И что красивого все в нем находят? Ну да, высок и плечи широкие, но остальное… Обычное. Еще и хмурость эта вечная портит все впечатление. Нет, решительно не понимаю, чем тут восторгаться!
При моем появлении тетка прекратила щебет, а гость поднялся и неспешно направился ко мне.
– Доброго утра, генерал Кавалерский, – поздоровалась я, когда между нами осталось не больше пары метров. Протянула руку. – Давайте.
Генерал сделал еще шаг, взял мою ладонь, склонился над ней, и горячие губы обожгли мне запястье.
– Доброго утра, Мели. Ты прекрасно выглядишь, – произнес выпрямляясь.
Что?! Он поцеловал мне руку, назвал по имени и сказал комплимент! Генерал Кавалерский умеет быть галантным?! Только почему на «ты»? Мы с ним не в таких отношениях, чтобы фамильярничать!
Я насупилась, вырвала свою руку из его ладони и повторила:
– Давайте!
– Что именно? – Темная генеральская бровь вопросительно приподнялась.
– Контракт. Вы ведь приехали, чтобы передать мне мой экземпляр?
– Я здесь не за этим, дорогая супруга. Присядь и поговорим, – не предложил, а скомандовал. Повел рукой в сторону кресла, где сидел перед этим, показывая, куда мне надлежит сесть. Потом повернулся к тетушке Белль.
– Дорогая родственница, вы не оставите нас с моей дорогой женой ненадолго? Есть несколько моментов, которые мне хотелось бы обсудить с ней наедине.
– Не уверена… – Тетушка решилась было возразить, но под взглядом генерала замолчала. Посмотрела на меня с вопросом – мол, что скажешь на это, "дорогая жена генерала"?
– Я не могу разговаривать с вами наедине, господин Кавалерский, – насупилась я. – Это неприлично…
– Неприлично законным супругам остаться наедине? – холодно осведомился он, выделив слово «законным». Повернулся к тетушке. – Вы тоже так считаете, госпожа Мирабелла?
– Что вы, что вы, дорогой родственник? Это священное право супругов! Конечно, вы можете уединяться, беседовать и… беседовать. Уверена, у вас найдется, что обсудить с моей племянницей, – ответила тетушка, едва сдерживая смех. Выпорхнула из кресла. – Пойду, распоряжусь насчет обеда. Вы ведь останетесь отобедать с нами, генерал?
Ах ты, предательница!
– Конечно. И обедать, и ужинать, и завтракать останусь. И снова обедать… – невозмутимо ответил генерал, а мы с тетушкой недоуменно переглянулись – о чем это он?
Ответ на этот вопрос принес Огюст. Возникнув в дверях гостиной, дворецкий выпятил острую костлявую грудь и торжественно объявил:
– Прибыли вещи господина генерала. Куда прикажете их доставить? Наверное, лучше сразу в супружескую спальню на втором этаже?
Пока мы с теткой осознавали услышанное, наглый вторженец Кавалерский преспокойно велел дворецкому:
– Именно туда, Огюст. Да, еще один момент. Вечером прибудет мой ординарец, а завтра утром экономка, для них тоже приготовь комнаты.
11
— Какой ординарец?
— Какая экономка?!
— Какая спальня на втором этаже?! — воскликнули мы дружным хором, Огюст, Белль и я.
Ответил генерал только тетушке, наши с дворецким вопросы высокомерно проигнорировал.
— По соглашению с его величеством королем Тайланом, мне предстоит довольно долго находиться в вашем королевстве, госпожа Мирабелла. Соответственно, для ведения своего хозяйства я привез с собой проверенную экономку. Ее зовут Эсмеральдина и, где живу я, там будет находиться и она. Не могу же я оставить ее на улице или отправить обратно в Агер?
«Вполне можете отправить хоть в Агер, хоть еще дальше», — фыркнула я про себя, а тетушка обескураженно ответила:
— Весьма дальновидно с вашей стороны, отправляясь в чужую страну взять с собой умелую помощницу по хозяйству. И вдвойне предусмотрительно, с учетом длительности вашего пребывания в нашем королевстве. Но… При чем здесь наш дом, генерал?
