– Можно идти? – спросила Милана, игнорируя слова женщины, желая как можно быстрее оказаться рядом с мужем.
– Да, конечно, – виновато выдал мужчина, посматривая на недовольную женщину. Вторая неделя кошмара. Галина Страхова не давала ему прохода, звонила, приходила, требуя немедленного чуда. Что удивляло, так это то, что она беспокоилась только об одном сыне. Судьба второго ее не интересовала вовсе. Стоило узнать, что он в коме, женщина стала вести разговоры о смерти и подготовке к похоронам.
– Мой сын должен отдыхать, а не слушать ее завывания! – грубо проговорила Галина Александровна, в очередной раз спрашивая себя, почему ее любимый мальчик выбрал себе в жены это недоразумение. Такая несуразная и липкая девка, что хотелось поскорее убрать ее со своего пути. А ведь она сразу поняла, что эта невинная девчонка испортит жизнь ее мальчику. Так и случилось
– Нет. Я не буду мешать. Обещаю, – поспешно заверила Милана, кивая головой. Она не хотела ругаться, но была настроена решительно. Сглотнув, девушка вцепилась за руку хирурга, и прошептала: – Я обещаю.
– Хорошо. Я предупрежу персонал.
– Спасибо вам! Большое спасибо! – поспешно проговорила Милана, направляясь к палате. В глазах стояли слезы. Она была счастлива, что, наконец, увидит своего любимого, ведь за эти часы сходила с ума от переживания.
Осторожно открыв дверь, Милана вошла в платную палату и на ватных ногах поспешила к Александру. Мужчина спал. Рядом работали приборы. Девушка вытерла слезы ладонью, растирая по щеке, и прошептала:
– Привет, любимый, – ей было тяжело говорить, но она старалась. – Все будет хорошо. Я знаю.
Оглядевшись, она украдкой потянулась к его руке. Чуть провела пальцами и закрыла глаза.
– Пожалуйста, поправляйся быстрее. Я так тебя жду.
Сколько так стояла, молодая женщина не представляла. Несколько раз заходила медсестра, что-то делала и уходила. Милана продолжала стоять, всматриваясь в любимые черты родного мужчины. Лишь когда в третий раз пришла медсестра, она упросила женщину расположиться в кресле. Спустя время Милана так и сделала. Она еще сорок минут следила за приборами, поглаживая руку своего мужа, а потом погрузилась в сон.
Глава 2
Проснулась девушка от ощущения дискомфорта, ощущая пристальный взгляд. Подняв голову, она застыла на месте, всматриваясь в темно-зеленые глаза Александра. Пронзительные, непонимающие.
Милана ахнула и потянулась к нему, хватая за руку, растерянно выдыхая:
– Саша! Как я рада! Ты не представляешь, как я переживала. Когда узнала, что ты попал в ДТП, чуть с ума не сошла. Как так получилось?
Мужчина молчал, продолжая смотреть. Смотрел, словно впервые видел. Не зная как быть, Милана нежно прошептала:
– Ты все вспомнишь. У тебя травма головы. Как ты себя чувствуешь?
– Милана. – выдавил он и закрыл глаза, будто имя девушки причинило ему боль.
– Да, это я! – воскликнула она и улыбнулась, ощущая слезы на щеках. – Как я рада, что ты вспомнил!
– Что что случилось? – спросил он.
– Случилось? – растерянно переспросила она, не зная, как объяснить. Она толком сама не знала, да и что тут скажешь, ему ведь беспокоиться нельзя. А если он перенервничает и ему станет хуже? Она не могла допустить.
– Я пройду! – послышался голос из коридора. Дверь открылась и в палату вошла Галина Александровна. Она подошла к койке и, заметив, что сын очнулся, восторженно воскликнула:
– Александр! Сашенька! Очнулся, наконец-то! – женщина посмотрела на сноху и со злостью рявкнула: – Что стоишь-то? Давай к врачу! Пусть посмотрит на Сашу. Он пришел в себя.
Не желая спорить, ощущая, как выросли крылья за спиной, девушка поспешила из палаты, когда голос мужа остановил:
– Милана!
Она обернулась и улыбнулась:
– Я вернусь, только позову врача.
– Сашенька, я с тобой, не переживай. Пусть позовет, а ты мне скажи, как себя чувствуешь. Ой, я так переживала, что не передать словами.
Мужчина с трудом перевел взгляд на женщину и хрипло выдал:
– Что произошло?
– Что произошло?! – возмущенно выдала женщина, причмокивая губами. – Авария случилась. Конечно, ты не виноват. Виновный получил по заслугам. Но ты, сынок, не переживай, все будет хорошо. Теперь все наладится.
– Что наладится?
– Ну как, твое здоровье после этой ужасной автокатастрофы. Хорошо, что ты не за рулем сидел.
– Я не помню
– Это хорошо, что не помнишь. Память сама вернется, ну а пока тебе отдыхать нужно. А потом ты сядешь в свое законное по праву кресло.
– Кресло – повторил мужчина, скривившись от боли, левую ногу перекрыло судорогой.
– Ну да, пора уже занять свое законное место. И чтобы ты знал, Саша, я всегда говорила, что именно ты должен управлять семейным гнездом и сбережениями, а не Кирилл. Справедливость восторжествовала! – с удовольствием выдала женщина, аккуратно поправляя идеальную прическу.
– Галина Александровна, прекратите! – воскликнула Милана, появившись в палате с врачом. Она пораженно взирала на женщину, удивляясь ее черствости. Как могла сказать такое?
Да, Милана преданно любила мужа, уважала и ценила, но он никогда ничего не сделал, чтобы увеличить благосостояние семьи. Совсем нет, он как и мать с ее новой семьей, только тратили. Что говорить, Александр даже свою семью не мог содержать, на что она старалась не обижаться, наблюдая, как тяжело ему это дается. Бизнес не его, что можно сказать и о ней, но у Миланы была подруга, которая все финансовые и налоговые операции взяла на себя. С Ариной дружба завязалась с той поры, когда они познакомились в детском доме. Подруги доверяли друг другу во всем, считая себя сестрами, пусть и не кровными.
– Не в моих правилах говорить неправду. Мой сын должен понимать, что его ждет, – не сдавалась женщина, выпятив грудь вперед.
– Галина Александровна, – начал врач, направившись к Страховой с милой улыбкой.
– И не нужно меня учить. Я знаю, что говорю и делаю. Слишком долго я молчала, теперь пришло мое время.
– Ваш сын – начал мужчина, когда вздрогнул от рычащего голоса пациента.
– Объясните мне, что произошло! – потребовал мужчина, стараясь держать голос из всех сил.
– Ммм – выдал Антон Иванович Пулькин, оперирующий хирург, понимая, что придется объяснять ему. Жена слишком взволнована и ничего не знала, а по лицу матери больного было понятно, что она говорит конкретно на интересующие ее темы и только то, что считает нужным. – Вы с братом попали в аварию. Сейчас у вас все показатели в норме. Думаю, что через неделю или раньше можно будет выписать. Конечно, при условии, что будете себя хорошо чувствовать.
– Брат Что с ним?
– Он в коме в крайне тяжелом состоянии, поэтому не могу диагностировать хороших прогнозов. Но ваше здоровье радует. Теперь все в ваших руках, главное отдыхать и
Договорить хирургу не удалось.
– Если моя палата – проходной двор, то этого не случится, – заявил Страхов, не реагируя на женщин, округливших глаза: одна от возмущения, вторая от удивления.
– Полагаю, что после того, что с тобой произошло, ты слаб и раздражен, – вмешалась в разговор Галина Александровна, – поэтому, пожалуй, я вернусь домой. Ты отдыхай, а я пока приведу все в порядок, так сказать, к приезду хозяина.
Женщина ожидала слов благодарности или просьбы не уходить, но сын молчал. Он внимательно изучал хрупкую красавицу, игнорируя мать. Прочистив горло, Страхова быстро направилась к двери, распахивая ее, тут же исчезая в коридоре.
– Так что? – произнес мужчина, хмуря лоб. – Почему я ничего не помню?
– Ммм Удар вызвал сильный отек вокруг височной доли, что привело к амнезии. Не переживайте, очень скоро память вернется. Непременно.
– Это хорошо. Спасибо, – растягивая слова, выдал Страхов. Устал.
– Вам «спасибо», что пошли на поправку. Признаться, ваша мать довольно тяжелый человек, но она очень любит вас.
– Понятно – выдал мужчина и вдруг резко произнес: – Я устал.
– О да, конечно, – Пулькин широко улыбнулся и начал движение к открытой двери. – Если что-то понадобится или почувствуете головокружение, то там есть кнопка вызова постовой сестры. Она, естественно, оповестит меня, так что не переживайте.
– Спасибо вам! – проговорила Милана, провожая мужчину взглядом, пока он не исчез из виду, закрывая дверь палаты. Девушка повела руками, пряча за спиной, и смущенно заметила: – Тогда и я
– Останься! – слова прозвучали приказом, пусть мужчина старался говорить нежнее. Не получилось.
– Саша – голос Миланы дрогнул, – ты хорошо себя чувствуешь?
– Да Я хочу, чтобы ты осталась – выдал мужчина и взглядом указал на кресло. – Ты провела ночь здесь?
– Да, так переживала, что упросила врача остаться. Он согласился. Правда, твоя мама
– Какое сегодня число? – перебил мужчина, скривившись от боли, случайно задевая иголку на локтевом сгибе руки.
– Сегодня? Ммм – девушка прикоснулась пальцами ко лбу, надавливая круговыми движениям. От вопроса растерялась. Она действительно не могла вспомнить, какое число и даже день.
На губах мужчины появилась улыбка. Хищная, но такая обескураживающая, что девушка растерялась.
– Когда ты нервничаешь, все забываешь, – вдруг выдал мужчина. – Выспалась?
– Наверное, – ответила Мила, прикусывая губы, – или нет.
Мужчина выше приподнялся, удобно усаживаясь. Взгляд задержался на системах, которые были везде.
– Можешь позвать медсестру. Я хочу, чтобы все отключили.
– Подожди! – с волнением воскликнула Страхова. – Думаю, еще рано. Тебе нужно
– Малышка, пригласи медсестру. Я знаю, что делаю
Нежное слово вызвало ступор. Милана задумалась, удивляясь своему мужу. Он ведь так ее никогда не называл. Да, обычно иначе. Солнышко, зайчик, огонек и другие, притом с веселой ноткой, отчего хотелось улыбаться.
Но сейчас не так
Нежное слово звучало хрипло, интимно, что вызывало рой мурашек.
– Да, конечно, – пролепетала она и вышла в коридор, прикрыв дверь. Мысли путались, сердце стучало с удвоенной силой.
До поста охраны дошла быстро, совсем не заметив за своими размышлениями. За стойкой находилась женщина в медицинской форме голубого цвета, что-то записывающая в журнале.
– Доброе утро! – вежливо поздоровалась она, приветливо улыбаясь. – Что-то случилось?
– Доброе утро, – поприветствовала Милана, облизывая сухие губы. – Вы бы не могли пройти в палату 304? Мой муж просит убрать все системы.
– Хм Вип палата 304? – женщина глянула на экран монитора, что-то там вычитывая. Спустя долгую минуту она схватила телефонную трубку и набрала две цифры. – Я сейчас подойду, как только переговорю с врачом.
– Хорошо, – ответила Милана и собралась идти, когда остановилась, вдруг спрашивая: – А у вас здесь есть кафетерий?
– О да, конечно. На первом этаже. Вы только номер палаты скажите, и там запишут на счет.
– Да? Спасибо! – проговорила Милана и направилась по коридору к лестнице. Двигаясь неспешными шагами, она заметила дверь уборной комнаты. Понимая, что даже не посмотрела на себя после того как проснулась, Милана поспешно вошла и закрыла дверь.
В зеркале она увидела пугающее отражение. Волосы взлохмачены, лицо помятое, под глазами мешки.
– Да уж, страшилище – пробормотала она, удивляясь, как еще муж ее вспомнил. Он любил, когда она выглядела идеально, словно для фотосессии.
Глава 3
Спустя десять минут Милана вошла в палату, сжимая в руках молочный кофейный напиток и два бутерброда.
– Я решил, что ты сбежала – услышала она взволнованный голос мужа. Он сидел на кровати, совершенно сводный от всех систем, которые его так раздражали. Медсестра только что ушла, ворча про себя на несговорчивых пациентов.
– Я? – Милана улыбнулась и довольно заметила: – Куда я сбегу от мужа?
– Мужа – повторил мужчина и повел челюстью. – Я не помню свадьбы. Ничего. Только нашу встречу.
– Да? – Милана присела на кресло и поставила на стол латте с шоколадным сиропом, наслаждаясь невероятным запахом. – Я могу рассказать, чтобы ты вспомнил.
– Было бы хорошо, – ответил мужчина, наблюдая, как девушка делает глоток. – И как на вкус?
– Волшебно – прозвучал довольный голос.
– Можно попробовать?
Милана застыла на месте, хлопая ресницами.
– Ты? Ты ведь не любишь кофейные напитки. Только чай, обычно зеленый.
