Он кладет на стол два пригласительных.
– Можете прийти с партнером.
– А если я приду одна?
– У вас по-прежнему никого нет?
Я поджимаю губы и мотаю головой из стороны в сторону. Мне не нравятся его вопросы, но еще больше не нравится то, как он на меня смотрит. И то, что приглашает, тоже не нравится, но как бы сказал Адриан, не идти нельзя. Любое светское мероприятие – возможность заявить о себе, как о личности. Так что я покорно принимаю приглашение, но от ужина отказываюсь, сославшись на следующую встречу.
Если Пабло и недоволен, то мне уже без разницы, потому что я действительно не вру. Чтобы добраться до ресторана, где меня ждет Дамир, уходит около часа по вечерним пробкам. А я еще хочу успеть домой, чтобы уложить Даню и провести с ним хотя бы полчаса перед сном.
У самого входа в ресторан достаю планшет и все перепроверяю. А затем поднимаюсь и сообщаю хостес о том, что меня ждут. Девушка любезно провожает меня к столику.
– Вы уверены, что этот стол забронирован на имя Булатова Дамира? – спрашиваю, замечая рядом со стулом большую вазу с огромным букетом цветов.
Девушка хмурится, но перепроверяет, а затем утвердительно кивает.
– Уверена. Мужчина попросил оставить букет красных роз для девушки, которая придет.
Точно таких же, какие он дарил мне, когда у нас все еще было хорошо. Встряхнув головой, прогоняю воспоминания и коротко киваю девушке. Скорее всего, после нашей мимолетной встречи он будет ждать здесь другую. Ей и цветы.
– Вряд ли они предназначены мне, – говорю с улыбкой. – У нас деловая встреча.
Хостес ничего не отвечает и уходит, а я остаюсь сидеть за столиком. И пока жду Дамира, захожу в приложение, чтобы открыть рисунок. Параллельно замечаю несколько всплывающих сообщений от Лауры. Жму на них и попадаю в мессенджер, вижу две присланных файлом фотографии. На них, кажется, фотки Дани. Подняв голову, смотрю на вход и жму, чтобы открыть их, так как Дамира еще нет.
Файлы грузятся долго… я успеваю даже попросить официанта принести бутылку воды и поразиться тому, насколько же Дамир черствый. Со спокойной душой назначил встречу бывшей и заказал цветы для нынешней. Я бы так не смогла.
– Не думал, что ты придешь так рано, – звучит за спиной голос Булатова.
А я, вздрогнув, тут же перевожу взгляд на экран планшета, на котором как раз открылась фотография Дани.
А за спиной стоит его отец…
Глава 10
Сердце колотится, как сумасшедшее. А в голове буквально за несколько секунд проносятся десятки мыслей из разряда если бы, да кабы.
Если бы… все было по-другому я бы сейчас повернулась, показала бы Дамиру фотографии с улыбающимся Данькой. Дамир бы улыбнулся глядя на них… А у моего сына был бы отец.
Но реальность такова, что я быстрым движением смахиваю с экрана фотографию и жмурюсь. Сижу ровно. Не оборачиваюсь на такой знакомый и некогда любимый голос. Жду когда он сядет напротив.
– Добрый день, Таисия, – опустившись на стул, произносит Дамир. Так размеренно произносит, что его голос словно патока начинает течь по моим внутренностям.
Открываю глаза и встречаюсь с внимательным изучающим взглядом.
– Здравствуй, – пытаюсь выдавить из себя улыбку, но получается совсем уж натужно.
В моменте я понимаю, что мне неуютно с ним таким. Когда он ведет себя как мудак и дает мне поводы злиться на него, мне намного проще. Я включаю оборонительную позицию. Где-то агрессию, где-то язвительность и так… так проще. Но сейчас, когда он говорит со мной вроде как уважительно, когда смотрит с вниманием, и нет в его взгляде надменности, я теряюсь. Непривычно видеть от него именно такие взгляды, обращенные в мою сторону.
Ведь что я раньше видела от него? Лишь пренебрежение. Недоверие и страсть. Страсти в его взглядах был целый океан. Огромный и бескрайний. А сейчас… сейчас там что-то другое. И я никак не могу понять, что. Если бы думала, что у Дамира есть совесть, решила бы, что это раскаяние.
– Я нарисовала.
Дамир кивает и тянет вперед руку, я открываю нужную вкладку и передаю ему планшет. Сердце снова начинает гулко биться. И не потому что я переживаю, что Дамиру не понравится моя работа, а потому что понимаю, что в его руках сейчас девайс, на котором есть сотни Даниных фотографий.
Неправильно на рабочем столько хранить, но… это мой сын. Любимый и единственный сын.
– Хорошо, – Дамир кивает. – Об оплате мы уже договорились с твоим начальником. Спасибо, Таисия.
Мои брови стремительно ползут вверх. И я даже не знаю, что в этот момент удивляет меня сильнее. Что Дамира все устроило. С первого раза. И он даже не потребовал каких нибудь доработок или переделок. Или что Андрей охренел в край. Пытался чуть ли не в рабство меня продать, потом отправил саму договариваться, а теперь решил и денег побольше в обход меня на мне же и заработать.
– Ты завтра уезжаешь?
– Да.
– Короткий у тебя отпуск, – сама не знаю зачем я это говорю, но говорю. Ведь надо уходить поскорее. Пока сюда не пришла его пассия, которой адресованы цветы.
– Это не совсем отпуск, – хмурится он, – но пусть будет так.
– Ладно. Я тогда пойду, – тянусь обратно за планшетом, – раз тебя все устраивает, я скину итоговый… – Дамир крепко держит планшет в руках и мне не отдает. – В чем дело?
– Ты изменилась, – констатирует он и разжимает пальцы.
– Спасибо, – забираю планшет, отправляю его в сумку и встаю, – всего тебе хорошего. Прощай, – говорю на выдохе, понимая, что вижу этого человека последний раз в своей жизни.
Пусть это и горько осознавать, но это самое верное, что может быть в жизни.
– Тая, – он даже отвернуться мне не дает. Так и застываю в полуобороте, – ты забыла цветы.
Что?
Я настолько удивляюсь, что все же вновь бросаю взгляд в сторону Дамира. Это что цветы для меня?
– Зачем? – Меня хватает только лишь на это слово. Большего из себя я выдавить не могу.
– За высокопрофессиональную работу в кратчайшие сроки.
Я машу головой. Не возьму я его цветы.
Ни за что и никогда больше.
Перед глазами проносятся картинки тех роз, что я сама вытаскивала из ванны. Вазу, обещанную на следующий день, мне тогда, конечно же, не подарили, а я… я вынесла весь букет на помойку. Хотя они были свежие, красивые. Безумно красивые. Даже красивее тех, что стоят сейчас на столе.
– Спасибо, не стоит.
– Тая, это еще и извинение. Прими.
– Дамир, не стоит извиняться. Ты бизнесмен и привык никому не верить на слово. Все окей. Но цветы я не возьму. Мой… мой мужчина может это не так понять, – вру.
Как же легко ему врать. Это видимо наша с ним карма такая. Он верит моему вранью и никогда не верит моей правде.
– У тебя есть мужчина…
Не вопрос, утверждение. Словно он повторяет его для себя. Я киваю. Снова говорю прощай и ухожу.
В глазах жжет, и я ругаю себя за это, мне не должно быть ни больно, ни обидно. Мне должно быть все равно.
Два с лишним года я его не видела, и прекрасно жила. Да, случались моменты, что на стену лезть от воспоминаний хотелось, но… Тем не менее я жила. И дальше жить буду. Убеждаю себя.
Весь вечер посвящаю Ксю и сыну. Следующий день работе. И все еще отсиживаюсь дома, пока Лаура гуляет с Даней. Ведь я не знаю, во сколько самолет у Дамира, а значит лучше от греха подальше еще немного переждать.
На душе скребутся кошки, но я усиленно их не замечаю. Загружаю себя работой, домашними делами.
А еще через день я наконец-то иду гулять с сыном сама. Беру с собой Лауру, потому что мне нужно будет уйти чуть пораньше. Надо готовиться к торжеству Пабло. На которое мне по-прежнему безумно не хочется идти, но надо. Сейчас мне это даже больше нужно, чем прежде.
Ведь можно найти не только полезные знакомства и связи, но и… мужчину. Да, я действительно хочу уже познакомится с кем-то и начать отношения. Нормальные отношения. Обычные. Которых у меня, оказывается, еще никогда не было.
Именно поэтому я решаю записаться и на макияж и на прическу, чтобы не делать этого самостоятельно. А еще я решаю надеть то самое платье, в котором когда-то готовила романтический вечер Дамиру.
Глава 11
– Такая погода сегодня чудесная, скажите? – говорит Лаура, когда выходим на улицу.
Я подставляю лицо мягким лучам солнца и улыбаюсь. Действительно хорошо. Не холодно и не жарко, как и всегда в эту пору года. Да и Даня себя сегодня ведет лучше, чем обычно. Ощущение, что чувствует, будто жизнь налаживается.
Я, по крайней мере, именно так себя и чувствую. С радостью качу впереди себя коляску и не могу перестать улыбаться. Все встало на круги своя. Дамир отправился домой, я влилась в привычную рутину по работе и, главное, вернула прогулки с сыном. Пускай сегодня мне придется уйти пораньше, но несколько часов мы все равно проведем вместе.
Так как у меня потом запись в салон неподалеку, я выбираю ту площадку, на которую мы ходим несколько раз в месяц, потому что она расположена чуть дальше от дома. Здесь множество развлечений для детей, есть веревочный парк, можно покататься на качелях или арендовать детские машинки.
Сначала мы с Даней идем на качели, потом лепим в песочнице смешных человечков, черепашек и цветочки, а далее шагаем к веревочному парку. Время пролетает незаметно. На моих лосинах посажено очередное пятно сока, а на коленке слегка стерта ткань – это я пыталась пролезть на узкой горке и едва там не застряла.
В такие моменты мне кажется, что быть молодой мамой прекрасно. Многие здесь женщины за тридцать, а некоторые и за сорок. У них уже нет той былой активности, да и проводить столько времени с детьми они не могут. Не говоря уже о том, чтобы дурачится с ними. А я могу. И надеюсь, что в будущем это поможет нам с сыном выстроить доверительные отношения.
В какой-то момент звонит мой телефон, и я, подозвав жестом Лауру, отхожу чуть дальше от площадки и принимаю вызов от Изабеллы.
– Ты уже прилетела?!
– Да! – вопит в трубку подруга. – Встретимся сегодня?
Я чуть было не говорю да, но вовремя вспоминаю, что сегодня вечер у Пабло.
– Не получится. Мне на день рождения к клиенту сегодня. Юбилей. Никак не могу пропустить. Но… у меня пригласительное с один плюс. Можешь пойти со мной.
Изабелла стала моей лучшей подругой здесь. Мы познакомились спустя полгода после того, как я прилетела. Совершенно случайно. Я впервые после родов вышла, чтобы купить кофе, потому что чувствовала себя выжатым эмоционально и физически лимоном, а Бель забежала в кофейню, чтобы встретиться с парнем, у которого так и не хватило смелости прийти на свидание.
Так что мы оказались за одним столиком. Я, с непонятным вихрем на голове, и она, красивая, с иголочки одетая. Удивительно, что мы подружились, но я очень рада, что она у меня есть. Понятия не имею, что бы я делала без нее. Не скажу, что мне часто приходится жаловаться, но все же очень хочется иметь человека, которому можно написать в десять вечера, попросить приехать и он точно приедет. Еще и бутылку вина с собой привезет, чтобы расслабить мысли и отвлечься.
– Шутишь, что ли? Чтобы я после суток в дороге поперлась к какому-то дедуле на юбилей? Нет уж, увольте. И вообще… ты туда одна идешь, что ли? С пригласительным на двоих? – вкрадчиво переспрашивает Бель.
– Ну, да… а что?
– Ничего… ты где будешь? В смысле, в салон идешь? Скинь адрес, я подъеду.
– Ладно. Я к часу там буду.
– Хорошо.
Подруга отбивает звонок, а я сбрасываю ей геолокацию салона. А затем резко оборачиваюсь, потому что слышу плач Дани.
За непродолжительный период материнства я поняла один феномен – где бы ни был твой ребенок, в какой бы толпе детей не находился, а ты всегда безошибочно определишь его плач.
Я несусь к Дане со всех ног. Лаура уже успела поднять его, отряхнуть и взять на ручки, как подхожу я.
Данька заливается крокодильими слезами. Так происходит всегда, когда он падает, и я ничего не могу с этим сделать, потому что он находится сейчас как раз в том возрасте, когда ему положено падать много и в любом месте. А уж на горках и детских площадках, так и подавно.
– Ну что ты, малыш? Ну, хватит, – забираю его у Лауры и прижимаю к себе, надеясь, что материнское тепло хоть немного его успокоит, но он заходится только сильнее.
И тогда я киваю Лауре, что нам пора. Я все равно собиралась через пятнадцать минут уходить. Уйдем чуть раньше, я проведу Даню до дома, куплю по пути сладкую вату. Мне нужно убедиться, что он больше не плачет, иначе моя материнская душа никак не расслабится, пока меня будут приводить в порядок в салоне.
Так и делаем. Даня, завидев продавца с ватой, ревет уже не так сильно. Успокаивается. А когда получает в руки палочку с воздушной белой пеной, так вообще замолкает и вгрызается в нее зубами.
Я выдыхаю. Пот перестает стекать по позвонку от нервного перенапряжения, а руки больше не дрожат. Когда Даня плачет, я могу нервничать практически до слез. Поэтому и нанимала Лауру. Она мастерски его успокаивает и не переходит при этом в истерику сама.
И вот когда я уже решаю, что все, можно окончательно выдохнуть, застываю. Потому что вижу перед собой Дамира. Он стоит буквально в десяти шагах и шанса на то, что он нас не видит нет, потому что он смотрит прямиком на меня. Внимательно, пристально.
А затем переводит внимание на коляску, которую я тут же отпускаю и ее, словно по команде, подхватывает Лаура. Она же и катит Даню дальше. Вперед. А я остаюсь стоять на месте. И никак не могу взять себя в руки. А когда Дамир начинает шагать ко мне, так и вовсе кажется, что свалюсь в обморок.
Он должен был уехать. Почему он все еще здесь?
Глава 12
– Таисия, – приветствует он меня, щурясь и заглядывая мне за плечо.
Нет. Нет. Нет.
– Здравствуй, Дамир, – выдавливаю из себя, чувствуя, как от волнения кружится голова, даже в глазах словно белые пятна мелькают. – Разве ты не должен был уехать еще пару дней назад? – улыбаюсь через силу, до последнего делая вид, что ничего криминального не происходит, и ни за чем таким он меня не поймал.
