– Ну вдруг тебе надо чего будет. Помогу.
– Мне домой надо. Поможешь? – усмехнулась я и поморщилась. Тут же больно стало губам треснувшим.
– Это только когда шеф отмашку даст. – чуть виновато пожал парень плечами и у него покраснели и скулы. – Лиль, ты не переживай особо. Матвей Сергеич – нормальный мужик. Резковат бывает, но только по делу, а так правильный и не жадный. Все у тебя хорошо будет, Лиль. Заживет все, подпишешь бумажки, что претензий не имеешь и вернешься домой. Еще и бабла отсыпет.
– И часто тут такие ситуации случаются?
– В смысле?
– Людей он к себе в дом принудительно-добровольно часто таскает?
– Ты чего? Нет, конечно. Вообще с тобой это первый раз. Леха чудит, само собой, гемор он ходячий, шеф разруливает периодически, но такого у нас еще не бывало. Но ты не переживай, деньгами точно Волков не обидит. Он реально щедрый мужик.
– Щедрый… – фыркнула и опять поморщилась. – И сколько же стоит похищение, незаконное удержание и принудительное мед обследование?
– Лиль, ну че ты в самом деле! – поморщился с упреком водитель Волкова, будто я сказала нечто неуместное и даже обидное. – Шеф тебя так-то спас, считай. И не в подвале же грязном запер, а домой к себе привез. Врача дорогого вызвал, переживает, чтобы со здоровьем все норм было у тебя.
– Спасибо ему, конечно, но это никак не меняет того факта, что я тут в плену и беспокоиться он исключительно о том, чтобы проблем у него больше не стало.
– Зря ты так все воспринимаешь. – проворчал Кирилл и в этот момент за его спиной бесшумно открылась дверь, являя мрачного Волкова. – В крутом доме задарма поживешь недельку да еще за это заплатят, а она недовольна.
– Какого черта? – потребовал ответа хозяин дома.
– Да я это… вещи принес… – явно занервничал водитель и торопливо шмыгнул мимо шефа в коридор, что выглядело несколько комично, учитывая его высокий рост и мощную комплекцию.
– Собирайся! – приказал Волков и закрыл дверь.
– А без приказа же конечно не сообразила бы что мне делать. – проворчала я.
Переодевшись в, надо признать, очень мягкий и удобный костюм цвета пыльной розы и прихватив из коробки светло-бежевые кроссовки от сильно не дешевого бренда, я вышла из комнаты. Вот коробило меня в обуви, даже совсем новой по дому шастать. По пути услышала какие-то отдаленные странные звуки. Больше всего они были похожи на какие-то завывания. И чем дальше шла, тем громче и отчетливее они становились и, наконец, я уже смогла хоть что-то разобрать.
– Матюша-а-а! Я же люблю-у-у тебя-а-а! – рыдая подвывала Милана где-то внизу. – Я больше никогда-а-а…
– Само собой. – сухо ответил Волков. – Милана, кончай этот цирк. Давай, мне некогда. Квартира на два месяца еще оплачена, бабок этих на первое время хватит, пока не подцепишь кого-нибудь. Вон Колесов на тебя слюни пускал, могу телефончик его дать, чтобы время ты не теряла. Давай-давай, время, Милана.
Я начала спускаться и уже могла их видеть, но остановилась и решила подождать, когда и чем все кончиться. Волков и девушка стояли в холле у входной двери, Милана то и дело пыталась повиснуть на шее у мужчины, а он почти брезгливо от себя ее руки отталкивал. Сцена выходила просто отвратительная, причем я даже не понимала от чего больше: от того, что Волков повел себя как натуральный урод – только что использовал девушку для секса и тут же выставляет, явно расставаясь с ней или от того насколько фальшивыми чудились эти рыдания с подвываниями Миланы. Жаль ее мне почему-то не было, может потому, что кидаясь в якобы отчаянии на шею к Волкову, девушка не выпускала из одной руки солидную такую пачечку наличных.
Но, опять же, это вообще не мое дело. Он – скотина редкостная заносчивая, ни в грош никого не ставящий, она – поганая актриса, позволяющая себя унижать за деньги, оба стоят друг друга.
– Ты! Ненавижу тебя, Волков! – заорала Милана совсем другим голосом, и вот это прозвучало уже натурально. – Чтоб ты сдох!
