– Ну тише-тише, – улыбнулась Ромашка.
– А что, если его собаки погрызли?! А что, если он под машину попал?!
– Да брось ты, – легкомысленно махнула рукой альтушка, хотя про себя такую возможность вовсе не исключала. – Сейчас мы найдём твоего котика.
– Как?!
– Поверь, – подмигнула Ромашка. – Я твоего кота быстренько найду.
– Вы что? – девчушка перестала плакать и вытаращилась во все глаза. – Вы что, волшебница?
– Типа того. Подожди меня здесь…
С розыскными мероприятиями Юля справилась бы и сама, но решила взять с собой подруг. На всякий случай. Всякий и, так сказать, разный. Целительницу Фонвизину на случай, если с котиком всё не очень хорошо, и Риту Смертину… ну… на понятно какой случай.
– Привет, – улыбнулась Её Сиятельство при виде девчонки. – А как тебя зовут?
– Меня зовут Лиля. А вы така-а-а-а-ая рыжая! – восхитилась малявка.
– Какая милота, – у Фонвизиной аж сердце защемило.
А вот у кадета Смерти близкого опыта общения с детьми не было, и потому стеснялась она её даже больше, чем иных взрослых.
– Привет, – кое-как выдавила она из себя и замолчала.
– Ну пойдём, – сказала Ромашка. – Начнём искать у тебя дома. У твоего котика ведь есть какое-то любимое место, на котором он спит?
– Есть-есть! – закивала Лиля. – Дома есть специальная такая штука! Там два этажа, и норка, и подстилка, и висюлька, и когтеточка, и игрушки-мышки!
– Прекрасно. А как зовут твоего котика?
– Чубака!
– Чубака? – хохотнула Её Сиятельство. – А почему так?
– Я не знаю, – пожала плечами Лиля, деловито вышагивая впереди. – Папа сказал, что это смешно, потому что кот лысый…
До места добирались не дольше десяти минут. Всё же Удалёнка пусть и густонаселённое СНТ, но вполне себе компактное.
Родителей девочки дома не оказалось, и заходить на участок без их ведома альтушки не решились. Мало ли что? Люди разные. А потому Лиля сбегала внутрь дома сама и вынесла ту самую подстилку, на которой любил возлежать Чубака.
Жёлтый плед, свёрнутый аж восемь раз. Шерсти на нём, понятное дело, не было, однако Ромашка всё равно сумела взять след.
– Мне кажется, что нужно идти… м-м-м-м… туда?
– Вы – зверомаг?! – опять выпучила глаза Лиля. – Вы животных чувствоваете?!
– Да, – кивнула Ромашка. – Всё так.
– Как же я надеюсь, что у меня тоже пробудится да-а-а-ар, – завистливо протянула Лиля, но тут же переключила своё внимание обратно на кота. – Пойдёмте! Пойдёмте!
***
За те пятнадцать минут, что Лиля вместе с девушками шла до коровника, она уже успела выяснить, что рыжая – целительница и вдобавок к этому настоящая княжна. Всё потому, что подруги, не подумавши, обращались к ней то «Ваше Сиятельство», а то и вообще по фамилии.
Род Фонвизиных был на слуху.
«Охренеть», – подумала Лиля.
И точно так же она подумала по поводу своих предположений насчёт Смертиной. С этой черноволосой и бледной девушкой пока что было не совсем понятно. Точнее… понятно, но верилось с большим трудом. Будучи сильной одарённой, Лиля уловила некротическую энергию, но выводы делать не спешила.
Потому что… некромант? Серьёзно? Никому нельзя, а им можно?
Грёбаная воровка из рода техномантов, княжеская дочь, зверомаг и до кучи некромантка. Ещё и сестра у Василия Ивановича Скуфидонского – артефактор, которого заочно знал Верзилин-старший. И это Лиля ещё не познакомилась со всеми обитателями дома…
Однако у неё уже сложилось впечатление, что они собирают команду супергероев, не меньше.
– Вот ты где!
Как и было велено, лысый кот-оборотень ждал возле коровника. И как только увидел маленькую хозяйку, кинулся тереться ей об ноги.
– Плохой Чубака! – Лиля сурово топнула ножкой. – Не убегай больше! Я так переживала!
Лилия Гордеевна подхватила кота на руки и, счастливая, побежала в сторону дома, как будто бы забыв поблагодарить девушек…
– Ой! – сказала она. – Спасибо большое! Я обязательно скажу родителям, как вы нам помогли! И попрошу маму испечь для вас чизкейк!
– Чизкейк, – мечтательно повторила Фонвизина.
Для целительницы, которая держала свой обмен веществ в узде и технически могла поглощать десятки тысяч калорий без вреда для фигуры, стать сладкоежкой было как за здрасьте.
– Да, чизкейк! – повторила Лиля. – Домашний! Вы даже не представляете себе, какая вкуснота! – и убежала.
Отец уже ждал её с докладом, ему давным-давно пора было выезжать в Сакраменто, чтобы изо всех сил подружиться со Скуфидонским. К счастью, ожидание того стоило, и Лиле реально было о чём поведать.
– Интересно, – повторяла Сю в задумчивости, дослушав отчёт лилипутки. – Очень интересно и очень опасно. Но отступать мы всё равно не будем. Кстати…, а что за чизкейк?
– Не знаю, – Лиля опустила глаза в пол. – Простите, Лунтоу. Я вбила в поисковик «китайский торт» и не нашла ничего, кроме чизкейка на каком-то супер-пышном корже.
– Ах, это, – отмахнулась Сю. – Сделаю…
***
– Нихао! Нихао! – кланялась улыбчивая женщина с пирогом на вытянутых руках, ну точь-в-точь каравай откусить предлагала.
– Мама не говорит по-русски, – объяснила малявка. – А папа уехал в город по работе.
Что ж…
Чаёвничать по утру было странно, но не прогонять же людей, которые пришли к тебе с благодарностью? Ромашкина и Фонвизина быстренько подсуетились и накрыли в беседке на улице. Погода стояла сказочная, и сидеть по норам совершенно не хотелось.
Сладкое принесли гости, а альтушки налили чай. На шум из дома выползли все остальные, и лишь Шестакова до сих пор дрыхла. Василий Иванович распорядился «не косячить», а самый верный способ не косячить – это спать. Так что можно сказать, что шаманка дословно исполняла приказ командира.
Все остальные тем временем облепили интересную красивую азиатку и через маленькую переводчицу узнавали, кто, откуда, зачем и почему?
Что выяснили: Сю Верзилина была родом из Сингапура и очень богата. Именно её семья устроила в Удалёнке кипиш и именно на встречу с папой маленькой Лили отправился Василий Иванович.
Сама же женщина была… м-м-м… домохозяйкой. Правда, из той породы домохозяек, которые вообще не хозяйничают, да и дома бывают редко. Насколько поняли альтушки, Сю была профессиональной женой.
В конце концов, это же в азиатской ментальности, верно?
– А папа у нас бизнесмен, – гордо задрав носик объявила Лиля. Мол, так и живу. Пью джус, купаюсь в бассейне.
Чаепитие проходило уютно и весело.
До тех самых пор, пока Ксюша Шестакова не разлепила ото сна свои глазоньки и не вышла на крыльцо.
– Ох ёпт, – девушка чуть не поперхнулась, увидев азиатку.
Азиатка тоже её заметила. Улыбнулась и начала кланяться в приветствии, а сама – первый тревожный звоночек – буквально впилась косым взглядом в розовые волосы альтушки. И взгляд этот… Шаму аж до мурашек пробрало.
Или просто показалось?
– Иди чай пить!
***
– Дави! Дави! Дави! – орал Женька Данилов, бешено вытаращив глаза. – Давай, Иваныч! Жми косого! Убивай! Убива-а-а-а-ай!
Сингапурцы тоже орали.
Официальная часть закончилась очень быстро, и вот я с каким-то сумоистом играю в армрестлинг на столе мэра Сакраменто. Кругом водка, икра и прочие атрибуты деловой встречи. Сосед мой, Гордей Гордеевич, тоже здесь. Он-то меня, кстати, и подначил схлестнуться с этим толстяком.
Товарищ одарённый, почти как и вся делегация, но мы с ним договорились бороться без магии и… ух-х-х, сука! Силён! Всеми своими двумястами килограммами навалился и давит!
Но хрен там был! Удалёнку не посрамлю!
– Жми-и-и-и!!! ДАВА-ААА-АААЙ!
– Жень, – подошёл к азартному самогонщику Макар Матвеевич. – Ты б не орал так, что ли?
Но… не судьба.
У Данилова-то сегодня вся жизнь в сторону вильнула и в гору пошла. Контракт подписан, и марке «Jack Daniels» быть. И заводу быть, и промышленному производству, и даже экспорту, – вот так вот, сходу! Через Сингапур его пойло полетит во все уголки планеты, по пути для солидности обрастая пошлинами и акцизами. А первую партию я, как и хотел, Величеству вышлю.
Больной, не больной, а пускай отведает вискарика подмосковного.
Макар Матвеевич тоже урвал какие-то плюшки, но явно не столько, сколько хотел. Карликовые козлы по своей задумке всё-таки статусное домашнее животное. И малое предложение взвинчивает цену на такой же малый спрос. Так что получается такая вот засада. Есть над чем поразмыслить и подумать ещё раз про сук, на котором сидишь.
Потому что…
Ну…
Объективно: если такой вот козёл будет жить в каждой второй квартире, то какой же он нахрен статусный? Ценник упадёт. А в качестве мяса рогатые питомцы Макарыча ничего не стоят, в них и жрать-то нечего. Карешку наверняка можно щёлкать, как семечки, на один укус.
– ЖМИ-ИИИИИ-ИИИИ!!!
Что до меня, то я в шоколаде.
Ну а оно и понятно. Гордей Гордеевич продавливал идею базы отдыха так рьяно, будто для себя что-то выбивал. Тот ещё чертяка языкастый. Да и зять главного сингапурца как-никак.
А сошлись мы на том, что с меня помощь в выделении участка, ну и какие-то глобальные решения по ходу работы.
Строителей сингапурцы найдут сами, материалы закупят сами, рекламу запустят сами… всё, короче говоря, сами. С меня связи на верхах, кое-какая юридическая ответственность да честное имя владельца.
Бабки пополам.
Звучит слишком хорошо, как каноничное нагибалово, но Ирка десять раз изучила условия договора и никаких подвохов не нашла. Подписывать я его, правда, пока что не стал. Тут и взвесить всё ещё разок надо, и цену себе лишний раз набить.
Ладно…
Давай, Василий Иваныч!
– ЖМИ-ИИИИ-ИИИИ! – у Женьки аж глаза кровью налились.
И-и-и-и… есть! Готов!
Можно было бы подумать, что поддался, но хрен там плавал. Измотал я сумоиста наконец-таки. Сильный-то он сильный, и весом превосходит, а вот выносливость подвела.
– Ах-ха-ха-ха! – заржал сингапурец, потрясывая рукой. – Василиванись! Мось! Сильний!
Тут же сзади на меня «напал» Верзилин и давай по плечам хлопать, мол, молодец.
– Красавчик, сосед! – сказал он. – Так их!
Тут он обвёл взглядом тусовку. Непривыкшие к выпивке сингапурцы уже порядком захмелели и веселились вовсю. Искренне так, смешливо… ну прямо дети великовозрастные. Манеры у них были своеобразные, и этикета как такого они не придерживались, но тут всё понятно.
Верзилин в двух словах объяснил, что аристократии в привычном для русского человека понимании у них нет и не было.
Так что некоторые их слова и действия, которые можно было бы принять за панибратство или даже за быдлячество, на деле были попыткой сойти за «своих пацанов». Подружиться и понравиться.
И на самом деле да… несмотря на трудности перевода, деловая встреча постепенно перерастала во что-то очень душевное. Вот-вот петь начнём. Я гарантирую это.
– Ну что? – улыбнулся Гордей. – Пока все не перепились, предлагаю тебе покурить сигару с моим любимым тестюшкой. Очень уж он тобой заинтересовался, всё спрашивает да спрашивает. Кто, да почему? А я и сам не знаю, что ответить. Ну так как? Уважишь, Иваныч?
– Уважу, – конечно же, согласился я. – Веди…