— Дело в том, что изначально я планировал купить или арендовать жилье в столице Белунга, а пока этого не произошло, поселился в гостинице неподалеку от королевского дворца. Но, как вы знаете, мои обстоятельства несколько изменились, и я женился.
— Совершенно случайно женился, к счастью, ненадолго, — буркнула я себе под нос.
Сделав вид, что не услышал мою реплику, генерал продолжил объяснять свои странные планы поселиться в моем доме, причем в расширенном составе:
— Так как собственным жильем я еще не обзавелся, а поселить супругу в гостинице будет не совсем удобно, я решил разместиться в доме своей жены.
«Ну надо же, он решил!» — мысленно зашипела я, а генерал как ни в чем не бывало, продолжал:
— Но если вы против, госпожа Мирабелла, то, конечно же, я тотчас увезу Мелинду в гостиницу, — на полном серьезе заявил этот невозможный Кавалерский.
— Нет, это все понятно – где муж, там и жена. Где жена, там и муж, потому что путы брака священны и должны плестись на общей территории, — влез со своими «гениальными» рассуждениями Огюст. — Только зачем вам ординарец в нашем доме, генерал? У нас что, мало мужской прислуги, способной помочь вам одеться или отдать вещи в чистку?!
— А экономка? У нас есть кому заниматься хозяйством, — еще более огорошено вставила тетушка. Стоп, кажется, они оба упускают из вида главное – у меня с этим хмурым мужчиной фиктивный брак. Никакого совместного проживания! Соответственно, никаких его экономок или ординарцев в этом доме в принципе быть не может, как и самого генерала! Мне от него нужен только мой экземпляр контракта. Ну, еще консумация, но это можно сделать… Где-нибудь в другом месте и потом…
Тут и тетушка, похоже, вспомнила про пикантные особенности нашего с генералом супружества, потому что бросила на меня вопросительный взгляд. В ответ я, тоже взглядом, намекнула, что его нужно выгонять и немедленно. Она согласно кивнула и… Лучезарно улыбнувшись, объявила:
— Все-таки, я вас оставлю – надо пойти на кухню, сообщить кухарке, что за обедом будет гость. И за ужином тоже, и за завтраком... — ухватила Огюста за рукав и почти выволокла из гостиной.
Когда за теткой-предательницей и недовольно ворчащим дворецким закрылась дверь, генерал показал мне на кресло:
— Садись, Мелинда, нам предстоит долгий разговор.
Решив, что чем быстрее мы расставим точки над «и», тем скорее освобожусь от его общества, я покладисто шлепнулась в кресло. Поддернула некрасиво скомкавшуюся юбку и торопливо заговорила:
— Генерал Кавалерский, мы оба прекрасно понимаем, что вам этот брак нужен так же, как и мне – то есть не нужен вовсе. Поэтому предлагаю выждать достаточный для соблюдения приличий срок, скажем, полгода-год. За это время я вступлю в наследство, а вы можете заниматься чем хотите. Затем мы тихо и мирно разведемся. Так как наши с вами отношения далеки даже от дружеских, вы тоже будете рады избавиться от случайного брака и вернуться к холостяцкому статусу!
Выпалив все это, я торжествующе посмотрела на сидящего напротив мужчину – правда ведь, это отличный план?!
Генерал, однако, радости по этому поводу не проявлял. Смотрел на меня нечитаемым взглядом, хмурился, как обычно, и молчал.
Чувствуя, как в душе рождается необъяснимое беспокойство, я чуть менее уверенно продолжила:
— Что касается короля… Если вас беспокоит, что его величество Тайлан будет недоволен нашим разводом, а он точно будет недоволен, то... Мы ему об этом просто не скажем! Вы ведь не навсегда в нашем королевстве, верно? А раз так, то через некоторое время вы вернетесь к себе, а я буду тихо и мирно жить в родовом поместье, не попадаясь королю на глаза. Уверена, через год-другой он даже не вспомнит про наше с вами случайное супружество.
— Случайное? — генерал, наконец, соизволил заговорить. — Для чего тебе был нужен фиктивный муж, Мелинда? Что произошло с наследством твоих родителей?
— Ой, это вообще не ваша забота, не волнуйтесь, — отмахнулась я.