Я прямо ожидала, что в заносчивую физиономию полетит так та самая пачка купюр, но ничего подобного. Шарахнула входная дверь, закрываясь за Миланой, Волков повернул голову и глянул на меня, как будто был в курсе, что я все время тут стояла и отвернулся.
– Кирилл! – окликнул он.
– Да, Матвей Сергеич! – отозвался водитель, выглянув из дверей столовой, а я стала спускаться.
– Кто там у нас сегодня на воротах? – уточнил Волков, но ответа ждать не стал. – Уволить. И заявку отправь в агентство по домашнему персоналу. Надежда тоже уволена.
– Матвей Сергеяч! – завопила еще невидимая мне Надежда. – За что?
Но Волков не счел нужным отвечать, а вместо этого снова глянул на меня.
– Ну! – сказал, явно давая понять, чтобы пошевеливалась.
Но мне не сильно-то хотелось подчиняться этому гаду, да еще и Надежда неожиданно выбежала в холл и бухнулась на колени перед Волковым.
– Матвей Сергеяч, да за что же?! – сорвалась она в слезы, – Я же … у меня же полный порядок… да я же для вас…
– Надежда, я плачу работающим на меня людям не для того, чтобы они снабжали информацией о происходящем в доме посторонних людей. – отчеканил он. – Лилия, живее!
Это же надо быть таким гадом по жизни, а! Встретилась взглядом с помрачневшим Кириллом и усмехнулась. Нормальный мужик и человек хороший, говоришь?
Глава 11
Матвей
– Прям интересно, каково оно… – пробормотала Лилия, топая вслед за мной к машине.
Вот забить бы, но бесила она меня чем-то, даже тем, как смотрела, наблюдая, как я выставляю с концами берега попутавшую Милану, решившую, что у нее появилось право подкупать мою прислугу, являться в мой дом тогда, когда ей вздумается, да еще вопросы с намеком на претензии задавать после секса. Ну да, я же, кончив, должен отупеть и отчет держать, кого-зачем-почему в собственный дом привел. Дура, такая же, как моя бывшая и вообще все бабы, считающие, что ухватив меня за член, они получили волшебный рычаг управления мной.
– Что тебе интересно? – зыркнул я на Лилию, торопливо распахивая перед ней заднюю дверь.
До машины всего несколько шагов, но с десяток мохнатых здоровенных снежинок успели ляпнуться на ее волосы, плечи и даже одна пыталась присесть на густые ресницы. Теперь будут мокрые пятна, ведь команды покупать верхнюю одежду Лиле Кирилл не получал.
Хмурый Кирилл выскочил с небольшим опозданием на крыльцо и побежал к тачке, пару раз поскользнувшись на снегу. Сто процентов начнет просить за охранника этого тупня, который без моего разрешения Милану впустил или за Надежду. Вот ее увольнять реально жаль, готовит она замечательно и дом в идеальном порядке содержит, ничем меня не грузит, поэтому я злился еще сильнее. Ну дуры ведь бабы, дуры пустоголовые! Хоть старые, хоть молодые.
– Каково это быть таким гадом по жизни. – ответила дворняга.
– А ты не оборзела? – уточнил, усаживаясь с ней рядом.
– Может и так. – пожала Лиля плечами, – Но смотреть на то, как кто-то унижает других людей спокойно не умею, за что извиняться не буду.
Искушение грубо велеть ей заткнуться, раз ни хрена ситуацию не просекает, было огромно. Но какого-то черта я зацепился глазами за то, как растаявшая-таки на ресницах снежинка сорвалась с них и побежала по поцарапанной щеке, странным образом высвечивая чуть золотистый, без всякой косметической мазни, оттенок кожи и этого не сделал, а поинтересовался:
– И кого же я по-твоему прямо унизил? Милану бедную? – Кирилл уселся за руль и повел машину со двора.
Судя по унылой физиономии открывшего их охранника, тот уже был в курсе своего статуса. Плевать, сам нарвался, башкой будешь в другой раз думать. Всем известно, что плачу я людям на меня работающим хоть в обслуге, хоть на производствах достойно, не зря желающих всегда очереди. Но и косяков не прощаю, иначе – прощай дисциплина.
И на мнение Лили мне, собственно, плевать. На кой вообще спрашиваю?
– И ее тоже. – подтвердила мое предположение нахальная дворняга.
– Чем же? – уточнил я, прямо таки начиная предвкушать, как тну ее наглой моськой в правду жизни.
– Воспользоваться ею прежде чем порвать отношения – это по настоящему стремный поступок для мужчины.
Ути-пути, и рученки сложила на груди, подбородок упрямо вздернулся, губешки в линию и смотрит эдак с вызовом, с видом твердо уверенного в своей непогрешимой правоте человека. Бестолочь!
– А нарушать честные договоренности о изначально установленных правилах не стремно для женщины? – деловито переспросил я. – Или вам по умолчанию все можно?
– Я думаю, поступать нечестно неправильно вне зависимости от половой принадлежности.
Попалась, конечно же. По-другому эта поборница всеобщей справедливости ответить и не могла, в образ же, который тут передо мной отыгрывает, не вписалось бы, просчитать – не хрен делать.
– Так вот, Лиля, это ни капли не твое дело, но раз уж ты решила стать тут голосом справедливости – скажу. – начал я почти ласково.
– Я не… – попыталась она, почуяв неладное, но я забил.
– Изначально весь формат наших отношений с Миланой – услуги за деньги. Я плачу, чтобы иметь стабильный секс тогда, когда захочу и НЕ иметь никакого сношения мозгов. В том числе: никаких сюрпризов, типа сегодняшнего визита экспромтом, с целью продавить меня на что-то большее, никакого вмешательства в мою жизнь, никаких попыток контролировать то, что происходит вокруг меня и совать в это нос. Она нарушила правила – я вежливо сказал ей “прощай”, честно оплатив оказанные на тот момент услуги и снабдив, так сказать, выходным пособием. – и не удержавшись все же добавил, будто бес меня за язык тянул. – Претенденток на ее место – море.
Лиля заметно покраснела, засопела и отвернулась к окну, смущали ее, видно по всему, столь откровенные и циничные разговоры в формате мужское-женское, но все равно не утерпела.
– Ого себе самомнение. – фыркнула она негромко.
Что-то скорость оборзения у нее поразительная. Вчера еще зажималась, дрожала и шарахалась, а теперь глянь на нее. И это цепляло меня, раздраконивало прямо-таки, вынуждая продолжать эти бесполезные разговоры, цепляя уже ее в ответ. Детство какое-то, ей богу.
– Это, девочка, не самомнение, а четкое понимание существующей действительности. Есть лавэ – есть и толпа желающих запрыгнуть в койку обладательниц вагин. Все бабы ведуться на деньги, без исключений.
– Спорное заявление. – огрызнулась Лиля.
– Беспорное. Все зависит от суммы. Станешь опять доказывать мне, что это не так?
– Не-а, доказывать стоит что-то тому, кто имеет для тебя значение и то не факт. А вы для меня такого значения не имеете, господин Волков, как и для вас я и все остальные люди.
Хамим потихоньку, да, девочка?
– Ну да, но донести свое бесценное мнение до меня, что я гад, ты сочла нужным. – ткнул в ее собственное поведение.
Уже решил, что она угомонится, но не тут то было. Повернулась и уставилась с вызовом, что в сочетании с ее побитым видом смотрелось почти комично.
– Сочла. Бог с ней, с Миланой и прочими вашими пассиями, чья вина, на мой взгляд, состоит только в том, что они делают попытки пробиться сквозь вашу непрошибаемую бесчувственность и получить что-то большее, чем обезличенный секс и оплату за него. Но заставить у себя в ногах валяться женщину старше вас намного, для меня это – дно.
– Ты не путай, Лиля! – покачал я перед ее носом пальцем. – Я Надежду просто уволил, причем за дело, не хрен посторонних информацией снабжать за деньги, а на колени вставать не заставлял. Не надо на меня возлагать вину за чужие действия.
– А вы прямо установили факт, что за деньги? – продолжила задиристо упрямиться она. – Лично мне показалось, что Надежде просто Милана была симпатична, да и за ваши интересы и имущество она прям горой.
– Когда кажется, знаешь, что делать нужно? Ты Надежду эту видела первый и последний раз, что можно узнать о человеке?
– Можно кое-что, если смотреть на человека, а не сквозь него. – нисколько не смутилась нахалка.
Ой ты Божечки, поглядите, у меня тут не просто воин справедливости, но великий знаток человеческих натур, мотиваций и вообще ясновидящая!
– Поумничай еще мне! – фыркнул, не понимая даже – хочу нагрубить от злости или обидно рассмеяться.
– Да куда уж мне. Просто только слепой бы не заметил, как она вам угождать готова. Причем видно, что это от души.
– Это – в рамках своих служебных обязанностей и за очень хорошую заработную плату, Лиля.
– Ну само собой! – хмыкнула она и закатила глаза, прозрачно намекая на мою твердолобость. – Надежда говорила вам вслед что-то о том, что у нее дочь сейчас с маленьким ребенком на руках, которую муж бросил и она в их семье – единственный кормилец, потому и умоляла не увольнять. Вы хоть прислушались к ней?
– Раньше думать об этом надо было. – отрезал я, про себя признавая, что действительно не слушал, что она там говорила. Зачем? Решение принял.
– Люди ошибаются. – с нажимом заявила Лиля и даже ко мне подалась, изумляя.
– Или нет. Сейчас она девке левой за деньгу стукнула, что я тебя в дом привез, а завтра что? Начнет конкурентам сливать инфу? Или журналистам жареные новости подкидывать?
– За деньги? – Лиля мигом растеряла часть своего пыла, но не сдалась, повторяясь. – Это прямо неоспоримый факт?
Теперь уже язвительно хмыкнул я, но не убедил упрямую дворнягу.
– Вообще-то, Надежда Милану вашей “почти жынкой” называла. – задумчиво наморщив лоб, сообщила Лиля.
– Кем?
– Ну почти женой, как я понимаю. То есть, была уверена, что у вас все прямо серьезно. А тут вы в дом меня притащили, сразу в свою спальню, причем. Может, она и кинулась спасать ваши отношения, чисто из женской солидарности, а не за мзду, вам это в голову не пришло? Очевидно же, что она женщина простая. Хотела как лучше, а то мало ли, зачуханка приблудная ущербу какого учинит в доме, вот даже тряпки пострашнее мне купила, чтобы вас отворотить, а вы ее сразу уволили.
Надежду я нанял два месяца назад. С Миланой спал уже больше четырех. Само собой, посвящать в суть отношений с ней прислугу я не утруждался. Других баб за это время не водил. Бегать с членом наперевес в поисках приключений я не любитель. Есть кого трахнуть при необходимости, ну и ладно. Могла Надежда решить, что с Миланой у нас что-то помимо секса? Меня это как-то вообще не волновало. Как по мне – нет, все же очевидно, но бабские мозги же причудливо работают и способны придумать на пустом месте черте что, при этом избирательно не замечая очевидностей.
– Чушь какую-то городишь. – ответил и осознал, что я огрызаюсь, то есть, по факту – почти оправдываюсь и снова разозлился.
Кирилл, благоразумно хранивший молчание всю дорогу, вдруг оглянулся.
– Матвей Сергеич, Надежда и правда не со зла. Вы, может, пожалеете ее на первый-то раз?
– Ты-то куда еще лезешь?! – вспылил я. – Думаешь на твое место мало желающих?
– Да я в курсе, что хватает. – мигом насупился парень. – Но у нее и правда в семье тяжкая больно ситуация. Может, припугнули и того… хватит? Готовит она ведь как, прежним не чета.
– Готовит… – проворчал, осознавая, что сдаюсь и охреневая с этого. – Подумаю.
– Здорово! – явно искренне обрадовался Кирилл, да и Лилия глянула так… что я мигом опять вскипел.
Она что, решила, что типа одолела меня в споре? Чего ты там про обезличенный секс за деньги эдак вздернув губу свою разбитую говорила, поглядывая свысока?
– Мне может и Милану обратно позвать? – язвительно спросил и Лилия тут же к окну отвернулась. – Раз ты так уверена, что ей чего-то большего хочется, так может предложить ей спать со мной теперь за так, типа по любви и бескорыстно? Согласиться, как думаешь, знаток ты людей?
– Вряд ли. – буркнула нахалка.
– И почему же?
– А разве вы ее любите? Нет. Так что это с вашей стороны будет всего лишь попытка сэкономить, а не установить эмоциональную связь.
– А без нее, связи этой, никак? – уточнил, уже откровенно глумясь.
