– Господин Бишби, я знаю, что не нравлюсь вам. Ваша любовь, откровенно говоря, мне и не нужна, но сегодня вы меня разочаровали. Надеюсь, объяснять почему не нужно?
Он покачал головой. Отлично.
– Пожалуйста, впредь не позволяйте Тюлотте или кому-то еще распускать руки.
Без предупреждения, я резко открыла дверь. Лишившись опоры, Тюлотта безобразно упала прямо к ногам Бишби. Я многозначительно посмотрела на дворецкого. Нет, все слуги так или иначе подслушивают и подглядывают, чтобы потом донести дворецкому, но вот подслушивать за самим дворецким… О, это другое дело. Бишби скривился, при виде неуклюжих попыток Тюлотты встать, и протянул ей руку.
На этом я покинула крыло слуг. Разборки отняли слишком много времени. А я ведь еще даже не выпила утренний кофе!
Когда проходила мимо столовой, то уловила запах бекона. В животе заурчало. В комнате меня ждал давно остывший завтрак, а вот в столовой обычно сервировали зачарованный сервиз, который поддерживал еду и напитки горячими. Я прикусила нижнюю губу. Интересно, Дарий уже уехал? Осторожно, на цыпочках, чтобы не привлекать внимания, я заглянула в столовую. Никого. Если не считать полноценного завтрака, выпечки и кофейника.
Боясь, что меня могут застать врасплох, я налила себе кофе и положила пару булочек на тарелку. Сдоба таяла во рту, а кофе вместе со свежими сливками бодрил. Я зажмурилась и чуть не простонала от удовольствия. Сказывался пропущенный ужин.
Приоткрыв глаза, я уже хотела потянуться за синабоном, но моя рука так и замерла в воздухе. В дверях стоял Дарий и смотрел на меня так, словно видел впервые в жизни.
Глава 4
– Забыл документы в кабинете.
Видимо настолько я выглядела растерянной и застуканной врасплох, что он счел нужным это пояснить.
Повисло молчание. Кровь прилила к лицу от осознания, что я сижу в столовой в халате и ем руками, как дикарка.
Мне бы выйти, но Дарий стоял прямо в проходе и, судя по лицу, уходить никуда не собирался. Его насмешливый взгляд скользил по моим распущенным волосам, шелковому халату и вырезу, в котором виднелась кружевная сорочка. Этот взгляд был мне хорошо знаком… когда-то.
– Не стоило пропускать ужин, дорогая, – произнес он.
Уголки его губ едва заметно дрогнули.
На секунду… Всего на секунду мне показалось, что мое сердце вот-вот предательски екнет, как бывало множество раз, стоило Дарию лукаво улыбнуться или посмотреть на меня с нескрываемым желанием. Но прислушавшись к себе я поняла: больше этого не будет. Мое сердце уже разбилось. Множество трещин мучительно и медленно расползались по нему, пока Дарий окончательно не растоптал его в кабинете императора. К тому же, я не понимала, на что он рассчитывает после стольких месяцев отчуждения.
Пусть прибережет все свое обаяние для Изабеллы. Больше я на это не куплюсь.
Отложив кофе и выпечку, я вытерла уголки губ салфеткой. Пора прояснить несколько моментов.
Поравнявшись с ним, я сухо произнесла:
– Вчера у меня не было возможности сказать тебе, поэтому говорю сейчас: не нужно ломиться в межкомнатную дверь. Пожалуйста, если тебе что-то понадобится: посылай слуг.
– Эвелина, да что происходит? – не выдержал он.
От веселых искорок в карих глазах не осталось и следа.
– Почему ты отталкиваешь меня? Я чем-то тебя обидел?
О как мне хотелось все ему рассказать. Выплеснуть злость, обиду, разочарование за предательство и унижение! Но Дарий, что стоял передо мной, еще ничего из этого не совершил. Единственная его вина на данный момент это трудоголизм и отчужденность. А расскажи я ему о будущем, он не поверит и сочтет меня сумасшедшей.
Подавив первый порыв, я глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.
– Нельзя оттолкнуть того, кто и так бесконечно далек, Дарий.
Он не дал мне уйти. Теплые пальцы сомкнулись на моем запястье. Крепко, но ровно настолько, чтобы не причинить боль.
– Я не далек, Лина, – произнес он, притягивая меня к себе. – В любой момент ты можешь ко мне прикоснуться.
