Они представлены в четырех стихиях: огонь, вода, земля и воздух. Первичной магии, работе с артефактами обучают с детства дома и в школах; высшее образование представлено двумя академиями – Мирроу и Когорн. Официальная религия королевства – Культ Светлой Матери.] податься, то Бирш и Тис за мной увязались. Не бросать же дураков.

– А Тис – тоже сокращение? От Тислоша?

Милош рассмеялся, и грудь его завибрировала у меня за спиной:

– От Тисая.

Тис впереди не обернулся, но его уши мгновенно стали пунцовыми, как спелая рябина. У звероликих слух острый, наверняка каждое слово ловит.

– Красивое имя, – громко, специально для рыжего парня сказала я. – Не то что Милош. Звучит как милый, а на деле – не очень.

От моих слов Тис дёрнулся так, что конь под ним всхрапнул, а Бирш снова захохотал в голос, подтверждая: греют уши, разбойники.

– Вредная ты, – Милош наклонился к самому моему уху, убирая выбившуюся прядь. Голос его стал низким, ворчливым, но без злости. – Ты тоже жениха сто зим искать будешь с таким характером.

– Не напугал! – фыркнула я. – Может, я замуж и не хочу вовсе! Одной спокойнее.

– Э, дочка, это ты зря, – неожиданно вмешался Зорейн, поравнявшись с нами. – Хорошей жене нужен хороший муж, как ножнам – меч. Не могут люди друг без друга, зачахнут.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Милош ощутимо ущипнул меня за бок через кафтан. Я ойкнула и отвлеклась, пытаясь пнуть его сапогом.

Зорейн же продолжил делиться житейской мудростью:

– Вам по молодости кажется, что никто не нужен. А просто не встретили ещё своего человека. Вот и беситесь.

– На заставе сложно встретить, – с сомнением протянул светловолосый Андреас. – Женщин здесь – раз-два и обчёлся. А те, что есть, либо замужем, либо с кинжалом за голенищем.

Андреас, как и Милош, носил удлинённые волосы, и я их даже спутала на привале со спины. Ох и наслушалась я тогда от Милоша насмешек! Вообще, весь этот отряд мне нравился. Несмотря на наши с Милошем укусы, парни были надёжные. Не бросили, не обидели, собой прикрывали. Если бы не они, то замёрзла бы я в сугробе или волкам на ужин досталась. Настоящие мужчины.

– Поэтому и везите с собой! Неужели у вас в академии нет невест? – вырвал меня из мыслей голос Зорейна, обращённый к молодняку.

– В академии? – я ухватилась за знакомое слово. – В Мирроу?

Я жутко хотела там учиться! Отец говорил, любой одарённый может поступить. Наш сосед, сын кузнеца, выучился и теперь в столице живёт, почти кьярром ходит. Вернее, жил и ходил.

– Да, мы все оттуда, – кивнул Бирш. – А здесь у нас полевая практика.

– Вы студенты?!

Меня так поразило это открытие, что я чуть из седла не вылетела. Я привыкла думать о студентах как о чистеньких парнях в мантиях и с книжками. А тут здоровые лбы, с мечами, в кольчугах, небритые и пахнущие костром!

– Всегда думала, что те, кто учится в академии… другие, – ляпнула я, не подумав.

– Какие? – спросил Милош настороженно.

Все взгляды скрестились на мне. Стало неуютно, словно я перед строгим монахом Светлой Матери, а не в лесу. Но отступать было поздно, и я продолжила закапывать себя глубже.

– Другие… Ну, они же в Академии учатся, маги, лучшие люди королевства.

– А мы, значит, псы цепные, собаки блохастые, грамоте не разумеем? – Бирш скривил такую страдальческую мину, что мог бы в театре играть, а потом не выдержал и расхохотался в полный голос, пугая ворон на верхушках елей. Отряд подхватил смех.

– Я так не говорила! – насупилась я, чувствуя, как щёки пылают. И заёрзала в седле, пытаясь обернуться к Милошу, чтобы хоть он оценил несправедливость обвинений.

– Сиди спокойно, егоза! – Его широкая ладонь легла мне на талию и ощутимо прижала, заставляя замереть. Второй рукой он по-прежнему умело правил конём. – Никто тебя не винит. Просто забавно получилось: мы тут, значит, грызём гранит науки, а нас за разбойников с большой дороги принимают.

– А на каком вы курсе? – не унималась я, пытаясь сгладить неловкость.

– На пятом. Выпускной год, – с ноткой гордости ответил Андреас. – Практику отбегаем, диплом сдадим и свободны.

– Веслана, получается, что студенты тебе больше интересны, чем простые вояки? – Биршен снова подлез с правой стороны, подмигивая. – Знала бы раньше, то, глядишь, и на Милоша бы по-другому смотрела?

– Так вы же скоро сюда же вернётесь… Разницы нет, студенты вы или воины. Служба одна.

– Не факт, – покачал головой Милош. Я почувствовала, как по моей шее скользнул прохладный воздух от его резкого движения. – У нас много путей. Диплом академии двери открывает разные.

– Особенно у Мила, – встрял вездесущий Бирш. – Его вообще дома ждут не дождутся, ковровые дорожки стелют. Только он, дурак, не хочет.

– Вас в Эсмаре ждут? – Я попыталась снова обернуться к своему недожениху. Парень поморщился, словно от зубной боли. Его рука на моей талии напряглась.

– Да, – бросил он сквозь губу так холодно, что я поёжилась.

– Его и в Фарре[14 - Фарр – северное княжество на востоке от Ларэкеля, отделено Драконьими горами. Столица город Вранен.] ждут, но Мил на письма княгине не отвечает, гордый!

– Биршен, заткнись! – рявкнул Милош. В голосе его прорезался звериный рык, от которого у меня мурашки по коже побежали.

Он резко ударил пятками бока коня. Жеребец прянул ушами и рванул вперёд, обгоняя Тиса и Андреаса. От неожиданности я завалилась спиной прямо на грудь Милоша, но он и бровью не повёл, только крепче перехватил меня, продолжая гнать коня галопом. Мы вырвались в голову отряда. Ветер свистел в ушах, выбивая слёзы, но никто больше не проронил ни слова.

Милош был зол, и эта злость ощущалась физически, как натянутая струна. Вскоре лес поредел, и мы выехали на возвышенность. Из долины, закрытой грядой холмов, поднимались столбы дыма. Не пожарища, а уютного, домашнего дыма из множества труб.

– Деревни, – выдохнула я, утирая лицо от снежной пыли.

– Обжитые места, – буркнул Милош, уже успокоившись. Он перевёл коня на шаг. – Здесь безопасно. Дальше от границы, под защитой гарнизона.

Перед последним рывком мы заехали передохнуть в придорожную корчму. Лошади ели сено в тёплом стойле, а мы довольствовались простой крестьянской похлёбкой.

Я сидела за длинным столом между Зорейном и молчаливым Тисом, стараясь не смотреть на Милоша. Тот устроился напротив, хмуро ковырял ложкой в миске и выглядел так, словно съел квашеную репу целиком.

– Чего он взъелся-то? – шёпотом спросила я у Тиса. Рыжий вздрогнул, покосился на друга и также тихо ответил:

– Не любит про дом вспоминать. Сложно там всё. Отец давит.

– Понятно, – кивнула я, макая хлеб в бульон.

До крепости оставалось всего ничего. Когда мы снова оседлали коней и я, к своему удивлению, без сопротивления позволила Милошу подсадить себя, настроение в отряде было приподнятым.

– Ну что, Веслана, готова увидеть город? – спросил Зорейн.

– Готова, – выдохнула я.

– Только учти, столица сильно отличается от того, что ты помнишь. Людей тьма, карет много, и уже появляются самобеглые, магические фонари… Голова кругом пойдёт.

– Ничего, – усмехнулся Бирш. – Если прижмёт, то говори, что ты невеста Милоша Блана, и тебя любой патруль с почестями до академии проводит.

Милош лишь устало вздохнул, но спорить не стал.