Страница 2 из 6
А потом сжимают крепче.
Втягиваю носом терпкий аромат его парфюма. И от этого аромата низ живота резко сводит.
Между нами чистая химия. За свои тридцать один год я впервые чувствую подобное. Не открывая глаз, откидываю голову на сильное плечо. Горячее дыхание обжигает кожу шеи.
Веду бедрами в такт низким басам. Движения помимо воли становятся откровенными, бесстыдными. Такими, какие не может себе позволить примерная жена.
Но сейчас я отпускаю себя… ведь могу быть сексуальной!
Извиваюсь в руках незнакомца, чувствуя, как его пальцы гуляют по моей талии, сминают ткань черного платья. Он скользит ниже к бедрам, затем выше, накрывая живот.
Это словно самая страстная прелюдия в моей жизни.
С каждым движением я капитулирую… а он захватывает меня.
Кожей ощущаю каждый сантиметр горячего мужского тела. Каждый мускул… и весьма недвусмысленную выпуклость, упирающуюся в мои ягодицы.
Разворачиваюсь, чтобы увидеть лицо мужчины, который одним своим присутствием пробудил мою сексуальность.
И тут дыхание перехватывает, будто я шагнула в пустоту. Это он! Тот мажор!
Я должна уйти… сбежать, как Золушка, но не оставив туфельку.
Должна.
Знаю, что это глупо. Знаю, что он мальчишка. А я заведующая отделением в приличной клинике.
Но если сейчас уйду, то окончательно провалюсь в тоску.
К черту! Я хочу этого!
Делаю крошечный шаг.
Обвиваю руками его мощную шею с татуировкой головы дракона.
— Ты чертовски горячая... откуда такая взялась? — рычит мне в губы, но не целует. — Танцуешь так, словно хочешь сжечь все дотла. Вместе с этим клубом.
Мне должно быть стыдно, но я ловлю губами каждое слово.
Он двигается так, будто уже знает мое тело. Зарываюсь пальцами в густые темные волосы.
Я позволю себе лишь этот вечер… и все… но отдамся ему без остатка.
Шесть лет я была для мужа лишь приложением к плите и деталью интерьера. Последние лет пять жила без комплиментов, подарков без повода и нежных взглядов.
ХВАТИТ!
Едва музыка стихает, он замирает на долю секунды, будто решает — можно или нет.
И все-таки срывается.
Жадно впивается в мои губы. Сопротивляться нет ни сил, ни желания. Я дрожу в его руках…
А когда мы отрываемся друг от друга…
— Поехали ко мне, — хрипит, его зеленые глаза блестят в свете прожекторов.
Откажись, Диана! Это слишком!
Но вместо жесткого «нет» я киваю.
Парень улыбается, затем хватает меня за руку и ведет к выходу. Как только за нами захлопывается дверь клуба, он прижимает меня к стене и снова целует. А я снова отвечаю.
В голове ни единой мысли, лишь чистое безумие и удовольствие. Словно внутри меня ожила та девочка, которую я замуровала бытом и ответственностью. А сейчас все это спадает, словно кандалы.
— Пошли… — оторвавшись от меня, мажор тянет меня к спортивной машине. Ничего себе! Открывает мне дверь, затем сам плюхается за руль. Двигатель ревет, тачка срывается с места.
Не помню, как мы оказываемся в его квартире. Помню лишь бесконечные горячие поцелуи у машины, потом в лифте… от них голова кругом, все тело горит огнем.
Звук открывшейся двери. Чувствую аромат табака и перца, прохладу кондиционера.
Незнакомец втаскивает меня в спальню, продолжая целовать. Ох, мамочки, как же он целуется! И что его язык творит внутри моего рта…
Я быстро оказываюсь без платья, в одном кружевном белье.
— Охуенная, — рычит парень, приспуская мой лифчик, впиваясь горячими губами в сосок. Я вскрикиваю, зарываюсь пальцами в его волосы. Боже! Как же это приятно!
— АХ! ААА! — выгибаюсь, извиваюсь, не понимая, кто я сейчас…
— Иди сюда, — парень тянет меня к кровати. Щелкает замочек лифчика, и кружево летит на кресло. — Какая ты красивая…
Мы словно оголодавшие подростки…
Будто если на миг остановимся, магия развеется…
Я громко, бесстыдно стону, пока мой мальчик опускается ниже, зубами поддевая трусики. Разводит мои бедра и кусает чувствительную кожу. Вскрикиваю. По телу рассыпаются мурашки.
— Иди сюда. Я хочу тебя попробовать, — бормочет мажор, оставляя жаркие поцелуи на моих складочках. Он опускается ниже.
Напрягаюсь, не зная, что сейчас будет.
Я даже думала, что это… не для меня.
Но когда настойчивый язык касается клитора, все тело выгибается помимо воли. Не знала, что так бывает! Мир вокруг взрывается ярким калейдоскопом.
С мужем так не было… никогда…
Парень смотрит на меня, прищуривается.
— Уже? Ты такая голодная… — ухмыляется, затем облизывает губы.
Закрываю свое пунцовое лицо ладонями.
Когда в последний раз я испытывала оргазм? Да еще и такой яркий?
Муж был категорически против куни, это унижало его мужское достоинство.
Слышу звук разрывающейся фольги презерватива. Парень нависает сверху.
— Смотри на меня… хочу, чтобы ты смотрела, когда я буду в тебя входить, — рычит он. Я убираю руки от лица. Он такой сейчас… возбужденный до крайности… и уязвимый.
Толчок. И внутри все сжимается и разжимается, будто я не контролирую себя.
От удовольствия кусаю губы до крови. Он такой большой… боже…
— Ммм! — впиваюсь ногтями в его широкую спину. Оставляю следы…
— Да, детка… вот так! — толчки сначала нежные, потом все более жадные и мощные. С губ срываются порочные крики, контроль полностью утерян. — Хочу увидеть, как ты кончаешь…
Каждое движение волной удовольствия прокатывается по телу.
Его палец на клиторе. Низ живота каменеет. Я вскрикиваю и снова улетаю. Мой случайный любовник следует за мной, с рыком изливаясь в презерватив.
Но этот мальчик неутомим.
Он меняет резинку, резким движением переворачивает меня на живот.
И в этот раз его движения медленнее. Глубже. Будто он больше не спешит.
Я даже не знала, что мое тело на такое способно.
А вот наутро меня настигает реальность…
Просыпаюсь в его постели. Вся в засосах, низ живота сладко тянет. А незнакомец из клуба лежит рядом на животе, раскинув мощные руки. Красивый, сильный и… такой молодой.
БОЖЕ!
ЧТО ЖЕ Я НАДЕЛАЛА?!
ГЛАВА 3. Сын моей подруги
Диана
ЧТО. Я. НАТВОРИЛА?
Смотрю на красавчика в постели, и внутри меня стремительно зреет паника. Я сглатываю, осматриваюсь. В спальне все еще пахнет вчерашним сексом и дорогим табаком.
На полу валяется мое платье, трусики и лифчик на кресле. Туфель нет.
Аккуратно стекаю с постели и на цыпочках собираю белье и одежду. И тут мой молодой любовник вдруг фыркает во сне. Внутри все каменеет.
Только не просыпайся! Я не готова к неловкости этого утра!
Но он лишь переворачивается на спину и сгребает в охапку мое одеяло. Сердце сжимается. Как же он хорош!
И этой ночью я испытала такое, отчего до сих пор краснеют щеки и подгибаются колени.
А я гинеколог, между прочим!
Дождавшись, пока дыхание парня выровняется, я аккуратно выхожу из спальни.
Быстро надеваю белье. Руки все еще дрожат, а внутри — приятное удовлетворение.
Натягиваю платье, впрыгиваю в туфли. Если вчера оно казалось мне дико сексуальным, то сегодня я чувствую себя неловко в этом крошечном куске ткани.
Включаю мобильный. Два процента зарядки. И ни одного звонка от мужа. Значит, точно все. Ему нет дела, где я ночевала…
Отмахиваюсь от зарождающейся боли, вызываю такси и спустя пять минут уже еду в сторону отеля.
— Это хорошо. Все правильно, — мысленно уговариваю себя. — Он просто мимолетное увлечение. Мы не обменялись номерами. И даже не узнали имен друг друга.
Но вопреки всей взрослой логике, я раз за разом вспоминаю возбужденные зеленые глаза. И в сердце что-то неприятно копошится.
В отеле я снова надеваю маску правильной женщины, ответственного врача.
Сбрасываю платье и иду в душ. Долго стою под горячими струями, прогоняя образ страстного молодого парня, который заставил меня парить в облаках.
Муж особо не беспокоился о моем удовольствии. Особенно в те периоды, когда мы пытались зачать малыша.
Наш секс превратился в повинность, тут Костя прав. Но у него не было права на измену!
Он мог поговорить! Сесть и обсудить нашу проблему. Как взрослый человек!
После душа сразу же захожу на Госуслуги. Палец зависает над кнопкой «подать заявление».
Шесть лет… и вот так?
Нажимаю.
Тону в жалости к себе на протяжении двух дней. Я почти не ем, лишь смотрю в потолок и раз за разом прокручиваю в голове ту ночь. Горячую и спонтанную.
Перед глазами — его руки, татуировка, то, как он смотрел на меня перед тем, как…
Зажмуриваюсь, прогоняя картинку.
— Не смей! Этого больше не повторится!
Нужно подумать о жилье, хотя бы съемном, и новой работе. Нельзя чахнуть вечно.
