– Чтобы ты ревновал!
Кошачьи зрачки адского повара удивлённо расширились.
– Серьёзно?
– Серьёзно! – крикнул я. – А ты как думаешь?! С обычной земной бабой совладать ой как непросто, а с суккубой и подавно! У них голова по-своему работает, понимаешь?! Не так, как у нас! А эмансипация, Сан Борисыч, это такая же сказка, как справедливость или прода каждый день!
– Чего? – нахмурился повар. – Какая прода?
– Им надо, чтобы самец был! Мужичара чтобы! Яйца, табак, перегар и щетина, Сан Борисович! Чтобы ты пришёл, схватил её за загривок и чётко обозначил, мол, моя самка! Ты понимаешь меня?!
– Ну… Не… Ну… Не, – заладил Алёшин, но всё-таки решил, что: – Ну да, понимаю.
– Ну а тогда чего ты ждёшь?! Иди! Иди и покажи этой сучке, кто тут настоящий демон!
***
– Красивая, да?
Внутри на шёлковой подушке лежала костяная корона. Сам обод состоял из раздробленных фрагментов, а вот зубчики короны были сделаны из фаланг пальцев. Самый длинный торчал по центру – будто корона показывала неприличный жест – а в стороны от него расходились пальцы всё меньше, и меньше, и меньше. Ближе к виску, кажется, начинались…
– Детские, – подтвердила Корона. – Да-да-да, тебе не показалось. Ну так что, Рита? Хочешь меня примерить?
– М-м-м-м…
– А, впрочем, твоё согласие не требуется.
Тварь оперлась локтями на край ящика и уставилась Смертиной прямо в глаза. Тут же по лицу Короны рассыпались веснушки, а волосы стремительно начали рыжеть. Настала очередь превращаться в Фонвизину.
– Ладно, – сказала тварь. – Так и быть. Расскажу. Мне нужно твоё тело, Рита. Твоё тело с твоим – слышишь? – и только с твоим даром. Уж больно он мне по душе. Такой соплячке, как ты, от него всё равно никакого проку, зато я… я умею с ним обращаться. Я смогу раскрыть весь его потенциал.
– М-М-М-М!!! – изо всех сил замычала Рита, когда её руки сами потянулись к Короне. – М-М-М-М-М-МММ!
– А ты пока посиди в этой грёбаной безделушке, согласна?
– М-М-ММММ-МММ!
– Не боись! Я вернусь за тобой, когда настанет время для таких, как мы.
– М-МММ-МММ!
Рыжие кудряшки выпрямились, мёртвые глаза позеленели; тварь вытянулась и стала выглядеть точь-в-точь как Юля Ромашкина. А затем, отпрыгнув от ящика, внезапно затанцевала. Ломано, дёргано, будто ведьма вокруг ритуального костра.
– Пусть заточили в артефакт! – пропела мерзость, хаотично дрыгаясь, пока Смертина продолжала тянуться к короне. – Но не убили! Это факт! Ту-ту-ру-ту-ру-ру-ру! Ту-ту-ру-ту-ру-ру-ру!
Всё ближе и ближе.
Ближе и ближе.
– Альтушкам он покажет нос, и Скуфа рассмешит до слёз, он очень скоро будет тут… скажите! Как его зовут?!
– ЛИЧ! – рявкнула Рита Смертина, изогнувшись всем телом. А впрочем… это уже была не Рита Смертина…
Глава 6
Русский повар после внезапного преображения тащит демоническую сущность по пещере за рога в направлении кровати. Пожалуй, теперь в этой жизни я видел всё. Ну а если и не всё, то достаточно – хорош уже, хватит. Внуки без историй не останутся.
Что до самого инцидента.
Хм-м-м…
Скажем так: есть у меня некоторые интересные мысли. Я уверен, что при желании Чамара в мгновение ока размазала бы зарвавшегося Сан Борисыча. Помню я и танцы с саблями в её исполнении, и потоки огня, и внезапные скачки в пространстве. Алёшин же – без году неделя как маг и научился разве что прикуривать от пальца.
Не та весовая категория, ой не та…
Однако Чамара не тронула повара даже пальцем, и вывод напрашивается сам собой.