Ну уж нет! До скрипа стиснув зубы, я попыталась вырваться, но не так то просто высвободиться из рук двухметрового дракона.
– Прикоснись, – потребовал он и силой прижал мою ладонь к своей груди.
Мне бы пробраться огнем под ткань рубашки, опалить кожу, мышцы, кости и достать до самого его сердца, чтобы он почувствовал, каково это – заживо сгореть. Но злость, что сначала ярко вспыхнула, тут же погасла. Ее залило волной горечи и разочарования. Ком подступил к горлу. Я не хотела ощущать тепло его кожи, быстрые удары сердца, но все равно ощущала. Мое тело еще помнило, каково это – прижиматься ночами к Дарию, таять от ласк и прикосновений, делить дыхание и наслаждение. Все это осталось в прошлом. Мы давно не делили постель, но треклятые воспоминания не выжечь огнем!
– Я здесь, с тобой, – прошептал Дарий, проводя кончиками пальцев свободной руки по моей щеке.
По коже пробежали мурашки. Тело могло сколько угодно отзываться на прикосновения Дария, но разум все еще оставался при мне.
Почему отчуждение сменилось вдруг интересом со стороны мужа можно легко объяснить. Он понял, что я отдаляюсь и решил это исправить. Возможно, еще не до конца отчаялся спасти наш брак и завести наследника. Я не знала наверняка, что движет Дарием, но была совершенно уверена: как только появится Изабелла, он изменится.
– Пока со мной, – горько усмехнулась я и прочитала недоумение на его лице. – Через полчаса ты будешь на работе, а потом где-то еще. Иди, Дарий. Император Леодар не любит, когда кто-то опаздывает.
Он стоял на месте, пристально изучая мое лицо.
– Ты изменилась.
Отлично, Дарий заметил. Его супруга лишилась своего единственного достоинства: удобства. Пусть муж видит, что пути назад нет. Что мост один за другим сгорает, и у него остается один единственный выход: развод.
– Да, – прямо ответила я. – Тебе придется привыкнуть к новой Эвелине.
«Пусть и ненадолго» – добавила уже про себя.
– Господин, карета…
В коридоре показался слуга. Он замер при виде нас с Дарием, и пальцы, державшие мое запястье, наконец-то разжались.
Со всем достоинством, на которое была способна, я прошла мимо слуги. Со смесью растерянности и любопытства он переводил взгляд с меня на Дария. Ох чувствую за одно утро я на полгода выполнила план по сплетням. Уже на лестнице я услышала ледяной голос Дария. Он обращался к слуге.
– Еще раз позволишь себе так смотреть на хозяйку дома – вылетишь с работы без рекомендаций.
– Да, господин… разумеется, – пробормотал слуга.
Нет, не на полгода. Как минимум на год.
***
Когда я вошла в спальню, Лиз уже успела немного успокоиться. Она заправила кровать и точно восковая фигура, стояла около столика с подносом. О пережитом волнении говорили только опухшие глаза, да смятый передник.
– Все разрешилось, – поспешила сообщить я, садясь на прикроватную скамью.
Руки все еще немного дрожали, после разговора с Дарием. Хотелось их чем-то занять.
– Налей мне кофе, пожалуйста, – попросила я.
– Он остыл, – предупредила Лиз.
– Ничего, – отмахнулась я.
Служанка с готовностью передала мне чашку. Едва теплый кофе не доставлял удовольствия, но бодрил. Видят боги, силы мне сегодня еще пригодятся. А чашка немного, но согревала руки.
– Насчет ваших подарков, госпожа Тюлотта думает я их украла, – не выдержала Лиз.
На ее глаза снова навернулись слезы.
– Больше нет. Извинения она тебе вряд ли принесет, но трогать не посмеет. Я за этим прослежу.
Разглядывая напиток на дне чашки, я думала, как быть дальше. Этот скандал из-за постельного белья смешал все мои планы. И с Лиз нужно обсудить щекотливую тему, но не в таком же состоянии. Слишком велик шанс, что девушка откажется.
Служанка тем временем шмыгала носом и косилась на поднос, где лежали тосты, джем и холодный омлет.
– Ты завтракала? – спросила я.
Лиз замотала головой, при этом на ее щеках проступил румянец. Я невольно улыбнулась. А ведь и вправду, она совсем юная. Лет шестнадцать, не больше. Фигура угловатая, как у подростка. Скорее всего из-за плохого питания. Жидкие волосы забраны в маленький пучок. Щеки впалые. Зато глаза красивые, серые. В пол лица.
– Садись за стол и ешь, – приказала я.
– Что вы, госпожа, как можно…
– Лиз, у меня нет сил тебя уговаривать. Просто поешь, не хорошо еде пропадать, а я пока подумаю.
Несколько секунд она мялась в нерешительности, а потом неловко села за стол. Уплетала еду девочка быстро, но не забывала настороженно поглядывать в мою сторону. Ну точно полудикий котенок. Я старалась не смущать ее вниманием и думала. Думала, достойна ли она доверия, в состоянии ли мне помочь и, главное, что я могу сделать для этой девочки в обмен на помощь.
– Спасибо, госпожа, – Лиз встала из-за стола.
Она взяла поднос, но я ее остановила:
– Все потом. Садись, – я похлопала по мягкой ткани на скамейке. – Нам есть что обсудить.
И снова Лиз стала похожа на настороженного зверька, который боится угодить в ловушку. Оно и к лучшему. Значит девочка вовсе не глупа.
– Мы просто поговорим. Да, тебе придется принять непростое решение, но независимо от результата обещаю: никаких последствий не будет.
Она разместилась рядом. Ручки маленькие аккуратные, но в мозолях. Неухоженные.
– Какую работу ты выполняешь в доме? – спросила я.
– Какую назначит госпожа Тюлотта, – ответила Лиз. – Обычно я чищу камины, натираю полы, помогаю со стиркой. Но несколько дней назад меня направили прислуживать вам.
– Кто направил?
– Госпожа Тюлотта.
Я кивнула. Итак, а Тюлотте в свою очередь передал распоряжение Бишби. Вряд ли Дарий сам выбирал кого ко мне приставить. Это Бишби прекрасно знал всех слуг и, как и хозяин, умел просчитывать несколько ходов наперед. С более опытной служанкой я бы держалась отстраненно. Да и у старой прислуги сложилось обо мне представление, как о никчемной жене хозяина. А вот юная неопытная девочка совсем другое дело. Рядом с такой глупышкой можно и расслабиться, не переживать, что за тобой следят.
В одном Дарий и Бишби ошиблись: старой Эвелине нечего было скрывать.
– Больше ты не будешь заниматься тяжелой работой. В твои обязанности теперь входит забота обо мне, уход за моим гардеробом, уборка в спальне и иногда сопровождение. Все остальное только с моего разрешения.
– И что вы хотите взамен?
– Храни мой секрет. Я же сохраню твой и оставлю все как есть.
– Мой секрет?
– Лиз, я прекрасно знаю, что тебе велено следить за каждым моим шагом.
Она потупила взгляд.
– Итак, это станет нашей отправной точкой. Ты молчишь о моем даре, я позволяю тебе за мной следить и доносить Тюлотте.
– Господину Бишби, – поправила Лиз.
– Или ему, – безразлично кивнула я. – Хоть всей Вертии. Учти, с моей стороны больше не будет щедрых подарков или денег. Тебе не всегда будет легко за мной следить, но изводить и издеваться над тобой я не стану. Даже наоборот, если Тюлотта и Бишби позволят себе лишнее, встану на твою защиту.
– Господин Бишби не позволял себе лишнее. Он хороший человек. Помог мне устроиться на работу, когда умерли родители. Это все госпожа Тюлотта! За лишний медяк готова любую служанку со свету сжить, – затараторила Лиз, я даже отвлеклась.
– Но что тогда в кабинете делал Бишби?
– Его вызвала Тюлотта, когда нашла серьги и обвинила меня в воровстве. Он пришел буквально за минуту до вас.
Это несколько осложняло дело. Возможно, союзника в лице Лиз мне все же не найти. Она явно обязана дворецкому. Вон, как пылко его защищает. Я даже засомневалась стоит ли продолжать разговор.
– Я рада, что ты все прояснила, но вернемся к делу. Вчера я спрашивала тебя о сумме… Ты подумала?
– Да, – кивнула она, прикусив нижнюю губу. – Мне хватило бы двойного оклада служанки. Но сразу скажу, это не значит, что я согласна на все ради таких денег.
– А ради каких денег ты пошла бы на все? – не удержалась от вопроса я.
Служанка сцепила руки так, что костяшки ее пальцев побелели.
– Таких денег нет, – твердо сказала она и посмотрела мне прямо в глаза.