— Ошибаешься. Ты – моя жена. Теперь все, что с тобой происходит – мое дело, — ответил он и требовательно произнес: – Мели, я жду. Что случилось с наследством герцогов Ульрин?
Я хотела снова огрызнуться и напомнить, что он не у себя дома, поэтому нечего тут командовать, но передумала. Я же ничего не потеряю, если генерал узнает про поступок дядюшки Говера? Нет, конечно. А если промолчу, так и будет приставать с расспросами. Поэтому вздохнула и решила поделиться с Кавалерским своей проблемой.
12
— Мои родители погибли, когда мне было двенадцать. Они поехали на свадьбу папиного младшего брата Говера – он женился в четвертый раз. На обратном пути на пустынной дороге родителей накрыло какое-то странное и страшное магическое воздействие, мгновенно убившее обоих. Все мои дедушки и бабушки к тому моменту тоже уже умерли, и я осталась одна. Вернее, с Белль, маминой сводной сестрой: она сразу приехала ко мне, когда это случилось.
— Расследование гибели твоих родителей проводилось? — поинтересовался генерал.
— Да, виновных искали и довольно долго, но все впустую, — замолчав, я быстро заморгала, чтобы удержать подкатившие к глазам слезы. Прикусила губу и снова начала комкать многострадальный подол. Кавалерский тоже молчал, сидел, спокойно откинувшись на спинку кресла, и с хмурым видом смотрел на меня.
Когда я почувствовала, что немного успокоилась, начала говорить дальше:
— После гибели родителей выяснилось, что по недавно принятым в королевстве законам на их наследство может претендовать и дядюшка Говер.
— И он начал претендовать? — уточнил генерал, хотя ответ и так был понятен.
— Начал. Тяжба длилась почти два года. Поверенный нашей семьи изо всех сил отстаивал мои интересы, но дядя добился, что почти все земли и недвижимость отошли ему. За мной оставили только титул, деньги родителей и родовое поместье, вот это, где мы сейчас находимся. Но и то, все это оставалось под контролем дяди до моего совершеннолетия или замужества.
— Твоя тетя Мирабелль не смогла оформить над тобой опеку?
— Она пыталась, но ей не позволили. Белль – вдова, к тому же с не очень большим доходом. Плюс – она мне не кровная родственница.
— Что было дальше? Ты жила с дядей? — поинтересовался внимательно слушающий меня генерал.
Я покачала головой:
— Нет. Я наотрез отказалась переезжать к нему, тем более, дядюшкина новая жена Маргеритти не горела желанием видеть меня в их доме. Да и Белль выступила на моей стороне: устроила дяде Говеру скандал и пригрозила, что по всему королевству разнесет слух, что он ограбил бедную сиротку.
— И твой дядя отступил?
— Не совсем. Он попытался выселить меня из дома родителей, а когда и это не удалось, отправил меня в соседнее королевство, в закрытый пансион для девочек.
— Тот самый, где ты устраивала набеги на чужие сады?
***
Генерал Август Кавалерский, наглый вторженец в чужой дом
Мелинда вскинула на меня полные возмущения глаза.
— Тот самый! Нас в пансионе, знаете ли, не очень хорошо кормили в то время!
— Знаю, вас там отвратительно кормили, — кивнул я и поторопил: — Рассказывай дальше, Мели. Для чего ты начала искать мужа, и так срочно? Насколько я знаю, твое совершеннолетие совсем скоро. После этого ты в любом случае получишь родительское наследство, хоть и не в полном объеме.
— Дядя на днях прислал мне письмо. В нем он сообщает, что болен. Лекари сказали, что его дни сочтены, поэтому он хочет позаботиться обо мне. В общем, дядя пообещал вернуть мне почти все имущество родителей, но с условием, что до конца следующей недели я выйду замуж, и в течение года… — тут она запнулась. Умолкла, начала краснеть и отводить взгляд.
— Что в течение года, Мелинда?
— Это неважно, забудьте! — Покачала она головой, продолжая смотреть куда угодно, только не на меня. Так-так-так, нужно как можно скорее ознакомиться с содержанием этого письма. В принципе, теперь все стало понятно, кроме некоторых деталей. Но с ними я разберусь позже.
Заметив, что щеки Мелинды начали возвращаться к нормальному цвету, спросил:
— Именно поэтому ты отправилась на брачный бал и принялась пудрить мозги тому бедняге?
— Масик – не бедняга! — немедленно вскинулась она.
— Он еще и Масик? — едва не рассмеялся я.
— Прекрасное имя, ему идет! И я ничего ему не пудрила, а предложила честную сделку!
— Вступить в фиктивный брак с целью ввести в заблуждение и обманным путем получить чужое имущество ты называешь честной сделкой, Мели? Насколько я знаю законы вашего королевства, такие действия считаются преступлением и караются штрафом или тюремным сроком. Причем, для обоих участников сговора.
— Это не чужое имущество, а мое. Дядя Говер поступил некрасиво, присвоив его, — выпалила Мелинда и упрямо поджала губы.
— Для закона твой дядя в своем праве, а моральные и нравственные аспекты чьих-либо поступков он не учитывает.
— Дурацкий закон! — заявила Мели и совсем неженственно скрестила руки на груди.
В комнате наступила тишина. Мелинда сердито хмурила тонкие брови, я рассматривал ее лицо и размышлял о только что услышанном. Наконец, она опустила руки, выпрямилась в кресле и заговорила светским тоном:
— Генерал Кавалерский, простите, но я так и не поняла, для чего вы привезли в наш дом свои вещи и грозитесь остаться на обед? И, кстати, давайте сразу обговорим, когда конкретно состоится наш развод?
13
Всё там же, вродовом поместье Мелинды Ульрин. Генерал Август Кавалерский.
— На первый вопрос отвечу: причины те самые, что я назвал твоей тётушке, Мелинда. Раз мы женаты, то, естественно, жить будем вместе. Вариантов у нас немного: или ты переезжаешь ко мне в гостиницу, или я – в твоё поместье, — повторил уже озвученную часть правды.
На самом деле, везти Мели в гостиницу у меня и мысли не было. Также я исключил ее проживание в выделенных мне покоях королевского дворца. Причина одна – это слишком близко к принцу Корнелю.
К сожалению, красавица Мелинда Ульрин привлекла внимание распутного королевского сына. Зная эту порочную натуру и совершенно развратившую его вседозволенность, можно не сомневаться, что Корнель и дальше будет проявлять к девочке свой интерес. Поэтому мне будет спокойнее, если Мелинда окажется под моим присмотром и в относительном отдалении от мест обитания королевского отпрыска.
Однако Мели мои объяснения явно не устроили.
— С чего вы решили, что мы должны жить вместе? — На её лице мелькнула недовольная гримаска, но тут же исчезла, сменившись маской невозмутимости. — И это ваше решение поселить у нас своего ординарца и экономку!
— Что не так с моим решением?
— Всё! Всё не так! — воскликнула она с жаром, мигом растеряв напускное спокойствие. Начала перечислять, загибая пальцы: — Вы не спросили разрешения на это у хозяев – это раз! Собираетесь поселить здесь с совершенно незнакомых нам людей – это два.
— Не аргумент. Не позднее завтрашнего обеда вы будете знакомы с ними обоими, — отмёл я претензию.
— Это ещё не всё! Появление чужаков приведёт к изменению привычного уклада жизни в доме. Появятся конфликты между вашими слугами и нашими – это три и четыре. Их вселение – это дополнительная финансовая нагрузка. И шесть – нам не нужна никакая экономка, а слуг-мужчин, как сказал Огюст, у нас достаточно. Значит, ваш ординарец будет лишней персоной! – перечислила Мели и торжествующе вскинула подбородок, явно гордясь своими «неоспоримыми» аргументами.
— Мелинда, у меня нет желания тратить время на споры. Но, чтобы тебе было спокойнее, поясню. Конфликты не возникнут, если только твои слуги не будут их начинать. Привычный уклад жизни не изменится, для этого нет оснований – я буду редко бывать дома, потому что у меня очень много работы. Мой ординарец будет со мной, так что его вы тоже будете видеть не часто. Что касается Эсмеральдины: моя экономка прекрасная женщина. Уверен, вы с ней подружитесь.
— Не уверена… — пробурчала Мели тихонько, а я продолжил:
