– Привет, малышка, что-то случилось?
– Ничего нового. Я всё жду твоего звонка.
– Я пока на встрече, кис. Сейчас не очень удобно говорить. Я перезвоню тебе через час, либо утром, чтобы не будить.
– Нет. Позвони, как только освободишься. Даже если поздно.
– Договорились. Люблю тебя.
– И я тебя, – отвечаю на автомате. Хоть и не хотела этого говорить из-за застрявшей в груди обиды.
Как же мне надоели эти его вечные встречи допоздна. Если бы я не позвонила Эдику, он бы сам меня не набрал. Почему я всегда нахожу время, чтобы позвонить ему? Даже когда у меня весь день расписан, я нахожу минутку. Ведь, если ты хочешь пообщаться с любимым человеком, ты всегда найдёшь время!
У меня в голове зарождается чёткая мысль, что муж пудрит мне мозги. Он там, наверное, с кем-то развлекается в Риме, а мне лапшу вешает на уши. Может, сейчас сидит с какой-то дивицей в гостиничной номере, и вышел в коридор, чтобы ответить мне.
Тошно от таких мыслей. Я не хочу, чтобы они у меня в принципе возникали. Но Эдик сам даёт поводы. Мы должны, наконец-то, поговорить и расставить все точки над и! Я хочу чувствовать себя любимой и желанной для мужа, а не вот это вот всё.
Надоело. Как только Эдик прилетит, у нас будет серьёзный разговор. И если мы так и не придём к пониманию… Ну, значит, это конец.
Через час я приезжаю домой. Звонка от Эдика так и нет. Настроение ниже плинтуса. Я принимаю горячую ванную, долго отпариваюсь, чтобы расслабиться. Напряжение в теле немного уходит.
Когда я уже ложусь спать, мне, наконец-то, поступает входящий звонок от мужа. Сердце заходится быстрее. Принимаю вызов и на том конце мне говорят сначала на итальянском, но когда я не понимаю ни слова, переходят на ломаный английский, и из этой речи я разбираю следующее:
– Ваш муж попал в аварию. Он находится в нашей больнице в тяжёлом состоянии.
Глава 5
Мужчина, который сообщил мне о муже, быстро называет адрес больницы и прощается. Видимо, его ждут дела. Я тут же перезваниваю, но никто уже не отвечает. Перезваниваю ещё и ещё. Меня всю трясёт, так что пальцы даже не с первого раза попадают по нужной строке на экране смартфона. В очередной раз на том конце провода раздаётся: абонент недоступен.
Я роняю телефон на подушку. Сажусь на кровати, свесив ноги на пол, и не могу найти силы подняться. В комнате темно. В ушах шум крови от быстрых ударов сердца. Воздух начинает казаться тяжёлым, он липнет к коже и сдавливает грудь. Я пытаюсь дышать ровно, но чувствую, что на грани истерики. Сердце не бьётся – оно молотит, глухо, как барабан, лишённый ритма.
Я весь день злилась на Эдика, ненавидела эти его встречи и отговорки. Но теперь вся злость уходит на второй план. Да, я не передумала завести серьёзный разговор о наших отношениях с мужем, но сейчас это кажется таким неважным. Сейчас я хочу только одного: чтобы с ним всё было в порядке!
Я глубоко дышу и понемногу начинаю приходить в себя. Мне нужен билет. Билет до Рима. Ближайший, что есть.
Беру ноутбук с прикроватного столика, как в тумане захожу в поисковик и печатаю. Пальцы не слушаются, приходится стирать и набирать текст заново. И, наконец, нахожу нужную страницу с рейсами.
Ближайший только завтра в двенадцать часов. Завтра – это целая вечность. Завтра – это пропасть, на краю которой я стою, балансируя на тонкой ниточке.
Я перевожу дыхание, размышляя, что же делать. Надо позвонить в эту больницу и узнать, что с Эдиком.
Телефон больницы нахожу сразу, но даже этот крошечный успех обрушивается глухим непониманием. В трубке раздаётся быстрый поток итальянских слов, звенящий в ушах.
Прошу позвать кого-то, кто знает английский. Но мне говорят что-то ещё и звонок сбрасывают. У меня глубокая ночь, у них уже поздний вечер. Наверное, многие уже закончили свой рабочий день и остался только этот дежурный, с которым мы друг друга не понимаем. Я не знаю…
Я продолжаю попытки дышать ровно, чтобы не впадать в панику. Но слёзы всё равно вырываются наружу, меня трясёт от бессилия.
Всю ночь я не смыкаю глаз. И только под утро, когда я проваливаюсь в сон от бессилия, меня будит будильник.
Просыпаюсь с чувством глухого отчаяния. На телефон приходит напоминание о сегодняшнем интервью, которое я обещала дать одному набирающему популярность блогеру. Я совсем про него забыла в этой суматохе. Придётся отменить.
Я начинаю собираться в аэропорт. И за полчаса до того, как хочу выезжать, мне звонит Эдик. Ну, или кто-то с его номера. Быстро принимаю вызов.
– Алло!
– Ава, детка, ты как? – его хриплый голос. Такой болезненный и уставший, но его! Я слышу его, и у меня будто вырастают крылья.
– Эдик! Что с тобой случилось?! Боже, я чуть с ума не сошла!
– Я в порядке. Я так понял, тебе звонили, сказали, что я в больнице. Ты мой контакт на случай ЧС, меня вырубило, и они позвонили тебе. Но я уже в порядке.
– Мне сказали, что ты в тяжёлом состоянии! Я собираюсь к тебе. Уже купила билет на сегодня.
– Не нужно! – как-то живо отвечает он.
И я аж на месте замираю и перестаю собирать сумку.
– Переживать не о чем. Медбрат, который звонил тебе, хреново говорит на английском, если он сказал, что я в тяжёлом состоянии, то он явно что-то напутал. У меня только пара царапин. Тебе не о чем переживать, любимая. Правда. Не трать время на перелёты. У тебя наверняка полно дел. Меня сегодня уже выпишут. Я возьму билет на ближайший рейс и скоро буду дома.
– То есть, он не так объяснил? Эдик, ты меня просто успокаиваешь? Ты мне точно не врёшь?!
– Я клянусь! Не переживай, детка. Я тебе сейчас фотку кину, сама увидишь, что я в норме.
После разговора присылает мне селфи. Лежит в больничной постели. Над бровью небольшая ссадина, но вид и правда нормальный, не при смерти. Я перезваниваю.
Мы говорим ещё час, пока Эдика не увозят на обследование.
После нашего разговора мне становится в разы легче. Я могу немного отвлечься и сосредоточиться на своих делах. Пишу блогеру, что наше интервью в силе. Потом завтракаю по-человечески и просматриваю фотографии в телефоне.
Сейчас особенно сильно хочется вспомнить хорошее. На снимках мы с Эдиком на отдыхе на Бали почти год назад. Листаю фотографии и улыбаюсь. Наше совместное селфи на пляже. Фотография из ресторана, где Эдик корчит смешное лицо, когда я предложила его сфотографировать. Дальше наше селфи в кровати в гостиничном номере. Эдик улыбается и выглядит таким красивым и счастливым, а я целую его в щёку, закрыв глаза.
Там было так хорошо. Тихо, спокойно. Мы полетели туда как раз после того случая с фанатом. Муж увёз меня подальше ото всех и не отходил от меня ни на шаг. Отменил все встречи, дела, всё-всё. Он тогда так за меня волновался. И я видела, как Эдик хочет окружить меня своей заботой. Это был один из лучших отпусков, если не лучший. Мне бы хотелось, чтобы мы как можно чаще могли вот так проводить время вместе. Не обязательно куда-то улетать. Можно и дома. Просто… Хочется тишины. Тихих, уютных семейных вечеров с любимым мужем.
Днём я приезжаю на интервью в студию Ани, блогера. Наша беседа проходит лайтово. Мы пьём чай, обсуждаем начало моей карьеры, музыку и других звёзд, и чаще вспоминаем какие-то забавные случаи с работы или безобидные сплетни, не затрагивая острых тем. Ни слова ни о моём сумасшедшем фанате, ни о девушках, которые крутятся рядом с Эдиком. Когда я шла на интервью, я знала, что оно будет именно таким. Мы с Аней заранее обсудили все темы. Поэтому я и согласилась прийти к ней. Да, никаких кричащих инфоповодов не вышло, но беседа получилась ламповой. У Ани именно такой формат.
Я возвращаюсь домой в хорошем настроении. После недавнего стресса, это интервью стало для меня дозой успокоительного. Это именно то, что было нужно моим нервам. Я даже рада, что Эдик отговорил меня лететь.
Дома я ещё раз звоню мужу. Мы снова долго разговариваем. Эдик рассказывает о своей встрече; об обследованиях, которые ему делают в больнице и даже шутит на эту тему, чтобы я не переживала за него; говорит, что скучает и хочет поскорее меня увидеть. Он собирается прилететь завтра вечером. Я специально не завожу разговор о Наде и моих подозрениях, потому что убеждена, что такие вещи нужно обсуждать лично. Да и настроение сейчас портить не хочется. Эдику нужно восстанавливаться. А мне нужна хотя бы небольшая передышка.
Только анонимам плевать на мои нервы. Я даже думаю, что для них задача номер один – это вывести меня из равновесия. Я сижу за ноутбуком, когда на мою личную электронную почту приходит письмо от неизвестного. Эту почту знают только самые близкие: друзья и родственники, для всех остальных существует рабочая.
В письме короткий текст: “Пока ты тухнешь одна, твой муж покупает дом для любовницы” и вложение. В нём снимки, сделанные с договора, подписанного моим мужем. Умная камера быстро переводит текст с изображения. Я внимательно всё читаю и понимаю, что это договор на покупку дома в Риме. Сделка датирована вчерашним числом.
Вчера мой муж купил дом, и ничего мне не сказал!
Также во вложении есть договор об оказании услуг клининга на регулярной основе. И договор с садовником на один год.
Да Эдик прям подготовился, чтобы дом благоухал со всех сторон. Только меня он предупредить забыл!
Но почему мне написали, что дом для любовницы? Чтобы позлить меня? Или этот аноним знает больше, чем говорит?..
Глава 6
Мы с Эдиком дважды сегодня разговаривали, и он не удосужился рассказать мне о том, что купил дом! Тут только один вывод: муж хотел скрыть от меня покупку. Но это ведь не новый телефон и даже не машина, чтобы не посоветоваться о таких вещах. Это целый дом за границей. И судя по сумме в договоре он стоит очень немаленьких денег. Зачем это скрывать?
На этот счёт у меня тоже есть пара вариантов. Или муж правда ведёт тайную жизнь и купил дом, чтобы комфортно проводить время со своей любовницей. Или он купил его для нас и хотел сделать сюрприз.
Почему-то, обдумывая второй вариант, чувствую себя наивной. Я всё ещё надеюсь на порядочность Эдика и страшно боюсь разочароваться в нём. Стараюсь думать о хорошем, ищу ему отговорки… А если окажется, что муж правда мне изменяет, как же глупо будут выглядеть мои наивные попытки оправдать его.
Я бывала на приёме у психолога. Знаю, что, когда мы ищем оправдания чьим-то поступкам, мы таким образом мысленно пытаемся успокоить себя. Найти причину, понять и попытаться принять, чтобы стало легче. Но только подлости не нужно искать оправдания. Каждый человек сам делает выбор.
Я до конца не понимаю, что делает мой муж, но его решение купить дом, не посоветовавшись со мной, мне не нравится. Но больше всего в этой ситуации меня напрягает даже не то, что муж от меня скрыл такую покупку, а то, как я об этом узнала. От какого-то жалкого анонима! То есть, этот человек знал о сделке, знал, что Эдик в Риме, откуда-то нашёл его договор, знал, что муж скрыл от меня эту сделку!
Этот человек намеренно написал мне, чтобы мы с Эдиком поругались. Но зачем он написал мне, что дом для любовницы? Это правда? Или грязное враньё, чтобы сильнее нас рассорить?
Люди всегда лезут в нашу семью, всегда пытаются поссорить. Я знаю, есть тысячи девушек, которые мечтают, что Эдик со мной разведётся. Но то, что творится в последний месяц, бьёт все рекорды по травле.
Меня такая злость из-за этого берёт. Всё бы было нормально, если бы муж всем со мной делился. Дом в Риме… Это не моя мечта, и у нас не предвидится каких-то важных дат, мой день рождения нескоро. Эта покупка никак не похожа на сюрприз для меня. Но я всё же не могу молчать. Звоню Эдику, но он, как обычно, не отвечает!
Злость отравляет мою кровь, растекаясь по всему телу. На глаза попадаются цветы, которые подарил муж. Швыряю их в мусорное ведро. Это не подарок. Насмешка над женой-дурой, которой можно навешивать любую лапшу на уши!
Я решаю, что нужно что-то делать. Нельзя и дальше сидеть в неведении. И если уж Эдик так не хочет, чтобы я летела в Рим, я найду другой способ проверить его слова.
После часа поисков я нахожу англоговорящего человека, который занимается частным сыском в Италии. Всё, что мне нужно, это чтобы он пришёл в больницу и разузнал, правда ли Эдик там. Но чтобы уговорить этого сыщика выполнить задачу день в день, мне приходится отстегнуть ему кругленькую сумму. Приходится залезть в свою заначку, но оно того стоит. Так я узнаю правду, и мне никуда не нужно для этого лететь. Я не считаю, что это глупо. Доверяй, но проверяй.
Муж перезванивает мне ещё через час, когда я уже выплёскиваю свою злость за клавишами. Барабанила по роялю так, будто гвозди забивала. Музыка получилась тревожной, но проникновенной. Нужно будет записать. Полегчало немного. Я закрываю крышку инструмента и отвечаю на звонок.
– Почему не отвечал? – тут же нападаю, хотя и стараюсь сохранять ровный тон.
– На обследовании был. Я же говорил тебе.
– И как обследование? – Я стараюсь держаться спокойно, вроде сбросила напряжение, но слышу голос мужа, Эдик ведёт себя как ни в чём не бывало и злость снова начинает клокотать где-то на дне желудка, подкатывая к горлу изжогой.
– Здоров как бык. Волноваться не о чем, – весело заявляет.
– Я рада, – говорю искренне. – Правда рада.
– А ты как?
Злость понемногу перетекает в грусть. Мне самой надоело, что веду себя, как типичная жена-истеричка, но всегда что-то к этому подталкивает. Решаю не ходить вокруг да около.
– Эдик, я знаю, что ты купил дом.
На том конце провода молчание. Муж явно в замешательстве.
– Откуда?
– Это имеет значение? Ты ничего не хочешь мне рассказать?
– Я купил дом. – Он прочищает горло и говорит с замешательством: – Хотел сюрприз сделать.
– Кому? Если мне, то сюрприз удался на славу!
– Тебе, Ава! Кому же ещё?! Ты опять за старое? Не знаю, кто тебе рассказал, но не пойму, почему ты за это на меня злишься?! – повышает голос Эд.
– А это не очевидно? Я злюсь, потому что ты постоянно от меня что-то скрываешь! Я узнаю подробности от каких-то анонимов. То Надя тебе наяривает, то ты дом для любовницы покупаешь!
– Для какой, бл*ть любовницы, Ава?! Этот дом для нас! Там как раз закончили ремонт, я приехал всё проверить и подписал документы. Какая-то тварь всё слила и испортила сюрприз. Но как-то глупо на меня злиться из-за этого, ты не находишь?
Ну вот не хотела же разборок по телефону. Но опять эти скандалы. Я не отвечаю. Наливаю стакан холодной воды и делаю несколько глотков, чтобы унять пожар внутри.
– У нас ни годовщины, ничего такого. Что за повод для такого подарка?
– А разве для подарков нужны поводы? Знакомый риелтор маякнул, что продаётся классный дом. Я съездил, мне всё понравилось. И решил купить его для нас.
– Не посоветовавшись со мной. – Выдыхаю. – Ладно. Я это уже говорила.
– Аврора, любимая моя, – смягчается муж. – Я тебя не просто прошу, а настоятельно призываю успокоиться. Ты сейчас разводишь скандал из ничего. Давай на этом закончим? Я прилечу завтра вечером, и мы всё обсудим.
– Завтра вечером у меня выступление на корпоративе, – напоминаю я.
– Я помню. Я заберу тебя оттуда, кис. Заеду за тобой, и мы всё обсудим. Обещаю.
После изматывающего разговора я принимаю снотворное и ложусь спать, ещё не зная, чем назавтра обернётся обещание мужа…
Глава 7
Утром я вижу новое сообщение от сыщика. Он отправил его ещё ночью, видимо, как только закончил работу. Лео пишет, что мой муж действительно находится в больнице, которую я просила проверить. В доме, адрес которого я дала, никого нет. Также во вложении к письму есть фотография Эдика в профиль, стоящего в больничном коридоре у кофейного автомата.
Я перезваниваю сыщику, чтобы узнать подробности. Лео быстро отвечает.
– Хэллоу.
– Я получила ваше письмо, расскажите, пожалуйста, всё поподробнее.
