Читать «Два в одном. Владыка запада» — Владимир Сухинин онлайн
Страница 6 из 10
Артем вновь погрузился в мысли и шагал к себе в покои, ничего не замечая вокруг, но неожиданно на его пути встал паладин и взволнованно заговорил:
– Сир, беда.
Артем вздрогнул и поднял глаза.
– Какая беда? – спросил он.
– Ваш главный советник, этот коротышка, что гадит всем в сапоги, выбежал из ваших покоев с топором в руках и спросил, где находится иномирец Версамор. Я сказал, что он с женой пошел в подвал, туда, где находится сокровищница. А он как закричит: «Убью подлеца, он меня унизил, глаз на жопу натяну, моргалы выколю!» И убежал.
Артем забеспокоился: «Неужели снова происки богов?»
– Когда это было? – спросил он.
– Минут пять назад, а я к вам поспешил, предупредить. А он правда это сможет сделать?
– Что именно – убить иномирца?
– Нет, глаз на зад натянуть! Он кричал очень страшно…
– Он может. Мастер проклятий. Такой многое может сделать, – машинально покивал Артем и направился в подвал.
Он спешил, не понимая, что происходит в замке. Спустившись в подвал, встретил бредущего ему навстречу Свада. Его рубаха была залита чем-то красным.
– Свад, – остановился Артем и позвал гремлуна, – что случилось?
– Неприятность, брат, – шмыгая носом, ответил гремлун.
– Какая неприятность? Ты убил моего канцлера и называешь это неприятностью?
– Хотел убить, – ответил гремлун, – но когда дошел до царской сокровищницы, почувствовал, что действие грибов закончилось. Вот возвращаюсь.
– А иномирец жив?
– Жив, только голова у меня болит, пойду отдохну. – Гремлун обошел Артема и побрел дальше.
Артем опомнился и обернулся:
– Какие грибы? Рубаха у тебя в чем?
– Не кричи, брат, грибы принесла твоя черная бестия, а рубаха залита вином. Видимо, нельзя мешать грибы и вино, с ума сойдешь.
Артем догнал коротышку и пошел рядом:
– Расскажи подробнее, Свад, что случилось.
– Случилось то, что мне подарили служанку… Шуаньку…
– Кто?
– Твой канцлер. Я ей комплимент сделал, она обиделась.
– Обиделась… на что? – удивленно воскликнул Артем.
– Я сказал, что у нее большие глаза и уши, и еще нос… Вот не сработала твоя теория, она обиделась.
– Свад, нельзя говорить женщинам, что у них большие уши и тем более нос.
– Ты сам мне советовал. Говорил, чтобы я сделал женщине комплимент, что большие красивые глаза…
– Про нос и уши я не говорил.
– А какая разница, глаза, нос, уши – они на голове.
– Сам посуди, Свад, тебе бы понравилось, если бы у тебя были уши как у осла?
– Нет, не понравилось бы.
– Вот и женщинам такие сравнения не нравятся. Говори, что глаза красивые, красивые волосы, красивые руки, ноги, губы, тогда не ошибешься. Единственное, что можно подчеркнуть, чтобы похвалить женщину, что у нее большие глаза и грудь.
– И все? – спросил гремлун.
– Для тебя хватит. Ты лучше скажи, почему ты решил убить канцлера? Женщина не понравилась?
– Как раз понравилась. Я ей три платья подарил, – гордо заявил гремлун. – Еще хотел вином угостить, тоже как ты говорил. Свечи там, прикосновения… – Свад замолчал.
– И что? – поторопил его Артем.
– Да не успел, она меня раздела и изнасиловала.
– Что сделала?
– А, – махнул рукой гремлун, – силой взяла. Я сопротивлялся… Честно, брат. Говорил: «Подожди, нужна прелюдия», а она треснула меня кулаком в лоб и завалила на кровать. Кошка дикая, а не женщина, час скакала на мне.
– Час? Мы расстались полчаса назад, – удивился Артем.
– Ну пусть будет полчаса. Я вспотел, устал и решил выпить вина, пока она меня отпустила. А закусить было нечем. Тут я вспомнил про грибы, что эта гоблинка притащила из леса, где мы от тумана бегали, и съел один сушеный гриб. Вот тут меня накрыло. Мне показалось, что вор-иномирец украл у меня женщину, и такая ревность во мне взыграла, что я схватил топор…
– Постой, но ты одетый. Ты что, не раздевался?
– Я был гол как новорожденный, но Гунь меня одела и сказала: «Иди, мой герой, и делай, что должен». Я и пошел, но когда дошел, почувствовал, что грибы действовать перестали, оставили только головную боль.
– И где вы предались любовным утехам? – спросил Артем.
– Как где? В сумке, где же еще. И вообще, твоя теория не работает, брат, глупости это все, комплименты, прелюдии…
– Ну, твоей Гунь, видимо, нужны только подарки и близость, брат, – улыбнулся Артем. – Считай, что тебе повезло, и пошли, я посмотрю на грибы и шуаньку.
В царских покоях никого не было. Свад подошел к сумке, сунул руку в нее, и на белый свет появилась шуанька. В чем мама родила. Смуглая кожа, небольшого росточка, но стройная, с длинными ногами, полной грудью и раскосыми глазами. Красавицей ее не назовешь, но голая она смотрелась приятно для глаз, это Артем заметил сразу. Шуанька не стеснялась, не прикрывалась руками, она стрельнула глазами на Свада, поклонилась Артему.
– Это ты Гунь? – спросил Артем.
– Гунь Янь, – назвалась женщина. Ей было за сорок, хотя она выглядела моложе своих лет.
– Я тебя в замке раньше не видел, откуда ты?
– Меня привез ваш начальник стражи, я в семье его отца была рабыней, но как только рабство отменили, я не знала, что делать, попросила Аргумена привезти сюда, он подумал и согласился. Здесь меня заметил господин Версамор и привел к господину советнику. Я грею ему постель и нахожусь в услужении.
– Ты знаешь, что Сунь Вач Джин – названный брат царя и его главный советник, лицо, облеченное властью и влиянием? – строго спросил Артем, а женщина посерела лицом, упала на колени и запричитала:
– Я буду верно служить моему господину, спать буду у его ног…
– Встань, – остановил ее причитания Артем, – лишнего не надо, у нас нет рабства, просто служи ему и радуй его.
– Я все сделаю, чтобы он был рад, – тут же ответила женщина и прижалась к маленькому гремлуну. Она была выше его на полметра, но не стеснялась этого.
– Хорошо, вот тебе за службу, – Артем достал амулет на серебряной цепочке: – Это амулет защиты, оберегай моего брата, – и подал амулет шуаньке. Видимо, ее не баловали подарками, она ухватила амулет, упала на пол, обняв ноги Артема. Он ее с трудом поднял и отодвинул от себя. – Не надо голой ходить по дворцу. Свад, убери ее в сумку, – строго потребовал Артем.
Женщина мгновенно исчезала.
– Грибы покажи, – обратился Артем к Сваду, тот вновь пошарил там рукой и вытащил кожаный мешок.
– Вот, – протянул он, – думаю, поганки.
Артем открыл мешочек, понюхал и позвал Красотку. Та появилась в виде гоблинки и радостно кинулась ему на шею, обняла и прижалась зеленым тельцем.
– Я скучала, – промурлыкала она. Гремлун вздохнул, скривился, словно съел дольку лимона, и отвернулся.
– Что за грибы ты притащила? – спросил Артем.
– Это сырье для лучшего зелья концентрации, я так коротышке и сказала. Но он, видимо, забыл.
– Ничего я не забыл, – ответил тот. – И хватит тут обжиматься…
– Тебе помыться надо, – ответила гоблинка на его выпад и потянулась к Сваду. Тот, зная, чем это заканчивается, тут же юркнул в сумку. – Удрал, негодник, – разочарованно произнесла гоблинка. – Мы уединимся? – спросила она, сияя черными глазами.
– Нет времени, надо много успеть до похода.
– Как скажешь, родной, – ответила гоблинка и исчезла.
Артем остался один. Он задумался, что последнее время не баловал вниманием Дионисию, и, отбросив сомнения, направился к ее покоям.
Глава 3
Горы. Озерный край
Артем улетел за реку, а гремлун остался без сумки и своего дома, но он недолго горевал: рядом с ним была шуанька, готовая выполнить любой его приказ. Гремлун почесал затылок, сдвинул шестерню на лоб и произнес:
– Гунь…
– Я Гунь Янь, дочь шуаньского мандарина из провинции Ши Лю. Я не просто девка, мой господин, – выпрямившись, ответила шуанька.
– И что? Это ты в прошлом была знатной девкой, – ответил гремлун, – а позже была рабыней, пасла коз.
– Я коз не пасла, я была лекаркой и лечила домашний скот, а также людей в семье вождя племени.
– Мне все равно, кем ты была, – не стал спорить гремлун, – сейчас ты моя служанка. Я для тебя Свад, а ты для меня Гунья.
– Тогда уж Гуянь, – не согласилась шуанька и свысока посмотрела на гремлуна. Это вывело Свада из себя – сначала Луша портила ему настроение, потом Мазулина его бросила и оскорбила своими словами, и вот простая служанка указывает ему, как быть и как ее звать.
– Тогда уже, Гуня Гуянь, иди и ищи себе нового господина, я попрошу у Версамора более покладистую служанку. Иди крути дальше баранам хвосты, – гремлун сильно разозлился. Шуанька замерла, и из ее глаз полились слезы.
– Почему, господин, вы так со мной поступаете?
– Потому что ты никто, а строишь из себя принцессу. Уходи, я не хочу тебя видеть.
Шуанька упала ему в ноги:
– Не прогоняйте меня, господин, я буду послушна. Умоляю.
– Я посмотрю, Гуня, на твое поведение, а то вы думаете, что я мал и мной можно пренебрегать? А я мал да удал, Гуня.
– Да-да, я поняла, господин Свад.
– Нет уж, – съязвил разозленный гремлун, – для тебя я господин Сунь Вач Джин.
– Да, господин Сунь Вынь Джин.
Гремлун разозлился еще больше. Он помнил, как Артем представил его этой женщине, которую он про себя называл косоглазой. Гремлун решил не уронить свое достоинство. Ведь он названный брат царя-дракона.
– Я Сунь Вач Джин, мастер проклятий, великий волшебник. Я тебе… я тебе…
– Простите, господин Сунь Вач Джин, – поклонилась шуанька, – я не специально оговорилась. У вас сложное благородное имя…
– Прощаю, – видя покорность женщины, успокоился гремлун. – Найди мне покои, где я могу думать о государственных делах, и чтобы мне никто не мешал.
– Так у вас есть покои, господин…
– Э-э-э… Там живет теперь Луша, моя невеста, я с ней в ссоре. Так что найди и приготовь мне покои, достойные брата царя.
– Я знаю, тут две комнаты – гостевые, в господском крыле рядом с вашей комнатой, где сейчас живет ваша невеста.
– Нет-нет, в господских покоях не надо, – неожиданно всполошился гремлун. – Подальше найди.
– Хорошо, господин, разрешите выполнять?
– Иди, – сделав важный вид, отпустил шуаньку гремлун. Ему надо было подумать, как решить задачу, поставленную ему новым канцлером. Это был вызов его уму, и такие вызовы Свад охотно принимал. В этом мире он не мог использовать свои умения и ум в должной мере и для поддержания тонуса своего ума охотно брался за сложные задачи. Он задумчиво уставился в потолок и стал в уме перебирать варианты. Но долго думать у него не получилось: двери покоев царя с грохотом отворились, и в комнату ворвалась разъяренная Луша.
– Ты опять, недоношенный греховодник, завел себе девку? – сжимая кулачки, наступала она на гремлуна.