- Не могу знать, - дисциплинированно ответил Калис.
Глянув в глаза сержанта, похожие на две оловянные пуговицы, Лахов сдержал рвущиеся с языка проклятия и принялся командовать:
- Стол поднять! Ргова в себя привести! Новое пиво заказать!
Калис отдал честь и приступил.
Лейтенант вздохнул и побрел туда, где в огромном очаге без особого фанатизма потрескивало пламя, а над ним виднелась немножко закопченная, но вполне надежная решетка.
Оставалось надеяться, что инструкция Пифии после высыхания обретет прежний вид.
Когда Лахов положил листок на решетку, тот заискрил, испустил облако серого и очень вонючего дыма, а потом развалился, превратившись в сотни разлетевшихся по сторонам пылающих клочков.
- Идея оказалась не самой лучшей, - сказал лейтенант, отряхивая лицо, - какие будут предложения?
- Взять еще пива? – рискнул высказаться Ргов.
Долгие годы Скрытный мечтал о жилище, достойном настоящего темного мага, о вонзающихся в небо мрачных башнях, о зубчатой крепостной стене, глубоких подвалах, полных зубовного скрежета и плененных демонов, а также о небольшом персональном музее…
Но он был реалистом и понимал, что подобное строение в Ква-Ква привлечет нежелательное внимание.
По крайней мере, до тех пор, пока в городе правят тупицы-мэры.
Поэтому в реальной жизни Скрытный обходился уютным домиком на правой окраине, маскировочными шторами на окнах и высоким забором, снабженным охранным заклинанием.
В доме имелась комната, отведенная исключительно для магических обрядов, а в ней – все необходимое для волшебства, в том числе пойманный в банку шорох кошачьих шагов, рыбья слюна и кровь девственницы.
Но сейчас эти редкие и безумно дорогие ингредиенты пребывали в расставленных вдоль стен шкафах, а Скрытный ползал по полу, немузыкально и фальшиво насвистывая, и потихоньку вырисовывал сложнейшую магическую фигуру, способную поймать и удержать демона.
В ней причудливо сплетались додекаэдры, вписанные в круги, треугольные икосаэдры и пятимерные точки, нарисованные с безупречностью, выдающей настоящего мастера магической геометрии. Промежутки между линиями покрывали оккультные символы, а в центре красовались древние руны, украденные с вершины Влимпа одним наглым и предприимчивым магом.
Они складывались в имя: Апполинарий Матвеевич.
- Ну что же, отлично, - проговорил Скрытный, поднимаясь на ноги и отряхивая руки от мела. – Можно приступать.
На улице властвовала глухая ночь – лучшее время для черного колдовства хотя бы в том смысле, что меньше шансов быть застуканным.
- Ха-ха-ха! – Скрытный последний раз опробовал зловещий смех, неизменный признак настоящего злодея, и остался доволен. – Рамамба харе намбе рум…
Унылые и невнятные слова дребезжали, как старый велосипед, из углов подпевало эхо. В нужных местах маг не забывал красиво взмахнуть рукой или сделать большие глаза.
Рисунок засветился, сначала едва заметно, потом сильнее, по линиям побежали шипящие искры, из-под пола донесся сердитый рокот, будто там мучился газами очень большой крот.
А затем…
- Так, кто следующий? – вопросила мадам Передур, оглядывая девочек.
В ответ на нее обрушилась настоящая волна требовательного писка, визга и скулежа:
- Я!
- Нет, я!
- Моя очередь!
- Отойди, мочалка крашеная!
- Сама ты мочалка!
В комнате за спиной мадам Передур остался клиент, тот самый, со смазанным лицом, странной одеждой и совершенно бесшумными движениями.
К нему и рвались девицы, ни разу не видевшие, чтобы старшая обитательница веселого дома выходила после «сеанса» раскрасневшаяся, с ошалелыми, удивленно бегающими глазами.
Большая Зизи, призванная услаждать тех, кто любит по-настоящему крупных женщин, в тот момент ухитрилась проскользнуть в комнату. Оттуда донесся визг, затем громогласный стон.
Через пять минут Большая Зизи выбралась в коридор.
На ее могучей фигуре сиротливо болталась сложная комбинация из лоскутков, недавно бывшая весьма завлекающим халатиком.
- Оооо! – соратницы Большой Зизи издали полный зависти стон, и мадам Передур пришлось взять дело в свои руки, чтобы спасти хотя бы дверь.
На то, что выживет клиент, она и не надеялась.
- Ты! – сделав выбор, мадам Передур довольно неизящно ткнула пальцем, и тощая чернявая девица, известная среди клиентов под прозвищем Неистовая Марта, с радостным визгом ринулась в комнату, где ждал ее демон.
Несмотря на то, что сил у выходца из Нижнего мира хватало, он начал слегка волноваться.
Вопреки распространенным слухам, демоны никого не едят, у них просто нет пищевода, способного переварить животный белок. На самом деле они поглощают некую не совсем материальную субстанцию, содержащуюся в телах живых существ, ну а то, что последние во время этого процесса превращаются в окровавленные куски мяса – всего лишь побочный эффект…
С мадам Передур демон собирался поступить так же, но не успел разинуть пасть, как оказался безжалостно прижат к кровати…
Ну а игра, сопровождаемая стонами и воплями «Войди в меня!», похожими на крики одержимых, демону понравилась, и он стал входить, так как умел, развлекаясь на полную катушку.
Кто сказал, что демоны лишены прав на веселье?
- О, ты мой! – возопила Неистовая Марта, срывая с себя клочок ткани, служивший то ли одеждой, то ли недоразумением, и ринулась туда, где в полумраке неясно вырисовывалась фигура мужчины.
Что она вырисовывалась очень уж неясно, Неистовая Марта не заметила…
Что-то вспыхнуло, Неистовая Марта закрыла глаза и с грохотом приземлилась на опустевшую кровать. Треск ножек, не переживших треволнений сегодняшней ночи, смешался с испуганным визгом.
…затем что-то сверкнуло, и внутри круга появилась высокая и тощая, как столб, фигура.
Блеснули алые глаза.
- Отлично, - проговорил Скрытный, потирая ладошки. – Ну что, Апполинарий Матвеевич, будем сотрудничать или мне придется прибегнуть к принуждению?
В ответ раздалось зловещее шипение, от которого стыла кровь, а в крыльях самолетов замерзал авиационный спирт.
Но Скрытный, в жилах у которого плескалось что-то не столь банальное, лишь поковырял в ухе и сказал:
- Нечего шуметь, товарищ демон. Звуковые эффекты тут не помогут, демонстрация зубов, когтей и прочего ни к чему не приведет…
Демон, раздраженный так, как только может быть раздражен мужчина, оторванный от готовой на все женщины, с гневным ревом бросился на мага. Раздался стеклянный звон, рисунок на полу засветился ярче, демона отшвырнуло, словно он налетел на стену.
Скрытный со скучающим видом уставился на свои ногти. В «Справачнике настаящиго зладея», купленном в букинистической лавке, он вычитал, что это самый эффектный и мерзкий жест.
- Не надоело? – спросил маг, когда вторая попытка демона выбраться закончилась тем же, что и первая.
В ответ уроженец Нижнего мира протяжно зашипел, как открывающая двери электричка.
- А, ты еще не вспомнил, как разговаривать? – догадался Скрытный. – Так вспоминай быстрее, или я тебе помогу…
Он вскинул руку, с нее сорвался пучок веселых желтеньких молний, с треском врезался в демона, заставив того на мгновение потерять человекообразную форму, превратиться в туманное облако.
- Ну как, освежает память? – спросил маг, потрясая обожженной рукой.
- Дхааа… - просипел демон, принимая облик громадного черного козла с лихо закрученными рогами.
По комнате поплыл специфический запах. Скрытный поморщился.
– Ну что, Апполинарий Матвеевич, сотрудничать будем? – спросил он. – Мне для начала требуется пара девственниц, потом груда золота тонны в две и новый особняк на Сырой улице…
- Подхожди немного, - почти нормальным голосом ответил демон и уставился куда-то в пол.
Скрытный проследил за его взглядом и ощутил легкую дрожь в позвоночнике.
Демон разглядывал коряво написанные знаки, вычитывал что-то в магических символах, и улыбка на козлиной харе становилась шире и шире.
- Что? Что не так? – не выдержал Скрытный.
- Тебе не кажется, что вот тут ты ошибся? – коготь, похожий на маленький серп, указал на одну из рун.
- И в чем же?
- Ты хотел написать сто семнадцатый символ, именуемый «ннэ», а вместо него изобразил сто семнадцатый с черточкой, называемый «нэ»…
- И что?
- А то, что этот круг меня не удержит. Как и любой другой. Я всегда найду ошибку.
Дрожь в позвоночнике мага превратилась в настоящую вибрацию, будто там заработал пылесос.
- Но ты же не пробился через него!
- Потому, что шел в лоб. А ну-ка смотри… я делаю шаг сюда, разворачиваюсь, три прыжка перпендикулярно и вот!
Демон изящно раскрутился, словно танцор, скользнул туда-сюда и оказался за пределами рисунка, в шаге от Скрытного.
- Ыыых! – провыл маг, горло которому неожиданно перехватило.
- Теперь я тебя убью, - сказал демон гордо.
Когтистая лапа ударила с невероятной скоростью, но в считанных сантиметрах от шеи Скрытного наткнулась на что-то невидимое, но очень прочное. Маг покачнулся, но устоял, в стороны полетели голубые искры.
- Это еще что такое? – удивился демон.
- Абсолютный отражатель Малиха, модель версии 5.5, - Скрытный улыбнулся и извлек из кармана металлический диск, покрытый закорючками. – Крайне полезная штука, когда имеешь дело с такими как ты. Сейчас их не делают, я купил за большие деньги у одного разорителя могил…
- Но это нечестно! – обиженно взревел демон. – Ты ошибся, и я должен тебя убить!
- Ты провел в заточении много веков, за это время понятие «честности» несколько… как бы это сказать… пообтрепалось. У нас в Ква-Ква им пользуются только жрецы, когда это выгодно…
- Ты еще поплатишься! – пообещал демон и, ударом ноги вышибив дверь, гордо удалился.
- Эх, какой был дом, - без особой печали сказал маг, вслушиваясь в доносившийся из-за стен грохот.
Он уселся на пол и принялся ждать скорого рассвета.
Утро Зубост Дерг, верховный жрец Бевса-Патера, Отца Богов (звание номинальное) встретил на ногах, и в очень необычном месте – около святилища, чья крыша напоминала формой женскую грудь.
Зайти на его территорию Зубост Дерг и не подумал, хотя ворота выглядели гостеприимно распахнутыми.
Отношения между жрецами разных божеств отличаются большей сложностью, чем взаимодействия элементарных частиц на глюонном уровне, и если верховный жрец одного из обитателей Влимпа без приглашения появляется в храме другого, то это может быть расценено как оскорбление.
Поэтому главный служитель Бевса-Патера делал вид, что прогуливается, до тех пор, пока из ворот святилища Одной Бабы не вышел крошечный человечек в оранжевой рясе.
Но и в этот момент Зубост Дерг даже не повернул головы.
- Вы не подскажете, который час? – безнадежно унылым голосом осведомился жрец, похожий на апельсин с ножками.
- Доходит девять, - облегченно вздохнув, ответил Зубост Дерг, после чего повернулся и с радостью, фальшивой, точно восковое яблоко, заявил: - О, какая радость лицезреть вас в добром здравии.
- И вас, - кисло ответил верховный служитель Одной Бабы, откликавшийся на имя Пуфик Нал. – Как поживают атрибуты Отца Богов, не отвалились?
- Торчат лучше прежнего. А у вашей покровительницы вуалька с лица не сползла?
Одна Баба, официальная супруга Бевса-Патера, отличалась невероятной для богини застенчивостью, поэтому ее изображали с закрытым лицом и никогда не произносили ее имени.
По крайней мере, люди, надеющиеся на долгую жизнь.
