Понятно, что зеркала, которые делали они с мастером, таковыми только назывались. Полированное серебро, забранное в рамку из тонкой латуни. Но и такое в этом времени было почти чудом. Что поделать, если рецепта правильной обработки стекла парень просто не знал. Не интересовался прежде. Да и стекла тут ещё толком не делали. В общем, приходилось обходиться подручными материалами.
Убедившись, что ехать всё равно придётся, Беломир испустил мученический вздох и, качнув головой, проворчал:
– Ну, хоть на печенегов с булгарами посмотрю.
– Ты это к чему, друже? – насторожился Елисей.
– Да всё думаю, надо ли мне на такое сборище ехать. Там же соберутся все самые могучие, самые смелые и самые наглые, – иронично усмехнулся парень.
– Вон ты про что, – рассмеялся казак. – Забудь. Люд туда съезжается не для драки. Им торг нужнее.
– А чем торгуют-то?
– Да чем и всегда. Просто таким большим тот торг только раз в три лета бывает. Чаще степнякам не съехаться.
– А с чего он вообще начался? К чему?
– Так ведь люду всякое надобно, – развёл казак руками. – Тут ведь как. Мы завсегда хлебушком торговали, кочевники мясом да шерстью, горцы кожами да всяким разным, что у них в ремесле имеется. Вот и получается, что товар тот всем нужным выходит. Сам-то чего повезёшь?
– Да как обычно. Украшения, что сам делал, да зеркала. Ножницы ещё, – пожал Беломир плечами, попутно обдумывая всё услышанное. – А князья тоже торгуют? – задал он следующий вопрос.
– А как же? – удивился Елисей. – Им серебро в казну не лишнее.
– И что привозят? – заинтересовался парень.
– Всякое, – пожал казак плечами. – Бывает, тоже хлебом торгуют, бывает и коней ведут.
– А доспех, оружие? – не унимался Беломир.
– Да кто ж такое продаст?! – возмутился Елисей. – Сам же баешь, что клинки свои не хочешь в чужие руки отдавать.
– Так то оружие, а я про доспех говорил, – напомнил парень.
– Всё одно не продают. Вся беда, что добрый доспех мало кто делать умеет, – вдохнул Елисей. – Да и железа на него доброго много надобно. А где его взять?
– Есть места, да только копи там придётся глубокие рыть, – вздохнул в ответ Беломир, припомнив такие индустриальные центры, как Донбасс и Урал.
– Тяжкое это дело, – скривился казак.
– Да уж, не простое, – вздохнул Беломир ему в тон.
– Так ты что ж решил, не ехать? – помолчав, уточнил казак.
– Да куда ж я денусь, – отмахнулся парень. – Поеду, конечно. Тут другое. И без того кровников куча, новых наживать не хочется.
– Оно понятно, да только без кровников в нашей жизни никуда, – усмехнулся Елисей в ответ.
– Хрен с ним. И не такое переживали, – вздохнул парень, махнув рукой.
– От то по-нашему, – рассмеялся Елисей.
– Погоди, а когда торг-то назначен? – озадачился вдруг Беломир.
– А вот через три седмицы и будет.
– Ага. Выходит, я ещё малость товару приготовить успею, – оживился парень.
– Никак казна пуста? – прямо спросил казак. – Ты только скажи, друже.
– Есть деньги, – качнул Беломир головой. – Я всё думаю, как бы железа всякого побольше закупить. А то иной раз едва от торга до торга хватает. А задумок всяких у меня много. Вот и ломаю голову, как вывернуться.
– Ага, вон ты с чего решил себе повозки особые делать, – сообразил казак. – Добре. Раз такое дело, я тебе под железо и своей казны добавлю. Чтобы разом много всего закупить мог.
– Не надо, – решительно отказался парень. – Мне ж отдавать надобно будет, а на моих задумках быстро не отдашь.
– Нашёл беду, – рассмеялся Елисей. – Да одна сабля булатная боле стоит, чем я тебе дать смогу. Забыл, брате, что оружье твоё мне ещё не раз живот сохранить может?
– О таком я и не думал, – растерялся Беломир. – Знаю, что вой ты добрый. Раз уж без булата столько лет прожил, то и дальше проживёшь.
– Так, да не так. У меня уж сколь раз было, что в руке клинок ломался, что и не перечесть, – скривился казак. – Потому и решил себе добрую саблю сладить.
– Будет тебе сабля, друже. Скоро, – решительно кивнул парень.
* * *
Караван не торопясь двигался уже знакомой дорогой, а казаки, хоть и ехали развалясь, со степного горизонта глаз не сводили. Знали, что клювом щёлкать тут чревато. Беломир, загрузив свою новую повозку товаром, ехал в бричке. Её он решил продать окончательно и бесповоротно. Ездить на таком выезде сам парень не собирался. Просто отрабатывал на ней свои задумки. И судя по реакции друзей и станичников, всё получилось.
Так что теперь, удобно усевшись на мягком облучке, парень задумчиво оглядывал степь, высматривая пылевые столбы. Это был первый признак, что по дороге кто-то движется. Ехавший следом Векша что-то тихо мурлыкал себе под нос, то и дело оглядываясь на свой груз. Подковы, топоры, всякий инструмент, гвозди, всё это весило немало, так что зеркала и ножницы положили в повозку Беломира.
Можно было обойтись и одной телегой, но приятели планировали закупить много металла. И кузнецу и Беломиру надоело экономить каждый гвоздь, чтобы воплотить в жизнь очередную свою задумку. А делать им было что. Сам Беломир и не думал отказываться от станков. Те, что они уже успели сделать, были слишком слабы. Парень умудрился кое-как объяснить Векше, что эти угрёбища только начало. Им требовалось сделать то, что хотя бы отдалённо походило на оборудование из прошлого парня.
Ехавший верхом Григорий поравнялся с повозкой парня и, прямо с седла перепрыгнув на облучок, весело спросил, усаживаясь рядом:
– Ты чего такой смурной, друже?
– Думаю, – отмахнулся парень, вздыхая.
– Это про что ж?
– А то мне и подумать не про что, – фыркнул Беломир. – Задумок, друже, много, а из чего делать и чем, ума не приложу. Станки нужны добрые. Чтобы и крутились быстро, и заготовку держали ровно. Вот и ломаю голову, как бы такое сделать.
– Что-то не слыхал я за такие станки, – озадачился Григорий.
– Ещё скажи, что ты про них вообще спрашивал, – не удержавшись, поддел его Беломир.
– И верно. Неужто вправду бывают такие? – рассмеявшись, поинтересовался казак.
– Бывают. Читал я о таком, – решительно кивнул парень.
– Это сколь же ты всего книг прочёл? – неожиданно высказался Григорий.
– Много. У нас библиотека большая была, да ещё и покупали книги всякие, – напустил парень туману.
– Выходит, ты и вправду высокого роду? – помолчав, тихо спросил казак.
– Не совсем так, – качнул Беломир головой, не желая выдавать серьёзную ложь. – Род у меня хоть и старый, но… верно будет сказать, потерянный. Ещё пращуры мои далеко на север ушли, чтобы детей сберечь. Так и началось, что род пропадать стал.
– Враги изгнали? – тут же спросил казак, не скрывая любопытства.
– Кто-то из родичей сильно власти хотел, – скривился Беломир, мысленно приглаживая волосы, встававшие дыбом от того, что сам нёс.
– Вон с чего ты так сам от власти бежишь, – понимающе кивнул Григорий.
– Вот уж чего и даром не надо, – скривился парень. – Я хочу только за себя самого ответ нести. А чужих животов мне не надобно.
– Добре, понял я тебя, друже, – помолчав, тихо произнёс Григорий. – Да только всё одно придётся тебе за казаков ответ нести, коль со мной что случится. Уж прости, но иного витязя в стане и нет.
– Да не витязь я, – снова скривился парень. – Нет у меня такого звания и никогда не было.
– Звания, может, и нет, а вот по умениям воинским да по знаниям всяким так самый настоящий витязь. И то не я придумал. Все казаки наши так бают.
– С чего бы? – растерялся Беломир.
– А с того, что весь стан видел, как ты с голыми руками супротив оружного встаёшь и как умеешь на пустом месте выход найти.
– Это когда я такое делал?
– А кто придумал, как хазарам сала за ворот залить? Кто приметил, что они в кусты зашли, чтобы в казаков стрелы бросать? – ехидно уточнил Григорий.
– Нашёл чего вспомнить, – фыркнул парень. – Ты б там и без меня сразу всё понял.
– Не скажи, брате, – качнул казак головой. – Мы с Елисеем в своём деле хороши. Вот тут ещё и сами кого хошь поучим. А вот так, в поле, войско супротив войска, уволь. Знаний всяких не хватит. Думаешь, с чего я тебя стал в стан свой тянуть?
– И с чего бы? – насторожился парень.
– А с того, что сразу понял. Ты хоть власти и не хочешь, а знаешь куда боле, чем мы оба.
– Погоди. Так Далебор же вроде прежде сотником у князя был, – вдруг вспомнил Беломир. – Чего ж он вас не учит?
– Учил, – спокойно кивнул казак. – Да только он старым строем воевать обучен. А ты каждый раз новое придумаешь.
Разговор их прервало появление пылевого облака, показавшегося из-за очередного холма. Едва заметив его, Беломир тут же насторожился и, чуть подтолкнув напарника локтем, указал рукой в нужную сторону. Моментально вскинувшись, Григорий всмотрелся в степь и, качнув головой, тихо проворчал:
– Не иначе караван какой.
– Отправь пару казаков, пусть глянут тихо, – посоветовал парень.
– Сам съезжу, – чуть подумав, отозвался казак, негромким свистом подзывая своего коня. – А ты тут поглядывай. Ежели что, приказывай смело. Казаки знают, что, когда меня нет, тебе за меня решать.
С этими словами, ловко перепрыгнув в седло, он сжал ногами конские бока и повёл своего скакуна рысью, обходя холм. Мрачно вздохнув, Беломир встал в повозке в полный рост, окидывая взглядом караван. Как оказалось, их выезд даже не растянулся. Все три десятка телег шли ровной цепью, а их возницы внимательно отслеживали всё происходящее вокруг. Только охрана, верховые казаки сместились в сторону, где была замечена пыль.
Спустя примерно полчаса Григорий примчался обратно и, поравнявшись с повозкой парня, весело усмехнулся, быстро сообщив:
– Караван горский. Тоже расторговаться решили. Стадо в полсотни буйволов гонят.
– А где они такую скотину разводят? – озадачился Беломир.
– А как выше нас на десяток вёрст в горы поднимешься, там с пяток аулов будет. Вот там и разводят. А что? И не высоко, и травы всякой много, и вода имеется. Мы у них уже много раз скотину покупали.
– А чего буйволов, а не коров? – лениво уточнил парень, делая вид, что это просто очередная тема для разговора.
– Буйвол скотина сильная. Сильнее быка будет. Да и мяса у него поболе. А молоко буйволицы добро дают. С него и сливки, и маслице делают. Да и пахать на них проще, – пожав плечами, коротко пояснил казак.
– Да и хрен с ними, – отмахнулся парень. – Гонят и гонят. Главное, чтобы нас не трогали.
– Не до нас им теперь. Сами смотрят, как бы их не тронули, – рассмеялся Григорий.
Кивнув, Беломир внимательно осмотрелся, выискивая замеченные прежде приметы, и неожиданно для себя понял, что до точки осталось не так и долго. Таким ходом караван окажется на торгу уже к вечеру.
Так и получилось. Уже в сумерках их караван подкатил к лугу, на котором и устраивался обычно торг. Отметив про себя множество костров и большие табуны коней, Беломир удивлённо хмыкнул. Похоже, на эту сходку действительно собирались представители всех степных народов и кланов.
Выбрав подходящее место для стоянки, казаки быстро расставили телеги в круг и принялись распрягать лошадей. Зная, куда едут, караванщики заранее запаслись дровами, так что развести костры было из чего. Поужинав уже привычным кулешом, Григорий назначил караульных, и вся команда начала готовиться к ночёвке. Беломир, пользуясь случаем, раскатал свою кошму прямо в бричке и, накрывшись одеялом, спокойно уснул. К огромному удивлению парня, в караул его не поставили.
Проснулся Беломир с первыми лучами солнца. Сбегав к ручью, парень быстро привёл себя в порядок и, вернувшись, с благодарным кивком принял у караульного кружку горячего свежего чаю. Любава уложила ему в корзину половину большого пирога с ягодой, до которого парень был большим охотником, так что завтрак удался. Проснувшийся следом за ним Григорий повторил маршрут парня и, присев рядом с ним, с удовольствием запустил зубы в предложенный пирог.
– Ты одёжу чистую прихватил? – прожевав очередной кусок, вдруг спросил он парня.
– Угу. Ты про то особо сказывал. Только никак в толк не возьму, к чему это?
– Тут теперь не просто торг, – вздохнув, принялся пояснять казак. – Тут ещё народ и себя показывает.
– Это зачем? – насторожился Беломир.
– А за тем, что ежели у хозяина одёжа добрая, то и товар тоже добрым будет.
– С чего бы? – снова не понял парень.
– А с того, что одёжа добрая, она тоже денег стоит. А коль товар плох, откель у торговца деньга на неё взялась?
– Ну, у татар никогда серьёзного товара не было, а кожи у них добрые, – фыркнул парень. – Степняки никогда ничем кроме кож да скота не торговали.
– Так-то оно да, да только всё одно для дела лучше будет в доброй одёже стоять, – подумав, высказался Григорий.
– Кольчугу надевать? – помолчав, уточнил парень.
– Не, лишним будет, – качнул казак головой. – У тебя вроде безрукавка доброй кожи была. Вот её и надень.
– Добре, – вздохнул Беломир, задумчиво оглядев свой пропылённый наряд.