Сперва суккуба, конечно, опешила от такого напора. Потом заинтересовалась. Потом для проформы начала язвить и говорить гадости, но явно что заинтересовалась. Ну а когда Алёшин всё тем же не терпящим возражений басом заявил, что он здесь главный, вконец растаяла.
Что ж…
Ко всем моим жизненным заслугам теперь добавилась ещё и ачивка свахи. Совет, как говорится, да любовь.
Не знаю, получится ли из отпрыска Сан Борисовича князь Ада, от поступи которого будут содрогаться короли и императоры, но узнаем мы об этом довольно скоро. Поскольку зачинаться этот самый отпрыск будет явно сегодня и явно сейчас.
Ну а я… я пошёл.
Дружба дружбой, но держать свечку совершенно не хотелось. Санечка взрослый, уж как-нибудь сам справится.
Первые трудности с возвращением возникли сразу же. Стоило мне переступить порог пещеры, как от первого вздоха у меня чуть лёгкие не зажарились. Не знаю, что и как поддерживает внутри жилища Чамары комфортные условия для органики, но снаружи оно не работает.
Пришлось взять прохладу и воздух с собой внутри энергетического шарика, а потом бегом добираться до первых врат. Увы и ах, побродить по окрестностям и рассмотреть Ад сегодня не удалось – дюже я спешил, пока кислород внутри барьера не выгорел к чёртовой матери.
Упарился я по дороге знатно. Самая лютая баня по сравнению с Адом всё равно что бытовой обогреватель-ветерок против раскочегаренного сопла реактивного самолёта. Жар пробивался даже сквозь барьер из сырой магии.
Но всё хорошо, что хорошо заканчивается.
По песчаному бублику тоже блуждать не пришлось – наши с Чамарой следы тянулись по песку аж до самого выхода.
Вышел.
Посмотрел на часы.
Итого моё турне в Ад заняло чуть больше часа. При том, что на штатное закрытие аномальной трещины по регламенту отводится сто минут – неплохо. Выбежал, повершил судьбы и обратно. И сразу же к столу.
– Кадет Дольче…
Я посмотрел на Катю, а потом на остальных альтушек. Снова на Катю, и снова на остальных. То ли Мишаня в лесу помер – в таком случае светлая память мохнатому отморозку – а то ли раки освоили художественный свист и уже забрались в горы, но Чертанова вела себя не как Чертанова.
Мне всегда казалось, что косметика, наряды и прочее вот-это-вот девочковое – это всё по её части.
Однако сегодня, в то время как подруги уже преобразились в компанию молодых аристократочек, кадет Дольче выглядела так, будто бы только что стояла на долгом светофоре и за мелочь протирала фары.
– Ты бы переоделась к столу, что ли?
– Что?! – выпучила глаза Чертанова. – Так вы же… Так я же… Так вы же сказали никому от дома не отходить и никого к дому не подпускать!
– А ведь и точно, – вспомнил я. – Молодец, кадет Дольче! Но всё равно переоденься…
Нарочно сильно топая и фыркая себе под нос, Катя Чертанова вышла с участка и исчезла в направлении дома Чего.
Что ж…
Не могу не порадоваться, что за время моего отсутствия ничего не случилось. Да и в самом деле… пора бы уже как-то побороть свою альтушечью тревожность. На чужих ошибках никто не учится, и это непреложная истина. Но группа «Альта» уже успела наделать своих, чтобы окститься и научиться думать прежде, чем делать.
Так что пора бы доверять девкам и прекратить крутить в голове всякие такие мысли.
– Ну что? – я подошёл к виновнице торжества, которая о чём-то оживлённо тёрла с Иринкой, но тут вдруг внезапно бросилась мне на шею.
– Спасибо-спасибо-спасибо! – и даже в щёку чмокнула.
– Чего «спасибо»-то? – не понял я.
– Кастеты! – крикнула Ксюха и шутливо двинула мне в живот. – В форме лапок! Просто прелесть!
– Рад, что тебе понравилось… кхм… н-да. Так это, чего хотел-то? Ваше Благородие, мы кого-то ещё ждём или можем начинать?
– Можем-можем! – кивнула Шестакова, а потом заорала на весь участок: – Прошу всех к столу!
***
Вечер прошёл просто сказочно.
Есть какой-то особый кайф в ранней осени. Сидеть допоздна, укутавшись в плед, травить байки в компании чисто из своих, слушать девичье щебетание и звонкий смех – это ли не счастье, как оно есть?
В какой-то момент Кузьмич отобрал у девок шампанское, скрылся в доме и вернулся с трёхлитровой кастрюлей австрийского глинтвейна и половником. Чем именно отличается австрийский глинтвейн от неавстрийского камердинер объяснить не смог, но один хрен было вкусно.
Китайские фонарики и бенгальские огни пришлись в тему. Каждый тост сопровождался искрами и приятным шипением, Шестакова настаивала.
Ожидаемо, что юная баронесса была в центре внимания. Настроение у Ксюхи играло, и эта её визгливая весёлость заражала всех остальных. Что интересно! Даже Риту Смертину. Обычно тихая скромница сегодня прямо-таки… распоясалась.
Может, расслабилась наконец-то?
Было у меня такое чувство, что она с самого приезда не в своей тарелке. И ко мне холодно, и к девкам настороженно, и вообще вся из себя тише воды ниже травы. Хотя казалось бы… почему? Разве ж её обижал кто из наших?
Короче!
Тормозить внезапно раскрывшуюся альтушку я не собирался, потому что это не педагогично и вообще бесчеловечно. Но не могу не отметить, что прежняя Рита Смертина нравилась мне куда больше.
– Аристократия! – кричала Смерть. – Мы же все здесь аристократия! Так давайте и развлекаться по-аристократически! Василий Иванович, у вас есть пистолет?!
– Что? – я аж глинтвейном поперхнулся. – Зачем?
– Давайте сыграем в русскую рулетку!
– Не-не-не-не…
Я быстро убедил Риту, что это плохая идея и что играть с ней никто не собирается, хотя она уже собиралась бежать домой за своим «ружьём». На эту её хренатовину и смотреть-то страшно, не то, что к виску приставлять. Даже полностью разряженную.
На какое-то время Смертина успокоилась, но уже через час её осенила очередная гениальная идея:
– А пойдёмте плавать в озере!
Тоже так себе досуг. Особенно учитывая, что темнота вокруг кромешная, да и вообще относительно прохладно. Тут мне пришлось быть более убедительным, потому как кое-кто из захмелевших девок затею поддержал.
Выручила Шестакова. Рявкнула, мол, это её праздник, и никто купаться не пойдёт.
Во-о-от…
Что ещё?
Смертина изволила шутить. И вот тут, конечно, получалось забавно:
– Акробат умер на батуте и ещё какое-то время продолжал радовать публику трюками.
Или:
– Вот поступлю в автошколу, и станет на одного пешехода меньше. Или не на одного…
Ох уж эта некромантская профдеформация. Никогда за ней раньше такого не замечал, ну так оно и понятно: раньше Рита в основном молчала и неловко улыбалась.
Короче…
Как командир отряда я сделал свои собственные выводы. И запоздалую интеграцию Ритки в коллектив воспринял как чёткий сигнал: пора бы обратить на неё чуть больше внимания и уделить чуть больше времени её персональному развитию. Девка и так сильна, а я из неё настоящую королеву ночи сделаю.
Вот только как?
Всё-таки опыта натаскивания некромантов у меня нет. Личного опыта пользования техники тоже нет. Да и толкового наставника для Смертиной днём с огнём не сыщешь. Если так прикинуть, то у меня в кругу знакомых всего лишь один некромант имеется, да только эта мразь прямо сейчас чалится на чердаке и, пока я жив, оттуда не выйдет.
Хм-м-м…
Завтра первым же делом отзвонюсь Державину и спрошу совета. Должен же у Института быть какой-то план на счёт Риты? Если бы Стёпка и компания не собирались реабилитировать тёмных магов в глазах общества, они бы мне Смертину не прислали, в этом я уверен.
Но это всё будет завтра. А сегодня:
